Non-traditional treatment methods

      Нил жил в Салеме с рождения и знал все здешние порядки. Он был прямо или косвенно знаком со многими жителями, и определенно со всеми оставшимися в городе колдунами и ведьмами. Все жили тихо, не проклиная обычных людей, и это успокаивало…       Пока однажды в город не приехали чужаки…       Их было семеро — муж с женой и двумя сыновьями: первым похожим на своих родителей как капелька воды, и вторым — словно свалившимся с Венеры, и женщина с двумя близнецами, совершенно непохожими на неё.       Нил опасался незнакомцев. Ему с детства было известно, что незнакомцам доверять нельзя, и ни в коем случае нельзя рассказывать им правду о себе и своей семье. Мама Нила, Мэри Хэтфорд, была ведьмой, но не такой сильной, как её старший брат Стюарт. Сам Нил колдуном не являлся. Ну, то есть, так он считал. Ему было уже шестнадцать лет, а способности в нём так и не проснулись, и Мэри со Стюартом решили, что с появлением на свет Нила магический род Хэтфордов выродился. Не то, чтобы они были против — хоть у кого-то из их семьи должна была быть нормальная жизнь, но аллергия Нила спутала все карты. Теперь ни Мэри, ни Стюарт не были уверены, является ли Нил обычным человеком с аллергией на имбирь, полукровкой или колдуном с просыпающимися способностями.       Нил увидел невзрачную машину лишь потому, что прибытие их было шумным. Мальчишки высыпали на тротуар громкой пёстрой кучей. Джостен остановился, прижал сумку с учебниками к бедру и напряженно наблюдал. Самый высокий парень был зеленоглазым брюнетом — Нил точно знал, что такие глаза бывают лишь у колдунов, — широкоплечим, спортивным брюзгой: он ворчал и закатывал глаза до тех пор, пока его не пустили в дом. Одет он был в светло-серую футболку и обрезанные до колена голубые джинсы с редкими висящими нитками. Второй парень был смуглым шатеном с курчавыми волосами, карими глазами и озорной улыбкой. На нём был яркий розовый шарфик, желтая футболка и терракотовые шорты до середины бедра. Он подкалывал высокого и тыкал пальцем ему в бок, пока высокий предупреждающе не зашипел. Следом за ними на тротуар ступили близнецы — обаятельные полторашки с карамельно-янтарными глазами. Они не держались за руки, но старались быть рядом, касаться плечами и локтями, будто боялись, что их разлучат. Джостен присмотрелся к этим маленьким человечкам. Пусть близнецы, но похожи не во всём. Один из них был как будто ярче… более жёлтеньким, в то время как другой словно подчёркивал свою бледность и казался тенью или призраком своего брата. Яркий был в белой толстовке и болотно-зеленых брюках карго, Бледный — в черном. Их лица тоже показались Нилу непохожими. Яркий был чистеньким, розовеньким, с веснушками, Бледный — с пирсингом и мешками под глазами.       Вслед за детьми из машины вышли взрослые: высокий зеленоглазый мужчина — в белой рубашке с закатанными рукавами и синих джинсах, идеально облегающих его бёдра — определенно отец Высокого; женщина с длинными осветленными волосами и глазами цвета молодой листвы, одетая в легкий голубой сарафан, и ещё одна женщина — загорелая, с короткими тёмными волосами, собранными в пучок и милыми круглыми очками, сидящими на маленьком чуть курносом носу, в белой футболке, легком желтом жакете и черной юбке до колена.       Вся эта пёстрая компания вывалилась на улицу Салема, привлекая к себе внимание всех прохожих, и переговариваясь, направилась к одному большому дому, расположенному всего в сорока минутах ходьбы от дома Нила и, соответственно, от Салем Вудс — большого лесного массива, и в двадцати минутах — от школы Салем-Хай.       Нил посмотрел на ржавый почтовый ящик с опущенным флажком, — Невсекайя-хай, 3582, — и взял на заметку найти новый маршрут, чтобы никогда, ни при каких обстоятельствах не пересека-… — Пялишься. — обвиняюще произнёс чужой голос. Нил вздрогнул. Один из близнецов — Бледный, — смотрел на него незаинтересованным взглядом.       Джостен перешёл улицу, чтобы не идти мимо шумный и ярких чужаков, и поспешил домой.