Во всём виноват этот розовый заяц

      — Капрал, сэр. Поцелуйте меня. Пожалуйста.       Отчего-то слова, сказанные Эреном, не показались Леви неожиданными, наоборот, в тот момент ничего другого от Йегера он и не ждал, но, несмотря на это, сердце забилось быстрее. Ситуация становилась опаснее, ещё мгновение, и чертово самообладание Леви полетит в пасть к титанам.       — Эрен, ты устал и, кажется, до сих пор пьян.       — Я опьянён вами, капрал, — прошептал мальчишка в миллиметре от тонких губ Аккермана и повторил жалостливо: — пожалуйста.       — Тебе нужно отдохнуть, — также тихо пытался вразумить Леви то ли Эрена, то ли себя. — Ложись спать.       — Я не хочу спать, сэр. Я хочу вас.       Он не выдержит, секунда — и сорвётся. Аккерман резко отдёрнул своё лицо и, не глядя на Йегера, невнятно протараторил:       — Эрен, послушай, это стресс, алкоголь, это совсем не то… Завтра, да, завтра утром, ты же жалеть об этом будешь. Обязательно. А я так не хочу, понимаешь? Ты меня возненавидишь…       Леви, казалось, был готов к любому исходу: к поцелую, к пощёчине, к побегу, к крикам. Но совсем не ожидал самого очевидного — истерики.       — К-капрал, — всхлип… Слёзы покатились по щекам тонкими прозрачными струйками. — Вы, ы-ы, такой хорошы-ы-ый.       Леви не понимал — не знал! — что делать в таких ситуациях. Он неловко обхватил Эрена за плечи, уткнув лицом в своё плечо, и погладил по спине, а после ощутил, как чужие руки крепко обнимают в ответ, и замер, не в силах пошевелиться. Неизвестно, сколько времени они провели вместе — сильнейший воин человечества Леви Аккерман и сидящий на его коленях, рыдающий Эрен Йегер — надежда того же человечества. Слишком многое произошло за этот день, слишком многое изменилось. Наверное, подумал Леви, мальчишке было нужно сбросить эмоции, даже таким по-детски незамысловатым способом. И сказать, что это было неприятно, он не мог. Ощущать прижимающееся тело дорогого сердцу человека было… потрясающе. Если, конечно, опустить предшествующие этому события.       Как только судорожные всхлипы мальчишки стихли, Леви бережно погладил его по голове и, заглянув Эрену в лицо, уныло осознал, что тот спит, а нести его в казармы было не самым верным решением. Выход оставался один. Стянув с Йегера одежду, капрал уложил мальчишку в свою кровать, накрыл одеялом, а сам устроился в кресле, моментально уснув. Всё же прошедшие события вымотали и его.       Когда Леви проснулся, Эрен всё ещё находился в объятиях сна. Будить его не хотелось. Аккерману ничего не оставалось делать, кроме как пойти за завтраком себе и этому горе-титану. И уже когда он подходил к своей комнате с подносом еды в руках, его внезапно охватило чувство беспокойства. И не зря. Дверь в комнату была распахнута настежь.       «Пиздец…» — промелькнуло в голове, когда…       — Так вот почему вы, голубки, так быстро ушли!       В комнате с хитрой ухмылкой на губах и весёлым блеском в глазах стояла Ханджи. Эрен, покрасневший до кончиков ушей, сидел на кровати, прикрывая обнаженную грудь одеялом.       — Мне насрать, что ты, очкастая, себе навыдумывала. Живо выметайся отсюда!       — Ладно-ладно, — она подняла ладони вверх и с гаденькой улыбочкой добавила, — Я мешать вам не буду, продолжайте. Только потише.       Зоэ хихикнула и, бросив на Эрена хитрый взгляд, помахала ручкой и выбежала из комнаты, подальше от разъярённого Аккермана.       Леви тяжело выдохнул и раздражённо потёр пальцами переносицу.       — Так. Вот тебе завтрак. Одевайся, умывайся и садись есть как хороший мальчик. Только живее давай, а то остынет все.       — Эмм… Капрал, можно спросить?       — Валяй.       — Я… Мы… Вы… Ну…       — Да, блять, Йегер, мне, знаешь ли, нравится ебаться с пьяными, рыдающими мальчишками, — Леви немного задело то, что Эрен смог допустить даже мысль об этом. Но, успокоившись, Аккерман уже спокойнее добавил: — нет, Эрен, я тебя не трахал.       — Извините, сэр. И… спасибо вам. За всё. Правда. Чем я могу отплатить?       Платить собрался, идиот. За такую мелочь.       — Живи подольше, — буркнул Леви.       — Есть!

***

      — Микаса, дорогая, мне нужна твоя помощь.       — Да, что такое?       — Вот скажи… Эрен любит груши?       — Что?       — А яблоки?       — Ханджи, зачем тебе это?       — Я просто спрашиваю…       — А это твоё «просто» как-то связано с капралом Леви?       — Пфф… Хах! Что ты? Не-е-ет, конечно!       — Ему же нравится Эрен, да?       — …Бинго, детка! Хочу помочь этой парочке обрести… Эмм. Что-нибудь они точно обретут! Кстати, Эрен к Леви тоже не равнодушен!       — Да, я это тоже заметила.       — Умница! Так что там с грушами и яблоками? О, а пироги наш мальчик любит?       — Он груши терпеть не может, а вот яблочные пироги обожает.       — Хорошо, я запомнила, может, что-то ещё?       — Ну, я не уверена, но в детстве мы часто собирали ромашки, он говорил, что это его любимые цветы.       — Благодарю, Микаса. Сегодня ты оказала человечеству неоценимую услугу! Люди не забудут тебя!

***

      Леви совсем не удивился, когда увидел на пороге своей комнаты довольную, улыбающуюся Ханджи.       — Я тут кое-что узнала, — непринуждённо начала она, — ты знал, что Эрен просто обожает грушевые пироги? А ещё ему нравятся ромашки.       Аккерман недовольно покачал головой и раздражённо спросил:       — И что мне делать с этой несомненно ценной информацией?       — Как что? Бежать в город и покупать всё это!       — Мне, по-твоему, больше заняться нечем?       — Что ж, — хитро протянула Зоэ, — тогда придётся рассказать об этом Жану. — Она делано задумалась. — Мне показалось, что его привлекает Эрен…       — Так ты говоришь, грушевые пироги и ромашковый чай?       — Дурень. Ромашки — цветы, а не чай. А вот яблоки он ненавидит, так что обойдись без них.       — Тц, скоро буду, — Леви нервно цокнул языком и вместе с Ханджи вышел из комнаты.       Подготовка к небольшому свиданию с Эреном (а в душе Леви считал это именно свиданием) не заняла много времени. Вернувшись из города, первым делом капрал попросил Йегера зайти к нему вечером, на что тот ответил согласием. И уже в назначенное время Эрен, переступая порог знакомой комнаты, замер в изумлении перед накрытым столом и стоявшей на нём вазе с ромашками.       — Это для меня? — спросил мальчишка недоверчиво.       — Ты видишь здесь кого-то ещё? Садись, Эрен, я заварил чай. И пирог купил.       Йегер неуклюже уселся на диван, осторожно взял кусок пирога и надкусил. Лицо его на секунду скривилось, будто бы не любимое лакомство ест, а землю с червями.       — Что-то не так?       — Нет, сэр, всё отлично.       Ел мальчишка явно через силу, запихивал пирог в рот и, толком не прожевывая, глотал, запивая чаем.       — Что не так, Эрен?       — О чём вы?       — Ты кривишься, словно я тебя кормлю первосортной гадостью.       Йегер виновато поджал губы и тихо спросил:       — Сэр, а это ведь с грушей пирог?       Леви кивнул, приблизительно понимая, к чему всё идёт.       — Я просто… На самом деле я… Не люблю я грушу, меня от неё воротит.       Аккерман прикрыл глаза и резко выдохнул сквозь зубы: «Убью очкастую!».       — Ох, сэр, — испугался Эрен, подумав, что Леви разозлился на него, — всё очень вкусно. Я съем это. Спасибо вам большое!       — Забей, хватит. Сил нет смотреть, как ты давишься, — пробормотал капрал и замолчал.       Несколько минут прошли в напряжённой тишине.       — А что тебе тогда нравится?       — Я яблоки очень люблю.       «Перепутала, ведьма очкастая!»       Леви поднялся со своего места.       — Ладно, поздно уже, иди к себе.       Йегер встал, тепло поблагодарил и уже было хотел выйти, но его неожиданно настиг голос Аккермана.       — Эрен, — позвал тот, — цветы возьми.       И сам, на удивление стеснительно, протянул букет. — Спасибо, сэр.