Во всём виноват этот розовый заяц

      Рано или поздно наступает тот самый день, прихода которого разведотряд ждёт со зловещим, по-детски азартным предвкушением и неизбежным страхом. Тот самый день, на который намечается очередная вылазка за стены. И мало кто знает истинную цель рискованной экспедиции, только люди приближённые, заслужившие доверие командира Смита. Иногда Эрен жалел, что не входит в их число — кто станет полагаться на мальчишку-титана, так и не разобравшегося со своими способностями до конца. Но временами, вспоминая лица Эрвина, Ханджи и того же Леви, осознавал, какую ответственность берут они на свои плечи, изначально зная тот мизерный шанс на успех проводимой операции.       — Интересно, кто сегодня погибнет? — раздался рядом знакомый голос, в котором проскальзывали тревога и что-то отдалённо напоминающее живой интерес.       — Конни, чё ты несешь, а? — Саша грубо толкнула его локтем и сердито надула губы, отворачиваясь.       — Больше оптимизма, дорогой, больше оптимизма! — Ханджи улыбалась, впрочем, как и всегда, а ещё старательно делала вид, что на самом деле верит в возвращение с экспедиции без жертв. От этого почему-то становилось только хуже.       Напряжение членов разведотряда, казалось, можно было ощутить прикосновением, но при этом весёлые разговоры не смолкали, и то тут, то там слышались смешки. И каждый из них — каждый! — знал, что может не вернуться либо он сам, либо дорогие сердцу товарищи.       — Эй, Конни, Саша, только попробуйте сдохнуть.       — Тебя, Микаса, это тоже касается.       — Заткнитесь, — Жан, который на днях дерзко избивал Эрена-титана, передернул плечом, скривился, поджав губы. — Всё будет… нормально. Мы не можем умереть вот так…       Всем было страшно, все пытались это скрыть.

***

      — Разведкорпус!       — Там капрал Леви!       — О, это главнокомандующий Эрвин!       Толпа у ворот привычно выкрикивала слова поддержки и шептала оскорбления. Дети смотрели с нескрываемым уважением и чрезмерной верой. Эрен не забыл, как сам когда-то смотрел на людей, отправляющихся на смерть, горящими, полными чистой надежды глазами. Мало кто из разведотряда остался в живых с того времени. Но сейчас, стоя в колонне самоубийц, — так окрестили их некоторые горожане, — как никогда ясно понимал тех солдат, стремящихся покинуть пределы этих чертовых стен. Там, за воротами, Эрен чувствовал себя свободным и живым. Воздух казался чище, трава — зеленее и свежее. Солнце светило настолько ярко, что Йегер первое время зажмуривал глаза, по-детски страшась ослепнуть.       «Вот где настоящая красота! — думал Эрен всякий раз, покидая тюрьму человечества. — Из-за титанов люди лишились целого мира. Мерзкие твари отбирают то, что по праву принадлежит нам».       Впереди в небо полетел красный дымовой сигнал. «Красный. Красный. Зелёный. Красный. Зелёный, зелёный, зелёный…»       — Надеюсь, все живы, — пробормотал Эрен вслух.       — Что ты там себе под нос лепечешь, Йегер?       — А? Капрал? Ничего. Просто…       — Про-о-осто, — передразнил Леви и оскалился, — не бойся, слышишь? Как там твой дружок говорил? Всё будет нормально. Понял?       — Так точно.       «Забавно… Капрал Леви в последнее время не такой, как обычно. Может, он… может, связано со мной… — Эрен мотнул головой, словно выкидывая несуразные мысли. — Бред. У меня в голове каша. Где я, а где он? Очнись, это тебе не сон».       До места назначения — каких-то развалин замка — добрались, на удивление, быстро и без происшествий. И хотя не потерять ни единого солдата, разумеется, было замечательно, однако расслабляться нельзя ни в коем случае. Вернуться бы назад…       Как оказалось, целью этой экспедиции оказались огромные ящики с неизвестным Эрену содержимым. Их грузили в повозку солдаты. Выяснить, что там внутри, было бы любопытно.       — Приближаются три титана! Один шестиметровый и два по четыре метра.       Всего три и мелкие, слишком просто. События сегодня развивались явно в пользу разведотряда. Вплоть до этой минуты. Микаса убила одного быстро и точно, но слишком расслабилась, потеряла скорость, отвернувшись, и не заметила, как сама влетела в лапу титана.       — Микаса!       Эрен действовал молниеносно, без лишних раздумий. Сначала — отрубить руку, после — добить это отродье. Он подбежал к сестре и, крепко обнимая, затараторил:       — Микаса, как же так? Как могла так сплоховать? Ты же говорила мне, что на поле боя нужно быть сосредоточенным, а сама? Не пугай меня больше…       — Прости, Эрен, — виновато улыбнулась девчонка, — я просто…       Микаса договорить не успела. Рядом безжизненной тушей грохнулось тело гиганта.       — Эрен, блять, Йегер!!! — разнесся по округе злой голос Леви.       — Упс. Их же было трое, — тихо пробормотал мальчишка, понимая, что совершил точно такую же ошибку, как и сестра, минуту назад. Расслабился и отвлекся       — Ты нахера обниматься лезешь перед титаном, придурок?! Тебе жить надоело?!       — Ну… я это…       — Собирайтесь, идиоты малолетние, мы возвращаемся.       — Что?       — Йегер, сделай милость, объясни, что тебе, блять, не понятно в словах «собирайтесь, мы возвращаемся»?       Это определённо была лучшая вылазка из всех. Несмотря на то, что обратная дорога заняла значительно больше времени, жертв не было.       — Мы вернулись… Все вернулись! — Саша радовалась, по очереди подбегала к каждому — знакомому, незнакомому — и крепко обнимала. А Конни удостоился даже её поцелуя и некоторое время ходил и сверкал румянцем.       — Так, молодёжь! — воскликнула Ханджи и заговорчески подмигнула, — Это событие нужно непременно отметить! Сегодня будет пьянка-гулянка! Леви…       — Я пас.       — Ха, как бы не так! Зайчик мой розовый, не хочешь ли ты сказать, что я могу больше не скрывать…       — Очкастая, ты обещала.       — Ты выпьешь с нами?       — Ханджи…       — Господа, а вы знали, что у…       — Хорошо, я приду!       — Замечательно! С нетерпением жду.