Сквозь страницы

– И та-а-ак. – слегка протягивая гласные, задумчиво начал Рок. Сам он сидит и болтает ногами на краю больничной койки. – Что такое? – робко отзывается Рафаэль, сидя напротив. – Я думаю... Я думаю, давай начнём из главного зала. – решительно отвечает старший. – Это, там, где нас встретил детектор, да? – и глаза малыша горят. – Молочный зал. Там пахло чем-то нежно-розовым. – Да, малыш. – с тёплой улыбкой говори Рок. – Это был зефир. – Зефир? – сладко эхом повторяет кроха. – О, мы обязательно его сегодня попробуем. Всё, пойдём! – и сам поднимается, и вновь горит, такой яркий и тёплый, как и его рыжие волосы. Подскакивает с кровати, хватает маленького братика, и громкий топот разливается пустым лазаретом.       Первый этаж замка молчал. Холод высоких потолков здесь давил на всех. – Пойдём-пойдём, – не переставая держать кроху за руку, тянул Рок. – Давай, скорее, – уже несутся узким коридором, лишь зелёные мантии скользят каменными, слегка влажными стенами.       Вихрь от топота мальчишек задевал где-нигде висящие гобелены. Только краем глаза было видно, что полотна старые, но ничего разглядеть так и не удалось. От бега волосы падают на глаза, за руку тянет Рок, его мантия и рыжие волосы мелькают впереди. Солнечный свет, будто делит коридор на светлые и тёмные полоски, и ребята бегут сквозь них. Это простое мгновение. Такое яркое в Проклятой жизни. Но такое счастливое. Оно, будто короткий фильм, штампом отпечатывается на подкорке, там навсегда и остаётся. – Смотри, это твой Молочный зал? – отходя от двери, спрашивает Рок, даёт возможность малышу всё спокойно рассмотреть.       Те же молочные стены, те же странные окна, и тот же зефирный воздух. Но... – Да, это он, но... – Рафу не дают договорить, перебивают наглым образом. – Но, он выглядит иначе, да? – наклоняется вбок вместе с головой и любопытно заглядывает мальчишке в глаза. – Не волнуйся, всё хорошо. – и аккуратно поправляет мантию на хрупких плечах. – Просто, главный зал и есть нашей трапезной. Вот поэтому тут столы стоят, в три ряда, как ты заметил и стулья. Есть вопросы? – и спрашивает так по-отцовски, так тепло. – Да, есть. – в голосе малыша уже скользит уверенность, – А почему ряда три? – Сам не додумался ещё? Я думал, ты умненький. – притворно расстраивается старший, комично опускает голову и глубоко вздыхает. – Разделение на факультеты? – жарко выпалил. – Да, молотком, малыш. Дай пять. – счастливое личико так восторженно улыбается, радостное от похвалы. – Но, мне кажется, что в прошлый раз я в зал попал не с этих дверей. – похвала хорошо действует на детей, и малыш расслабляется в разговоре. – Всё правильно. Мы пришли из боковых коридоров. Один из них, как ты мог догадаться, из Лазарета. Второй, – и Рок показывает на такие же, неприметные двери, только на противоположной стене. – В кухню, куда мы сейчас и направимся. – себе под нос бормочет рыжик. – А-а-а, а вон, – он указывает на стену справа, где были огромные дубовые двери. Резные элементы так красиво выглядят, будто живые цветы, сейчас и правда распустятся бутоны. – Вон и те двери, с которых вы впервые зашли в зал. – Я ещё хотел спросить, а где обедают учителя? – М? – где-то из своих мыслей отвечает Рок. – Преподы? Да на самом деле кто где. Некоторые с нами, другие на кухне, а одни – у себя в башне. Так, мы отвлеклись, идём на кухню! – и воинственно повёл своего подчинённого на крепость вкусностей. – Добро пожаловать. – открывает очередные двери рыжик.       Зал, который малышу показывают большой и светлый. Такой тёплый-тёплый и пахнет корицей. Вся мебель блестит и отражает солнца свет. На столах и столешницах ничего нет — полностью пустующая кухня. – Но, здесь никого нет. – такое искреннее удивление горит на маленьком личике. – Кто готовит? – и ищет ответ в глазах напротив. – Так ещё же не время обеда. Понимаешь, тут не всё так просто. – и видно, как Рок пытается собрать вместе мысли, и объяснить маленькому так, чтобы тот понял. – Малыш, ты ничего странного в Лазарете не чувствовал? Ну, будто кто-то баюкает? Присматривает? – Ну, – пытается вспомнить кроха. – Да, было. Особенно когда тревожно было. – О, хорошо. Теперь мне легче будет объяснить. – хлопнул в ладоши, и взгляд меняется, расслабленным становится. – Так вот, лекцию о замке ты пропустил, кое-что я объясню. Наша Академия обоснована в стенах замка Великого короля Хемлока Варда. Здесь, в этих каменных стенах выросло несколько поколений драконов. Ай... Как бы проще... Здесь магией пропитаны стены – это и породило духов. В Лазарете, библиотеки и кухне. Ух... Тут такой дурдом творится, когда они работают. – и обводит взглядом кухню. – Лучше не заходить. – ведёт плечами от внезапно нахлынувшего воспоминания, отгоняет его. – А если мне захочется есть в другое время? – Без проблем, всегда пожалуйста. Продукты там, – Рок указал на несколько тумбочек, и большой шкаф, "наверное, холодильник" – подумал малыш. – Посуда, приборы – вот тут, – старший показал ещё на несколько шкафчиков, выдвинул пару ящиков. – Но, не приведи Проклятье, ты не уберёшь за собой. Тут можно умереть. – и многозначительно замолк, проверяет, слышали ли его слова. – Я серьёзно. – без намёка на шутку, так тихо и строго сказал Рок, и перед глазами крохи на несколько секунд, мелькнула тень наставника.       Яркий свет кухни, будто отражается от холодного лезвия ножа, врезается в глаза, выгоняет гостей. – Идём отсюда. – спустя минуту говорит Рок, отвлекаясь от мыслей.       Послушный малыш берёт за ручку старшего, и они вместе покидают пределы кухни. – Так. Мы на первом этаже, сердце нашей Академии. Отсюда можно подняться либо в нашу башню, либо в "учебный корпус". – Рок делает пальцами кавычки на последних словах.       Ребята покидают зал, так же спешно, как и кухню, гонимые дыханием смерти, что так и бродит под их рубашками, липкими пальцами касаясь и шеи.       Пространство коридора медленно заполняется студентами, бродячими туда-сюда, в только им известном направлении. Разноцветные мантии мелькают перед глазами: зелёные, красные и синие. Но они не перемешиваются между собой, обособленно держась маленькими стайками. Гомон учащихся взлетает к потолку, дарит жизнь каменным стенам. И вмиг становится теплее. Лезвие ножа тихо отступает. – Сэтта! – внезапно для Рафаэля кричит его старший брат. – Сэтта! Я тут! – окрикивает вновь, и яро машет руками, чуть не прыгает на месте, чтобы уж наверняка его заметили. – Да, иду я, иду. – доносится ворчливое где-то издалека. – Сэтта! – вновь заразно-весело, будто дразнится. – Чего орёшь, болван?! – уже раздражённо громко летит в ответ. И что-то ещё летит тоже. Сумка. Хорошо приложилась о бок Рока. Вслед за кожаной появилась и её обладательница. – Чего орёшь, спрашиваю. – ворчливый тон остался, но голос стал спокойнее и тише. – Хочу тебя познакомить с моим младшеньким. – щуря глаза и улыбаясь во все тридцать два, говорит Рок. – Ваааа! – восторженно ведёт девушка. – Тебя старшим нарекли! Класс! – искренне радуется подруга Рока. – Завидую. Я всегда знала, что Наставник любит тебя больше. – её слова наполнены ярким счастьем – Где твой младший? – она вертела головой в поисках. – Вот. – выводя из-за спины маленького ангелочка, тепло-тепло говорит Рок. – Знакомься, это Рафаэль. – и старший ерошит пушистую кнопку детских волос. – Рафаэль... – протягивает имя, будто пробует на вкус, и садится на колени перед ребёнком. – Ты очень красивый, Рафаэль, – внимательно рассматривает кроху Сэтта. – Добро пожаловать, в нашу семью. – и держит маленькие ручки в своих, нежно гладит большими пальцами детские ладони. – А где наши? – слегка удивлённо звучит Рок. – Да ты так орал, болван, – и бьёт Рока под коленку, – что я на всех парах летела. Сейчас они подойдут. – а сама так и сидит возле малыша. – Рафаэль... как ты? – и заглядывает прямо в душу ангелочку. – Раф. – тихо отзывается. – Я Раф. – Хорошо, сладкий, как скажешь. – Рок! Ты где пропал? Прогулял лексач от Ведьмы, совсем бессмертный, что-ли?? Она съест тебя с потрохами! О, Сэтта, а ты чего на коленях сидишь? – от грозного тона к любезно-заботливому подошедший некромант переключился в щелчок пальцев. – Выпусти пар, толстячок! Всё хорошо, меня Наставник отмазал. Прошу любить и жаловать моего маленького братика. Сэтта, отлипни от ребёнка. – Ну, всё-всё, сдаюсь. – Это Рафаэль. – держа за плечо, представляет своего братика Рок. – Раф. – поправляет рыжика Сэтта, полностью повторяет его жест, и оба некроманта получают радостную улыбку. – О! – глаза пухлого друга расширяются в неверии, и только сейчас он заметил кроху, возле которого недавно сидела Сэтта. – А ты не тот... – было начал умник, но вовремя закрыл рот. Он вспомнил малыша, которого был готов превратить в Стража. – Приятно познакомиться, – протягивает руку для пожатия. – Я – Виз, я лидер четвертой группы, и их тоже. – указал на студентов за спиной Рафа. – Есть ещё двое моих: Лэм и Рэм, они близнецы, но сейчас побежали в библиотеку. – говорит Виз только с крохой. – Я познакомлю тебя с ними позже. – подмигивает Рафу, и легко поправляет очки. – Рок, на пару слов. – Ребята, мы пойдём обедать, подтягивайтесь, – Сэтта возвращает всё своё внимание малышу. – Но, Рок говорил, что есть можно только во время обеда. – А ты посмотри вокруг, сколько студентов, как думаешь, зачем они тут? – ангелочек думает несколько минут, кивает сам себе, и решительно берётся за тёплую ручку девочки-ромашки. – Пойдём, – немного неуверенно произносит ангел, но дарит Сэтте взгляд полный доверия.

***

– Рок, ты же знаешь, что это значит. – шёпотом двое ведут разговор. – Конечно знаю. – повисла тяжёлая пауза. – Конечно, я знаю! – И? – Я уверен! И это больше не обсуждается. – Слушай, мы выпускная группа, тебе бы стоило думать о будущем. – Я подумал, и решил. Мне не жаль, тех двух лет, что мне доведётся провести с малым. Совсем. – Как ты это понял? Когда? Когда успел привязаться? – Ещё на ритуале имени. – как-то обречённо произносит. – Я не мог видеть его смерть. – Да с тобой, обалдуем, и Сэтта останется. – так же обречённо, звучит и Виз, понимая, что ничего изменить уже не сможет. – Вот что мне с вами делать? – это был тихий вопрос в воздух. – Наслаждаться последним годом вместе? – Рок старается быть весёлым, но получалось плохо. – Ты зараза, Рок. Зараза.

***

– О, мальчики, долго вы ходили. Сейчас всё будет холодное. – в заразной манере Рока обращается к парням Сэтта. – Раф. – так тепло протягивает имя братика Рок. – Ты запачкаться. – и миленькая, маленькая мордочка вся измазанная кремом, с большущими глазками смотрит так удивлённо, что никто не может удержать приступ милоты, внезапно ударивший всю четвёртую. Ладошки беспорядочно вытирают мягкий, сливочный крем – но, только больше пачкают лицо. Такая же, сливочная улыбка отражается и на Роке с Сэттой. – Держи, – через стол, уже сидя за ним, Рок передаёт накрахмаленный платочек Сэтте. А она нежно и аккуратно начала вытирать измазанную мордочку малыша, что боязливо подставлялась под ласки, а потом и маленькие лапоньки. – Платочек заколдован? – спрашивает ангел. – Он не пачкается. – озвучивает, беспокоящее его наблюдение. – Да, он заколдован. – говорит одна из близнецов, Рэм – кажется, так она представлялась крохе, но ему ещё трудно различить одинаковых сестёр. – И он не пачкается. – жуя кусочек мяса, продолжает речь сестры Лэм. – Ты, ешь, ешь, не смотри на всех этих. Лучше набирайся сил. – Да, ведь за сегодняшний день тебе предстоит ещё много чего сделать. – Посмотреть аудитории, например. – в перерывах между полётом ложки в рот возвращает к себе внимание Лэм. – Угу. Зайти в библиотеку. – подхватив волну мыслей близнеца, говорит Рэм. – А ещ-щё, в учительс-скую, з-за распис-санием. – она немного шепелявит, тяжело говорить с едой за щекой. – Да, познакомится с нашей башней, – хрустя уже яблоком, продолжает подкидывать очередную идею Рэм. – И в конце концов, попасть в свою комнату. – и ставит точку в мозговом штурме близнецов Лэм. – Оставьте моего ребёнка в покое. Дайте малышу поесть. – Ууууу. – В ком-то проснулся материнский инстинкт? – и лицо Сэтты после замечания Лэм залилось безумно красным, как мантии Целителей. Но её гневный кулачок накрывает спокойная ладонь Рока. И всё хорошо. – Ребята, действительно, дайте Рафу пообедать. – Но в их словах есть правда. – отзывается, до сих пор молчавший, Виз. – Хорошо. Мы всё успеем.