Осколки

На отдых оставалось несколько часов, но Шарлотта не смыкала глаз. Обычно у неë не было проблем со сном на новом месте, но сейчас мешали то ли прошлые кошмары, то ли близость Сары, прятавшейся под личиной Джиллиан. Чудилось, что вот-вот что-то произойдëт, за окнами скрипел снег под сапогами военных, охранявших периметр. Внутри базы снега было мало, он таял и почти сразу стекал по системам отведения, но хруст всë равно звучал со всех сторон. Откинув одеяло, Шарлотта поднялась с кровати, пушистыми белыми носками собрала часть пыли с недомытого пола, подошла к двери, натянула на себя ярко-красную куртку и вышла на улицу. Тëмное небо вдали сверкало огнями звëзд, у входа во вторую зону светилась пропускная рамка. Никто с оружием не мог войти и выйти, не имея специального допуска. Бесполезные меры безопасности, которые к тому же не работали в общей суматохе. Правда в том, что если один человек захочет навредить другому, ему не понадобится общепринятое оружие. «Уже глубокая ночь, а они всë прибывают», — отметила Шарлотта, проследив взглядом за новой группой выживших, проходивших через рамку людей. Все замотанные в несколько слоëв одежды, они переминались с ноги на ногу, стремясь побыстрее оказаться в тëплых домиках. Охрана сдерживала их грозным видом и автоматами. По идее стрелять никто не должен и эти штуки даже не должны быть заряжены, но в условиях почти контролируемого апокалипсиса возможно всë. Да и удар прикладом — не самая приятная вещь, и об этом знали уже многие. Группу увели в предназначенный для них дом, и Шарлотта снова осталась почти наедине с собой. Она, Луна, и несколько камер, под прицелами которых находились вход в зону, домики, лазарет и кухню. «Здесь ты никогда не будешь в одиночестве. Даже если очень захочешь, — решила она. — Большой брат следит за тобой». Краем глаза уловив движение, Шарлотта обернулась готовая защищаться, но увидела Коннора. В большом белом пуховике и с бумажным стаканчиком в руках. — Доброй ночи, мисс Шарлотта, — улыбнулся он. — Можно? После одобрительного кивка он сел на другой край скамейки у домика и поставил стаканчик между ними. — Что это? — Это вам. Взял в административном корпусе. — Это же в первой зоне? — Да, для госслужащих. Но мы из одного ведомства, — рядом со стаканчиком кофе легла ID-карта. Внимательный глаз Шарлотты сразу выцепил «департамент юстиции», «отдел расследований» и «специальный агент Коннор Спринг». — Я из офиса в Ланкастере. — Извините, я даже не подумала спросить раньше. — Мисс Шарлотта, — Коннор улыбнулся и в его чуть раскосых тëмных глазах игривой искоркой отразился огонëк ближайшей камеры, — у нас было слишком много дел поважнее. — Да, возможно, — она убрала за ухо прядь волос, упавшую на глаза, и присмотрелась к небу. Серые тучи закрыли Луну, стало темнее. — Вроде бы вы говорили, что здесь ваша семья, Коннор? — Да, сестра и племянник. Я убедился, что они добрались без особых проблем, и вернулся к своим обязанностям. — Обязанностям? — Защищать вас, мисс Шарлотта. Как просила мадам Маргарет. «Я ведь и сама могу защитить себя, мама точно знает об этом. Тогда почему?» — Шарлотта кончиком пальца прикоснулась к крышке на стаканчике кофе, обвела круг, но больше ничего не сделала. Что-то в этой ситуации не складывалось. — Вы можете называть меня просто по имени, этого достаточно. — Хорошо, Шарлотта. Как себя чувствует Билли? — Ему лучше, в доме тепло. — Отличная новость. Представить не могу, каково было бедняге в такие холода! Коннор специально старался держаться подальше и даже не смотрел на неë. Шарлотта — наоборот. Она изучала его бледное лицо и задумчивую улыбку, лëгкую щетину, мешки под глазами, собранные в низкий хвост волосы и массивное фигурное кольцо на среднем пальце. Ей показалось, что он больше похож на модель, чем на агента, но потом она вспомнила Брикса и вздохнула. Агенты бывали очень разными. — Кажется, я немного устала, — прошептала Шарлотта. — Извините, что задержал, — Коннор поднялся. — Сейчас же оставлю вас. — Я не это имела в виду. Просто... — она глубоко вздохнула, словно решаясь на что-то. — Не знаю. Кажется, в моей голове происходит что-то, чего я не понимаю. Шарлотта не привыкла рассказывать о своих проблемах. Во всяком случае на трезвую голову. И отец, и мама время от времени упоминали, что поворачиваться спиной и открывать душу можно только рядом с человеком, которого хорошо знаешь и доверяешь на сто два процента. Иначе рискуешь закончить с удавкой на шее. Но теперь она сидела с человеком, с которым знакома не больше двух суток, и рассказывала, как в последнее время ощущала себя. Как если бы Коннор был терапевтом, к которому она так и не записалась, потому что не видела причин. Он в ответ касался большим пальцем ребра еë ладони и слушал, слушал... Впитывал еë эмоции, как губка, и улыбался. — Последние дни выдались безумными. Речь буквально о спасении человечества, как в боевике из десятых годов. Понятно, что ты чувствуешь себя так. Всë наладится, как только закончится. Шарлотта глубоко вздохнула, запрокинув голову. Наверняка он прав. Просто надо немного подождать.

***

— Почему ты везде таскаешь с собой эту... ящерицу? Адам немного знал, как выживать в холод, но совершенно не разбирался в земноводных и пресмыкающихся. Даже в тех, что с изогнутыми хвостами, и меняющих цвет. Когда Шарлотта только вытащила его, ящерица с ироничным именем Билли Миллиган, была совсем тëмной, но в тепле начала понемногу светлеть и двигаться. — Хамелеона, — холодно-отстранëнный взгляд Шарлотты всегда чуть смягчался, когда она смотрела на Билли. — Потому что он живой. Ему тоже тепло и любовь нужны. Рыжая Шарлотта поселилась в одном доме с ними. Близость агента ФБР немного настораживала, хотя ничего странного в еë поведении Адам не видел. Разве что сам факт, что она предпочла это место наверняка более комфортной первой зоне. Она просто выживала в холодах, как и все остальные, и ничего не пыталась сделать с Джиллиан, хотя прежде интересовалась ей. В доме они жили вчетвером, хотя казалось, что сюда могла поместиться ещë пара человек. Было бы тесно и пришлось ждать очереди в душ целую вечность, но некоторые жили так и до похолодания. Внутри оборудовали гостиную, две спальни и крошечную ванную, где едва умещалась узкая душевая и туалет. Без всяких излишеств вроде зеркала. Кухни не было, но этого и не нужно: еду готовили и выдавали всем сотрудники базы. Обычно выжившим доставалось что-то безвкусное. Уставший от этого Адам даже пообещал, что приготовит что-нибудь сочное и сытное для всей группы, когда холода останутся в прошлом. В остальном в зоне два царили мир, тепло и безопасность. Относительная. Информационное табло показывало, что снаружи температура поднялась до отметки в -61 F°, а внутри зоны и вовсе держалась на уровне 44 F°. После путешествия по заснеженным дорогам это место казалось чуть ли не тропиками. В тепле люди быстро перестали скалить зубы и пытаться покусать других сильнее ради собственного блага. За несколько часов снаружи цивилизация начала ломаться, за несколько часов внутри базы всë начало возвращаться в норму. Но это было лишь затишье перед бурей. В тихое и немного прохладное утро, когда температура внутри зоны упала до 35 F°, выжившие собирались вокруг озера для получения информации и дальнейших инструкций. Табло, до сих пор работавшее исправно заискрилось и потухло. Люди оборачивались, перешëптывались, тревога невидимым гостем бродила между ними. Табло мигнуло снова. На экране появилось изображение. Снова та рыжая женщина в очках — стоявший в первых рядах Адам убедился, что у неë и Шарлотты есть общие черты — встревоженно вещала, что биоремедиатор, из-за которого началось аномальное похолодание весной, переходил в терминальную стадию развития. И уже на привычном английском объясняла, что ненормальные холода придут и сюда и станут настолько сильными, что плохо придëтся даже здесь. Люди не верили. Они переглядывались, шептались, обсуждали... Зëрна страха, усыплëнные теплом убежища, вновь проклюнулись, дали всходы. Цветы зла готовы были распуститься вновь. Адам даже подумал, а не это ли было настоящим экспериментом? Изучали поведение и реакции в масштабах страны. Как следует обдумать это он не успел. — Это что, шутки?! — крикнул кто-то в толпе, собравшейся у озера. — Мы зря сюда добирались?! — Сейчас важно ограничить время пребывания на улице, сократить потребление электроэнергии и чистой воды... — безучастно продолжала профессор с экрана. Слушать до конца Адам не стал, вернулся к дому, пока взбешëнная толпа не начала устраивать разборки с военными, стеной окружившими экран. Он успел увидеть, как Шарлотта выскочила на улицу и бросилась ко входу в зону. Вернулась она минут через двадцать. Даже более отстранëнная, чем обычно, с собранными в хвост волосами и почему-то с молотком. Она не стала объяснять ситуацию, только сказала, что выбора нет, придëтся утепляться, в ближайшие дни начнутся проблемы. Худенькая и хрупкая, с ухоженными пальцами, она вовсе не подходила для работы по утеплению дома, но как только Адам попытался забрать молоток, она отказалась. Продолжила сама забивать окна оставшимися старыми тряпками. — Если хочешь помочь, сходите с Питером за едой, — сказала она, не отрываясь от работы. — Коробки на всех будут тяжëлыми, а с утеплением мы вдвоëм справимся. Сначала Адаму показалось, что Питер оправился от смерти Изабеллы, но с каждым днëм ему становилось хуже и хуже. В спасение он больше не верил. «Какой смысл что-то делать, если в конце концов мы все здесь умрëм? Они просто вырубят этот генератор, потому что мы им не нужны», — объяснял он. И повторял: «Зачем что-то делать, если в конце концов всë это абсолютно бессмысленно?» Адаму пришлось вытаскивать его на улицу через силу. Мороз потихоньку пробирался во вторую зону, снова хватал за нос и щëки. Пришлось поправить вязаный шарф, посильнее натянуть капюшон. Паника снова разливалась по округе, и толпа самых активных собиралась вокруг общей кухни, очевидно, планируя брать здание штурмом.

***

Как только Адам вышел за дверь, Шарлотта отложила в сторону молоток. Большое окно в гостиной забито достаточно хорошо, на некоторое время это даже убережëт их от замерзания заживо. Когда все соберутся вместе, то же придëтся сделать с дверью... Только пока проблему с холодом нужно решать иначе. Маргарет сказала, что они собирались немного уменьшить мощность генератора, чтобы «заставить крысу бежать». Потому что по-другому проблема не решалась, а доводы Шарлотты, что это кошмарно по отношению ко всем остальным на базе, разбивались о стену холодного «либо мы чуть подморозим выживших здесь, либо замëрзнет весь мир». Шарлотта решила действовать иначе. В конце концов всë должно закончиться. — Тебя правда ничего не смущает в этой ситуации, Сара? — спросила она и тут же предупредила. — Без глупостей! Она услышала, как дëрнулась Сара, шорох одежды и почувствовала холод металла на горле. Шарлотта с трудом сглотнула. Действовать нужно аккуратно, даже если ноги дрожали. — Кому ты сказала? — свистящий шëпот Сары прозвучал прямо над ухом. — Говорю же, без глупостей. О тебе знают все, кому нужно. Если со мной что-то случится, тебя убьют. — Да с чего бы? — Профессор Вебер-Вайхгайт здесь, у неë есть доступ к датчикам и камерам в каждом доме. Мы практически в прямом эфире. Оказалось, врать с ножом у горла, когда от того, поверят тебе или нет, зависела жизнь, не так уж сложно. Камер и даже датчиков внутри домов не было, только снаружи, да и те ещë оставалось наладить. Приборы сбоили, ломались, данные не записывались, и местным программистам требовалась вся возможная помощь, чтобы понять, что происходит, в технике дело или ошибка закралась в спешно написанные коды. — Они не могут следить всë время, — Сара надавила сильнее, оставляя небольшой порез на шее Шарлотты, — я уйду. «Уйдëт, а в суматохе никто и не поймëт, что я не просто замëрзла насмерть». — Ага... Выйдешь — передашь привет снайперам. Как раз перед тем, как тебя продырявят. Сара дрогнула. Замялась на секунду. Шарлотте этого хватило: вывернулась, локтем прижала еë к стене. Даже без настоящего значка ФБР и гордого звания агента она проходила общую тренировку. И училась у военного. Такие навыки не забывались. Зазвенел, ударившись о пол, нож. Безоружная Сара со злобой уставилась на неë. Шарлотта не двинулась с места. — Сука... — прохрипела Сара. — Может быть. Но сейчас я твой единственный шанс выжить. Образцы, Сара!