Полынь-трава

Время тянулось бесконечно. Мелкий дождь с туманом заволакивал безлюдный парк, и все вокруг постепенно затягивалось плотной слякотной мглой. Густой лес, где мы совсем недавно гуляли с Кристофером, сейчас казался размытым грязным пятном, еле различимым на фоне серого тревожного неба. Я бесцельно блуждал по мокрым дорожкам, зябко кутаясь в тонкую куртку. Спустя полчаса, изрядно промокший и окончательно замерзший, я вышел из парка и, взяв такси, поехал к ресторану «Принц Альберт». Отпускать водителя я не планировал и собирался дождаться Дениэля в теплом салоне автомобиля, благо, благодаря Кристоферу, наличных у меня теперь было достаточно, и я мог вполне себе это позволить. Устроившись на заднем сиденье такси, я внимательно наблюдал за входом в ресторан, с нетерпением ожидая, когда появится Дениэль. Сегодня было воскресенье, и в этот еще ранний час прохожих на улице было совсем немного. Жители Лондона предпочитали в свой выходной понежиться лишний часик в теплых кроватях и не торопились высовывать свой нос на улицу. Спустя один час и десять минут, когда я уже начал нервничать, Дениэль, наконец, появился. Я сначала даже не узнал его, уж слишком непривычным был образ альфы. Длинная толстовка, выглядывающая из-под объемного пуховика, и бейсболка, скрывающая пол-лица, делали Дениэля похожим на обычного студента, прогуливающего пары в университете. Я выскочил из машины и со всех ног бросился к альфе. Когда расстояние между нами существенно сократилось, я негромко позвал мужчину по имени. Он еле заметно вздрогнул и резко обернулся, но, увидев меня, облегченно вздохнул. — Я думал, что ты меня разыгрываешь, — насмешливо бросил он мне и, подхватив под локоть, потащил в сторону своей машины. Я не успел и слова вымолвить, как оказался на заднем сиденье спортивного «Ягуара». Альфа действовал быстро и четко, без лишних вопросов он завел машину и поехал в неизвестном для меня направлении. Но от волнения я практически ничего не соображал, мое тело обмякло, словно после горячей ванны, а голова наполнилась белым теплым туманом. — Оли, — позвал меня Дениэль, наблюдая за мной в зеркале заднего вида, — с тобой всё в порядке? — Всё хорошо, — с трудом пробормотал я, пытаясь стряхнуть с себя опьяняющую слабость. — Куда мы едем? Я обеспокоенно посмотрел в окно на проносящиеся мимо незнакомые пейзажи. — На восток Лондона, у меня там небольшая студия. Уставшее тело снова сковало напряжение. Я только сейчас понял, как мой звонок воспринял Дениэль и почему он так быстро, ни о чем не спрашивая, приехал за мной. Боже, что я наделал! От досады и разочарования мне хотелось плакать. — Дениэль, остановись, ты меня неправильно понял, — я говорил, быстро глотая слова. — Оли, не переживай, я всё правильно понял. Игривый тон альфы и легкая усмешка в его голосе заставили меня разволноваться еще сильнее. — Нет, нет, — отрицательно покачал я головой, — я же тебе ничего не объяснил… — В этом нужды нет, я в курсе того, что произошло, — Дениэль поймал мой растерянный взгляд в зеркале. — Ты сбежал от своего мужа. Так ведь? — Откуда… ты знаешь? — дрожащим голосом спросил я. В моей голове, словно стая испуганных птиц, проносились одна за другой мысли. «Откуда Дениэль узнал об этом? Неужели Кристофер звонил ему? Или это Эмиль с ним разговаривал? Зачем он приехал за мной? Чтобы забрать? Но куда?» — Куда, черт возьми, ты меня везешь?! — закричал я и тут же замолчал, испугавшись своего громкого голоса. Я нервно дёрнул ручку двери, собираясь выйти из машины прямо на ходу. Заблокирована. Но я не сдавался, дёрнул ещё раз и ещё раз. – Прекрати, – сказал Дениэль, – ты её сломаешь. Альфа остановил машину, припарковав её у ближайшего супермаркета, и повернулся ко мне. – Оли, – мягко позвал он меня, – успокойся. – Разблокируй дверь, – прошипел я, пряча за злостью страх. – Нет, – покачал головой альфа, – если я это сделаю, то ты тут же убежишь и навлечёшь на себя ещё больше неприятностей. Оли, – строго сказал он, – перестань ломать дверь и выслушай меня. Хорошо? И, не дожидаясь моего согласия, сразу продолжил говорить. – Когда я чуть больше получаса назад ехал на встречу с тобой, мне позвонил Герман. Он спрашивал про тебя. – Что ты ему сказал? – резко спросил я. – Ничего, – улыбнулся альфа, – ведь ты попросил никому не говорить про твой звонок. Я держу свои обещания, ты это должен хорошо знать. Я немного расслабился и, наконец, перестал пытаться выйти из машины. – Значит, ты сбежал от своего скучного мужа? – спросил Дениэль. Я еле заметно кивнул. – Давно пора было, – тонкая довольная улыбка блеснула в его глазах. – Не спросишь почему? – поинтересовался я. – Позже, – хмыкнул альфа, – у нас будет достаточно времени, чтобы всё обсудить. Когда мы въехали в Северный Вулидж, где располагалась студия альфы, пейзаж за окном изменился. Этот серый район Лондона, застроенный панельными и блочными малоэтажками, был грязным и неопрятным. Машины стояли припаркованными прямо на газонах, повсюду встречались горы мусора, их никто не убирал, и местные жители попросту перестали обращать на них внимание. Проследив за моим встревоженным взглядом, Дениэль спокойно сказал: – Понимаю, что район тебя пугает, но здесь тебя будут искать в последнюю очередь. Спустя минут десять мы въехали в двор вполне приличной многоэтажки с большой детской площадкой и остановились. – Приехали, – деланно бодрым голосом сообщил Дениэль и, заглушив мотор, вышел из машины. И мне ничего не оставалось, как последовать за ним. Подъезд внутри оказался на удивление чистым и опрятным, а сама студия хоть и маленькой, но вполне уютной. Я невольно задался вопросом, зачем Дениэлю эта квартира в одном из отдалённых районов Лондона, населённом в основном мигрантами и неблагополучными гражданами. Ответ неожиданно прозвучал от альфы, который, казалось, прочёл мои мысли. – Я купил эту квартиру полтора года назад, чтобы использовать её для встреч с тобой, – со вздохом произнёс мужчина. – Так и знал, что она всё-таки пригодится. От слов Дениэля я замер. Мне было неприятно сознавать, что я нахожусь сейчас в любовном гнёздышке, который альфа свил для встреч с моим братом. Альфа заметил мою неуверенность и с лёгкой усмешкой произнёс: – Проходи, что ты застыл у двери, будто сбежать собираешь? Не волнуйся, без твоего согласия я тебя и пальцем не трону. Я снял куртку и грязные ботинки и неуверенно сделал несколько шагов вперед. Студия была поделена на три зоны: кухня с современным гарнитуром, дорогой техникой, которой, судя по виду, никто ни разу не пользовался, массивной барной стойкой вместо стола и высокими хромированными стульями. Второй зоной была гостиная, но вместо дивана тут стояла большая кровать с мягким изголовьем, которая занимала практически все пространство. Это было неудивительно, учитывая, в каких целях собиралась использоваться эта квартира. Кроме кровати в этой зоне еще уместились маленький кофейный столик и мягкая кушетка. Оставшееся место было отведено под прихожую. Матовая раздвижная дверь из стекла вела в маленькую душевую, совмещенную с санузлом. Эти квартиры предназначались в основном для мигрантов и не отличались удобством. Главным их преимуществом была низкая цена. У меня мелькнула мысль, что ремонт и мебель обошлись Дениэлю дороже самой студии. – Ты взял с собой какие-нибудь вещи? – спросил меня Дениэль. Я отрицательно покачал головой. У меня ничего с собой не было: ни сменного белья, ни средств гигиены, я даже не захватил с собой расческу. В ту минуту, когда я убегал из дома Кастелло, я об этом даже не думал. – Ты пока располагайся, я схожу в ближайший супермаркет. Можешь пока заценить кровать, – Дениэль подмигнул мне. Я был слишком потерян, чтобы придумать ему в ответ колкую реплику, поэтому я просто молча сел на край кушетки и отвернулся. – Эй, ты что? – растерялся альфа и подошел ко мне, опускаясь на корточки. – Я пошутил, слышишь? – Я просто немного устал, – тихо сказал я, – поэтому плохо реагирую на шутки. Иди уже в магазин, я есть хочу. На самом деле у меня совершенно не было аппетита, мне просто хотелось, чтобы Дениэль оставил меня ненадолго одного, чтобы я мог привести свои чувства в порядок. – Уже бегу, – с теплой улыбкой произнес альфа. Дениэль отсутствовал около часа и вернулся назад нагруженный пакетами, в них оказались средства гигиены, несколько пар новых носков и сменное нижнее белье, гора разнообразных закусок, несколько коробок с готовой едой и пара бутылок воды. – Из квартиры никуда не выходи, – сказал альфа, выгружая покупки на стол. – К двери не подходи, верхний свет не включай и вообще веди себя как можно тише. Эта студия, конечно, не на мое имя, но твой муж тот еще ищейка. Я уверен, что он будет в первую очередь подозревать меня в том, что я замешан в твоем исчезновении. – Прости, – прошептал я, чувствуя себя крайне неудобно. – Из-за меня у тебя могут быть неприятности. – Не волнуйся, слушайся меня, и все будет нормально. Прости, сейчас мне нужно уйти, но я вернусь вечером, и ты мне расскажешь, что случилось. – Хорошо, – вздохнул я, испытывая одновременно облегчение и разочарование. Присутствие Дениэля меня держало в напряжении, но и оставаться одному в чужой квартире мне не хотелось. Взгляд Дениэля тем временем упал на мои перебинтованные руки. – С тобой будет всё в порядке? – с тревогой спросил он и с беспокойством посмотрел в сторону кухни, где в ящиках лежали столовые приборы и несколько ножей. Я сразу же по лицу альфы понял, что он не хочет оставлять меня один на один с ними. Видимо, Дениэль знал обо мне немного больше, чем я думал. Интересно, он уже пожалел, что связался со мной? – Я буду слушаться тебя и вести себя тихо, как мышка, – заверил его я. – Обещаю. Альфа молчал, не сводя с меня внимательного взгляда, и мне стало казаться, что он сейчас выставит меня за дверь, но вместо этого Дениэль улыбнулся и легонько поцеловал меня в лоб. – Умничка, – сказал он, после чего ушел, оставив меня одного в чужой квартире. Тусклое утро сменилось тяжелым серым днем. Я закрыл плотные шторы и включил ночник. Мягкий теплый свет лампы разлился по комнате, создавая видимость уюта. Усталость закружила мою голову, но на душе было до странного спокойно. Со мной такое иногда бывало после сильного волнения и потрясения, и раньше это состояние заставляло тревожиться меня, но сейчас я, напротив, был рад наступившему штилю в моей душе. Устроившись на софе, я закутался в мягкий плед и почти сразу же крепко уснул. Проснулся я ближе к вечеру полностью отдохнувшим и сразу же набросился на сэндвичи, купленные утром Дениэлем. Немного утолив голод, я включил телевизор, выкрутив громкость до минимума. Дом, в котором я находился, относился к классу бюджетного экономного жилища, и проектировщиков не заботил комфорт его жителей. Мне рассказывали, что в подобных домах можно было услышать, как упал гвоздь в соседней квартире. Но в студии Дениэля было подозрительно тихо, и мне пришло в голову, что альфа заморочился с шумоизоляцией. Ну конечно, его он планировал здесь предаваться разврату с моим братом, и нужно было позаботиться о том, чтобы ни один стон не услышали соседи. Прибавив громкость, я принялся листать новостные каналы, каждый раз с замиранием сердца боясь услышать информацию о себе. Но всё было тихо, видимо, Эмиль рассчитывал найти меня, не привлекая внимание и не обращаясь в правоохранительные органы. Решительно не зная, чем себя занять, я бесцельно мерил шагами комнату, то и дело натыкаясь на мебель. Как бы я ни старался уйти от мыслей, вселяющих в мою душу тревогу, не получалось. Они настойчиво следовали за мной по пятам. Находиться в полнейшем неведении было просто невыносимо, я был в информационном вакууме, не зная ничего о судьбе людей, которые мне не безразличны. Через полчаса от переживаний и волнений меня стало тошнить и скручивать живот, и недавно съеденные сэндвичи настойчиво стали проситься наружу. Я уже находился практически на грани истерики, когда вернулся Дениэль. – Ну и навел ты паники, – произнес альфа прямо с порога. Выглядел он уставшим и измученным – лицо посерело и осунулось, а насмешливый блеск в глазах угас, сделав взгляд тусклым и невыразительным. – Тебя ищут по всему городу. Мужчина снял верхнюю одежду, поставил на пол объемный бумажный пакет с продуктами и забрался с ногами на кровать, вытягиваясь во весь рост и издавая еле слышный довольный стон. – Иди сюда, – позвал меня Дениэль, указывая рукой на место рядом с собой. Я отрицательно покачал головой, но на кровать все ж присел, только подальше от альфы, чем вызвал у него снисходительную улыбку. – Твой муж даже ко мне в офис примчался, – проговорил мужчина. – Он был явно не в себе, таким разъяренным я его никогда не видел. Ты знаешь, он мне ведь полкабинета разнес. Но альфу явно не расстраивало это, а напротив, его улыбка стала еще шире, видимо, ему доставляло удовольствие, что кто–то смог настолько разозлить Эмиля. А у меня же заныло сердце от чувства вины. – Что же мне теперь делать? – неуверенно спросил я. — Это ты у меня спрашиваешь? – Дениэль перевернулся на живот и подвинулся ко мне поближе. – Для начала, мне хотелось бы знать, почему ты решил сбежать от своего унылого мужа? Надеюсь, это сделано исключительно из–за любви ко мне. Иначе получается, я напрасно подставляю свою задницу. Я задумался, нужно ли рассказывать всю правду Дениэлю? Или все же не стоит посвящать его в тонкости моего психического здоровья и то, что об этом думает Эмиль. Может, все–таки стоит придумать весомую причину, объясняющую мой поступок. Но ни одна светлая мысль не приходила в мою голову. Мое молчание затягивалось, и Дениэль стал проявлять нетерпение. – Это такой сложный вопрос? – не выдержал он. – Я должен знать, ради чего я иду на такие риски. Ведь по сути я сейчас являюсь преступником, прячущим у себя омегу одного из самых влиятельных альф мира. А если ты скажешь, когда тебя найдут, что я удерживал тебя силой, – альфа мрачно улыбнулся, – то я пойду за решетку, причем надолго. И никто не посмотрит на мое имя и статус. – Меня не найдут! – резко бросил я. – О, я бы не был настолько уверен, – скептически хмыкнул альфа. – Эмиль весь город перевернет, но добьется своей цели. Он же твой истинный, через некоторое время твоя внутренняя омега будет звать его, и альфа пойдет на этот зов. Дениэль был уже вторым человеком, который упоминал о связи между мной и Эмилем. Но за то время, что я прожил вместе с мужем, я ее ни разу не чувствовал, даже когда мы были неделю в разлуке. В те дни я скучал без Кастелло, но не более. Я очень надеялся, что и сейчас она не проявится, потому что в противном случае последствия для меня будут плачевными. – Если мой муж меня найдет, – со вздохом произнес я, решив рассказать Дениэлю правду, – то никто не поверит ни единому моему слову. Я даже думаю, что меня никто ни о чем и спрашивать не будет, а просто молча отправят в больницу. Даниель удивленно вскинул брови и внимательно посмотрел на меня. – О какой больнице идет речь? – спросил он. – О психушке, – с горькой усмешкой произнес я. – Эмиль хочет меня туда отправить и как можно скорее. Собственно говоря, поэтому-то я и сбежал. – Ого! – пораженно произнес альфа. – А Кастелло, оказывается, не настолько скучный, как могло показаться на первый взгляд. Спрятать подальше истинного, а самому развлекаться на стороне. Слова Дениэля больно ударили по мне, гораздо больнее, чем я ожидал. Может, потому что он озвучил мои мысли. – Нет, это не так, – попытался оправдать я мужа. – Я немного был не в себе, и Эмиль просто испугался за мое здоровье. Он просто хотел помочь… – Вот как, – альфа задержал взгляд на моих перебинтованных пальцах. – Тогда почему же ты сбежал от этой помощи? Разве ты не должен доверять Кастелло, как самому себе? Ведь он твой истинный и никогда не сделает тебе плохо и больно. В голосе Дениэля звучала усмешка, а его блестящий взгляд скользил по моему лицу, почему-то вгоняя меня в краску и заставляя опустить глаза. – Или я не прав? – невинно поинтересовался Дениэль. Его вопрос поставил меня в тупик. Если бы я согласился с Рилоном, признав, что он не прав, то поставил бы под сомнение чувства между мной и Эмилем и нашу связь истинных. С другой стороны, если бы я на самом деле доверял Эмилю, то меня сейчас здесь бы не было. Видя мой растерянный вид, молодой мужчина довольно хмыкнул. – Не принимай все близко к сердцу, многие альфы ветрены, даже истинность не гарантирует верность, и твой муж не исключение. Эмиль просто наигрался с тобой. – Прекрати! – воскликнул я, задетый его словами. – Это не так! – Считай как хочешь, – равнодушно пожал плечами Дениэль. Альфа со вздохом перекатился на кровати и нехотя встал. – Я не могу сейчас надолго исчезать из поля зрения твоего мужа и часто сюда приезжать, – серьезно произнес альфа. – Я уверен, что он будет следить за мной. Поэтому следующие несколько дней тебе придется провести одному. Еды тебе я привез, указания остаются все те же – из квартиры не выходи, дверь никому не открывай. – Подожди, – меня охватила легкая паника, оттого что мне придется провести в этой квартире неопределенное количество времени совершенно одному, без связи с внешним миром. – Не оставляй меня здесь надолго! Дениэль удивленно посмотрел на меня, обескураженный такой реакцией. – Я не хочу… Я не смогу тут один… – если я сегодня несколько часов еле выдержал, то что со мной будет за несколько дней. Я изведу себя настолько, что определенно совершу какую-нибудь глупость. – Может тогда вернешься к своему мужу? – язвительно спросил альфа. – Значит, я тут рискую своей карьерой, репутацией и свободой, а ты капризничаешь. Я не узнаю тебя, когда ты стал таким впечатлительным и слабым? Я на секунду замер. Дениэль видел Оли перед собой, но я сколько не притворялся бы братом, стать им никогда не смог бы. Во мне никогда не было той уверенности, спокойствия и решительности, которую излучал Оли. А сейчас я и подавно был весь словно оголенный комок нервов и с трудом сдерживался, чтобы не разрыдаться, но слезы, сколько бы я их не удерживал, все равно предательски покатились по моим щекам. – Эй, – окончательно растерялся Дениэль, не зная, как себя вести, – ну ты чего, малыш? Не плачь, пожалуйста. Но я уже не мог остановиться, меня словно прорвало. Все напряжение последних дней вылилось в безобразную истерику. – Не оставляй… меня тут одного… не оставляй… – заикаясь, повторял я. – Оли, послушай меня, – мягко сказал Дениэль, – ты же понимаешь, что я не могу остаться с тобой, как и не могу взять с собой. Альфа аккуратно усадил меня на софу и взял мои ладони в свои руки. – Ты же не хочешь, чтобы Эмиль нашел тебя? – спросил альфа, придирчиво рассматривая грязные бинты на моих пальцах. – Прости… – виновато пробормотал я, понимая, что веду себя словно ребенок. – Я тебя понимаю, тебе сейчас тяжело, – со вздохом произнес Дениэль, он отпустил мои ладони и на несколько минут скрылся за стеклянной дверью, ведущей в душевую. Вернулся он с аптечкой и сразу же занялся моими руками, разматывая с пальцев перепачканные, растрепанные бинты. – Эмиль сейчас будет подозревать всех и каждого и хвататься за любую зацепку в попытках найти тебя, – продолжил говорить Дениэль. – Если я буду приезжать сюда каждый день, то это определенно заинтересует твоего мужа. Не пройдет и недели, как он вычислит, что я прячу тебя здесь. Дениэль снял бинты и теперь с хмурым видом рассматривал мои израненные пальцы. – Что произошло? – спросил он. – Собирал осколки и порезался. Я же говорил, что был немного не в себе… По лицу Дениэля пробежала тень сомнения. Но он ничего не сказал, лишь молча обработал порезы антисептиком, а затем заново перебинтовал пальцы. – Что же мне с тобой делать? – без тени насмешки произнес альфа. – Может, мне лучше уйти? – тихо пробормотал я, с ужасом понимая, что загнал себя в ловушку – вернуться к Эмилю я не мог, но и оставаться запертым в четырех стенах было выше моих сил. Я устал все время сидеть в клетке и отчаянно нуждался в глотке свободы, но каждый раз стоило мне вырваться из одной тюрьмы, как я сразу попадал в другую. – Ерунду не говори, – раздраженно бросил Дениэль. – Куда ты пойдешь? – Мне все равно, – в эту минуту я думал лишь о том, что бы оказаться далеко–далеко отсюда. Мимолетная мысль неожиданно переросла в дикое желание – сбежать, скрыться, спрятаться ото всех, начать все с чистого листа, оставив в прошлом боль, вину, душевные муки, сомнения. – Что значит все равно?! – раздраженно воскликнул альфа, но увидев, как в моих глазах вспыхивает решимость, тут же сменил тон: – Оли, не дури. Ты сейчас на эмоциях, но потом пожалеешь обо всем. Ты только представь – молодой красивый омега, который бесцельно слоняется по улицам города, да тебя либо изнасилуют и заберут в какой-нибудь бордель, либо схватят полицейские и передадут в руки Эмиля. Здесь, у меня, ты в полной безопасности и тебе ничего не угрожает. Давай так, – после секундного раздумья произнес Дениэль, – я тебе оставлю телефон, если тебе станет плохо или страшно, ты сможешь связаться со мной. Я отвечу в любое время. Как ты на это смотришь? Слова Дениэля медленно доходили до моего сознания. Я понимал, что альфа прав, но продолжал сомневаться. Мысль о том, что стоит сделать всего лишь один шаг и я буду свободен, была слишком заманчива. – Я сам буду тебе регулярно звонить и держать в курсе дела, – продолжал уговаривать меня альфа, – а как только появится возможность, сразу приеду. Пойми, люди Эмиля сейчас пристально наблюдают за мной. Как только он вычеркнет меня из списка подозреваемых, я помогу тебе уехать из страны, – Дениэль растерянно посмотрел на меня, видимо, не зная, что еще предложить. – Ты что, погубить себя хочешь?! – в отчаянии воскликнул он. – Хорошо, я согласен, – со вздохом произнес я, а потом в каком-то отчаянном порыве, неожиданно наивно и доверчиво спросил: – Ты же меня не обманешь? Губы Дениэля тронула улыбка, не насмешливая, как обычно, а мягкая и ласковая. – Никогда. Обещаю. Спустя полчаса я держал в руках новый смартфон с действующей сим-картой. Пока мы ждали, когда привезут телефон, Дениэль разбирал пакет с едой. Стейки запеченного лосося под сырной шапкой, порция спагетти с морепродуктами, картофельные оладьи, пара банок бобов в томатном соусе, нарезка ветчины и колбасы, упаковка сыра Бри, шотландские яйца. Продуктов было очень много, здесь явно был запас на неделю. Со странным чувством я помогал убирать цветные коробки, пластиковые контейнеры в холодильник, и только когда у меня в руках оказалась гроздь перезрелых бананов, то я понял, что все это любимая еда Оли. Удивительно, насколько хорошо Дениэль знал брата, он даже не забыл про черный жевательный мармелад со вкусом лакрицы. Я на дух не переносил это лакомство, но Оли просто обожал его травянистый вкус. Мне на несколько секунд стало нечем дышать, потому что показалось, что мой брат должен подойти с минуты на минуту, чтобы поужинать вместе со мной. Сердце неприятно кольнуло, а на глаза невольно слезы. – Что-то не так? – настороженно спросил Дениэль. – Здесь вроде все, что ты любишь. Я кивнул головой и отвернулся, смахивая с глаз слезы. – Все в порядке, – глухо ответил я. – Спасибо. – Значит так, – Дениэль стал убирать продукты в холодильник. – Еды у тебя достаточно, вода, сок, газировка вот тут, он указал на нижнюю полку кухонного гарнитура. Что еще? – задумчиво пробормотал альфа, скорее задавая этот вопрос самому себе. – Ах, точно, – воскликнул он и с подозрением посмотрел на меня, – таблетки. Ты же принимаешь какие-то лекарства? – У меня все с собой, – солгал я. Убегая из дома, я не взял с собой ни одного препарата, попросту забыв про них. – Это очень хорошо, – облегченно вздохнул Дениэль. – Оли, не совершай глупостей, если что сразу звони мне. Я кивнул головой и тихо попросил: – Возвращайся поскорее… – Сразу же, как появится возможность, – заверил меня альфа, а затем робко, словно боясь меня спугнуть, целомудренно поцеловал меня в лоб. Дениэль ушел, и я снова остался один. В первую очередь я решил позвонить Кристоферу. Брат взял трубку после третьего гудка. — Это я, – быстро проговорил я. – Ты можешь сейчас говорить? – Оли? – в голосе брата слышалось явное облегчение, спасибо, что позвонил, я уже начал волноваться. – Как у тебя дела? – спросил я и тут же задал главный вопрос, который мучил меня целый день, – Эмиль не заподозрил тебя? – Конечно же, заподозрил, – с нервным смешком ответил Крис. – Я подозреваемый номер один. – О нет! – тихо выдохнул я. – Надеюсь, он не причинит вред тебе и семье. Ты был прав, зря я втянул тебя во все это. – Не переживай, все нормально, – поспешил успокоить меня Кристофер. – У Кастелло нет доказательств, а подозревает он не только меня, а еще целую кучу людей. Ты сейчас где? Можешь мне сказать? Я на несколько секунд задумался, неожиданно захотелось довериться брату, но я вовремя остановил себя, еще не время. – Прости… – пробормотал я в трубку, – пока нет. – Я волнуюсь за тебя, целый день не находил себе места. Чувствую себя настолько бесполезным, потому что не могу защитить тебя. Каждый раз вспоминая сколько мы причинили тебе боли… отец, я и даже мама, я понимаю, что никогда не смогу искупить свою вину перед тобой… – Крис, хватит, – перебил я брата, его признания не находили отклика в моей душе. – Пусть все, что было, останется в прошлом. – Хорошо, – немного разочарованно произнес Кристофер. – Будь аккуратнее, и помни, чтобы не случилось, я всегда приду тебе на помощь. – Спасибо, – искренне поблагодарил я брата. Мне хотелось еще поговорить с Кристофером. Спросить, как отреагировал на мое исчезновение Эмиль. Сильно ли он переживает и волнуется? Быть может, он сейчас горько сожалеет о своем решении упрятать меня в больницу? Еще я немного волновался за Джона, которому наверняка досталось. Я был уверен, что Эмиль выплеснул на бедного управляющего весь свой гнев, и я испытывал вину перед ни в чем не повинным омегой. Но брат с сожалением произнес: – Прости, но мне пора… Береги себя и не совершай глупостей. – Ты тоже, – грустно произнес я. – Будь осторожен. – Хорошо, – прошептал Кристофер и отключился. Следующие несколько дней были настолько похожи друг на друга, что я перестал различать их. Серое утро сменялось таким же днем, а затем наступали сумерки, меня же постепенно охватила лень и апатия. Если вначале я вздрагивал от телефонного звонка и с замиранием сердца слушал новости, боясь и одновременно надеясь услышать что-нибудь о себе или Эмиле, то на третий день мне стало все равно. Это было тяжело, тяжелее, чем мне казалось, быть вдали от своего истинного, но я пока справлялся с этим. Дениэль честно отвечал на каждый мой звонок, но разговаривал короткими сухими фразами, толком ничего не объясняя. «Все под контролем», «Ни о чем не волнуйся», «Потерпи еще немного», «Пока приехать не могу» – вот практически все, что я слышал в ответ на свои вопросы. Окончательно утомленный бездельем, в попытках себя хоть как–то развлечь, я достал наш общий с братом дневник, собираясь перечитать его и узнать побольше информации о Дениэле. Я, наверное, около часа держал открытым его на первой странице, раздумывая, а стоит ли мне снова бередить свои раны, читая откровения Оли. Решив отложить повторное изучение дневника на неопределенный срок, я уже собирался его снова закрыть и спрятать в кармане куртки, как мое внимание привлекла обложка. Мне показалось, что в ней что-то лежит, я оказался прав – в тисненном кожаном переплете оказался потайной кармашек, из которого я извлёк несколько листов, исписанных почерком Оли, на сей раз довольно аккуратным. Перед моими глазами заплясали буквы, они складывались в слова, а слова в предложения, дающие мне ответы на многие вопросы. Будто бы брат услышал меня, будто решил позаботиться обо мне, лично вложив в руки тонкие, сложенные пополам тетрадные страницы. «Это моя третья попытка, прошлые воспоминания становятся все более размытыми и нечеткими. Если в этот раз ничего не получится, то, боюсь, у меня останется только один шанс. Мадам Каролина, эта сучка с членом между ног, упрямо твердит, что невозможно без последствий возвращаться раз за разом. Но плевать, пока я не достигну своей цели, я не отступлюсь».