Ты всегда активная, я не поспеваю,
Ты обожаешь пиццу — могу стать итальянцем.
Ты к чаю любишь тортики — открою пекарню,
Ты обожаешь пёсиков — давай в догги-стайле,
Ты любишь стендапы — подстригусь как Джордж Карлин.
Хочешь семью — ты можешь звать меня «папа»
***
Зачем он пришел в «Универсам»?
Задавал себе этот вопрос старший каждый раз, когда его взгляд замечал мальчишку, который пытался держать на улице статус «пацана» и дрался с аккуратными, изящными пальцами пианиста.
Его добрая улыбка, что появлялась на лице с шуток старшего, глубокие голубые глаза, которые были похожи на северное море, смотрели прямо в душу, а его голос пробивал Туркина до мурашек.
На лице можно было заметить яркие, ещё свежие раны и темно-синие синяки.
Андрей был очень привлекательным, но по странным обстоятельствам за ним не бегали девочки. Зато как только ступила нога младшего в логово группировки, то все взгляды были прикованы к его персоне. В том числе и взгляд Валеры.
Каждый шаг отдавался в тишине эхом, отлетавшем от бетонных стен подвала, который расположился в одной из старых семиэтажек, а наглая ухмылка украшала лицо Васильева, ведь понял этот маленький чёрт, что произвел неплохое впечатление даже на самых старших.
Но только этот красивый юноша не замечал знаки внимания Валеры.
Он игнорировал то, что старший бегал к нему каждый вечер под окна, то, что Валера заходил за ним каждую пятницу и забирал его на дискотеку и даже то, что отдавал последнюю сигарету в пачке.
Валера лишь получал высокомерные взгляды, наглую ухмылку и едкий смешок.
Васильеву нравилось то, как Турбо прогибался под ним.
А вот Туркина знатно подбешивало, как Андрей упёрто не замечал его знаки внимания. Поэтому однажды он просто не выдержал и, оставшись с Андреем один на один в одном из подъездов старой Хрущевки, зажал младшего в углу и, взглянув в голубые глаза напротив, в которых плясали чертики, затянул блондина в страстный поцелуй.
И к удивлению старшего Андрей охотно ответил на его поцелуй, располагая свои руки на его сильной, подкаченной груди.
В этот момент вся жизнь поменялась на до и после.
Поцелуй становился все более мокрым и жадным. Валера целовал Андрея так, словно это был последний поцелуй в его жизни, который он хотел отдать только младшему. Руки блондина уже успели проникнуть под вязаный свитер старшего и очерчить каждый сантиметр разгорячённой кожи.
И только после этого парни поняли, насколько они важны друг другу.
Валера был второй половиной Андрея, а Андрей в свою очередь прекрасно дополнял Валеру.
В их отношениях можно было увидеть прекрасный тандем двух бьющих в такт друг другу сердец, тепло объятий, острое ощущение прикосновений к коже и щекочущих душу поцелуев…
Никто не торопил события, и все случилось само по себе.
Поздний вечер весны, квартира Валеры и желание слиться воедино с младшим, сдерживать которое было невозможно…
***
Лучи закатного солнца падали на старые обои и создавали яркие, переливающиеся теплыми оттенками блики.
Город утопал в весеннем закате, что непроизвольно вызывало на лицах людей улыбку, а в душе проливалась детская радость тому, что на улицах города скоро ступит всеми любимое лето.
Прижатый к стене Андрей сейчас утопал в губных ласках старшего, от чего из его рта доносились тихие стоны.
Губы покрывали чувствительную шею и оставляли на ней мокрые следы. Младший выгибал спину и запрокидывал голову.
Руки блуждали по телу Васильева и очерчивали на коже неизвестные фигуры, как авангардный художник, рисующий на белом холсте.
— Валера, пожалуйста… — хрипло проговорил Андрей, смотря старшему в глаза.
Валера ухмыльнулся и, подхватив голубоглазого за бедра, понес его в спальню, не прекращая покрывать его шею поцелуями, на которой уже образовывались ярко-красные отметины.
Наконец добравшись до кровати, Валера опустил младшего на мягкий матрас и, стянув с него свитер, открыл себе вид на белоснежное тело, на котором красками играли блики солнца.
Ярко-малиновые с переливом в оранжевый — тело Андрея словно было палитрой художника, и эту картину хотелось запечатлеть на фотоплёнку, а после повесить эту фотографию в рамку и отнести на выставку.
Валера нежно провел рукой по подкаченному телу Васильева, вызвав у него табун мурашек по всему телу и, добравшись до шнурка спортивных штанов, который был завязан в аккуратный бантик, Валера потянул за край и развязал его.
Андрей, приподнявшись на локтях, посмотрел на старшего и, схватив своими ловкими руками край свитера, стянул его с тела Туркина, отбрасывая его в сторону.
— Ну и зачем ломался все время, если сам сейчас просишь? — спросил Валера, ухмыляясь.
Долгий зрительный контакт, минута молчания и подавший голос младший:
— Ну тогда бы тебе было не интересно, а так добился и получил.Ты не единственный, кто бегал за мной, но почему-то выбрал я именно тебя, — сказал Андрей и, схватив Валеру за бедра, повалил его на кровать, забираясь на него сверху.
— Хотя я знаю, почему выбрал тебя. Ты продолжал делать все, чтобы я обратил на тебя внимание, даже когда мне было все равно. Ты целеустремленный, а ещё ты безумно красивый, — сказал Андрей, проведя рукой по щеке старшего оставляя на его губах смазанный поцелуй, слезая с его бедер.
Андрей быстро избавился от своих спортивных штанов вместе с нижним бельем, пока на него был нацелен изучающий взгляд старшего.
Андрей откинулся назад, падая спиной на кровать, тихо проговаривая:
— Штаны не хочешь снять или мне помочь?
И Валера, встряхнув головой, быстро избавился от своих джинс с боксерами и, взяв Андрей за талию, усадил к себе на бедра.
— В тумбочке слева, в верхнем ящике, — отчеканил Туркин младшему, и Андрей залез в ящик прикроватной тумбы и достал оттуда небольшой тюбик вазелина.
Выдавив небольшое количество жирной и прохладной мази себе на пальцы, он распределил мазь по всей длине вставшего члена старшего.
Валера наблюдал за всеми действиями Андрея и не понимал, где и как он научился основам секса. Такой невинный и нетронутый на первый взгляд мальчишка был в постели настоящим профессионалом, что не могло не вызывать удивление.
Но поток мыслей Валеры прервался, когда Андрей опустился на его грудь и начал сам насаживаться на член, громко простанывая и глубоко вздыхая.
Валера придерживал младшего за ягодицы и помог парню опуститься на всю длину.
Сжимая до покраснения сладкую задницу Андрея, Валера не спешил начинать движение, давая привыкнуть парню к заполненности внутри.
Но младший был уже готов, поэтому начал двигаться сам, хватая Валеру за его широкие плечи и оставляя на них царапины от ногтей.
Взяв Андрея за талию, Валера начал двигаться, попадая с первых движений по простате, от чего младший выгибал спину и громко стонал.
Губы покрывали каждый сантиметр белоснежной кожи, а горячее дыхание обжигало ее. Оба парня растворились друг в друге и не замечали летящее время.
Движения ускорялись, а на талии можно было заметить красные следы от рук Валеры. Стоны становились громче, когда Андрей почувствовал на своем члене руку кудрявого, которая начинала двигаться вверх-вниз в такт движениям.
На ключицах засосы начинали превращаться в синяки, а губы начинали болеть от укусов и покрываться кровоточащими ранками.
Силы потихоньку покидали младшего, он обнял Валеру и лишь тихо скулил от каждого его совершенного движения или прикосновения.
Совершив ещё пару толчков, Валера излился в парня, а Андрей кончил себе на живот.
Выйдя из парня, Валера положил его на кровать и, обняв его со спины, оставил на плече легкий поцелуй, как вдруг из коридора послышались звуки открывания двери и громкий голос матери Валеры:
— Валер, я дома! Мне мама Андрея звонила и спрашивала, где он, ты не знаешь?
И парни, не сумев сдержаться, засмеялись, а после начали лихорадочно одеваться.
Пока нет отзывов.