Голая правда одета в парадоксы

      Pov: Кристина       — Крис, ты в последнее время сама не своя, — неожиданно произносит Настя. Соня согласно кивает. Ожидание автобуса становится ещё более утомительным. — Словно и вовсе не здесь. Что-то случилось?       — Экзамены, — на автомате произношу я, уже готовую отмазку для всех. Удобно, на самом деле. В данный момент я, честно говоря, на экзамены совсем забила. Не до них как-то. На уроки хожу, запоминаю что говорят преподаватели, даже писать что-то успеваю. На следующих просто пересказываю их же слова. Даже если я сама это не запомнила. Просто как-то само остаётся в памяти, что безумно странно. Словно мой мозг — это карта памяти, которая запоминает абсолютно все, а потом нужно лишь найти нужную информацию. Раньше такого не было.       — Раньше тоже были экзамены, но ты вела себя как обычно. Нам то не ври, что ты настолько ими зациклилась, — Соня нахмурилась. — Крис, ты даже на сокращение имени перестала реагировать.       — Привыкла уже, все равно все так называют. Подсела недавно на сериал, поэтому мысленно где-то там, все норм, — пытаюсь отмазаться по другому, что, на самом деле, уже говорит о лжи. Девочки молча переглядываются.       — Что за сериал?       — Мистический какой-то, не помню название. Смешанный с ужасами. Все как я люблю, — ага, называется «наша жизнь»       — Ты в больнице случпем не была? — интересуется Соня. Я на секунду растерялась, и лишь потом вспомнила, что речь про кровь из носа, которая в последнее время стала часто меня доставать.       — Нет, это просто стресс, само пройдёт. Такое и раньше бывало, сейчас просто стало чаще. Я в норме, не о чем беспокоиться, — я неожиданно замерла, смотря на силуэт. Кто-то в чёрном балахоне смотрел прямо на нас, причём на достаточно большом таком расстоянии. — Там стоит кто-то?       — Где? – девочки тоже обернулись, но силуэт пропал, словно его и не было. — Ты о чем?       — Глюки от недосыпа, наверное, — я поджала губы. Кажется этот кто-то не сильно хотел быть замеченным. Или, может, правда показалось?       — Слушай, ты же знаешь, что мы всегда готовы помочь и выслушать, да? — осторожно интересуется Настя, прикасаясь к моей руке, но тут же отдергивая её. — У тебя нет температуры?       — Нет, вроде, — подруга прикасается рукой к моему лбу, — я бы почувствовала.       — Ты вся горишь.       — У тебя просто рука ледяная.       — У меня тёплая, — Соня тоже протянула руку к моему лбу и прикоснулась. — И правда горячий. Точно температура.       — Значит ещё и заболела, — я натянуто улыбаюсь, снова у устремляя взгляд туда, где видела силуэт.       Автобус подъезжает к нам и останавливается, все сразу же заходят во внутрь. Я усаживаюсь на свободное место около окна и устремляю взгляд вдаль. Со мной садится какой-то парень, кажется одноклассник Насти. Сами девочки сидят спереди меня, о чем-то разговаривают и периодически поворачиваются ко мне, пытаясь втянуть в разговор и меня.       Неожиданно, парень рядом со мной, поворачивается ко мне.       — Ты же Кристина, да?       — Ну типа, — я медленно перевожу на него взгляд, изучая. — А ты?       — Дмитрий. Приятно познакомиться. Наверное... — он усмехнулся, изучая меня взглядом.       — Наверное, — подтверждаю я, не уверенная в том, что знакомство приятное.       — Ты учишься с той девочкой, которая покончила с собой? — неожиданно произносит он.       Я нахмурилась, изучая его взглядом. Странный вопрос.       — Уже не учусь.       — То есть?       — Мёртвые не учатся, дурень, — он усмехается, ещё раз изучая меня взглядом.       — И правда, прости, — на секунду он умолк, и я уже решила, что от меня отстали, как он продолжил. — Может погуляем?       — Ох, ну раз ты так хочешь... — натягиваю самую милую улыбку, на которую только способна, после чего холодно произношу. — Гуляй.       — А вот мне кажется, что нужно! — Настя редко разворачивается к нам и я смотрю на неё широкими глазами. — Как на счёт собраться на выходных?       — Замечательная идея, Настюш, — Дима тут же несколько раз кивает, смотря на неё с надеждой.       — Не могу, нужно с сестрой встретиться. Поедем раскапывать трупы предков и приносить богам в дары дикий липовый мед, — тут же придумываю новую отмазку я. Дима вопросительно изогнул бровь, а я продолжила. — Некогда мне с тобой гулять, ещё не все склепы обыскала.       — Я что-то пропустила, или ты опять про какой-то сериал? — интересуется Соня. Настя лишь машет в мою сторону рукой.       — Ну ладно. Я то хотела устроить нам всем хорошую прогулку. Позвали бы Максима, Неллю, встретились бы все вместе. Вы бы узнали друг друга получше, — девушка ехидно улыбается.       — Так, нет, тут походу я сама что-то пропустила, — ответила я на вопрос Сони. — Не надо меня ни с кем сводить.       — Я хороший, честно, — парень засмеялся, как-то по доброму.       — Зато я не очень, — отвечаю.       Автобус начал замедляться перед моей остановкой и я встала с кресла.       — Выпусти меня.       — Как скажешь, Кристина, — странно, что он не сократил моё имя, но ладно. Резкая кочка и я падаю чётко ему на колени. — Блять!       — Скажи, что это ружьё... — в полном ахере произношу я, чувствуя его руки на своей талии и что-то, что упирается мне в бедро.       — Это чехол от очков, боже... — растерянно отвечает он. Я начинаю смеяться, пока весь автобус наблюдает за нами. — Я найду тебя в вк, ладно? Мы обязаны познакомиться лучше.       — Ты всех сначала на колени сажаешь, а потом знакомишься?       — Только тех, кто сам падает, — я встала с него, чувствуя, как щеки краснеют.       — Ладно. Черт с тобой, ищи. Постараюсь не заблокировать в первые пять минут общения, — подмигиваю ему. Он улыбается в ответ, а я под ошарашенные взгляды стараюсь быстро вылезти из автобуса. Соня и Настя следуют за мной.       Когда мы уже выходим, я наконец расслабляюсь и начинаю смеяться.       — Что сейчас вообще произошло? Это кто был? — Соня смотрит на нас в ожидании.       — Не знаю, — заявляю я и смеюсь пуще прежнего.       Мы только отошли от остановки, как раздался звонок моего телефона. Незнакомый номер. Соня и Настя переглядываются странными взглядами, а я отвечаю на звонок:       — Алло, это кто?       Тишина. Абсолютная тишина, но что-то заставляет меня не сбросить. Я чувствую, что там кто-то есть.       — Алло? Хэй, это не смешно, — я поправила волосы, чувствуя, как паника захлёстывает. Этот звонок, он был каким-то странным... Какое-то знакомое чувство, абсолютно непонятное. Буквально наугад произношу имя, внезапно всплывшее в памяти. — Тош... — резкие гудки.       Я так и замерла, с телефоном в руке.       — Кристин? — голос Сони прозвучал испуганно. — Кто звонил?       — Я... Я не знаю, голос молчал, — черт возьми, почему я произнесла его имя? Я убираю телефон в корман и стараюсь улыбнуться, но выходит как-то нервно. Глаза слезятся, но я продолжаю давить эту тупую улыбку. — Всё хорошо, правда.       — Ты сказала «Тош», — Настя так же рассеянно смотрит на меня. Они переглядываются с Соней, но обе ничего не понимают. Я вообще-то тоже. — Боже, сегодня же пять лет, как... — её голос обрывается.       — Уже пять..? — растерянно интересуюсь, снова смотря на телефон. — Боже, я... Совсем забыла... Черт... — голос запинается, я прикусила губу. — Я наверное пойду. Нужно к баб Кате зайти, я давно у них не была. Извините, мне правда пора.       Я достаточно быстро развернулась и пошла в сторону маршрута, который знаю с самого детства. Вот тропинка и сад, который все так же прекрасен, как и раньше. Я несколько секунд колеблюсь, прежде чем открыть калитку и зайти во внутрь. Качели, знакомые будто всю жизнь. Я практически захлёбываюсь в воспоминаниях. Как же давно меня здесь не было...       Осторожно прикасаюсь к ним, словно это все не реально. Так хочется снова услышать его голос... Чтобы он просто был живой, это все, что мне нужно.       — Кристина? — женский старческий голос полон тоски. Я обернулась и без слов просто направилась к старушке, сразу же заключая её в объятьях. — Боже, как ты выросла, целая невеста стала! Давно ты к нам не заходила! Коль, смотри кто явился! — и правда... Находиться здесь больно физически и морально. Я каждый раз смотрела на эту чёртову калитку, сад и качели, но не могла набраться смелости, чтобы сюда зайти. Никогда не могла. После того, что случилось...       Откуда-то из гаража выходит дедушка, с ворчанием и матами, а увидев меня, сразу же улыбается.       — Какие люди! Кристюх, ты че как не родная? Ну кой дай гляну поближе, — я смущённо улыбаюсь, а он подходит к нам, оглядывая меня придирчиво. — Замуж ещё не вышла?       — Да какой там, мне ж пятнадцать всего, — я улыбаюсь.       — Ну ничё, я в твои то годы вон себе какую захомутал! Всю плешь проела, окаянная! — он обнимает меня. — Че стоим, старая? Гостья пришла, давай хоть чаем напои!       — Нет, правда, не стоит, я всего на несколько минут, родители наверное волнуются уже, — я нервно улыбаюсь, с опаской глядя на дом позади. Обычный деревянный, один этаж. Но сколько памяти и боли он в себе хранит...       — Ишь чего удумала! А ну заходи, с этой учёбой совсем уже забыла про нас! — тут же заворчал мужчина, и я не смогла сдержать улыбки. Словно всего этого и не было, словно все так же как раньше. Последний раз я была здесь где-то зимой, с родителями. У баб Кати день рождение было, исполнилось 67 лет. Помню как дед Коля рассказывал много разных историй, они перебрали тогда алкоголя с моим отцом, а потом я села на качели и практически всю ночь просидела там. На утро правда с бронхитом слегла, но оно того стоило. В ту ночь я смогла привести мысли в порядок и даже перестала немного винит себя в произошедшем. Как оказалось с утра, мне лишь показалось. И смириться с этим я уже вряд ли смогу, сколько бы не бегала от истины.       — Ты чего на девчушку рычишь, пень трухлявый? — тут же с ворчанием возразила она. — Аль забыл, что она в девятом учиться? Экзамены, охэ вот это ихнее, ехэ, — с таким важным видом произнесла, что я даже сама на секунду уверовала в то, что слово "их" можно просклонять. Но исправлять её не стала, бессмысленно уже.       — Ты б словарь русский подучила, корга старая, — тут же ворчливо произнёс Николай Петрович, на что она фыркнула.       — Как дала бы!       — Поздно давать уже, мне седьмой десяток пошёл. Лет двадцать назад давать надо было, — их перепалка могла продолжаться вечно. Но даже не смотря ни на что, они безумно любят друг друга. Хотела бы я себе найти кого-то, с кем в глубокой старости буду обмениваться любезностями, не смотря ни на что.       — Ладно, пошли уж, нечего прохлаждаться, — женщина махнула на супруга рукой и открыла входную дверь, жестом позвав меня за собой. Поскольку путь к отступлению был закрыт дедом Колей, я нервно сглотнула и пошла следом.       Долгое чаепитие с близкими людьми, которые в свое время заменили мне дедушку и бабушку. Я чувствую себя, словно я в детстве. Словно вот-вот сейчас со своей комнаты выбежит мой Тоша, встрянет в беседу, и все будет как раньше. Обидно, что этого уже не произойдёт.       Нам было всего десять, когда это случилось. Мы гуляли, я начала переходить дорогу, и по не очень счастливой случайности грузовик полетел прямо на меня. В последний момент Антон дёрнул меня за руку и оттащил оттуда, но не устоял на ногах и упал вместо меня. Скрежет шин по асфальту, резкий удар, а следом мой дикий детский крик, полный отчаяния. И запах крови, который навечно отобразился в моей памяти. Сегодня ровно пять лет с того дня.       — Слушай Кристин, поговорить мы с тобой хотели, — неожиданно произносит дед Коля. Я отвлеклась от какао, которое уже почти минуту разглядывала, и посмотрела на него. На столе стояла тарелка с аппетитными кружевными блинами.       — Ты чевой-то привязался к ней? Пускай ребёнок поест сначала! – тут же заявила женщина и уселась с нами, делая глоток чая.       — А ты не влезай! Где потом ловить её будем, а? — она закатывает глаза, но ничего не отвечает.       — На учёбе, если только, я больше нигде и не бываю толком, — улыбаюсь я. Ну да, как же. Не считая периодических походов в заброшенное общежитие, словно я там уже прописалась.       — Важно это, Кристина. Относись с пониманием и со всей своей взрослой головушкой.       — Не пугай ребёнка, старый, — тут же тушуется Екатерина. — Ты не бойся, ничего такого!       — Вот именно, что старые мы уже, — холодно отрезает он. Женщина поджимает губы в тонкую линию. — Антошка нам снился недавно, звал к себе. Ну так оно и понятно, мы свое время отжили уже, хватит.       Я чувствую, как в глазах начинают собираться слезы.       — Нет, нет, погодите... Вы ещё долго проживёте, не надо так говорить... — по щеке потекла слеза, которую я тут же смахнула рукой. — Баб Кать, ну скажите!       — Кристин, ты сама понимаешь. Часики тикают, мы одни совсем остались. Тоша пять лет назад умер. Мать его, малахольная, сразу за ним ушла. Собутыльник её зарезал. Негоже так о детях родных говорить, но надеюсь хоть на том свете она хорошей матерью будет, — последнее женщина произнесла больше с тоской, нежели со злобой. — А больше и нет у нас никого. Сестры и братья давно на тот свет ушли, что уж про родителей говорить, царство им небесное.       — Давайте лучше ближе к делу... — я нахмурилась, предчувствуя, что этот разговор мне дико не понравится. Уже не нравится.       — Понимаешь, ты одна у нас осталась, как внучка нам. Мы вас практически двоих воспитали с Тосенькой. Вв всегда вместе были, — на глаза снова наворачиваются слезы. — Нам и попросить больше некого, только ты, да родители твои остались. Нет у нас больше никого... — женщина натягивает на лицо улыбку, а Николай фыркает.       — Хватит сопли жевать, Катюх, — строго произносит он. — Кристин, когда Антон нас к себе заберёт, похороните нас вместе. Чтобы даже на том свете я своей лысиной от неё ярче солнца сиял, — подбадривает он. Я несколько раз моргаю, понимая, что мне это не послышалось.       — И дом мы свой хотим на тебя переписать. Только ты за садом нашим уследить сможешь, вон у матери цветы какие вырастила! – вторит она мужу. Я все ещё надеюсь, что они шутят. Уж больно позитивно они готовятся к собственной смерти, мне бы их настрой.       — Но ты не подумай, что мы сейчас умирать собрались, нет конечно. Мы на будущее готовимся, — успокоил меня дед. Я медленно кивнула. Слова проникают слишком медленно в мозг.       Далее они резко переводят тему и все опять так же хорошо, как раньше. Словно это не они только что попросили их похоронить вместе. И все же, их любовь всегда будет для меня примером. Чтобы раз, с самого детства, и навсегда, до могилы. Пока что только с детства и до могилы дошли. Никаких раз и навсегда, рядом с ним только я его вечность была. Хоть и жутко короткая вечность получилась.       Уже выходя из дома, мне впихнули целый пакет блинов и ещё хотели банок с загатовками добавить, но я вовремя сказала про то что не донесу одна, и лучше пусть потом папа подъедет. Попросили навещать их почаще, и я, осознающая, что они действительно могу умереть, поняла что обязана быть здесь почаще хотя бы в их последнее время жизни. Так и разошлись.