RadarHerts

Сосны возвышались, их кроны достигали неба темного и усеянного группой звёзд. Треск дров, палок и сучьев в костре достиг ушей бездомного, заставил встрепенуться, покоситься. До этого он спал, не знал где находится, лес был тих. Эллиот сел. Тело его расположилось на тряпках, разодранных и постеленных так, чтобы он поместился. Пить. Жажда. Хотелось воды. Осмотрелся и увидел рядом с собой гуля, который пристально смотрел в огонь. Глаз он не сводил, пожирал красное пламя взглядом, и, подождав некое время, подбрасывал в пламя хворост. — Приятно наблюдать за костром. После он всё-таки повернул голову, посмотрев на паренька. Его лицо отделяли пятна и волдыри, кожа в некоторых местах оголила слой мяса, где-то раны, которые так и не зажили. Волосы темнее грязи, пыльные и немного седые достигали шеи нелюдя. Запахло копотью, тухлятиной и рыхлой землёй. Этот запах присутствовал и до этого, но сейчас крайне усилился. Одежда рваная, была в очень плохом состоянии и, по сравнению с одеждой бездомного, выглядела хуже. Намного хуже. Это было серое пальто, разорванное по краям, майку и осевшие брюки, которые обрели бледный, более серый вид. На них оседала земля и кусочки глины. — Где я? — задал свой вопрос Эллиот. Несколько секунд висела тишина, но гуль всё-таки ответил. — Поселение Хашишинов, — проговорил он, — Тебя привезли ловчие, решив, что ты послужишь даром нашим богам. Парень опустил голову, и заметил на ноге кандалы, и цепь, идущую к штыку, воткнутому в землю на половину длины. Украдкой снова осмотрев гостя, Эллиот увидел на его ремне связку ключей и предположил, что один из них явно отопрет замок на кандалах. — Ты, получается, охранник? — Почти. Обычный служащий, которому приказали привезти тебя к старшим. Эллиот потупился, но почти сразу продолжил диалог. — Что со мной собираются делать? Нелюдь обратил взгляд обратно на огонь, незаметно улыбнувшись. — Спалят на костре, как кебаб. Кожа дрогнула, пробежали мурашки. Парень поморщился, сгоняя наваждение от мыслей про сожжение. — Прости, я даже имени твоего не знаю, скажешь как тебя зовут? — В нашей общине, — взяв сук побольше он сломал его об колено и бросил вместе с кучкой другого хвороста. — Тебе не дают имя, вместо этого есть знак, мой знак — ястреб. Воротник отогнула его рука и вынула оттуда привязанный, толи амулет, толи медальон круглой формы с рисунком птицы. — У меня много имён, но многие зовут меня Фальк. «Вот оно как…» — Меня зовут… Бездомный не докончил, его прервал Ястреб, опередив, вставя своё слово. — Эллиот. Я в курсе, ловчие говорили о тебе, — он притих на мгновение, — Извини, я прервал тебя, некрасиво вышло. «А он… Начинает мне нравится. Даже извинился» — Ничего. Я человек — последний оставшийся в этом мире, поэтому на мне лежит ответственность, если все получится, из моей крови сотворят лекарство. По крайней мере, мне так сказали гули из ПасФертилии, города неподалеку. — Гм. Я сразу понял, что ты не гуль, по твоей коже, зрачкам и прочему, что отличает нас. Я думаю, ты знаешь, кто мы такие. Мы отличаемся от других нелюдей, наша отвратительная кожа, серые глаза, дефекты и опухоли — все это можно встретить на нашем теле. То, что мы получили как напоминание о том, что натворили. «Кажется, Амико говорил только об коже, он не говорил о том, из-за чего это всё произошло.» — Я не знаю. Фальк съежился от страха, как будто воспоминания ранили, наносили увечья и заставляли страдать от той боли. Мы были учёными, изучали свойства новых открытых элементов, крови и генов. Особенно гены, а вместе с ними, там где они хранятся — хромосомы. Мы задавали вопросы, на которые потом сами и находили ответ, например: «что будет, если перенести наследственную информацию одного человека к другому?». И мы делали это. Мы добились многого. Разработали новый геном, из него сделали уникальное лекарство. И назвали его… «В голове появилось слово, то, которое я узнал относительно недавно, от тех, кого назвал друзьями». — РадарХертс, — на этот раз закончил Эллиот. Ветер шумел, иголки падали с хвойных, протоптанная тропа всё уходила и уходила в даль, заставляла пройти по ней. Манила. Ястреб шел, за ним виднелся Эллиот, осторожно шагавший аккурат, чтобы случайно не заплутать. Они дошли до россыпи домов, сколоченных из темной древесины. Перекошенные крыши, каменное покрытие. Дома не были похожи на современные свои версии, словно время откатили на пару веков назад. Дым вился из дымоходов, заслонял небо, запах копоти и жженых дров. — Слушай, — начал Эллиот, рассматривая постройки, — А сколько здесь вас? — Семьдесят человек. Не много и не мало. Они вошли в один из домов, он был крупнее, чем остальные, на пороге, сверху двери возвышалась голова оленя, вроде трофея, который вешают на стену, чтобы увековечить дары охоты. Только вот этот трофей оленя выглядел не как простой олень: открытая пасть, где вместо жвал находились клыки, перекошенные в разные стороны, как будто они сейчас отвалятся и рот чучела останется с гладкими, розовыми деснами. Сама голова была больше обычной головы животного, мех серый, не такой пушистый, скорее какой-то вылинявший. И рога. Огромные костные приростки, величиной где-то сорок пять сантиметров, прекрасное, но в тоже время ужасающее зрелище. Словно маленькие кинжалы, окончания рогов были заточены, заострены, насколько знал Эллиот, обычно олень был жертвой, но сейчас… Сейчас похоже все поменялось. Наверняка, животные мутировали, как и люди. Круговорот природы поменялся в разы, глупо было бы удивляться этому. Пара зашла в дом. В нос льнул запах абрикоса и мяты. — А я ему и говорю, мол, так и так, вождь, страшное это дело, с кровопийцами возиться, давайте просто завалим этого урода. Огоньки свеч еле как разгоняли темноту, не давали мраку заполнять пустоты комнаты. Парню почти сразу бросились в глаза висевшие на стенах охотничьи ножи, кости какого-то животного и другие трофеи. Они прошлись по шерстяному ковру, вошли в другую комнату, где расположились разные мерзкие гули. Нелюди сидели за столом, потягивая дымок из стоявшего на том же столе кальяна. Первый, самый близкий к Эллиоту гуль, согнуто сидел, елозил своим искусно вызубренным остриём по деревянной ножке стола. Лицо его было изуродовано шрамом на носу, который уходил на щеку, не глубокий, но крайне неприятно выглядевший. Мотнув головой, гуль заметил их и отдернул других соратников за столом. Рука его дотронулась до плеча среднего нелюдя, сидевшего на диване, как и все, кто был в комнате. Тот бросил трубку, лишь улыбнувшись. Третий был знаком Эллиоту, у него были седые волосы, заплетённые в косы, достигавшие по размеру шеи. Казалось, этот гуль узнал об их прибытии почти сразу, но почему-то глядел в окно. — Он пришел, Линш, — проговорил с шрамом на лице. — Я видел. Только сейчас бездомный смог рассмотреть его лицо. Его спокойные и рассудительные глаза, острый и такой таинственный прищур, словно он все о тебе знает. Темные глаза уставились на Эллиота, изучили его, а затем резко обратились назад, на других гулей. — Что же, человек, незавидная участь тебе выпала. Есть у тебя два варианта исхода событий. Первый, и самый лёгкий: сгореть, как подношения нашим богам. Второй, и более интересный, сразиться с мутантом и выиграть себе жизнь. «Вот как… Честно говоря, дела и правда хуже некуда.» — Что за мутант? — Мы называем их Кровопийцами. Они живут на кронах деревьев и убивают всех, кто шагнет на их территорию. Мы проводим поединки, чтобы определить правду. — Тут, кхе-кхе, — средний за столом закашлял. — Тебя в любом случае смерть ждёт, ну а так, кхэ, посмеемся хоть. — Мы вот как поступим, — начал самый близкий к паре хашишин. — Тебе в помощь будет Ястреб, он мужик ничего. Вы с ним подготовитесь к поединку. Вдруг гуль с косичками поднял руку. — Мы забыли про занозу. Нужно разобраться с вождём. — Точно, человек сможет нам помочь! — с улыбкой заявил средний. — В каком смысле с вождём? Как помочь? Фальк, который бродил по комнате и рассматривал всё, что попадалось под руку, вдруг заговорил: — Вождь Хашишинов против поединков. Он слишком верит в своих богов, чтобы заниматься этим. А сейчас и народу не нравится его власть, его нужно убрать. «Где-то я уже это слышал. Так говорил Амико, про диктатора пустоши». — У меня же нет права отказаться, да?

***

Темная каморка, малый дом из бревен, через который было видно ночь. Да, на удивление, здесь было видно солнце и луну. В городке такого удовольствия увидеть было нельзя. Вот на небе появилась звёздочка, а за ней и другая. Моргнул, и все небо в них. Как давно он их не видел. Свечка стояла по середине стола, освещала поверхность полукругом. Они расположились в самой неприметной хижине. Подальше от деревни и поближе к еловому лесу. Эллиот зевал, прогоняя сон. Он ждал, когда придет Фальк, принесет ему еды, расскажет ему, что нужно, чтобы победить того монстра. И вот, спустя некоторое время, дверка, вся потрескавшейся и дряхлая, отворилась и явила лик нелюдя. — Долго же ты. — Я зашёл к торговцу, купил сало и хлеб, взял чайник с ароматным и крайне полезным зелёным чаем. Это наш ужин. Он разобрал все вещицы, которые понабрал. Поставил приборы на столик, налил чая в кружки и нарезал хлеб. — Ты же расскажешь мне, как убить кровососа? — Гм, нет. Эллиот уже приготовился слушать рассказы о слабых местах, атаках и повадках существа, но ответ дошел до его разума только сейчас. — Как нет? Как тогда мне выиграть поединок? — Легко, — его мозолистые руки раскладывали кусочки мяса по ломтикам хлеба, — Кровопийцы по натуре своей гордолюбивые животные, завоюешь его доверие, и он не останется в стороне, поможет, когда тебе потребуется. — Откуда ты знаешь это? — Это останется секретом. Наконец его руки сомкнулись и взяли один из бутербродов и не без удовольствия он откусил от него часть. После этого быстро запил теплым чаем, который уже успел немного остыть.

***

— Ну что, где он? Ящер, сидящий в кресле уставился на строку книги, а затем, перечитав, перелистнул листок. — Человек — это дар нашим богам, они станут добрее, лишь испробовав его плоть, лишь испив его крови. Мы и так живём в ущербной местности, где любой шорох может быть монстром, который того и ждёт, чтобы напасть. А вы ещё и пытаетесь выкупить у нас дары? Наш подарок? — Гуль сидел, яростно размахивая руками. Бело красный халат был темным от грязи и пыли. Глаза сверкали от злости и непонимания. Черные волосы, сальные, маслянистые, качались вместе с движениями главы Хашишинов. — Что вы тут притворяетесь? Делаете из себя сумасшедшего и придурка, мы говорили об этом Эллиоте уже давно, мы вам запасы еды, пороха, эРХа, полезных минералов, а вы нам человека. Живого и невредимого. Зачем же юлить и притворяться, что мы такие плохие? Итак, ещё раз повторяю, где человек? Жёлтые зрачки впились в гуля, тот поморщился и скривился. — Если хотите забрать человека, придется найти равноценную жертву. — С этого можно было начать. Для начала покажите мне человека, а потом поговорим.

***

Нелюди шагали, наступая на шершавую землю и вытоптанную дорожку. — Рысь! — Да, вождь, чем можем помочь вам? — Хашишин стоял около пары, это был тот самый седой гуль с косами. — Нам нужно увидеть человека, где он сейчас? — Они вместе с Фальком в каморке, ближе к лесу. — Проводи нас. Жёсткий хруст четко послышался впереди, скрипнула ёлка, пернатая тварь, сидящая на ней взмахнула своими огромными крыльями, ехидно улыбнулась и улетела прочь, лишь звуки взмаха крыльев доносились оттуда. — Это значит кровопийца? — Нелюдь поправил куртку, а затем, почти сразу подобрал перо, упавшее с неба. — Да, эти сволочи убивают наших людей, многие из верующих говорят, что они это наше проклятье, ну, вы понимаете, о чем я, — ловчий по имени Рысь глянул на ящера, а затем, на перышко. — Понимаю, я изучал ваши мифы и придания, ваша община давно уже существует, мы нашли много данных о ней. Итак, как я только что сказал, я знаю не только ваши мифы, но и традиции. Судя по одной из них, пришедший к вам нелюдь или человек, не важно он — раб, — он повернулся к главе поселения. — Или дар богам. Любой может участвовать в священном поединке с этими существами, победа над одним из них… — Означает, что поселение выполнит любую его просьбу. — его прервал седой гуль, — К чему вы клоните? — Я собираюсь забрать человека в наш город. И знаю, что просто так вы его не отдадите. Предлагаю воспользоваться старинным обрядом. Так мы и решим, что с ним делать. — Не пойдет! Я отменил такие поединки много лет назад, — на этот раз его прервал вождь — Так вы же можете их и принять заново, вы же глава Хашишинов. — Если победит человек, а не мутант, мы принесем мутанта в жертву, но человек может проиграть, и тогда мы принесем человека как дары, поэтому, вождь, мы в любом случае в плюсе, — гуль обратился к старейшине. Они дошли. Старая хижина, больше похожая на будку, стояла напротив. Лес обволок её, стал будто забор. Около хижины стояла лавка и малень столик, на лавке находился Эллиот и Ястреб. Они о чем-то говорили с друг другом. Группа подошла к ним, ящер шагнул напрямик к парню. — Здравствуй, вижу, и вправду в мире остался человек. Я здесь, чтобы тебя спасти, меня зовут Чак. — Смотрю, слухи быстро расходятся. Как бы то ни было, я уже намереваюсь себя спасти сам, буду пробовать пройти этот поединок. — Я это и имел ввиду. — Просто, поединок с монстром не очень похож на знак спасения, у вас есть какой-нибудь план, или… Я даже не знаю, что. — Здравствуй, — гуль аккуратно вклинился к ним в беседу, — Меня зовут Фальк, я буду наставником человека, пока он будет готовиться к поединку. — А, значит у вас я могу спросить, как вы собираетесь победить мутанта?

***

— Если все получится, человек даже не пострадает, — Фальк закончил фразу. — А если не получится? Если кровопийцы его убьют? Нужен другой план, нужно что-то безопасное… — Чак, вы останетесь здесь? Я и Рысь пойдем по домам, уже ночь на дворе, завтра важный день. Вождь подошёл к ним, говорил осторожно и внятно. Ящер кивнул, провожая их взглядом. Человек глядел в чащу, в глубь леса, в темные уголки меж деревьев. Чего уж там скрывать, он боялся. Грубо говоря, его судьбу решили за него, он бы убежал, просто бы сбежал отсюда, обратно к гулям из городка. Но не мог. Уже поздно бежать, если он завоюет доверие Хашишинов, то они помогут ему. — Эллиот, — Кинул Фальк взглянув на его лицо, — Все будет хорошо, дружище. Рано волноваться, надо подумать над тем, как пройдет встреча, тебя и Кровопийц. — Откуда… Я все думал, откуда ты столько знаешь про этих существ? Никто, кроме тебя, не обладает таким количеством знаний о них. Я понимаю, вы живёте здесь очень долго бок о бок с этими тварями, но такое ощущение, что активизировались они только сейчас. Он понимал, что Хашишин скрывает интересные факты о себе, он догадался об этом. Чак к этому моменту изучал хибару в которой им придётся отсиживаться до завтрашнего дня, с интересом разглядывал материал здания. — Давай отойдем чуть подальше? — они прошли ближе к лесу, — Так вышло… Очень давно, когда племя только разрасталось, когда нас было мало. Тех, кто остался разумными. Мы были другими. Первичных мутаций было намного больше чем сейчас. Мы выглядели по другому, у некоторых появились мутации, связанные с ростом волос, крыльев, органов чувств и прочих. Ты не поверишь, но я из тех самых Хашишинов, которые только-только осваивали лес. Именно я пытался изучить этот вопрос. Конечно, как ты мог понять, меня обделили этими мутациями, я сохранил более человечный облик, но вот некоторые. — Постой, получается эти твари твои бывшие сельчане? — Получается, что так. Именно тогда к власти над племенем пришел мой хороший знакомый, он заключил сделку на поставку нам РадарХертс’а. Мы начали пытаться излечить наших соплеменников, но увы и ах. Мутации от препарата только усугубили мутации, у них появилась жажда крови, дикая жажда крови. И нам… Точнее им, пришлось прогнать их. Они пропали. Просто на просто исчезли на несколько десятков лет. Естественно, поколение сменилось, многие умерли, появились дети, но никто не упоминал это. Никто не говорил об этом, все словно забыли об этом. — Кажется я понимаю, что будет дальше… Они вернулись? — Да. Словно какой-то инстинкт их заставлял, они понемногу подбирались к нам обратно. Я первым это заметил и первый вошёл в контакт, — он сделал небольшую паузу, явно вдыхая новую порцию воздуха. — Они оказались разумны, более того, они жили племенным образом, также как и мы. Как я узнал позже, связь у них с кровью только укрепила, но вот жажда почти исчезла до конца. Они лишь защищают свои дома, свой народ, почти так же, как и мы. Прошли года, а я все пытался рассказать и донести всё это новому вождю. Он не слушал, он хотел всех перебить. Если бы не протесты жителей, не недостаток веры в него и в его богов, он бы довел дело до конца. Эллиот стоял с открытым ртом. Его маленький мозг не смог бы переварить такой поток информации, если бы не ситуация, в которой он находился. — Ты пытался рассказать кому-то кроме вождя? — Да, некоторые поняли, что это правда, некоторые — нет. Но этого мало. Да и зачем? Хашишины и Кровопийцы не смогут жить все вместе. Поэтому, я хочу, чтобы их оставили в покое. — Ладно, — В заключение сказал Эллиот, — Вернемся к Чаку. Надо обсудить обряд.

***

Было темно. Хоть свеча и озаряла лица - это единственное, что было видно, кроме поверхности стола, где она и стояла. — Ну так что, Рысь? — выдал гуль со шрамом на носу. — Парень не сказал, но вроде с нами. — Для чего он вам вообще? — начал сидевший по середине, — Будет только мешать. Мы этого идиота культиста сами можем завалить. — Не можем, — заявил седой, — помощь Эллиота означает, что к нам присоединиться ещё и Чак, и знакомый вам Ястреб. — Но что делать, если все пройдет удачно? Убьем мы этого тирана, что тогда-то? — Сначала дождемся утра, потом уже будем думать, надо встать раньше, чем вождь и предложить человеку сделку. Я ему помогу, — его голос был тих, но крайне уверен, осипший и прокуренный, но довольно устрашающий.