Допредставлялась

Том никогда не был склонен к пустой тревоге. Зачем, если он мог решить любую проблему, которая возникнет, своей необыкновенной силой? Том не был самоуверен, он просто знал это, как знал, что дважды два это четыре, небо голубое, а трава зелёная. С появлением Эмми эта уверенность нисколько не поколебалась. Отличием стало лишь то, что теперь он готов был исправить все проблемы и ошибки ещё и для Эмми. Для сестры вообще было не жалко никаких усилий: она давала Тому то, что не давал в этом мире никто – безусловную любовь. И Том быстро начал это ценить.  Сестрица была слишком яркой для их эпохи: шутила о чём-то своём, Тому непонятном (Серьёзно, что такое ваги-хаги? Или она как-то по-другому их называла? Или мемы? Что это? Том не имел ни малейшего понятия), иногда говорила и вовсе странные, попросту абсурдные вещи (Личная машина почти у каждого? Том уже не маленький в сказки верить). Она будто бы уже жила в том будущем, которое видела. Словно реальный мир для неё лишь какая-то ошибка – давно ушедшее прошлое, а не настоящее. За период общения этого стало в разы меньше, словно Эмми наконец-то привыкла, освоилась в окружающем мире. Будто бы настоящее немного ожило для неё и начинало потихоньку въедаться в её личность. Это происходило плавно и, кажется, для самой Эмми и вовсе оставалось незаметным. А ещё иногда казалось, что Эмми лет намного больше, чем самому Тому. Выражалось это во взглядах, движениях, непонятно откуда взявшихся знаниях. В один момент они дурачатся в снегу, а в другой она начинает вещать о проблемах здоровья, связанных с переохлаждением, о которых начитанный Том слышал впервые в жизни (хотя и читал пару книг, связанных со здоровьем человека, и там такого точно не было). Эмми могла потянуться за чем-то, что стояло на высокой полке, а после с недоумением смотрела на недотягивающуюся руку. Она на секунду брезгливо поджмала губы перед тем, как сунуть ложку каши в рот, будто бы привыкла питаться чем-то другим.  И Том пытался о ней заботиться, сделать всё, чтобы она чувствовала себя комфортнее: таскал книги, которые ей приглянулись, приглядывал, чтобы другие дети даже не смели думать о попытках её обидеть, пытался её даже кормить! Чтобы она хоть на секунду могла забыть об отвращении к еде. Том учил её магии со всем усердием и терпением, что у него было (он терпеть не мог кому-то что-то объяснять по нескольку раз, но Эмми было очевидно тяжело колдовать и понимать магию, которая не была связана с чем-либо, кроме воды). И Том видел, что пусть её это и раздражало, но глаза на секунду теплели, а движения становились более ласковыми (и кашу, если ему удавлось запихнуть ложку ей в рот, она ела без отвращения). А ещё Эмми была тактильной: обнимала его, гладила по волосам, просто игралась с его рукой, пока он читал. Тому нравилось, хотя поначалу и было неприятно: трогали его обычно не с самыми хорошими намерениями.  Также, Эмми спала очень беспокойно: вечно ворочалась, простынь у неё постоянно сбивалась в одну кучу, а одеяло запросто могло уползти на пол.  И Эмми плакала по ночам во сне. Когда Том в первый раз проснулся от всхлипываний, он от страха моментально оказался у её кровати, спрашивая, что случилось. Эмми молчала, лишь пальцами судорожно вцепилась в одеяло. Том пытался разбудить, но сон держал сестру крепко. Эмми лежала на кровати и казалась такой маленькой: свернувшись клубочком, она плакала так, будто случилось какое-то большое горе. Тогда Том не нашёл лучшего выхода, чем просто погладить её, а после и вовсе обнять. Пальцы Эмми переползли с одеяла на его руку, и под спокойный голос напуганного Тома слёзы прекратили течь и её лицо разгладилось. Эмми мирно продолжила спать в своей кровати, а Том до утра так и не сомкнул глаз. Поэтому сейчас, когда неясная тревога разрослась в его груди, Том удивился. С утра его мучало смутное ощущение надвигающейся опасности, но Эмми так просила её отпустить, что Том решил ей поверить. И поверить в неё. Но спустя где-то четыре часа Эмми так и не вернулась. Близилось время ужина, и Тому стало не по себе. Что-то явно было не так. А если с Томом всё было в порядке, то значит проблемы были у Эмми. И он идёт искать свою сестру.