ТОМ II из цикла рассказов Любовь и Власть

Негреющее солнце уже успело спрятаться за горизонтом, когда Мануса позвал его бывший друг — теперь главнокомандующий Ридис. Раньше тот относился к нему с трепетом и уважением, но теперь вся их связь не превышает каких-то указов или просьб. Он помнил то время с лёгкой сладость во рту. «Манус — моя правая рука. Помните все об этом или будете ощущать собственные пальцы на вкус, а он вас точно не порадует» — говорил Ридис при их первом захвате деревни в Серых озерах. То время прошло — это одно, что понимал, теперь не друг, а слуга, Манус. Зайдя в большой чертог Орлиного Зуба он ощущал неприязнь, страх и призрения к теперь главному Ридису. Здесь пахло недавней кровью, мочой и жареным мясом. На стенах виднелись белые гобелены с черными змеями королевы Морганы. В углу виднелся большой человек без правой руки. Выглядел он очень траурно. Рваная рубаха и какие-то тряпки на ногах — это все, что было на заключённом. Возле него сновала мотыльком коротко подстрижена женщина чем-то напоминающая воина или даже рыцаря. Манус прошел дальше стараясь не смотреть на большие пятна на полу, стенах и мебели. Ее запах надолго останется в этом чертоге раньше используемый для заседания лордов или принятые гостей, что устраивали здесь пиры и веселья. — Манус, мой друг. Где это ты пропадал? — спросил Ридис. Раньше он походил на высокородного рыцаря из Камелота или другого большого города. Широкие плечи, крепкий живот и глаза — вспоминал Манус. Глаза были похожи на два огненных шара, которые готовы покорять этот мир, помогать бедным и убивать злых. Сейчас же перед ним сидел больше дед чем воин: полны похоти и вина глаза, живот как бочонок, ноги казались очень маленькими для такого массивного тела, кожа обвисла и по цвету напоминала темное пиво. Что осталось, так это татуировки. — Главнокомандующий — наклонившись обратился Манус — Если вы не позабыли, то мне было вами назначено готовить разведочный отряд в северные деревни от Орлиного Зуба. Я вот не забыл и собрал тридцать латников и провиант на неделю. В деревне мы нашли сушенную конину, пару дюжин бочек с вином и немного хлеба. — Манус, как я вижу дерзить ты не забыл. — немного скривившись ответил Ридис. Вожак закинул в рот немного винограда и отвернулся в другую сторону. — Ридис, вы не забыли, что говорили те Зелёные? — проговорил воин. — Вест — это не крепость из камней и палок. Эту крепость охраняет сам природа. Говорят, что ущелья замка внизу горячие как огонь и светятся, когда ночь прячет эти опасные склоны. Моргана отправит туда все свои силы это я тебе говорю точно, можешь не сомневаться. Ридис скорчил гримасу и заговорил: — Сучий ты сынок! Ты ли будешь потыкать мной? Я Ридис! — он поднялся и ударил себя по груди — Я вождь. Ты думаешь это положения досталось мне просто так? Разве не в твоей голове должны были остаться все наши победы и поражения. Как видишь разум — делает положения и власть. — он подошёл к Манусу. От него пахло вином и женским телом. Две шлюхи по боках не громко хихикнули прикрывая наготу. — Не надо говорить мне, что делать. Ты понял? Ты отправишься на север и не вернёшься до тех пор пока не принесешь мне голову Хранителя. Если же нет, то я лично снесу твою голову вместе с гнилым языком. — он сдавил Манусу плечо так, что у того скривилось лицо. Выходя он учтиво поклонился. Открывая дверь воин услышал ядовитые смешки двух подстилок Ридиса и жалостливый стон безрукого узника. Холодный поток воздуха охватил его спину. Обида таилась в его и на то не светлой душонке. Разве друг поступает так? Раньше было совсем не так. — Но то было раньше — проговорил он вслух быстро осматриваясь нет ли никого рядом с ним. Дальше во дворе боролись Барти с Корнигером. Первый худощавый, схожий на жука мужчина с короткими черными волосами, что немного закручивалась возле его больших ух и затылка. Корнигер наоборот — большой как бык, с длиннющими ручищами и свирепым лицом казался больше грозным противником чем «Барти» — это даже звучало для Мануса как-то по-девичьи. Стальные мечи скрестились в сильном ударе стали об сталь. Серебряная ручка показалась среди вечерних теней, что спустились на уже затихший Орлиный Зуб. Барти быстро перескочил от взмаха меча и отвесив удар с кулака ринулся назад потом опять вперед. Сталь опять сошлась в громком «дзинь-дзинь». Перехватив инициативу Барти — жук махнул мечом и ударив тупым концом свалил Корнигера от чего тот не успел даже пискнуть и зарыл своей мордой в луже полной гнилых листьев. Барти заметил подходящего к ним Мануса и заговорил: — Мой драгоценный Манус подлиза Ридиса — он скорчил гримасу и перекинул меч с руки в руку — Вставай против меня или же покажи себе трусишкой посреди своих братьев по службе. Манус не долго думая достал и своих ножен длинный меч с позолоченной ручкой — подарок Ридиса при их первом сражения на Серых озерах. Пару футов острейшей стали Зелёных остров. В там здешних кузнях выплавляют одну из лучшей стали используемой в боях в тысячах миль от островов. «Оставить ждущего врага ждать — самая большая сладость в мире воинов. Манус, тебе это может казаться странным или проявлениям слабости» — так ему говорил его первый учитель из родного острова Радес. Там он впервые взялся за меч и сокрушил первую голову изменника или точней вора. «Прошу вас, милорд» — заикался тот. «Не надо», «Может руку. Пусть Огненный заберёт мою душу, если я ещё раз возьму не мое по праву» — слышалось из полных вранья уст разбойника. Ридис тогда посмотрел на него полными восхищения глазами. Давно Манусу не приходилось видеть это чувство в его часто паяных глазницах. — Ты что там завис? — не дождавшись ответа кинулся Барти. Он нахлынул с сумасшедшею силою и зверской злобой на худом лице. Барти двигался схоже на лесного кота. Быстро, ловко и осторожно. Поджидавший, когда Манус усыпит свою бдительность на какой-то из сторон он кидался с воплем и взмахом стали. Наконец-то Манус выучил порядок выпадов Барти и перекрутившись через него приставил холодную сталь к тонкой как трость шеи противника. —А ты не так уж и плох Барти — жук — смеясь проговорил Манус. Давно он не встречал такого поворотливого и одновременно умного соперника. Ридис один из немногих, кто в силе был одолеть его раньше, но и теперь эта жирная свинья ничего не может показать на поле сражения. В Зелёных шлемах служило как правило местное отребья из островов. Мясники, ремесленники, кузнецы, поваренки и даже калеки — служили в рядах братства. — Может из тебя что-то и выйдет дружок. Тебе бы лучше контролировать свои эмоции и вопли, а так вовсе не дурно. Твоя сила — это проворство, вот что я тебе скажу Барти. Что это за имя такое? Звучит как-то странно. Может мать хотела дочь — шлюху, а получился ты. Барти странно посмотрел на него, но увидев улыбку молчавшего Корнигера тоже улыбнулся и они все вместе громко посмеялись. Пару дней спустя для разведки на север все было готово. Манус приказал взять самое необходимое. «Лучше на один колчан больше стрел, чем на одну бочку солений» — говорил он Торвигу. Ему почему-то думалось, что прокормиться в лесу будет куда проще ежели сотворить там хорошую стрелу. На миссию Ридиса он взял как и говорил тридцать латников, что не очень и много для столь важного задания, но все же это лучше нежели одна дюжина. Людей сейчас в лагере мало, а Орлиный Зуб не такой и неприступный, если его дважды взял какой-то сброд называющий себя врагом короны. Манус слышал об королеве Моргане немногое, но вести о ней желали лучшего. В одном из портов говорили будто она разрывает своих врагов на части, а потом принимает ванну из крови расчленённых тел убитых ею противников. Другие же утверждают, что прекрасность королевы не знает границ. Руки схожие на перламутр, а голос как у птицы. Что из этого правда он не знал, но боялся первого, если камелотские рыцари будут рубить ему голову на потеху змеи Моргане. Ридис приказал без головы Вардбуна назад не возвращаться, а то худо будет голове Мануса. Только как же взять Вест с тридцатью латника и? Может Ридис не хочет взятия города, может ему просто хочется узнать ситуацию дальше на север от Зуба — подумал Манус не рискнув спросить об этом главнокомандующего. Рано утром, когда холодное солнце только пустило свои пальцы на землю они рушили в неприятное для них путешествия на север. Коротко стрижена девушка долго провожала их своим. угрюмым лицом. Безобразней женщины Манусу точно не приходилось встречать: большое напоминающее квадрат лицо, злые глаза и едкая улыбка — все это отпугнуло Мануса от этой жабы. Правда Барти это не очень смущало, он часто пытался взять ее силой от чего та как лошадь пинало его так сильно, что последнему быстро перехотелось брать Филенну. Так она называлась все, кто спрашивал ее имени. В конце обязательно жаба добавляла «Варт». Что это значило он не знал. Может фамилия или какой-то любовник этой дуры. Этим утром, когда все провожали процессию Манус не увидел Ридиса. Что бы это могло значить? Может тот и вправду на него держит обиду и посылает не на задания, а на верную смерть где-то в ущельях под Вестом. Пройдя большие ворота Зуба они оказались на уложенной камнем дороге, что быстро сменился на грязь, землю или глину. Кони часто застревали своими копытами в этих похожих на болотные трясины дорогах. Сильный запах соли и моря быстро сменился едким запахом хвойных деревьев, что как простынь растянулись на много лиг вперёд. В колоне была только одна повозка с провиантом и уже в первую ночь некоторые латники уходили в лес поискать какой-то дичи. Мануса это не очень волновало. Еда для него значила столько же как прошедшая дружба между ним и его бывшим лучшим другом теперь величественном командире Ридисе. В эту ночь ему снилось как они снова бок о бок сражают своих врагов на повал. Одного за одним словно мухи те отлетают куда-то в сторону теряя свои пустые головы. В центре поля сражения стояла башня. Черная как небо перед грозой она всей своей тяжестью давила на него. Казалось будто она сейчас свалиться на Мануса, Ридиса и всех остальных, но его друг пошел к ней неспешным шагом. Он все удался от него дальше и дальше пока не стал похож на муравья. Черная точка серди всего этого хаоса. Кто-то вопил держась за обрубок своей руки. На одних виднелась черная змея, а вторые носили на своем панцире незнакомый для Мануса знак — синий огонек, что схоже был настоящим и горел поднимая пальцы пламя к черному небу. Ридис поднялся на высокую башню и что-то кричал Манусу. Что именно он не понял да и не мог. — Манус, уже рассвет. Ты что сам с собой разговариваешь? — будил его уже весёлый Барт — Ты меня так не пугай. Я конечно тебя не люблю, но на мечах ты лучше, чем кто-либо из этих оболтусов. Почему ты Корнигера не взял? Он хоть и не очень смышлёный, но я думаю спину о врага прикроет лучше любого из этих неучей. Не так ли? — он выпил вина из кожаного бурдюка. Манус понимал, что эти тридцать латников не стоят и одного из мастеров Зелёных островов, но все же они не полностью безнадежны. Вот и первое сражения это покажет. Кто хоть немного пригоден держать зелёный меч в своих руках. «Раньше Зелёные Шлема наводнили на Двенадцать Королевств неведомый страх, что сейчас превратился в насмешки королей и даже мелких лордов. Сейчас никто не боится нашего название, а когда-то только одно упоминание заставляло всех нам платить, ибо связываться никто не хотел да и не было чем противостоять нашим военным галлеям, что, как акулы, разрезали Чистое море по своей надобности. Все это закончил один король и имя ему Утер Пендрагон из Камелота. Взявши власть в своих руки он быстро прекратил наше властвования на море, заполучив поддержку братьев из Водного Утеса, что имели большой флот стоявший без надобности. Поменявшись кораблями на свою свободу и условную неприкосновенность они вместе под конец установили свое правления на морском фронте сражений Зелёных против прибрежных лордов. Даже сейчас, когда Утер гниёт под землёй, а на троне сидит девка узурпатор, мы боимся заплывать на запад. Правда, это все быстро измениться — поверь мне.» — говорил его мастер и первый учитель. Тот много участвовал в битвах и понимал как что работает. «Девка — нам не Утер» — сказал он как-то ему, когда Манус был на островах и решил его проведать.