Doki Doki: Liberation

Глава 58: Завоёвывание

... Я закрыл спальню. Открыв Консоль и поняв, что всё позади, я не спеша стал идти вниз по лестнице, обдумывая слова.       Спустившись на первый этаж, я глубоко вздыхаю и иду в поле зрения четырёх девочек, которые сидели на диване и тихо ждали меня. — Ну, объяснишь, что за чертовщину тут устроил? Я, ещё раз выдохнув, сел на кресло. — Конечно, Нацуки. Не буду же я держать в тайне то, что напрямую относится к вам. Сжав информацию до нужных пределов в моей голове, я решил сначала задать вопрос: — Девчонки, хочу вас спросить о прошлом. Вернее, помните ли вы то прошлое. Они напряглись. Я открыл голограмму.       os.remove(“script.rpy”==“Aiko.cll”) — Итак, вы помните, как мы встретились со своими двойниками на облаках? Ответа не последовало. — ...Вы ещё говорили на английском... Не помните? Девочки помотали головой. — ...Хм... А как мы прощались друг с другом и плакали?.. Ответ снова был отрицательным. Нет, ну это уже перебор. — Да как вы не помните? – встал я со стула. — Дет, когда это было? — Сегодня, Сайори, сегодня. — Когда именно? — ... Когда именно? Когда мы в третьем мире были дома. После которого я обнаружил сохранения, и пошло-поехало... — В третьем мире, когда был ещё ужасный ветер на улице, – ответил я. Все застыли от удивления. — “В третьем мире”? – переспросила Моника. — Да. А что? Вы и этого не помните? — Нет... — Не-а. — Определённо. — Ваще. — ... Так, это всё усложняет. — Хорошо, начнём сначала. Что мы утром делали? — Встретились все вместе у сакуры во дворе школы, – ответила Юри. — Отлично. Дальше? — Потом мы разбрелись по классам, – продолжила она. — После, после школы! — ... — После школы началось землетрясение, прозвенело три звонка, но в коридорах не было ни души, – продолжила Сайори. – Большое спасибо Юри, она вывела нас на территорию, где было меньше всего высотных домов, потому что она — живой навигатор! Юри улыбнулась и засмущалась. — Мы звонили тебе, но ты оказался занят! — Да, Нацуки, это было— — Мы вообще-то волновались за тебя! — Да я не об этом! – перекричал я её и тут же пожалел об этом. – Извини, но... Мы разве не пересекались до землетрясения в нашей клубной комнате? Девчонки переглянулись и поочерёдно ответили, что такого не было. — Ладно, тогда когда прозвенело три звонка? – продолжал добиваться я нормального ответа. — Когда началось землетрясение, – ответила Нацуки. — Гениально. А поточнее? — Когда мы шли в клуб. — “Мы”? — Да, мы пересеклись на выходе из центрального крыла, – объяснила Сайори. — Но никого не было в коридоре... – дополнила Юри. — Мы даже нашли потом друг друга из-за хорошего эха в коридорах. Благодаря. Хорошему эху. — И вы меня не видели? — Нет! – хором ответили все четверо. — Да ну нафиг, такое невозможно... – стал ходить я по комнате, сложа руки домиком. – Только если... Сон. Я начал вспоминать самое начало нашего диалога с Лерой. «В общем, если ты на меня посмотришь под другим углом, то увидишь, что у меня нет лица...» Я невольно вздрогнул. Нет, это не то. «... Ах, да, я немного изменила мир, и теперь никто из вас пятерых не умрёт, если ты всё верно сделаешь». Вот! Это! «Избавься от Акеми.» — Итак, народ, – торжествующе начал я, – кажется, я знаю, в чём причина. Все сразу оживились. Я полез в код и первым делом просмотрел сохранения. — Погодите... А где всё? – остолбенел я. В окне не фигурировал ни один файл. — Что “всё”? Ты можешь не говорить загадками хоть сейчас?! Переключившись на линию времени, я ответил: — Нацуки, мы проживаем этот день не один раз, не два и даже не три. Вся информация должна была запомниться, но знаю её только я, хотя ничего не по плану не шло. — ... — Нет, вернее, шло, но... Короче, я не стирал никому из вас память, но вы ничего не помните. Здесь, – я указал на окно, – было два сохранения, и в третьем мы находились. Но после одного действия кто-то удалил и то, и другое. — Это не я... – сказала Моника. — Точно? — Да! По крайней мере, я даже не намеревалась это сделать. — ... Или не помнишь, были ли вообще такие мысли у тебя. Она задумалась. — ...Моника, каков шанс на то, что ты специально стёрла себе память после того, как сделала это? Ответ пришёл мгновенно: — Ноль! — Ладно... — П-почему ты так думаешь обо мне? — Потому что никто из вас больше не имеет доступа к файлам игры. Я развернулся, начав рассматривать график. Четыре линии разных цветов расположились вдоль экрана. — Вот! – воскликнул я, показывая пальцем на окно. – Четыре линии времени! Так, нам нужна третья и четвёртая... Я увеличил масштаб, где обрывалась третья линия и начиналась четвёртая. — ...А, стоп, тут ещё одна... Погоди, что...? Между третьей и "четвёртой" линией при большем масштабе обнаружилась ещё одна, серого цвета, которая была короче раз в пятнадцать. — ...Так. Ладно. Может, это прояснит дело.       os.play(tmlin(“4.tga”)) Экран на секунду погас, после чего начал воспроизведение. “[Unknown]: О, ты проснулся... Долго же ты...” Ноги подкосились, я споткнулся о ножку столешницы, потерял равновесие и больно ударился затылком. “ДетаСкоп: Л-Л—” Запись была остановлена. — ...Т-так, ладно, я, конечно, всё понимаю, но это уже слишком. Я свернул окно, поднимаясь. — Что— Почему? — Становится опасно говорить об этом здесь, – ответил я Юри, массируя место ушиба. – Да и вообще, лучше эту тему вовсе не поднимать. — Почему? — Потому что, Моника... – я выглянул в окно, – сейчас сюда может прилететь пуля прямо в кого-то из нас. Девчонки снова напряглись. — ...Или нет. В любом случае, сценарий придумает порядок действий, чтобы в итоге лишить вас жизни. – Я глубоко вздохнул и сел обратно в кресло. – Меня сейчас интересует только один вопрос. Как она это провернула? Как ты это сделала? — Кто “она”? Что “провернула”? – не понимала Моника наравне с остальными. Я запросил список изменений после третьей временной линии. — Так я и думал. Сохранения стёрты. А ваша память о том, что произошло.. заблокирована? В моих мыслях начал выстравиваться экспромтовый план. — ДА ЧТО МЫ ДОЛЖНЫ ПОМНИТЬ?! – не терпелось Нацуки. — Всё, что я говорил ранее. Плюс... это. Экран показал конец третьего мира. — ...Смерть Сайори. Все поражённо застыли. «Я обещаю вам, что вы больше никогда этого не увидите... Даже если я умру.» — Почему я вам это показываю? – задал я вопрос, на который сразу же и ответил: – Потому что я хочу вернуть вам память. Это можно сделать прямо сейчас, но я предпочту отмотать время и применить изменения на предыдущей, так сказать, точке сохранения. Я убрал картинку. Сайори начала плакать. — ...Я не хотел этого показывать, но... В любом случае, я отомстил. — Ещё одной смертью?? – закричала подруга сквозь слёзы. — Да-м... Но не переживай, я отмотал время и... попал в тот же мир, едва не создав коллапс. Юри и Нацуки едва могли утешать дважды потрясённую Сайори. — Хех, но— — Ну же, сделай что-нибудь! Она же плачет! – вмешалась Нацуки. Я поднял бровь. — Сделать? Вот это...?       os.rew_time_full(for [11min , 53sec]) — ... Итак, вы помните, как мы встретились со своими двойниками на облаках? Ответа не последовало. — Ладно, я сейчас схожу наверх и вернусь к вам, – поднимаюсь я с дивана. Но уже в прошлом. Я поднялся по ступенькам. Передо мной находилась дверь в мою комнату. Я всё-таки решил зайти. Посмотреть на Акеми. Во мне стало расти какое-то странное чувство беспокойства. Думая о том, что могло пойти не так, я медленно открыл разблокированную дверь. ... — Ак— Дверь резко ударила меня по голове. И, кажется, я влетел виском в косяк. — Ну и зачем ты сюда пошёл... Мир стало размывать, а знакомый голос лишь эхом отражался в моём сознании. Акеми?.. — Акеми! – кричу я сквозь боль. И сразу получаю ещё один удар дверью, уже откровенно по лицу. ... — Почему бы не отправить уже готовую строку в консоль, не-ет... Тебе надо усложнить себе жизнь. И мне заодно. — Дета?.. Всё хорошо? – послышалось снизу. Я хотел прописать уже хоть что-то... — Э, не. Я тебе это не дам. Поняв, что она не сдастся без боя, я стал собирать Накалибур, пятясь назад. — ...А вот это уже читы. Извини, но мне придётся сделать это.       os.rew_time(“10/11/2017 ; 17:41:30:74”) except_for (last[3min]) Что... — ...Удивлён, да? Знаешь, притворяться было не очень сложно.       except_for(last[3min]) => os.rew_time_full Она наклонилась ко мне. — ...Потому что ты слишком беспокоишься о них. И как следствие, совершаешь ошибки. Я направил на неё Накалибур, уже готовый к атаке. — Хе-хе, ты же не будешь сражаться со мной. — Поч-чему это? Акеми лишь улыбнулась: — Потому что ты не успеешь! Мир перекосило кубами, квадратами и съехавшими полосами.

Глава 58: Завоевание

... Я закрыл спальню. Открыв Консоль и поняв, что всё позади, я не спеша стал идти вниз по лестнице, обдумывая слова.       os.chprop(“monika.chr” , “natsuki.chr” , “sayori.chr” , “yuri.chr”) unblock_memories [all] Спустившись на первый этаж, я глубоко вздыхаю и иду в поле зрения четырёх девочек, которые сидели на диване и тихо ждали меня. — Ну, объяснишь, что за чертовщину тут устроил? Я, ещё раз выдохнув, сел на кресло. — Конечно, Нацуки. Не буду же я держать в тайне то, что напрямую относится к вам.       os.remove(“script.rpy”==“Aiko.cll”) Сжав информацию до нужных пределов в моей голове, я решил сначала задать вопрос: — Девчонки, хочу вас спросить, помните ли вы прошлое. Они напряглись. — Если ты про Сайори.... То как о таком можно забыть? – ответила Нацуки. Я улыбнулся, но затем сразу же обнулил выражение лица. — Значит, вы помните всё, в том числе и переходы по мирам. — Да... А почему ты спрашиваешь? – спросила Юри. — Меня интересует, почему Нацуки меня спросила: «Кто это?», когда я подвозил Акеми, – перевёл я взгляд на неё. – Ты же пересекалась с ней. Дважды. Нет, даже трижды. — Я имела в виду: «Почему ты подвозишь незнакомую девушку?» — А с чего ты решила, что она для меня незнакомая? Просто потому, что ты её не знаешь? Или из-за того факта, что я неравнодушен ко всем из этого мира? ... Ответа не последовало. — Ладно, – выдохнул я, – проблема сейчас в том, что... Акеми каким-то чудесным образом стала тоже частью всей этой операции. Как я вам уже говорил ранее, в школьном кабинете, она мне.. небезразлична. Я сделал паузу. — ...Эй, это не означает, что я в неё влюбился. Надеюсь, это ясно. Нацуки не выдержала и рассмеялась. Следом Моника. И Сайори. Юри держалась до последнего, но всё-таки отвернулась, тихо хихикая. — ...Эй, серьёзно! Я тут вообще-то об очень важных вещах говорю! — Прости, – в интервале приступов смеха сказала Моника, – но это действительно было смешно... — Хорошо, я подожду, пока вы посмеётесь. Я встал с кресла и, развернувшись, направился наверх. — Дет, ты куда? – сквозь смех спросила Нацуки. — Наверх. За анти-смехотворным. Или же за ингридиентами для ужина.       Зайдя в кладовую, я взял пакет макарон и риса. Проходя через мою закрытую комнату, я всё-таки решил зайти. Посмотреть на Акеми. Дежавю. Во мне стало расти какое-то странное чувство беспокойства. Думая о том, что могло послужить причиной, я медленно открыл разблокированную дверь. — ДЕТА! – раздался снизу голос Моники. – Всё, мы оторжались! Возвращайся! И ещё смех. — Не прошло и года... – вполголоса сказал я сам себе, снова закрывая дверь на ключ.