Вместе навсегда

      Были ли у вас неудачные дни? Наверное, ваш ответ – да. Как же без них в нашей жизни? Если бы каждый день сулил только позитив и желаемое, то все это превратилось бы во что-то обыденное, не приносящее бы удовольствие и настоящего счастья.       Вот и сегодня был такой денек у нашей главной героини, у Марии Эванс. Ей недавно, с месяц тому назад, исполнилось двадцать восемь лет. К этим годам она имела хороший заработок, так как работала в очень известной фирме, двухкомнатную квартиру с хорошей отделкой и рыжую кошечку, которую она подобрала с улицы. Это была очень необычная девушка во всех смыслах. Красивая леди, имевшая белоснежную кожу и голубые, как ляпис, глаза. Ее особенностью можно было считать абсолютно белые, как снег, волосы. Нет, она не была альбиносом, но почему-то имела такой оттенок волос. Специалисты объяснить такой феномен не смогли. Рост у нее был средний, как и телосложение. Мария была известна своей добротой, отзывчивостью, стремлением помочь всем и каждому, спокойствием, оптимизмом, поэтому все ее друзья и коллеги сравнивали Эванс с ангелом.       Так что насчет плохо дня? Сейчас расскажу. Было ранее утро. Часы показывали семь часов утра. На кровати, свернувшись клубочком, спала девушка. Вдруг она резко вскочила, будто ее кто-то или что-то толкнуло. Она открыла глаза и взглянула на время. Ахнув, Мария побежала быстрее в ванную. Она проспала. Будильник, установленный на телефоне, не прозвонил или же та его не услышала. Неважно. Сейчас Эванс надо было успеть на автобус. Не позавтракав, она наспех оделась и вышла из квартиры.       Закрывая дверь, впопыхах девушка не заметила ведро уборщицы, которая в тот момент убиралась в их подъезде, и задела его. Оно упало, разлив всю воду по кафелю. Уборщица мигом повернулась лицом к опаздывающей. Увидя перевернутое ведро, женщина злобно начала причитать: - Ах, ты неуклюжая! Не видишь, куда идешь?! Глазами надо иногда на пол смотреть, а не куда-то высь! - Может быть, я и неуклюжая, но вы явно не блещете умственными способностями. Кто ставит ведро прям перед чужой дверью? – девушка решила ответить на хамство, правда, на подобные переговоры у нее не было времени и желания, так что она ушла сразу же, как высказала свою претензию.       Автобус ушел - Мария Эванс пришла поздно. Пришлось заказывать такси, чтобы успеть или опоздать хотя бы на пять или десять минут. Прибыв в офис, девушка подошла к лифту. В эту же минуту к нему подошел ее начальник. Это был мужчина сорока пяти лет. Внешность у него была сносная, честно сказать, на любителя: полноватое телосложение, залысина на голове, припухлые губы. Сам он был не очень приятным человеком. Коллеги поговаривали, что он любил гулять налево от своей жены. - Доброе утро, миссис Эванс, - первым поздоровался начальник. - Здравствуйте, мистер Остин, - ответила та. - Слушайте, не могли бы вы, пожалуйста, после рабочего дня зайти ко мне в кабинет. Я хотел кое-что с тобой обсудить. - Конечно.       Лифт пришел - начальник и работник зашли туда. Поднявшись на десятый этаж, Мария Эванс вышла и направилась к своему столу. Там ее уже поджила ее лучшая подруга – Элизабет Миллер, милая шатенка, имеющая карие глаза. Подойдя к ней ближе, Эванс улыбнулась и решила поскорее обнять ее. Элизабет приняла объятия, сказав сладким голоском: - Привет, милая! Как ты? - Ой, да чуть не опоздала. Представь себе не услышала будильник. - Какой ужас! Хорошо, что ты успела, иначе тебя бы лишили премии. - Возможно, хотя я почти никогда не опаздываю, - девушка устало вздохнула. – Ладно, давай поговорим о другом. – Как ты? Что с твоим проектом? - Все потихоньку. Проект уже практически готов, осталось лишь внести парочку записей. - Что ж, я рада за тебя. Говорила же у тебя получится, а ты переживала и не хотела брать его. - Да, я боюсь подобных заданий – слишком много ответственности. - Ничего. Главное сделать шаг, а потом все пойдет само. - Лиз! – вдруг подругу окликнула коллега. – Подойди, пожалуйста, к Александре. Тут проблемка небольшая. - Сейчас! – ответила та. – Прости, мне надо идти. Мы с подругами решили пойти в кафе сегодня. Ты с нами? - Конечно, ко скольким подойти и куда? - В наше любимое «Цветочная полянка» к 20:00. - Хорошо, я буду. - Тогда до вечера, - попрощавшись Миллер ушла.       Мария Эванс начала работать. Сегодня тяжелый день, пятница. Охота уже расслабиться, ведь завтра начнутся выходные, но нужно многое сделать, чтобы следующая неделя не была столь напряженной. Поэтому, недолго думая, девушка решила переделать все накопленные дела и опередить немного график.       Дальше все было как в тумане. Компьютер, документы. Компьютер, документы. Настал обед. Все попили кофе. Заново. Компьютер, документы. Компьютер, документы. Рабочий день подошел к концу. Офисные работники потихоньку собирались домой, переговариваясь с друг другом. Кто-то обсуждал, куда поедет с семьей, как отдохнут. Другие жаловались, что придется работать в субботу и воскресенье, ибо не успевают за планом.       Девушка стояла напротив кабинета начальника. Легонько постучавшись она услышала громкое: «Войдите». Зайдя, она обнаружила Бенджамина Остина за своим столом. Мужчина что-то писал, потом поднял голову, когда закончил. Он слегка улыбнулся, произнеся: - А, это вы, садись, пожалуйста. Нужно кое-что обсудить. - Как скажете, - Мария слегка кивнула и сделала то, что просили. – Так, о чем будет разговор? По работе? Я что-то не так сделала? - Нет-нет, миссис Эванс, все просто прекрасно. Вы как всегда работаете на опережение и делаете большой вклад в компанию. Разговор будет немного другого характера. - В каком смысле? – тут девушка насторожилась. - Ответьте: вы хотели бы получить повышение? - Любой человек хочет подобное, - она пожала плечами. - Недавно поднялся такой вопрос о вас. Генеральный директор решил повысить некоторых сотрудников до уровня директоров в новых филиалах. Скоро будет конкурс. Каждый старый директор предлагает одно из самых лучших сотрудников. Вот я решил, что вы этого достойны. Правда, есть один нюанс. - Нюанс? - Именно. Кроме вас у нас есть еще миссис Адамс и мистер Грей. Они тоже славятся своими достижениями. - К чему вы клоните? - Поймите, мне нужно выбрать только одного из вас. Честно, я разрываюсь. Однако, если вы окажите мне услугу, то я точно предложу вашу кандидатуру. - Что за услуга? – девушка недоверчиво сузила глаза. - Составить мне компанию на одном мероприятии. - Нет, - твердо ответила та. - Почему же? Я не предлагаю вам ничего дурного… - Мой ответ – нет. Я не против посидеть на своем месте, - Мария нагло перебила его.       Мужчина помрачнел. Его брови сдвинулись к переносице. Он ожидал другого ответа. В глазах затанцевали недобрые огоньки. Мистер Остин хмыкнул, думая, как поставить ее на место и заставить прогнуться под него. Он жаждал ее. Давно. Просто никак не мог придумать, как подкатить. Она же такая с виду правильная, принципиальная. И сейчас даже пытается быть строптивой. - Вот, значит, как, - пробубнил начальник. – Хорошо, будет по-вашему. Вы можете продолжать работать в своем старом статусе, но не в нашей компании. - Что? – Эванс сильно удивилась. – Из-за того, что я отказалась, вы решили выкинуть меня, хорошего работника, из компании? - Верно. Вы можете поменять мое решение… - Не надо, - вновь на зло ему та перебила его. – Увольняйте.       Начальник нужные документы, оформил и подал их девушке для подписи. Мария Эванс расписалась, встала и направилась к выходу. Только подойдя к двери, она почувствовала, что ее схватили за руку, развернув к себе. - Думала, что просто так уйдешь от меня? - Да, отпустите руку, - Мария не испугалась, наоборот была готова дать отпор да же такому. - Ну уж нет, голубушка, - мистер Остин выдавил мерзкую ухмылку. – Запомни: я сделаю из твоей райской жизни ад. Ты не найдешь нигде новую работу. Так что, если захочешь вернуться, ты знаешь, где меня найти. - Пошел к черту, ублюдок, - ответила та, ударив того по животу – мужчина согнулся пополам, отпуская ее. - Ах, ты сучка, - сдавленно произнес тот. – Я… с тобой ещё поквитаюсь. - Пожалуйста, - дверь за ней с шумом захлопнулась.       «Какой поганый день. Чуть не опоздала. Поругалась с уборщицей, хотя никогда с ней не было конфликтов. Уволили. Нажила себе врага. Что теперь делать? Неужели то, что сказал начальник будет правдой? Спасибо, что хоть откладывала деньги. Проживу как-нибудь,» - думала Мария, идя в кафе.       В заведении было немало людей. Среди них девушка сумела найти своих подруг. Она подошла к ним, бегло поздоровалась и села на свободное место. Девушки окинули ее тяжелым взглядом, особенно Элизабет. В воздухе витало напряжении, которое Эванс сразу уловила. Нахмурившись, она спросила: - Что-то не так? - Что-то не так, - с нотками гнева повторила ее лучшая подруга. – Давай ка выйдем, поговорим.       Они так и сделали. На улице было прохладно и темно. Осень как никак. Ветер колыхал голые ветки и гнал в танец листья. Пахло кострами, будто­ кто-то неподалеку сжигал сухую траву. Элизабет нервно закурила, глаза были наполнены яростью. Мария видела это и не понимала, что случилось. Нужно было спросить, но ее слова неожиданно застряли в глотке. Они стояли так минут десять, пока подруга с горечью не промолвила: - Какая же ты сука, Мария. Какая же сука, - по щеке потекла слеза. - Почему? Что случилось? - Не притворяйся дурочкой! Не притворяйся святой! Ты же сказала начальнику, чтобы он закрыл мой проект, сказав, что он отвратителен! - Нет, ты меня с кем-то путаешь. - Путаю?! А не ты ли сегодня заходила к нему? А! Ты! После этого ваше разговора он позвонил мне, сказав про закрытие проекта! Как ты могла?! Ты же прекрасно знала, сколько трудов и нерв я в него вложила! - Лиз, пожалуйста, успокойся. Дай мне высказаться. - Валяй, правда, мне твои жалкие оправдания слушать не охота.       Эванс рассказала ей свой конец рабочего дня. Как она пришла к мистеру Остину. как отказала ему в услугу, как он решил ее наказать. Закончив, она с надеждой посмотрела на Миллер. - Почему ты не согласилась? - Я не девочка для раза. - Ты что не могла со сорокалетним пердуном сходить на свидание? Сходила бы раз ничего бы не было. Были бы вообще все довольны: ты и я, - она вдруг оживилась. – Может, есть время все исправить? Позвони ему, договорись, верни мне мой проект. - Ты с ума сошла? Я не буду лезть к такому уроду в постель. Тем более он еще и женат. - А был бы не женат, переспала бы с ним? - Нет! - Ты разве не хочешь помочь подруге? - Будет у тебя еще один проект, и вообще представь его где-нибудь в другом месте: пользы будет больше. - Все ясно с тобой, - выпалила та. – Иди отсюда. Мы больше не хотим тебя, предательницу, с девчонками видеть, - Лиз докурила сигарету и выбросила ее, затушив ногой. – Я думала, что ты действительно хорошая, но это всего лишь твоя маска. На самом деле ты тварь. Что б ты сдохла, - она прошептала ей это на ухо, чтобы навеки закрепить в памяти. – Прощай, - девушка зашла в кафе, оставив подругу стоять истуканом напротив заведения.       Ноги стали ватные. В голове начал твориться какой-то беспредел. Слезы хотели вылезти наружу, пробежавшись ручейком по щекам. Сдержав порыв, она сделала пару выдохов. Вроде успокоившись, она поспешила вернуться домой.       Квартира встретила ее одинокой темнотой и гнетущей тишиной. Даже кошка, которая обычно выходила ее встречать, где-то пропадала. Уснула, видимо, и не услышала хозяйку. Ей было двадцать восемь лет. Она была одинока в душе и в жизни. Ей хотелось, чтобы рядом был близкий человек, который поддержит. Он, вроде, был Элизабет слушала ее, успокаивала, но больше всегда уделяла себе и своим переживаниям. Мария этого не замечала, ибо всегда хотела помогать. Правда, ей никто и никогда не хотел помочь.       Она хотела любви, но никто ей не мог ее дать. Многие парни видели лишь в ней девочку на одну ночь или того самого ангела, которого надо совратить и выкинуть. Девушки же вели себя точно так же. Единственный человек, который ее любил, был отец. Они с ним сильно поссорились и больше не общались.       Мария Эванс сняла пальто и туфли, не включая света, убрала их по местам. Зайдя на кухню, она думала поставить чайник и попить чаю, но сразу расхотелось. Есть тоже не хотелось. Хотелось забиться в угол и рыдать.       Она прошла в гостиную, которая служила ей как рабочим кабинетом, так и местом отдыха. Там на ее столе, который находился в правом углу комнаты, горела свеча. Сердце вновь защемило. Откуда здесь это? Подойдя ближе, она погасила свечу и увидела конверт. Открыв его, она достала оттуда небольшую записку, на которой красивым почерком было написано следующее: «Здравствуй, Мария. Как ты поживаешь, радость моя? Как твоя кошка, которого ты недавно подобрала? Уже приручила к лотку? Как работа? Ой, забыла: ты же ушла с предыдущей: начальник оказался полным козлом и приставал к тебе. Где твои подруги? Их что-то не видно. Точно... Они же попрощались с тобой, ведь ты не такая, как они. Что с отцом? Ты же с ним тоже не общаешься? Бедный. Бедный мой ангел. Не бойся. Я заберу тебя из этого ужасного мира. Подарю ласку и любовь. Просто подожди немного, моя любовь. P.S. Я заберу тебя сегодня, так что особо не грусти». - Что за черт? Только этого мне не хватало, - испугано промолвила девушка. Ей стало страшно. неизвестный проник к ней в квартиру, причем не взламывая замок. У него был дубликат. Скоро он придет за ней.       Эванс решила уйти да побыстрее, но она не успела обернуться, как раздался щелчок – кто-то выключил свет в коридоре. Послышались шаги. Мария застыла, как статуя. Она закрыла глаза, представила себе, что это сон. Щелк. В комнате стало темно. Некто не спеша приближался к ней. Она же сжимала в руках конверт. Силы закричать или позвать на помощь просто пропали, исчезли, когда страх потек по венам, достигая мозга.              Чужие руки коснулись ее плеч. Они были такие теплые, даже горячие. Неизвестный прижал к своей груди девушку, произнеся: - Здравствуй, мой ангел. Я пришла забрать тебя, - женский голос до боли казался знакомым, но Мария никак не могла вспомнить его обладателя. Он просто резал слух, заставляя сознание паниковать. – Не дергайся, пожалуйста, я не хочу лишний раз сделать тебе больно.       К рту ей прижали тряпку, намоченную каким-то веществом. Тут Эванс все же попыталась вырвать, оттягивая неизбежное. Неизвестная была сильнее и мигом предотвратила все попытки девушки вырваться. - Спокойно, ангелочек, все будет хорошо, а теперь усни насильным сном, - веки Марии стали тяжелыми, и она вскоре вырубилась.