Надежда из Ада

– Чон Хосок! Немедленно вернись и позавтракай как следует! – Ба, я очень хорошо поел, – крикнул с крыльца парень, скармливая сосиски всеядному Микки. Хоби сбрасывал вес и сушился перед важным выступлением, а пес помогал ему справляться с едой, которую бабушка норовила в него запихнуть, не признавая никаких диет. Будь ее воля она бы и танцы ему запретила, приковав к письменному столу, чтобы он прилежно занимался. Юрист или финансист – вот карьера для мужчины, а танцульки и песенки – пустой звон. К счастью, мать разделяла его интересы и всячески потворствовала им, правда редко бывала дома. Он понимал, что в постоянных разъездах заключается ее работа археолога и уважал ее выбор. Экспедиции, раскопки, тайны древности, находки, артефакты – это ведь очень увлекательно и насыщенно. Закинув на плечи рюкзак и оседлав новенький велосипед, Хосок резво накручивал педали по проселку вдоль реки. Вскоре его обогнали два вассала их школьного короля и прижали к обочине. – Да, блин, нет у меня денег… – привычно заныл Хосок. – Вы все уже выгребли! Думаете я сын миллионеров? У меня даже отца нет… – Не кипишуй. С тобой просто хотят поговорить. – О, господи, опять. Намджун… – Хоби спешился и, катя велик за руль, обреченно побрёл к берегу. – Не победит твой Джин, никогда, нет смысла мне сливаться! Он даже в финал не выйдет, – издалека начал кричать он. – Ну в полуфинал же вышел, – резонно парировал Джун. – Потому что был конкурс сценического мастерства, а в этом ему нет равных. Но сейчас будет танцевальный батл! И вообще, ты всех подкупишь-запугаешь? Двенадцать человек? – Чё ты из меня монстра делаешь? Я тебя услышал. Танцевать-то он и вправду не мастак. – Вот и пусть лицом светит! Он учится на актерском факультете, его в дорамы уже сейчас зовут. И осты поет. Нафиг ему этот конкурс? – Ладно. Не о том сейчас речь. Тебя тут ждут. А мы уходим. Намджун вместе с приспешниками свалил, и Хосок увидел, что на поваленном дереве сидят две совершенно идентичные удивительные особи, отличающиеся только цветом волос – с синим и красным коротким каре с прямыми волосами. Очень худые, плоские, в очках-полосках на лице, одетые лишь в шорты и некое подобие портупеи. Они навеяли Хосоку ассоциацию с героиней старого фантастического фильма.* И не поймешь, девочки они или мальчики. «Андроиды** что ли…» Существа переглянулись и дали ответ его мыслям. – Да, ты прав. Мы не люди в обычном понимании, хоть и биологические субстанции. Мы из живых клеток, но выращены не в чреве женщины, а в инкубаторе. Мы представляем синкретичный организм, слитый из естественного и искусственного интеллекта. «Бред сущий…», - от изумления у Хоби пропал дар речи. – По прогнозам, ты очень ценный человеческий организм. В будущем, ты дашь людям надежду. – Ух ты! А что там у меня еще в будущем? Семья, дети? А кто моя жена? – подумал Хосок о миниатюрной девчонке из параллельного класса. – Это информация нам неизвестна. – Почему это? – Вероятность заключения брака с женщиной и рождения детей низка. – Вы сейчас на что намекаете? Что я буду жить с мужчиной? – Существует такая вероятность. – Ясно. Удивили. Короче, я вам зачем? – Твой отец – один из Олимпийских богов – задумал уничтожить мир в том виде, в котором он сейчас существует. И только ты можешь это предотвратить. – Прикольно… То есть он там в Древней Греции задумал, а я, чувак из 21 века, всех спасу. Так? – Да. Время – лишь иллюзия. Оно нелинейно, каждое мгновение существует всегда в любой точке пространства. – Так, стопе! Ну вы даете! Это ж надо какую Намджун ересь придумал, чтоб от меня избавиться. Я прям Перси Джексон*** какой-то! Парочка опять переглянулась. – Перси Джексон – выдуманный персонаж. У Посейдона нет детей от земных женщин. – Ну и кто тогда мой отец? – Этого мы не можем сказать. – А кто может? – Зевс. Для этого тебе надо проследовать с нами на Олимп. – Я понял. Дурдом на выгуле. Счастливо оставаться, Намджуну привет.