Привет. Меня зовут Лера. Мне 17. Я главная сучка!

Утром просыпаюсь от того, что Гоша тыкается в меня мордочкой и тянет одеяло вниз. — Ну, Гоооош, — блин, м не в такие моменты кажется, что он мне реально ответит, а может реально может, но надо хранить древнее енотовское молчание? Звучит максимально правдоподобно. Медленно поднимаюсь и иду к шкафу, смотрю на сумку, дозу, которую я нашла в ней вчера по итогу так и не приняла, видимо какой-то инстинкт самосохранения всё же присутствует. Хм, а вот это неплохо, с учётом того, что мне сегодня надо сделать. Буду выглядеть нереально красивой импозантной сучкой! Черное длинное платье, практически, как у Малифисенты, только с парочкой разрезов. Блин, так, сейчас надо незаметно прошмыгнуть на кухню, где сидит мать и искренне верить и надеяться, что она в очередной раз не спросит, где я была ночью. А-то она ведь так волнуется! Ага, по ней прям видно! Закатив глаза иду на кухню, открываю холодильник. Так ладно, хорошо я хоть себе недавно йогуртов купила, и то лучше, чем просто кофе. — Так, — я услышала голос матери, ну что ещё, а могу свой любимый кокосовый йогурт спокойно поесть. — Лера, я думала поговорить с тобой об учёбе, — она посмотрела на меня так, словно Пентагон взламается, если я никуда не поступлю. — Чё ты хочешь? — только закатила глаза. — ЕГЭ в этом году, ты выбрала, что сдавать будешь? — Нет, — интересно доведу её или нет? — Ну, как же так, Лера? Ты ведь должна, куда-то поступить. Не знаю выбери предметы, которые легкие или которые нравятся. — Мам, нет не того не того. Я ваще твоё ЕГЭ сдавать не собираюсь. — В смысле?! То есть, как?! Тогда, зачем в одиннадцатый шла?! — Потому ты так сказала, а сейчас ты удивляешься, почему я не хочу ничего сдавать. Я не собираюсь, некуда поступать, нигде учиться, я собираюсь идти на «Битву экстрасенсов» взять эту долбанную руку, спокойно поднять ценник и жить не о чём не думаю. — Лера, это вообще не дело, ты понимаешь, что такие деньги не всегда будут. Это всё так временно. Это нестабильно. — А твою зарплата в восемьдесят тысяч это много?! Зато стабильно! И кстати, прежде, чем мне что-то говорить, загляни в интернет, — я развернулась. — Кстати, — с силой запустила в неё йогуртом. — Чтобы больше херню не несла. Крашусь, беру сумку и еду, но не в школу. Про ЕГЭ начала говорить, ваще долбанулось, что ли? Я его сдавать никогда не собираюсь и не собиралась. Я не хотела идти в одиннадцатый, но мать заставила. Да, вы наверно удивленны, почему не надавила. Просто, если бы отказалась, то мне подыскали какой-нибудь убогий колледж. А там учиться, аж четыре года, не, ну нахер. А в школе, эти два года можно спокойно просидеть. На ЕГЭ я просто не приду, мне никто ничего не сделает, аттестат за девять классов есть, обязаловку я окончила. Чё ещё надо? Любимые предметы, их вообще нет. Точнее, как, вроде я чем-то таким интересуюсь, но не предметами. Я вон фанфики пишу и читать люблю, но я в гробу видала писать сочинение по Достоевскому про эту бедолагу-старушку. Общага ещё есть. Ну чё-то там более менее, но хрень полная. А обязательные ваще не факт, что сдам, в душе не ебу, че у нас там на алгебре. А русский, ну может на три и сдам. Просто, если сдаёшь ЕГЭ, то значит поступаешь в универ, а я ваще не понимаю, чего я хочу от этой жизни. Мне нравится писать, наверно мне хотелось бы поступить куда-то туда, чтобы просто прокачать свой скилл, хотя, как куча бесполезной и скучной теории тебя прокачают. А то, что типа, то, чем я занимаюсь это не надежно, то все «экстрасенсы» с этим поспорят, ну кроме Ванг, там чё-то как-то всё растерянно давно. Аж грустно, (нет). Вообще не понимаю, что реально будет, когда я окончу школу, вроде бы битва всё такое. Но хочу ли я этого реального? Или это какая-то программа в моей голове, знаете, как у робота, вот сказали сценарий, и ты идёшь по нему не отступая некуда. Я, если честно многое бы хотела попробовать. Мне порой хочется на актёрское в ГИТИС, быть моделью, или ваще психологом! Но ты понимаешь, что это тебя нормально не прокормит. Это все так, чистые хотелки, а мне нужна стабильность и без напряга. И, чтобы денег дохрена. Всё это мне не обеспечит много денег. Честностью в нашем мире ничего нормального не поймать, только изголяться и самой быть везде и максимально хайпиться. Вот мне это и надо. А я даже ответить на этот вопрос себе честно не могу. Хочу ли я этого банально? Хочу ли я потом стоять рядом с Башаровым и держать эту руку? В зеркальном лабиринте очередной тупик. Спустя два часа доезжаю до дома Сони. Что я тут забыла в очередной раз? Та флешка у меня. Дело даже не открывали, просто сдохла и сдохла, всем пофиг. Блин, а если мать дома? Это же всё. Мой план провален, а хотя, у неё же ебанутый отец всегда дома. Резко давлю на ручку, нуда, чего ещё ожидать от нарка. Он кажется меня и не замечает. И хорошо. Захожу в её комнату, чёрт, да, что я тут забыла? Нахрена ваще пришла? В комнате ничего не изменилось, только зеркало закрыто тканью, которое я стащила. Ноутбук, всё тоже самое. Открыла ящик в столе. Фотки? Почему на них меня так много? Подождите. Это фото с классом. И везде я обведена. Да поняла я, что я такая злая, а она такая добрая. Перевернула. Это Сонин почерк. — Надеюсь когда-то мы будем друзьями. Ты очень крутая, но ты так относишься ко мне. А я хочу стать твоим другом. Чё?! В ящике куча моих фоток и все примерно с такими пожеланиями. Она хотела дружить со мной? Почему? Хотя, наверно всё итак понятно, я крутая, могу постоять за себя, откровенно намного лучше её в финансовом положении. По сути обе субкультурищицы. Точно больная, это чё за синдром такой любить того, кто ржёт над тобой. И ваще, нафига тогда распространила инфу обо мне? Обиделась. На эмоциях сделала наверно. Больная. Тогда я тоже была больной. Я помню, как в садике была главная девчонка, которая откровенно смотрела на меня, как на дерьмо. Чёрт, я даже имя помню Гульшана. А мне вообще пофиг было. Я смотрела на неё щенячьим взглядом. Тут тоже самое. Чёрт. Я только сейчас ощутила, как на меня резко что-то свалилось. Стало не знаю как-то очень мерзко, что ли. Хотя, я ведь не знала. Но блин, это не оправдывает меня! Со мной хотели дружить, так почему я так угорала над ней! Неужели нельзя было хоть как-то это заметить, чёрт да она ведь даже не злилась на меня. А это попытка первого способ привлечь к себе внимание, пыталась добиться даже таким изощренным способом. Почему я не заметила! Как вообще можно было порой так жестко обращаться с ней, когда она тянулась ко мне за дружбой. Хотя, почему она сама не могла подойти? Да, кому я вру, я поржала над ней и всё. Поэтому на Фикбуке так вцепилась в меня, надеялась, что когда-то возможно я пойму и у нас и в реальности что-то получится. Этого бы не было, отвечаю сразу. Просто мне сейчас мерзко то самой себе, от того, что она пыталась не знаю как-то сглаживать углы, а я делала всё только хуже. Если бы я знала, то может ничего бы не было. Я ведь прекрасно понимаю, какого это быть по сторону баррикад, черт побери, как я пыталась с этой Гульшаной заобщаться, но по итогу, на меня смотрели, как на мусор, и говорили, что это меня воняет. И так каждый раз. Я ни чем не лучше её, может даже хуже, хотя я всего пару раз её ударила. Просто, когда ставишь себя на место другого человека, понимаешь, какой сучкой ты порой была. И сейчас уже ничего нельзя изменить. Это мерзость теперь со мной я буквально чувствовала её в себе. Какой-то тугой комок, который не хотел рассасываться. Я не знала, что я нравилась ей, как человек. Я, столько вообще о ней не знала. Я как-то очень резко упала на колени и заплакала, все фотки и запихала в сумку. Мне ещё никогда не было так мерзко от себя. Зеркальный лабиринт теперь отступил меня со всех сторон и его стены выросли в высоту, я теперь ничего не видела. Я кое-как поднимаюсь и хлюпая носом иду обратно к метро. По привычке снова лезу в телефон. Стоп, только сейчас пронзает одна мысль. Дима. Я же видела у него в телефон, как он открывал мой пост с фанфиком. Погодите. Лезу на страницу к тому, кто вчера писал, на кого подписан? На Диму. А по комментам, что? Какой Дима охуенный и бла-бла. Короче, спалился. Твою мать. Это же получается. Сука. Быстро пишу Саше, блин, только бы в чс не кинул. Не кинул, так, это уже хорошо. — Саш, прости, я вчера была не права, это фейк мне написал, одноклассник-гандон всё так выставил. Прости. Давай сегодня встретимся, пожалуйста. Ответ пришел через пару секунд. — Встретимся в том же парке, я через минут тридцать буду там, жду тебя, — чёрт, блять, Дима, я его уебу когда-нибудь точно. Только через два приезжаю, захватываю Гошу, и подхожу к парку. Он снова с синими розами. — Прости меня, Саш, — говорю я, тяжело вздыхая и утыкаюсь лбом в его грудь. — Лера, — он грустно усмехается. — Перестань, всё нормально, я не сержусь на тебя. Тяжело доверять людям, когда много раз делали больно? — Именно так, прости. Надо было вчера банально всё проверить, а ещё тебя и розами, — поджала губы и заметила на его лице пару царапин и осторожно провела по ним пальцами. — Прости, это из-за меня. — Ерунда, Лер, просто, если мы хотим хорошо общаться, то мы должны доверять друг другу в таких банальных мелочах. Давай так, если нас в друг друге что-то начинает смущать и настораживать, то мы с тобой вместе во всём разбираемся, хорошо? — он осторожно заводит мне прядь волос за ухо. Гоша только в очередной раз лезет обниматься. — Погуляем? — Саша улыбается и берет меня за руку, я только киваю мы бредем вдоль парка. — У тебя есть дома кто-то? Просто тебе так Гошан нравится, а я у тебя самого никого не видела, — говорю я, а Гоша просто в отрыве, он тянет поводок, он через побери бегает, да, надо по чаще его выводить, прости, Гоша, но смотря на его счастливую мордочку, блин, это плюс сто к карме. — У меня есть хорёк. — Хорёк?! — мы с Гошей даже остановились. — А, где он был до этого? — Вет клиника, тем более ты была у меня два раза. — Еноты и хорьки ведь неплохо кажется ладят между собой. Познакомишь нас как-нибудь? — Легко. Не думала кстати себе хорька ещё завести? — Не хочу, Гоша мне всех заменяет единственное существо, которое бескорыстно любит меня. — Всё так плохо, Лер, — он заглядывает мне в глаза. — Наверно, просто, мама не любит, одноклассники не любят, подписчики хомяки, Гоша в сто раз их умнее, парня нет. Тебе знакомо это чувство? — Только, если в детстве, сейчас такого уже нет. — Как ты это поборол? — смотрю в его глаза. — Это само пройдёт, Лер, — он улыбается. — Когда закончится школа и начнётся жизнь, куча новых людей, много придут, уйдут. Но уверен, что ты справишься, — он осторожно обнимает меня, чёрт, Саша, такой крутой, не хочу, чтобы он эти объятия разрывал. Я не понимаю в какой момент я слышу рычание, причём моего Гоши. Твою мать. Огромная овчарка на поводке, которая буквально бросалась на моего Гошу. Типичный енот! Я только очень осторожно подхожу ближе, в надежде оттащить Гошу от неминуемой смерти, а себя от неминуемого нервного срыва. Я только осторожно прикасаюсь к Гоше, как видать у этой тупой собаке все на свете заклинило, и она просто резко цапнула меня, буквально в эту же секунду, Саша резко ослепил эту тупую овчарку перцовым баллончиком. Послышался громкий вой, громкие возмущения хозяина и мои громкие возмущение, вперемешку со слезами. — Лер, тихо-тихо, — Гоша только вертел головой, ему ваще пофиг было, он не пострадал, но побежал ко мне, и уткнулся в постарадавшуюся кисть. — Давай домой ко мне. Минут через десять, я сидела у него за стол, в тщетных попытках успокоиться. — Тише-тише, всё хорошо, Лер, все, всё нормально, — он только аккуратно обрабатывал мою руку. Не поняла, в какой момент оказалась у него на коленях и он осторожно гладил мою руку. — Тише, тише, всё уже хорошо, Лер, хорошо. — Я просто испугалась, испугалась за него, — говорю я, показывая на Гошу. — Всё, всё хорошо, хорошо, всё обошлось, — он гладит меня по спине. — Я должен был сам успеть среагировать, ты не виновата, главное, что, всё хорошо. Всё, всё, хорошо. Гоша только вскарбкивается мне на колени и тянется обниматься, а его хорек, посмотрев на нас, как на полных дибилов, трется у моих ног. Я только вздыхаю. — Спасибо, мы пойдём, — и хлопаю дверью. Чёрт, какой же Саша всё-таки офигенный! Я даже не думала, что он сможет простить меня после всего того дерьма, что я ему наговорила. Я вообще не надеялась уже не надо, просто мне наверно как-то надо держать в своей голове мысль, что в этом мире не все конченные уроды. В это, если честно сложно поверить, особенно учитывая вчерашнего Жорина. Просто это очень круто, когда кто-то о тебе, ТАК заботится. Это очень непривычно, когда Саша готов вытирать мои слезы и говорить, что все будет хорошо. Просто знаете я такое только в кино видела. Классно, что он просто остановил эту овчарку, на которую полез Гоша, потому что инстинкт самосохранения у таких животных отсутствует. Он и на льва полезет, если такая возможность будет. Просто теперь у меня вопрос такой в голове, как меня воспринимает Саша? Надо ли говорить про нашу разницу в возрасте? Я его, конечно сажать не хочу и не собираюсь, но кем он меня воспринимает? Другом? Я бы не хотела быть просто его другом. Я хочу намного большего! Может он ваще видит во мне непутевую дочь, ему все-таки трицать, а мне семнадцать, за которую он считает, что в какой-то мере должен нести ответственность. Потому что раз впрягся, то теперь надо идти до конца. А может ваще не сильно хочет ко мне ближе подходить, потому что матери моей из-за моего возраста боится. Я вот ничего не боюсь, честно была готова при нашей первой встречи с ним трахнуться. Просто я наверно влюбляюсь как бы то парадоксально не звучало. И я реально хочу проводить с ним всё своё время, может он тот человек, который сможет мне помочь. У меня, столько проблем, просто жесть. Я бы очень хотела, чтобы он всегда был рядом, теперь наверно я могу как-то сказать, что я нужна Гоше и возможно ему. Просто никто опять же не стал бы обо мне так заботиться, приглашать домой обрабатывать руку, а он это делает и наверно даже не из жалости, а просто, потому что хочет, но вот любит ли он, меня один большой. А люблю ли я его? Тоже вопрос! Нет, я точно не хочу, чтобы он не уходил. Ближе к вечеру начинаю искать этого одноклассника Арины. Отлично. Где у него там топовый местяк? А так это недалеко от школы? Старая площадка с ржавыми турниками? Ну ладно, я уже наверно не чему не буду удивляться от него. Беру диктофон, шокер и направляюсь к этой площадке. Чёрт, выбрала время, блин. Когда уже одиннадцать, я конечно старше его, но репутация насильника как-то не сильно греет меня. Осторожно подхожу к площадке, облизывая пересохшие губы. Ну давайте, хочу, как в сериале «Бег улитки». Давайте, я его прижимаю и этот лох, начинает дергаться. Он висел на турнике с каким-то верзилой. Так, ладно, главное не показывать, что стреманулась. Только укоризненно смотрю на него. — Чё пришла? — он даже не слезает. — Поговорить надо, — в упор смотрю на него. — Чё так? — Слезешь и поговорим. — Ну ладно, — он спрыгивает и усмехается, так мне искренне не нравится, этот верзила. — За Арину пояснить не хочешь? — Нет, а ты, кто ваще? Систер, что ли, — он трогает меня за плечо. — Нет, а за систер я тебя уебать могу. — Да ладно тебе, чё ты? Ну подумаешь видео. Щас всему верить, что ли? Ты чё тут типа феминистка? Я, кстати слышал, что у них всех недотрах. Может тебе помочь? — он снова коснулся плеча. — Слушай, я таких, как ты по ночам плеткой бью, а сейчас, — резко достаю шокер, и пытаюсь ударить, но этот верзила меня опережает и так сильно заламывает руки, что я просто захожусь в диком крике. Он валит меня на землю и я чувствую сильные удары, по спине по животу, я истерично вскрикиваю, когда они пытаются стянуть с меня платье, но я резко бью этого придурка Арины шокер в области шеи и он оседает. Этот верзила утаскивает его, а только остаюсь сидеть на земле, тихо всхлипываю от боли. Класс, снова я крайняя. Опять, почему-то меня решили избить, на мне что табличка? Или это такая хорошая традиция в нашей школе теперь? А вообще, на что надеялась? Два чувака, один который выше меня раза в два и сильней раз в пять. Выставила себя только полной идиоткой. Прям, как мой отец в детстве. Помню, как он в очередной раз набухавшись подумал, что это лучшее время, чтобы разобраться с моими обидчиками. Пошёл на ту чертову площадку в попытке избить отца того, сама мальчика, но что вы думаете? Избили по итогу его, а он потом и блеванул и уснул в этой херне. Позорище, а не отец. Ёбанный критин. Просто, чё мне-то теперь делать? Я обещала Арине помочь, а помощи сегодня, как-то особо нет, блин, если бы не его предмет. Ну, конечно! По большей части ведь этого из-за него всё произошло. Когда они меня били, это делала только этот тупой здоровяк, этот мамким хрен, только три пинка дал, и то знаете, как будто гальку пнул. Надо вылавливать его без этой машины для убийств. Он отрубился от одного удара шокером, а это значит. Завтра в школе, когда закончатся уроки, вырубить его, запереть допустим в туалете, предварительно замотав его скотчем и пусть мне все говорит, а может я придумаю что-то по изощреннее. Но ведь только понтоваться может, больше ничего. Все эти фразочки из пацанского паблика с волками. Окей, и чё делать с диктофоном? Все равно нужны его признательные! Поискать в комнате, как в неё пробраться? Блин, просто буду Шреком, который идет напролом. А еще надо создать такую ситуацию, когда его самого ТАК загнобят, что единственное, что он сможет это написать признательное. Это будет его лучший поступок! Короче, вынудить его! Да, а ещё надо, чтобы про нашу школу заговорили. Желательно негативно. Надо писать блогерам. Ой чёрт, как же все болит. Спина мне казалось ваще не хотела разгибаться, живот болел, а ноги дрожали. Кое-как поднявшись, на трясущихся ногах иду, постоянно спотыкаясь и чуть ли не падая, но иду, резко запнувшись о кмень полетело, и почувствовала острую боль в коленях и носу. Чёрт, опираюсь о всё что можно кое-как иду к дому.