Смутная Печаль

      Осаму Дазай любил Чую Накахару. Это никем не скрывалось просто потому, что было абсолютно бесполезно – слова можно сказать какие угодно, действия сделать максимально холодными, но взгляд не изменить, не скрыть столь мощные чувства за привычной пеленой скуки. То, как он смотрел на Чую давало понять, что слухи не врут. И пусть они все еще не упускают случая ударить напарника как следует или отпустить язвительную шутку, отношения между «Двойным черным» вышло за грань простой работы и привычных фраз пожелания друг другу смерти. Чуя заботился об Осаму, раз за разом оказываясь рядом в нужное время и в нужном месте, а тот, в свою очередь… Сложно сказать, что делал сам Осаму, что давал взамен на почти ежедневное спасение его жизни. Каждый раз, находясь в не самом адекватном состоянии, бормотал, что любит? Чуть ли не хвостиком ходил за рыжиком, ненавязчиво касаясь то волос, то плеча.       Хорошо, сделаем небольшую поправку. Дазай полностью помешан на своем напарнике уже как пару лет. Объект его привязанности должен был знать о чувствах Дазая, но почему-то ответом на такую редкую открытость, как искренние признания в любви, всегда был печальный вздох и никогда – такие нужные слова «я тебя тоже, придурок». Ладно, без придурка можно обойтись, но как же Осаму желал услышать хоть какой-то ответ! Порой ему кажется, что даже отрицательный ответ был бы лучше этого молчания. Но Чуя молчит даже тогда, когда шатен пьяно рыдает ему в плечо и вымаливает взаимность. А на следующий день как ни в чем не бывало трется рядом и шутит про рост, шляпу и псов.       Он делает это постоянно, пока в один момент не случается первый перелом.       Осаму находит Чую на поле боя после глобальной зачистки, набрасывается с объятиями и в который раз шепчет, что не пережил бы смерти рыжика и что очень-очень любит. Последнее, что он ожидает в этот момент – сильный удар в живот, отбросивший на несколько шагов назад и раздраженный голос. - Как же ты меня бесишь, шпала. Соберись и прекрати любить меня, ты член мафии или влюбленный слабак? Я влюбленный слабак, Чуя. Дурак, потому что даже под дулом пистолета не откажусь от чувств к тебе, потому что даже после этой фразы не перестану желать касаться. С трудом поднимаясь, Осаму подходит к возлюбленному и совершает самую большую ошибку в совей жизни после той, что он вообще родился. Вкладывая всю свою нежность, коротко целует тонкие губы и уходит, наконец понимая, что не вынесет отказа. Сначала морально, а потом и физически, когда вновь исполосует тело поверх старых шрамов и тех, что даже не успели зажить. Иронично, правда? Для того, кто так хотел избавить Дазая от селфхарма, Накахара слишком часто становился причиной для новых полос на бледной коже.