Один день из жизни Джеффа

Утро выдалось не легким. Хотя можно ли два часа дня считать за утро? По крайней мере, Джефф проснулся только сейчас. Голова трещала из-за продолжительного сна. Ноги гудели из-за вечерней беготни. Вчерашняя жертва взбесила убийцу, уж слишком она быстро бежала и в добавок визжала на всю питерскую. Как показалось Джеффу, она была не местная, ведь бежала девушка прямиком в пустующий район. Крики девушки на время стихли, ведь она наткнулась на тупик. Свалившись с ног, начала отчаянно ползти в противоположную от убийцы сторону. - Что я не так сделала? Господи Боже, за что мне такая участь?! О Господь, я прошу Твоей защиты в своих повседневных делах. Сохрани меня от всякого вреда и дай мне силы и смелости противостоять любым испытаниям, которые встретятся на моем пути. Помоги мне помнить, что Ты всегда со мной, наблюдаешь за мной и направляешь мои шаги. Во имя Твое святое молюсь, аминь! Джеффу уже поднадоел ее писклявый голос, поэтому схватив поудобнее рукоять ножа, медленно стал подходить к жертве. Ему нравилось, когда жертва молила о пощаде, а еще приятнее было вонзать нож в саму плоть. Хлюпанье плоти заставляло его приподнимать изрезанные уголки губ. Спина жертвы наткнулась на стену, из ее горла послышался сдавленных крик. Глазами полными слез она смотрела на убийцу, который все еще не останавливался и постепенно приближался. Нападавший в тени сжал нож. Металл холодно блеснул в тусклом свете луны, словно предвкушая предстоящую работу. Одним резким движением он оказался рядом с девушкой. Лезвие вошло в тело с мерзким хрустом, разрывая ткань и плоть. Крик застыл в горле жертвы – лишь хриплый звук вырвался наружу. Руки инстинктивно потянулись к ране, но это не остановило Джеффа. Ещё один удар – в бок, глубокий, яростный. Кровь хлынула тёплым потоком, окрашивая пол и стены багровыми брызгами. Жертва попыталась подняться, схватить нападавшего за руку, но силы быстро покидали её. Последние удары были быстрыми и беспощадными, словно насмешка над попытками сопротивления. Взгляд убийцы был свирепым и одновременно дико удовлетворённым. Он не остановился, пока тело не обмякло, оставшись неподвижным в луже крови. В переулке вновь воцарилась тишина. Лишь звук капель крови, стекающих с ножа, нарушал мрачное спокойствие. Нападавший выпрямился, провёл рукой по лезвию, стирая следы, посмотрев на свое творение, развернулся, оставляя за собой хаос и смерть.