Смрад любимой книги

      В помещении с высокими потолками и стенами, украшенными каменной лепниной, мраморный пол был слегка изношен от вековых шагов. Раритетные и прекрасные люстры, сохранившиеся с тех времён, довершали образ. Гермиона могла бы всё это разглядеть, если бы хоть на мгновение оторвала взгляд от серебристых глаз, которые смотрели на неё с такой же внимательностью. В последний раз его рука нежно погладила её по щеке, а мягкие губы подарили поцелуй. Высокая дверь с матовым стеклом открылась, пропуская в операционную широкую кровать-каталку. Забини стоял рядом с ней, крепко держа бандита за локоть и не сводя с него подозрительного взгляда. Брайан устало вздохнул. — Я бы поспал перед допросом, — прошептал он на ухо Блейзу. Гермиона с раздражением взглянула на него и вновь погрузилась в созерцание теней, скользящих за стеклом. Её пальцы касались губ, которые хранили тепло его поцелуя. Внезапно кто-то положил руку на её плечо. — Пойдёмте, мы здесь только мешаем, — прозвучал строгий голос, заставив её обернуться и поднять глаза на его обладателя. — К нему никого не будут пускать как минимум пять часов. Люциус приветливо улыбнулся, не разжимая губ, и погладил Гермиону по плечу. Блейз сразу же подтянулся, а Брайан, нахмурившись, сник под его взглядом. Рука Люциуса требовательно указала направление вперёд по коридору. Гермиона с опаской огляделась вокруг, осознавая, что их компания привлекает слишком много внимания в ярко освещённом больничном коридоре. Она поправила свою футболку и переступила босыми ногами, обутыми лишь в чёрные носки. Мужчины, в свою очередь, были одеты в поношенные костюмы. Люциус же выглядел так, словно только что сошёл с обложки журнала. Его костюм идеально сидел на нём, а длинные волосы были распущены и свободно спадали на спину. Светло-серые глаза блеснули, когда он открыл дверь одной из комнат и жестом пригласил всех войти. Закрыв за собой дверь, он прокрутил замок и повернулся, направив пистолет прямо в лицо брюнета. — Я слушаю тебя, Брайан Уильямс, — строго произнёс он. Бандит прошёл вперёд по стандартно обставленной современной палате и коснулся подоконника. Тяжело вздохнув, он развернулся и сел на подоконник, отодвинув в сторону пустую вазу для цветов. — Не стоит, мистер Малфой, — он поднял руки перед собой. — Я ведь безоружен. Гермиона присела на край голого резинового матраса, переглядываясь с Блейзом. Он рассматривал воображаемую линию выстрела, словно пытаясь понять, имеет ли он право пересечь её. Усмехнувшись, он пригнулся и скользнул ближе к Гермионе, отодвигая её немного дальше. Люциус смерил его бесстрастным взглядом. Брайан потёр глаза и упёрся руками в подоконник. — Долохов допустил ошибку и поплатился за это. К сожалению, мне не удалось спрятаться, как остальным. Малфой заметил меня и вырубил. Кстати, я должен буду поблагодарить его за это. Гермиона в изумлении открыла рот. Блейз напрягся и подался вперёд. — О чём ты говоришь? — его голос дрожал от ярости. — Мы же убили всех, кто был там! Люциус нетерпеливо махнул рукой в его сторону, заставляя замолчать. — Это не имеет значения, мои люди уже прибрали всё там и повязали тех, кто остался. Они сдались без боя. Блейз, нервно сжимая челюсти и тяжело сглатывая, смотрел на главу мафии, словно нашкодивший школьник. — Сколько? — хрипло спросил он. — Четверо. Блейз резко встал и, отвернувшись в угол палаты, с гневом выдохнул: — Прошу прощения… Колин был ранен, и я растерялся. — Мы обсудим это позже, — Люциус опустил пистолет, но всё же не убрал его от бедра. — Поттер ведёт переговоры с советом кланов, чтобы забрать их под стражу. Гермиона, закрыв лицо руками, дрожала от страха. Четверо бандитов всё ещё оставались в полуразрушенном фабричном здании и могли напасть в любой момент. Осознание произошедшего только сейчас полностью охватило её, словно накрыло кипящим морем, не давая возможности сделать хотя бы один глоток воздуха. Панический страх пронзал её нервы, вызывая физическую боль. Образы нахлынули на неё с неотвратимой силой. Тонкий аромат пороха и стремительно разогревающееся оружие в её руках. Потрясённое вытянутое лицо с закрытыми глазами, а затем кровь, наплывами стекающая по его лицу, окрашивая белки глаз в красный цвет. Блейз осторожно коснулся её плеча и слегка потряс. Гермиона резко выпрямилась, бросив испуганный взгляд на Люциуса. Он внимательно смотрел на неё нечитаемым взглядом своих стеклянных глаз. Её грудь всё ещё быстро вздымалась, а истерические вздохи разносились по маленькой палате. — Блейз, отвези мисс Грейнджер в гостиницу, чтобы она могла отдохнуть и прийти в себя, — обратился он к подручному. В его голосе не было раздражения, скорее, звучала забота. Блейз тут же вскочил на ноги и попытался обнять её, но она оттолкнула его. — Нет, я в порядке, — произнесла она, стирая слёзы со щеки и переводя взгляд на брюнета, который не отрываясь смотрел на неё. — Я никуда не уйду, пока не узнаю всю правду. На тонких губах Люциуса появилась усмешка, и он повернулся к бандиту. — Вы слышали, Брайан? Не заставляйте больше мою невестку волноваться. Гермиона, не обращая внимания на его слова, с тревогой смотрела на мужчину у окна. Он, переступив с одной ноги на другую, продолжил: — Долохов планировал обменять девушку на контракты с Францией и обосноваться там, так как здесь ему не хватало возможностей для развития. Блейз, возмущённо подняв брови, направил руку в сторону бандита: — Какого чёрта? Какое отношение к этому имеют Гермиона и мои контракты? Люциус, устало прикрыв глаза, вздохнул: — Похоже, это моя вина. Долохов неоднократно обращался ко мне за помощью, но я отказывал ему, объясняя это тем, что это уже не моя зона ответственности. Он очень хотел увидеться с Драко и надеялся, что тот возьмётся за старое. — Старый ублюдок! — Блейз, не сдерживая гнева, выругался и, отвернувшись к окну, добавил: — Если бы он был жив, я бы убил его ещё раз. Гермиона нервно теребила край своей просторной футболки, пытаясь поймать взгляд светло-серых глаз, которые внимательно следили за действиями его помощника. — Драко не вернулся в Семью? — спросила она, не выдержав ожидания. Этот вопрос волновал её больше всего на свете. Люциус слегка улыбнулся, сразу же посмотрев на неё. — Нет, у нас не было такого разговора, — просто ответил он. Гермиона с облегчением выдохнула, почувствовав, как груз, давивший на её сознание, мгновенно исчез. Всё было не зря. Её руки до сих пор ощущали фантомную приятную тяжесть изящной рукояти, которую она так и не выпустила из рук в скорой помощи. Лишь Забини смог вырвать кольт из её рук, пока санитары были заняты ранеными. Драко был в безопасности, и сейчас ему ничто не угрожало, даже его Семья. Гермиона ощущала, как её сердце пылает огнём, и как будто часть души откололась от неё, когда по заранее намеченной неумолимой траектории был выпущен кусочек стали. Он покинул её вместе с жизненной энергией, ускользнувшей из удивлённых глаз пожилого бандита. Если ей суждено быть в аду, где каждый день она будет сгорать и возрождаться, как Феникс, из собственного пепла за смертный грех насильственного отнятия жизни, то она не будет расплачиваться в одиночку. Кровавый палач, стоящий на страже Драко Малфоя, выпрямился во весь рост. Он тяжело переступал ногами и перекидывал из руки в руку тяжёлый топор, испачканный кровью. Гермиона провела пальцами по воображаемому оружию, представляя, как нажимает на спусковой крючок. Внезапно она поймала на себе взгляд Люциуса, который внимательно наблюдал за ней. Кашлянув, она выпрямилась. — Блейз, что ты думаешь? — Глава мафии качнул головой в сторону мужчины. Подручный, вздрогнув от нахлынувших мыслей, решительно взглянул на Люциуса, терпеливо ожидающего его ответа. — Отдадим его Поттеру. Пусть он посадит его надолго. Гермиона, возмущённо взглянув на Люциуса, встала с кушетки: — Но подождите, он же ничего не сделал, он помогал мне! Бандит, стоявший у окна, неожиданно рассмеялся, недоверчиво качая головой. — Действительно! — Блейз, встав перед ней, взмахнул рукой. — Всего лишь напал на девушку, похитил другую, удерживал её силой и угнал почти десяток машин! И это только за последние, — он поднял руку с часами перед собой. — Почти два дня! Гермиона с негодованием вздохнула и оттолкнула Блейза, намереваясь говорить только с мистером Малфоем. — Я прошу дать ему ещё один шанс! — воскликнула Гермиона. Его светло-серые глаза и лицо, так похожее на лицо любимого человека, выражали надежду на то, что её услышат. — Мы все заслуживаем второго шанса. Возьмите его в Семью, я не знаю… — Она повернулась к окну, глядя на мужчину. — Скажи хоть что-то, что ты стоишь?! Брайан снова рассмеялся, откидываясь спиной на окно. Блейз хмыкнул и встал рядом с шефом. Люциус улыбнулся, склонив голову к нему. — Ты возьмёшь его? — с лёгкой издёвкой спросил он. Блейз решительно покачал головой и, возмутившись, цокнул языком. Гермиона закусила губу и, умоляюще взглянув на главу мафии, но тот лишь пожал плечами. — У меня и так полный штат, мне не нужны новые люди сейчас, — в его светло-серых глазах закружились знакомые искорки. — Мисс Грейнджер, он только что играл на два лагеря. Мы победили, и он присоединился к нам. Но если бы победил Долохов, по какой-то нелепой случайности, то он бы остался с ним. Тебе нужен такой хамелеон? — Нельзя отправлять его в тюрьму, — взмолилась она, чувствуя, как голос дрожит от подступающих слёз несправедливости. — Он заботился обо мне! Я ему должна… Карие глаза Блейза блеснули, и он улыбнулся. — Только вот Драко узнает, что он заботился о тебе… — медленно протянул он. — Я согласен на тюрьму! — Брайан усмехнулся. — Только не отдавайте меня Малфою-младшему. Гермиона медленно отошла к спинке больничной кровати, с подозрением наблюдая за тремя мужчинами. Ей точно казалось, что они просто издеваются над ней, не принимая всерьёз. — Я не разрешаю ничего с ним делать, пока не поговорю с Драко, — произнесла она, стараясь придать своему голосу твёрдость. Люциус удивлённо вскинул брови и, немного помедлив, кивнул. — Хорошо, Блейз, проводи нашего пленника в машину, а я пока отвезу Гермиону в гостиницу. Гермиона вздохнула, чувствуя, что не в силах сопротивляться, и позволила Люциусу взять её под руку и вывести из палаты. К её большому разочарованию, они не прошли мимо операционной, где сейчас находился Драко. Люциус заботливо усадил её в машину и указал водителю маршрут. Гермиона откинулась на сиденье, с трудом удерживая глаза открытыми. Внезапно мужская рука осторожно коснулась её плеча. Гермиона сонно выпрямилась, почти засыпая в покачивающемся автомобиле. — Пойдём, примешь душ и поспишь, — произнёс Люциус. Он снял пиджак и накрыл им её грязную окровавленную футболку. Кивком головы он подозвал портье, который провёл их в номер. Помощник Люциуса увёл портье обратно. Они остались одни в просторном номере. Когда-то Драко снимал для неё что-то похожее. Интерьер был оформлен в бело-бежевых тонах с позолоченными деталями и роскошным постельным бельём. Огромный ковёр занимал всю площадь номера, и на нём были видны следы недавней уборки. Люциус прошёл вперёд, оставляя за собой следы на ковре. Он сразу же зашторил окна и включил приглушённый свет, который не давил на глаза, в отличие от верхнего. Мистер Малфой сел на убранную кровать и набрал код на телефонном аппарате. — Через полчаса, пожалуйста, доставьте в номер полный обед. Спасибо, — сказал он и повесил трубку. Затем он повернулся к Гермионе. — Располагайся, прими душ, переоденься и отдохни. — Он перевёл взгляд на её ноги, которые она переступала в грязных носках. — Какой у тебя размер обуви? — Тридцать седьмой, — сразу же ответила она. Люциус кивнул, встал с кровати и подошёл ближе. — Я оставлю с тобой охранника, он будет за дверью. С его помощью ты сможешь связаться со мной, — пообещал он и легонько коснулся её плеча. Гермиона кивнула в знак согласия и тут же подняла голову. — Пожалуйста, позвоните Гарри и скажите Джинни, где я! — она кашлянула и осторожно спросила: — Она сможет сюда приехать? Люциус удивлённо поднял брови и покачал головой. — Я обязательно поговорю с Драко, мне кажется, он тебя слишком запугал. Конечно, я свяжусь с мистером Поттером, и твоя подруга сможет приехать. Ты же свободный человек. Но от постоянного охранника я бы всё равно не отказался. Больше ты одна не останешься, — он снова сжал её плечо, слегка улыбнувшись. Гермиона почувствовала, как тяжёлая золотая клетка захлопнулась, придавив её пальцы. Она испуганно посмотрела на него, пытаясь понять противоречивые слова. Светло-серые глаза смотрели сверху вниз, осанка удерживала идеально распущенные волосы на спине. Люциус отпустил её плечо и вышел из номера. Гермиона, шатаясь, добралась до ванной комнаты и с неистовой силой сорвала с себя одежду и бинт с ноги. Она включила душ на полную мощность и подставила своё тело под обжигающие струи воды. Набрав полный рот воды, она жадно проглотила её. Дрожь, охватившая её, словно мороз, не прекращалась, превращаясь в ледяное ощущение в груди. Она простояла под душем не менее двадцати минут, бесконтрольно потирая руки. Стук в дверь вернул её к реальности. — Мисс Грейнджер, всё в порядке? — раздался обеспокоенный мужской голос. Этот голос был ей незнаком, и она испугалась, спрятавшись за запотевшим стеклом. Она вспомнила, что забыла повернуть задвижку на двери, и её охватила паника. — Да, я скоро выйду, — поспешно ответила она. — Я оставлю обед на столе. Могу ли я пригласить мисс Уизли? — уточнил он. — Конечно! — воскликнула она, дёрнувшись, и чуть не упала на скользкой плитке. Джинни ворвалась в ванную комнату, наполненную паром, спустя пару секунд. Подруга с криком бросилась в её объятия прямо под струи душа, сжимая Гермиону в своих дрожащих руках и покрывая её лицо поцелуями. — Живая, живая… — повторяла она, гладя её по волосам. — Я думала, что уже готова на всё, лишь бы найти тебя. Что они с тобой сделали? Джинни держала её в руках, внимательно осматривая обнажённое тело и пытаясь повернуть её вокруг своей оси, чтобы убедиться, что на ней нет повреждений. — Ничего, всё хорошо… — пыталась успокоить её Гермиона, но слёзы катились по её щекам, тут же смываемые водой. — Я в порядке. Джинни с огромным облегчением обняла подругу, не в силах сдержать слёзы. Она истерически вздрагивала, а её одежда, вероятно, одолженная у Гарри, быстро промокла от влаги. Гермиона гладила её по спине, стараясь успокоить. Наконец, Джинни, тяжело дыша, отстранилась, чтобы показать своё лицо. Оно было усталым, словно она не спала всё это время. — Давай примем душ и отдохнём, я очень устала, — предложила Гермиона, проводя рукой по щеке подруги. Джинни с готовностью кивнула и вышла из душевой кабинки, позволив Гермионе быстро вымыть голову и смыть грязь после заточения. Подруга приняла душ после неё, надела второй халат и, поддерживая Гермиону за руку, довела её до подноса с едой, который был оставлен на журнальном столике посреди номера. — Помоги мне, мне кажется, что я утратила способность переваривать пищу, — с улыбкой обратилась к ней Гермиона. — Я вижу, как впал твой живот, — Уизли села напротив, отделив часть гарнира и принимаясь за еду. — Ешь, но потом мне нужно будет задать тебе много вопросов. Грейнджер, поглощая еду, не отрывала взгляд от ярко-карих глаз Джинни, точно предчувствуя, какие вопросы ей зададут. Они закончили обед, и Джинни, взяв её за руку, увлекла за собой на кровать. — Как в старые добрые времена, — усмехнулась Джинни, поправляя халат под одеялом и поворачиваясь к ней. — Что за бизнес у Драко, что тебя решили похитить? — Не у него, а у его семьи… — смущённо произнесла Гермиона, нервно пожимая её пальцы. — Я не могу тебе рассказать, это не моя тайна… — Теперь это и моя тайна. Гарри в курсе, но, скотина, ничего мне не сказал, — мгновенно возразила Джинни, не сводя с неё внимательного взгляда. — Он пытается защитить тебя, это опасно, — всё ещё уговаривала Гермиона. — Я впустила тебя в свой дом и в своё сердце, и всё, что касается тебя, теперь принадлежит и мне, — мгновенно парировала она. Гермиона покачала головой и откинулась на спину, наслаждаясь мягкостью широкой кровати и красотой белоснежного потолка с высоко висящей золотистой люстрой. Она долго собирала мысли, а Джинни терпеливо ждала. — Семья Драко — мафия, — напряжённо произнесла она. Джинни усмехнулась. — А Драко — Аль Капоне? — подшутила она. Гермиона рассмеялась, представив Драко, сидящим в глубоком кресле и задумчиво потирающим подбородок пальцами. С ужасом она осознала, что это была его любимая поза. — На самом деле, не он, а его отец, Люциус Малфой. — О-о-о, — протянула Джинни. — Я ещё подумала, как поразительно он похож! — Ты его видела? — она сразу же повернулась к девушке. Ей было очень интересно узнать, какое впечатление произвёл на неё человек, в котором она ещё не успела разобраться. Грейнджер понимала, что единственные эмоции, которые он у неё вызывает, — это поверхностный страх и боязнь опозориться перед ним. — Да! Он приезжал сегодня в участок и разговаривал с Гарри. Меня не пустили к ним, — Джинни возмущённо цокнула языком, а Гермиона улыбнулась, представив, сколько усилий пришлось приложить Поттеру, чтобы добиться этого. — Он был таким элегантным, словно сошёл с картины. Кто в наше время носит длинные волосы? Значит, он что-то вроде главы мафии? Гермиона хмыкнула, вспомнив огромную картину в тяжёлой раме, которая висела в одной из зал Мэнора среди других портретов основателей. — Да, и я поняла, что у них не поделили какие-то контракты, и Долохов решил всё решить через меня. — Какой идиот. По виду Драко понятно, что нельзя трогать его собственность, — Джинни зевнула, подкладывая под себя руку. — Что теперь с бандой Долохова? — Почти все мертвы, — Гермиона вздрогнула, вспоминая, как Брайан аккуратно перешагивал через тела, бережно вынося её из фабричного здания. — Четвёрых выживших должны передать полиции. — Это ужасно. Драко и Блейз их убили? — спросила подруга, точно заметив, как её начинает трясти, и сама вздрогнула. На сердце снова легла тяжёлая ноша. Душу разрывало от боли, словно её края сжали тисками. Джинни должна была знать, с кем она лежит в одной постели. И Гермиона бы всё поняла, если бы Джинни сразу после признания убежала. — Я застрелила Долохова, — выпалила Гермиона и замерла в ужасе от собственных слов. Джинни тяжело вздохнула, абсолютно точно поражённая услышанным. Она наклонилась к Гермионе, пристально вглядываясь в её лицо. — Мне пришлось, он хотел убить Драко, — она сжала руки до боли. — Я не жалею об этом. Молчание затянулось, и напряжённая атмосфера заполнила огромный номер. В ярко-карих глазах Джинни мелькнуло что-то, что можно было принять за шок, смятение, отрицание и, наконец, принятие. Её губы приоткрылись, словно вынося свой вердикт, как гильотина, падающая на покорно склонённую голову. — Я бы тоже убила ради тебя. Он это заслужил, — Джинни опустилась на плечо Гермионы, заключая её в свои объятия, её мокрые волосы холодили кожу подруги. — Пусть они все катятся к чёрту. Гермиона, ошеломлённая, поцеловала её в макушку, чувствуя невероятное облегчение от того, что любимая подруга простила её. Она прижала её руки к себе, постепенно расслабляясь от напряжения и позволяя всему, что произошло, уйти. К чёрту Долохова и всю его банду! А о Брайане пусть думает Драко... Она проснулась от лёгкого стука двери о косяк и тут же села на кровати, напряжённо вглядываясь в темноту. В слабом лунном свете блеснули платиновые волосы, и она различила высокую фигуру в костюме и серые глаза. — Драко… — выдохнула она в потрясении, тут же заметив, как изогнулись его тонкие губы, а волосы оказались гораздо длиннее, чем она думала. — С ним всё хорошо, операция прошла успешно. Завтра утром он сможет спокойно принять гостей, пока спит под успокоительными, — спокойно ответил он. Люциус присел на спинку дивана, наблюдая за разметавшейся рыжей шевелюрой на соседней подушке. Он кивнул на большой пакет, лежащий позади него. — Я привёз одежду. Хорошо, что взял с запасом, её хватит и на мисс Уизли. Теперь спите, я пришлю машину утром за вами двумя. Охранник останется на ночь, — предупредил он. — Спасибо… — произнесла она, ругая себя за мимолётную надежду. Мистер Малфой встал, кивнул, почти не склонив головы, и вышел за дверь. Гермиона опустилась на кровать, пытаясь вернуть испуганно сорванный сон, а Джинни, заворчав, притянула её к себе. Гермиона уже давно была готова, облачившись в длинное платье и туфли на низком каблуке. Она нервничала, вздрагивая от каждого звука за дверью. Её волосы, которые вчера были безжалостно высушены на подушке, не поддавались даже лёгкому прикосновению подруги. Поэтому она просто оставила их в покое, нервно расхаживая по гостиничному номеру и скручивая руки от ожидания. Джинни же, одетая в свободный спортивный костюм и кроссовки, спокойно ждала на диване, провожая взглядом каждый её заход. Наконец, дверь открылась, и вчерашний охранник, поздоровавшись, позвал их за собой. В больничном коридоре Гермиона быстро прошла вперёд сопровождающего водителя, нетерпеливо указывая на палату и задавая вопрос жестом. Она влетела в комнату и остановилась на пороге, переводя дыхание. Люциус стоял у окна и лениво наблюдал за ней. Драко полулежал на кровати, его плечо было перебинтовано, что стягивало его грудную клетку. Болезненная вспышка пронзила её позвоночник, когда она почувствовала его боль и ощутила фантомную рваную рану на собственном плече. — Я навещу Колина, а потом вернусь к делам, — Люциус внимательно посмотрел на сына. — Не забудь позвонить мне. — Обязательно, — кивнул он, даже не взглянув на него, и протянул руку Гермионе. Гермиона подождала, пока дверь не коснётся косяка, и стремительно бросилась к нему, прижимаясь к его груди. Тёплые руки обняли её, прижимая к себе. Его аромат смешивался с кисловатым металлическим запахом крови и больничными лекарствами. Она поднялась, осторожно присела на край кровати и коснулась его лица. Притянув его к себе, она страстно ответила на его поцелуй, позволяя ему проникнуть в её рот и лаская его язык своим. Захлёбываясь от желания, она простонала, опуская руку чуть ниже бинтов. Драко вздрогнул и прикусил её губу. — У меня постельный режим, так что придётся заняться с тобой любовью прямо на этой ужасной каталке, — усмехнулся он с кривой улыбкой. Гермиона рассмеялась, ощущая, как тугой узел внизу живота легко и привычно закручивается от одного лишь его потрясающего тембра голоса. Его рука требовательно подняла её платье, касаясь внутренней части бедра. Дверь открылась, и она услышала, как заскрежетали маленькие колёсики. С сожалением оторвавшись от манящих губ, она встретилась со строгим взглядом медицинского работника. — Не тревожьте пациента. Ему уже ввели два литра первой положительной. Если вы не можете вести себя спокойно, то выйдите, — строго произнёс он. Драко недовольно хмыкнул и, удерживая Гермиону рядом с собой, не дал ей встать. Медбрат подключил к гибкому катетеру, установленному в предплечье Драко, трубку объёмной капельницы и, переведя недовольный взгляд на пациента, произнёс: — Вам же сказали, полный покой! Так мы быстрее вас выпишем. — Он кивнул на красную кнопку около кровати. — Нажмёте, когда всё закончится. Медбрат покатил свою высокую тележку дальше по коридору, и Драко, воспользовавшись моментом, притянул Гермиону к себе одной рукой. Он нежно гладил её губами по шее и ключицам, пока она пыталась сосредоточиться на чём-то важном. Гермиона, уловив его губы своей ладонью, мягко отстранила его. — Тебе сделали переливание? — с тревогой спросила она. — Да, нам не повезло. У нас с Колином оказалась одна группа крови, и весь запас ушёл на него. Для меня пришлось заказывать кровь с другого конца Лондона, — просто ответил он, не сводя с неё глаз. — Как он? — с заботой в голосе спросила она. Воспоминание об ужасно бледном пареньке больно кольнуло сознание. — Сказали, что он в стабильном состоянии. Ему повезло меньше, пришлось сначала удалить пулю, а затем сшивать печень и лёгкое, — он успокаивающе погладил её по плечу, и Гермиона вздрогнула. — Но ничего, через месяц-два он будет как новенький. — Ты можешь забрать его к себе? — она с надеждой посмотрела в его глаза. — Кстати, об этом, — глаза его вспыхнули негодованием. — Ты защищаешь бандита Долохова? Просила, чтобы его взяли отец или Забини? Скажи, на кой чёрт он нам? Пусть гниёт в тюрьме. — Я прошу тебя подумать, пожалуйста, — уговаривала она, нежно гладя его обнажённую грудь. Она заметила, как участилось его дыхание. — Брайан не сделал ничего плохого, он защищал меня. Малфой надолго замолчал, напряжённо переводя взгляд с одного глаза на другой, и раздражённо выдохнул. — Теперь мне хочется, чтобы он улетел в тюрьму ещё быстрее, — прервал он её возмущённый порыв. — Уговорю отца его взять, но ты его больше не увидишь. — Мне просто по-человечески жалко его. Чем он отличается от Блейза или Колина? Он так же действовал под началом своего шефа. Ты бы хотел, чтобы Забини упекли за решётку? — она пыталась найти лазейку в его тяжёлом взгляде, чтобы он согласился. — Нет. Я понял тебя, — он притянул её к себе, прикладывая ухо к её груди, и сварливо добавил: — Ты ни о ком не должна заботиться так, кроме меня. — Разумеется, — Гермиона ласково погладила его спутанные волосы. — Ты самое дорогое, что у меня есть. Драко? — М? — внимательно протянул он. — Люблю тебя… — шёпотом сказала она, чувствуя, как он улыбается. — Люблю тебя, Гермиона, — Драко поцеловал её в вершину груди через платье. — Ты только моя.