Смрад любимой книги

      Малфой провёл рукой по глазам, прогоняя уже ненужный и не приносящий забвения сон. Он ворочался всю ночь, борясь с желанием пойти к ней в спальню, сесть на кровать и наблюдать за ней, возможно, погружаясь в беспокойную дрёму. Первая ночь была самой сложной. Когда он вернулся после поездки на квартиру Уизли, Грейнджер тяжело и хрипло дышала во сне, словно находясь в кошмаре. У неё поднялась температура, и начался бессмысленный бред. Драко смачивал её лоб влажным полотенцем, стараясь не вырвать из действия снотворного. Гермиона плакала, не просыпаясь, и стонала от боли. Она звала маму и срывала повязки, глубоко царапая обнажённую кожу. В отчёте Забини было лишь сухое: «Мистер и миссис Грейнджер покончили жизнь самоубийством, вскрыв вены в горячей ванной». Возможно, это и стало причиной её самобичевания. Малфой знал о кредите Гермионы и сразу понял, что её вчерашний разговор о возможности самостоятельно снять квартиру был всего лишь попыткой успокоить его. Грейнджер ещё долго будет связана с банком. Именно поэтому она жила с Невиллом — она не могла бросить его и уйти на улицу. Драко хотелось спросить, что стало последней каплей и заставило её бежать к Уизли. Он без труда мог бы погасить её кредит — его собственных активов было бы достаточно, и ему даже не пришлось бы обращаться к отцу. Но он не собирался спрашивать его об этом. Только не по этому поводу. Малфой улыбнулся, представляя, как Грейнджер будет отказываться от его помощи. Она бы даже не согласилась на снятую для неё квартиру. Однако он давно присмотрел новые апартаменты, расположенные чуть выше по улице и с потрясающим видом на город. Гермиона могла бы остаться жить у него, и он с лёгкостью уступил бы ей свою спальню, а сам поставил бы кровать в гостиной. Драко с улыбкой вспомнил, как вчера она стеснялась спрашивать, кем ему приходится, чтобы жить вместе с ним. Её взволнованный голос и румянец стали приятным воспоминанием. Наивная Грейнджер, так изголодавшаяся по мужской любви, была готова принять любого, кто будет к ней добр. Малфой готов был сделать всё, лишь бы не отпустить её обратно к Джинни. К Джинни, чей родной брат тоже хорошо к ней относится. Я тоже соскучилась. И тебя, Рон. Драко раздражённо закрыл глаза, снова и снова прокручивая в памяти её голос. Он не хотел подслушивать, но так получилось. И его очень раздосадовало, как сильно его задели слова, сказанные не ему. Малфой не хотел, чтобы она снова почувствовала его ненависть, которую он только недавно с неё снял. После каждого такого слова он мысленно бил себя по щекам. Грейнджер этого не заслуживает. Ей нужен кто-то чуткий и понимающий, кто-то, кто будет готов защитить её от любого беспокойства. Кто-то, но только не Рональд Уизли. Драко яростно ненавидел этого парня, которого даже не видел. Скорее всего, Уизли такой же рыжий, как его сестра, возможно, невысокий и полноватый, и самое главное, что он не сможет за неё постоять. Драко опустился на пол и приступил к своей привычной утренней разминке. После долгого перерыва расслабленные мышцы слегка ныли. Он понимал, что всегда должен быть в форме. Он не стал закрывать шторы, и рассвет, медленно поднимаясь, начал освещать потолок. Его лучи скользили по стенам, но не достигали напряжённой спины, скрываясь в низких свинцовых облаках. Малфой осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Гермиона крепко спала, почти свернувшись калачиком на самом краю кровати, хотя перед ней было ещё много свободного места. Она спала без домашних штанов, и одна её нога была закинута на одеяло, что открывало вид на её нижнее бельё. Драко, стараясь не смотреть на неё в такой откровенной позе, осторожно приблизился и, затаив дыхание, открыл дверцу шкафа. Благодаря бесшумным петлям, ему удалось взять чистую одежду, после чего он поспешил в ванную комнату, плотно закрыв за собой дверь. Горячий душ быстро смыл с него остатки сна. Колючая щетина начала его раздражать. Мужчина неторопливо водил станком по коже, рассматривая своё отражение в запотевшем зеркале. Вытерев остатки пены полотенцем, он заметил флакончик, который стоял не на своём месте. Вспомнив, как девушка вчера пыталась незаметно вдыхать аромат, он усмехнулся. Драко окунул палец во флакон и нанёс немного аромата на кожу, возможно, больше, чем следовало. Он решил, что закажет такой же флакон для неё, если ей так понравился этот аромат. Гермиона всё ещё спала, а Том вальяжно разлёгся у её ног. Его взгляд невольно скользнул по бедру девушки, на котором красовались синие и жёлтые синяки. Отмечая это, Малфой подумал о том, как Лонгботтому пришлось хуже. Он надеялся, что этот ублюдок никогда не сможет восстановить свою прямую кишку и другие части тела. Малфой накрыл завтрак на стол, поглядывая на настенные часы. Грейнджер совершенно не торопилась вставать. Драко решительно постучал в дверь спальни и, не дожидаясь ответа, сразу же вошёл. — Грейнджер, солнце давно встало, — произнёс он, не увидев девушку на кровати. На мягком одеяле мирно спал только Том. Дверь в ванную была открыта и оттуда валил пар. — Одну минуту, я сейчас выйду, — раздался её слегка запыхавшийся и испуганный голос. Драко скептически приподнял брови, внимательно рассматривая нижнее бельё и халат, которые девушка оставила на его кровати. Если она хочет выйти прямо сейчас, то он даже может поставить стул в угол, чтобы лучше её видеть. — Пожалуйста, подожди меня в столовой, — произнесла девушка, осознав, что ляпнула глупость. Она рассмеялась. Отчаянно борясь с желанием забрать с собой кота, проходя мимо открытой двери, Малфой просто развернулся и вышел, плотно закрыв за собой дверь. Грейнджер не торопилась, и с каждым шагом минутной стрелки, на которую он пристально смотрел, его раздражение нарастало. Наконец, появилась Гермиона с влажными волосами, стянутыми в узел. Драко, как обычно, помог ей сесть и принёс кофе. — Спасибо и доброе утро, — улыбнулась Грейнджер, с лихвой компенсируя ожидание. Драко улыбнулся в ответ. Кажется, вчера он смог загладить свою вину, выбрав подходящий фильм и роман, после того как незаслуженно на неё нарычал. — Доброе утро. Уизли работает из дома, поэтому я буду работать в спальне. — А когда буду работать я? — Гермиона снова старалась сидеть ровно, чем заслужила ещё одну улыбку. От такой нагрузки у него уже начали болеть скулы. — У меня нет второго компьютера, а твои файлы остались в офисе. — Розы… — она с сожалением посмотрела на него. — Я написал Тонкс, и она их забрала. — Думаю, она очень обрадовалась, — рассмеялась Гермиона, как будто он сказал какую-то шутку. Малфой внимательно посмотрел в карие, такие глубокие и разговорчивые глаза Грейнджер, ожидая подвоха. Она скромно улыбнулась ему. Завтрак прошёл почти в полной тишине, только иногда она бросала на него мимолётные взгляды, которые почему-то грели ему душу. — Дашь мне свой телефон? Хочу посидеть в интернете. Малфой молча кивнул, вытащил из кармана телефон и положил его на стол. Гермиона, улыбаясь, быстро собрала грязные тарелки и отнесла их в мойку. С лёгкой усмешкой он быстро покинул кухню и направился в спальню. Сегодня ему предстоит много работы, а сроки поджимают. Спустя пару часов Грейнджер, тихонько постучав в косяк, вошла в спальню и уселась на кровати, свесив ноги. В руках она держала его телефон, но не книгу. — Нашла, что искала? — спросил он, принимая телефон и откладывая его на край стола. — Да, паспортный стол работает только с мгновенными снимками. Я даже карты не могу восстановить, — грустно вздохнула девушка, с любопытством заглядывая в экран. — Всё было бы проще, если бы ты обратилась в полицию, — с явным удовольствием вступил в диалог Малфой, глядя в её возмущённые карие глаза. Информацию о работе государственных структур можно легко найти в интернете в пару кликов. Если Грейнджер искала что-то в его телефоне, то её ждало разочарование. Там не было ничего интересного для неё, кроме нескольких контактов, не подписанных именами. Грейнджер была под номером шесть. — Что-то ещё? — спросил Драко, слегка качнув головой в сторону выхода. — Нет, спасибо, — ответила Гермиона, и её глаза, в которых только что светилась надежда, погасли. Она встала и, притворившись, что ей не хочется уходить, нарочито медленно вышла из кабинета. Драко, усмехнувшись, вернулся к работе. Несколько раз он слышал, как она подходила к двери, сомневалась и уходила. Сегодня сосредоточиться было особенно сложно. Уизли пообещала прислать редактуру к шести, и Малфой, наконец, устало закрыл ноутбук. Гермиона уютно устроилась в гостиной на его импровизированном спальном месте и увлечённо читала книгу. Она почти дочитала роман «Великий Гэтсби» и, бросив на него хитрый взгляд, с улыбкой произнесла: — Я приготовила обед. Правда, сейчас уже поздно. Не хотела тебя отвлекать. Из высокой кастрюли исходил восхитительный аромат супа с гренками. Драко с удовольствием затянулся и попытался вспомнить, когда в последний раз ел суп. Возможно, только в детстве, в Малфой-Мэноре. — Очень вкусно, спасибо, — искренне похвалил он, заметив, как девушка зарделась от удовольствия. Гермиона продолжала вести себя элегантно, почти не касаясь губами ложки и сохраняя прямую осанку. Как и утром, она тщательно вымыла посуду и повернулась к нему: — Чем займёмся? — в её заскучавших глазах читалась мольба. — Пойдём, я перевяжу тебе руки, — он встал, протягивая к ней руку. — Не надо, — Гермиона опустила рукава халата, — раны уже затянулись. Малфой подошёл ближе, осматривая порезы. Девушка с готовностью протянула руки. Нижняя часть её предплечий была покрыта мелкими и крупными запёкшимися царапинами. — У меня есть заживляющий крем, — предложил он. Драко направился к своему медицинскому складу и, открыв ящики, принялся искать нужный тюбик. Гермиона, подойдя сзади, с изумлением осмотрела внушительный арсенал, которого хватило бы на целую операцию. — Зачем так много всего? — произнесла она в полном шоке, не в силах скрыть своё любопытство. — Пойдём в гостиную, — ответил Драко, проигнорировав её вопрос, решительно закрывая дверцы и лишая её возможности продолжить осмотр. Он втирал крем в зажившие царапины чуть дольше, чем следовало, нежно поглаживая нежную кожу на руках, висках и подбородке Гермионы. Грейнджер снова, как ей казалось, незаметно для окружающих, глубоко вдохнула. Драко, усмехнувшись, наклонился вперёд, делая вид, что проверяет её ноги и щиколотки. Его пальцы скользнули по гладкой, чисто выбритой коже, оставляя за собой волну мурашек. — Расскажи мне о своей семье, — попросила она, прервав его приятные мысли и подавив желание провести руками чуть выше. Тебе это не нужно. Ни сейчас, ни позже. Карие глаза девушки смотрели на него с нескрываемым любопытством, словно умоляя о долгожданных ответах. — Я же говорил, что мой отец — политик, — его губы сжались в тонкую линию. — Но я не смогла найти ни одного упоминания о политике с фамилией Малфой, — не сдавалась она, продолжая смотреть ему в глаза. Гермиона потратила много времени на поиски информации о нём и его семье, но, похоже, напрасно. Обычный офисный работник никогда не смог бы найти такие сведения в общедоступных источниках. — Не хочу это обсуждать, — произнёс он, стараясь избежать дальнейшего разговора. Гермиона, молчи, не спрашивай ничего. — Я ничего о тебе не знаю, — девушка приблизилась к нему, почти коснувшись его лица и обдав своим дыханием. — Я должна понимать, на кого работаю. — Ты работаешь на издательство, — Драко встал, оставив в покое её ноги, которые он, сам того не заметив, сжимал. Он продолжал смотреть на неё сверху вниз. — Вчера ты утверждал, что я работаю на тебя. — Как моя семья связана с нашими рабочими отношениями? Грейнджер, раздражённая, откинулась на диван, о чём-то задумавшись. Драко, ощутив безопасность, сел в кресло напротив и скрестил ноги и руки, стараясь не сказать ничего лишнего. — Я думала, что наши отношения перешли из рабочих в более близкие, — пролепетала Гермиона с странной скромной улыбкой, глядя на него с нескрываемым вопросом в глазах. Драко почувствовал, как его брови удивлённо поползли вверх, и, вопреки своей привычке всегда контролировать эмоции, не смог сдержать изумление. — И какие у нас отношения, Грейнджер? — Больше, чем рабочие, — произнесла она, слегка смутившись. — Может быть, дружеские? Я считаю, что то, что ты для меня сделал, нельзя назвать рабочими отношениями Усмешка, вызванная осознанием того, что Грейнджер действительно верит в это, отразилась на его лице. Драко задумчиво потёр подбородок и, прищурив глаза, спросил: — А какие у тебя отношения с Роном? Гермиона задохнулась от возмущения, и её глаза вспыхнули огнём, что весьма развеселило его. Подавив улыбку, он внимательно посмотрел на неё. Девушка собиралась с мыслями, прежде чем заговорить. — Дружеские… Драко Малфой сжал зубы, ощущая, как на его щеках ходят желваки. Гермиона Грейнджер дружит с Рональдом Уизли. Хотя девчонка Уизли и не была виновата ни в чём, она внезапно начала его раздражать. Если она захочет, то сможет склонить Гермиону к Рону. — Я тебя расстроила? Её глаза внимательно смотрели на него, и он осознал, что позволил всем своим эмоциям отразиться на лице. Привычно, меньше чем за долю секунды, Драко вернул себе скучающий, чуть раздражённый вид. Маска села как влитая. Гермиона покачала головой. — Не начинай снова, мне так тяжело общаться с тобой, когда ты такой. — Какой? — спросил он, ощущая, как губы начинают растягиваться в улыбке, и, чтобы сдержать её, прикусил их. — Такой, будто ты всех ненавидишь. — Это правда. — Неправда, — уверенные карие глаза смотрели на него в упор. Ты ничего не знаешь, Грейнджер. Малфой в раздражении закатил глаза, ощущая острую необходимость сменить тему. Его взгляд поймал книгу, которую девушка оставила на журнальном столике. — Хватит. Расскажи, как тебе роман? Гермиона ответила ему не менее раздражённым взглядом, понимая, что шкатулка ответов захлопнулась и пытаться больше бессмысленно. Перевела взгляд на классическое тёмно-синее издание с вензелями. — Незначительно отличается от фильма, чуть полнее раскрывает героев, да и лучше читать, когда образы уже сформированные. — Я найду для тебя новый роман. — Спасибо, — поблагодарила она, подарив робкую улыбку. Отёк полностью спал, и синяки на её лице начали приобретать жёлтый оттенок, превращаясь из пугающих бордовых и синих. Она выглядела как обычная Грейнджер, только с праздничным макияжем на Хэллоуин. — Расскажи мне о себе, — попросил он, расслабив руки в ожидании рассказа. Отчёт Забини не мог быть исчерпывающим, и ему хотелось услышать, как Грейнджер сама расскажет о себе. Она задумалась, склонив голову и скручивая руки перед собой. — Я единственный ребёнок в семье, мои родители умерли пять лет назад… — Сочувствую, — он не отрывал взгляд серых глаз от её губ. — …да, спасибо. После школы я отучилась на курсах дизайнеров и несколько лет работала в различных типографиях. Выиграла конкурс на вакансию иллюстратора сюда. — Да, я до сих пор в шоке, что конкурс проводился без моего участия, — он не смог сдержать улыбку, и она зеркально отразилась на её лице. Малфой мог бы купить это издательство, признав его успех своим. Но не для слегка зазнавшегося мистера Смита. Однако Драко не хотел, чтобы его фамилия была связана с названием. Это фамилия его отца. Поэтому он оставил за собой должность главного редактора. — Не одобрил бы меня? — она с улыбкой смотрела на него, словно поддразнивая. — Нет, ты не проявила себя с самого начала. — Значит, мне повезло, что выбирал не ты, — Гермиона скромно потупила взгляд. Малфой уже давно закрыл вакансию, устав от бестолковых работников, и отклонял все предложения, которые приходили на почту. Поэтому вид растрёпанной и вдохновлённой девушки на его пороге испортил то утро. — Нельзя судить о человеке по первому впечатлению, — она снова улыбнулась, глядя на него. — Вот ты, например, открыл себя с неожиданной стороны. Малфой снова поморщился, представляя, как сильно она заблуждается. — Грейнджер, ты совсем меня не знаешь. — То, что я уже знаю, мне нравится. Разговор умело вернулся в нужное Грейнджер русло. Малфой прокашлялся и встал с кресла, пока она опять не сморозила глупость. — Я найду для тебя книгу. Он долго ходил по библиотеке, перебирая корешки книг, и пытался найти что-то интересное, что можно было бы предложить ей. К сожалению, роман Исигуро остался лежать в подворотне, если не хуже. Наконец, его взгляд остановился на книге «Замок из стекла» Джаннетт Уоллс, которая, возможно, придётся ей по душе. Возможно, она даже найдёт в ней параллели со своей жизнью. Драко вернулся и положил книгу ей на колени. — Если хочешь, мы можем обсудить это позже, — предложил он. — Да, спасибо, — её глаза вспыхнули благодарностью, и она улыбнулась ему. Девушка сразу погрузилась в чтение, а кот, устроившись на её коленях, мирно спал. Возможно, такая картина сохранится у него дома на некоторое время: Гермиона, читающая книгу, и его кот, который беззастенчиво спит на её коленях. Драко с лёгкой улыбкой направился в спальню. Завтра с утра ему предстоял визит в офис, и он решил подготовить всё с вечера, чтобы не будить Гермиону. Он достал костюм из шкафа и аккуратно положил его на кровать. Затем, решив сменить футболку, он осторожно снял её и, точно бросив в корзину, повернулся к шкафу в поисках новой. Внезапный судорожный вздох, донёсшийся из-за спины, заставил его кровь застыть в жилах. Нет. Драко стоял, оглушённый, уже схватив нужную вещь, но боясь повернуться. Тёплая ладонь коснулась его спины, и он резко обернулся, схватив эту проклятую Грейнджер за руку. Гермиона пыталась повернуть его, чтобы заглянуть за спину. Нет. Нет. Нет. Никто не должен был видеть этого. Малфой схватил её за вторую руку и сильно сжал, чтобы удержать от прикосновений к нему. В её глазах читались ужас и жалость. — Драко, что случилось? — на её карих глазах навернулись слёзы. Она потянулась к его лицу, пытаясь вырваться из его хватки. — Не трогай меня, — слова с шипением вырвались из его горла, — Только не ты. Её глаза потрясённо распахнулись, и Гермиона шагнула к нему, пытаясь прижаться. — Драко, прошу, расскажи мне… Девушка безуспешно пыталась освободиться из его рук и прикоснуться к нему, скользя взглядом по его лицу. Оно вновь отражало всё. Привычным движением он вернул свою маску. — Уизли справится с твоим восстановлением самостоятельно. Малфой стремительно схватил футболку, лежавшую на полке за спиной, и, поддерживая девушку одной рукой, слегка оттолкнул её. Он надел футболку в мгновение ока. Руки девушки пытались схватить его, но он ловко увернулся. — Я соберу твои вещи, жди меня в прихожей, — приказал он, а его самообладание стремительно покидало его. Малфой выхватил сумку с недавно приобретёнными и отвергнутыми покупками для неё из шкафа и вытряхнул содержимое в его недра. Он быстро собрал оставшиеся вещи, которые были разбросаны по спальне и ванной. Гермиона стояла посреди комнаты, в ужасе прикрывая рот рукой. Слёзы катились по её лицу. Уложив обе книги, оставленные на диване, в сумку, Драко метнулся в прихожую. — Гермиона! — крикнул он, быстро обыскивая прихожей в поисках её сапог и хоть какой-то одежды. Девушка быстро подошла к нему, уже не плача. Малфой резко открыл шкаф и достал первое попавшееся пальто, чтобы накинуть его на неё. Не дожидаясь, пока она оденется, Драко стремительно вышел на улицу и завёл машину. Гермиона вышла, плотно закрыв за собой дверь. На ней было чёрное пальто и сапоги, в которые не поместились пижамные штаны, и они торчали наружу. Грейнджер покорно села в машину, пристегнулась ремнём безопасности и отвернулась к окну. Гнетущее молчание заставило его дрожать, как от ледяного холода. Малфой стиснул зубы, проскакивая на полной скорости на мигающие жёлтые светофоры и получая заслуженные гудки. Спасительный и ужасный двор Уизли обещал избавление. Малфой выскочил из машины, краем глаза контролируя, чтобы девушка шла за ним. Он почти вырвал дверь парадной, не в силах подать руку девушке, которая с трудом поднималась по лестнице, и забарабанил в дверь. Перепуганная Уизли распахнула дверь почти мгновенно. — Гермиона! Мистер Малфой? Драко уже стремительно бежал вниз по лестнице, стараясь не упасть на ступенях. Необходимо добраться домой и не разбиться.