Расчёска для хвоста

Стив Стив с недоверием смотрел на календарь в телефоне. Сегодня ночью наступал новый год, и значит, послезавтра он выходит на работу. За каникулы он почти доделал проект для рекламного агентства, но остального даже не касался. Вторая редакция учебника по полиграфическому дизайну и вёрстке, по поводу которой он ездил в Балтимор, могла немного подождать, а вот подготовку к новому блоку занятий по академическому рисунку откладывать не стоило. Вчера Стив уступил свой ноутбук Баки, поэтому сейчас взял несколько книг с полки и сел с ними за стол, собираясь набросать примерный план занятий. После сцены в кафе Баки не выходил на улицу. Уговоры не слишком помогали, он соглашался выйти на четверть часа на задний двор, играл там со Стивом в снежки, но и только. Даже в магазин за полюбившимся шоколадным мороженым выманить его не удалось. Стив понимал, что Баки слишком мало знает об окружающем его мире и отчасти поэтому видит опасности даже там, где их нет. Телевидение Баки не очень нравилось, с современными технологиями он был почти не знаком. Например, он никогда не пользовался интернетом. Компьютеров в общине было мало, и все они находились в пользовании технологической элиты. В ходу были лишь стационарные телефоны. Возможно, трубки сотовой или спутниковой связи были у старейшин, но Баки их не видел. Именно поэтому Стив не стал покупать ему смартфон с сенсорным экраном — посчитал, что начинать лучше с чего-то более привычного. Когда Баки заперся дома, Стив подумал, что знакомство с интернетом могло бы и развлечь его, и помочь преодолеть страхи. Поэтому вчера он усадил Баки в гостиной, принёс свой ноутбук и показал, как им пользоваться. Стив открыл несколько вкладок в браузере: с местными достопримечательностями, городскую афишу с расписанием концертов, выступлений и гаражных распродаж, сайт о беременности, главную страницу Википедии, Ютуб. Первые полчаса Баки обращался к Стиву за помощью, а потом освоился. К вечеру у Баки с непривычки устали глаза, так что остаток дня он дремал на диване рядом со Стивом. Стив читал, а для Баки поставил музыку, классика была полезна для малышей, правда, если верить сайту, они пока не могли её слышать, но вреда она бы им точно не принесла. К тому же музыка нравилась Баки. Утром после завтрака Баки снова попросил ноутбук, и Стив отдал, уточнив, что именно Баки хочет посмотреть. Казалось правильным дать ему почитать статьи о борьбе с дискриминацией, но Стив решил, что на эту тему им лучше почитать вместе, и занялся работой. Стив так увлёкся, что снова посмотрел на часы, только когда из кухни вкусно запахло рагу. Оказывается, Баки готовил обед. С забранными в смешной хвостик на макушке волосами и в кухонном фартуке он выглядел очень по-домашнему. Стив как идиот обнял его и, кажется, этим смутил. Стиву огромных трудов стоило помнить, что нельзя распускать руки. То, что происходило между ними в спальне по рекомендации доктора Рейнштейна, ещё не давало Стиву права рассчитывать на что-то большее за её пределами. Ситуацию не упрощало и то, что Баки был очень тактильным. В гостиной он садился на диване рядом со Стивом, укладывал голову ему на плечо, а то и на колени. По утрам выходя к завтраку, ещё наполовину спящий, прислонялся к его спине, пока Стив доваривал кашу. Прикосновения Баки вовсе не были в тягость, хотя за последнюю неделю у Стива было больше физического контакта, чем за весь предыдущий год. Стив только боялся, что его привязанность к Баки перейдёт все границы, и если — когда, Стив! — тот уйдёт, ему снова придётся собирать своё разбитое сердце. За обедом — рагу оказалось очень вкусным — Баки рассказал, что нашёл рецепт в интернете и вспомнил, что мама готовила очень похожее блюдо. Он спросил, чем Стив занимался, и дело закончилось на скорую руку составленным учебным натюрмортом и импровизированной лекцией о свете и тени. Баки слушал внимательно, даже задавал вопросы, и Стив в который раз подумал, что ему обязательно нужно учиться. В конце концов, к сдаче SAT можно готовиться дистанционно, когда родятся малыши, это будет, наверное, удобнее. По сравнению с Рождеством Новый год был не настолько важным праздником, но Стив купил два больших пирога и снова сделал глинтвейн из сока, они с Баки спели «Старые времена» — песня оказалась тому знакома — и даже дождались полуночи, чтобы посмотреть спуск шара на Таймс-сквер. Стив рассказал, как ходил несколько раз смотреть на спуск шара, когда жил в Нью-Йорке. — Ты жил в другом городе? — удивился Баки. — Я родился в Бруклине, это район Нью-Йорка, и жил там почти всю жизнь. А теперь живу в Бруклин-парк, — Стиву до сих пор казалось забавным, что при переезде он выбрал район с таким названием. — А почему ты уехал? — По многим причинам, — причин было достаточно, и говорить о них Стив обычно не любил, но с Баки лгать или отмалчиваться не хотелось. — Я знал, что, работая в общественном колледже, смогу помочь бо́льшему количеству молодых людей получить нужное им образование. Мой знакомый работал в колледже Энн-Эрандела, им как раз нужен был преподаватель, и он рекомендовал меня. Но главным образом я уехал из-за случившегося разрыва отношений. Мы долго встречались, несколько лет, я собирался сделать предложение, но неожиданно всё развалилось. Я очень тяжело это переживал, решил, что на новом месте, где ничего не будет напоминать о прошлом, станет легче. — Тебе это помогло? — Баки смотрел внимательно и грустно, словно ему действительно был важен ответ. — Отчасти. Я здесь уже два года и вполне счастлив. — Ты, — Баки прикусил губу, прежде чем продолжить, — ты справляешь праздники один. — Я мог бы сегодня встретиться с коллегами, просто отказался. — Из-за меня? — прикрытые тёмными ресницами глаза теперь смотрели куда-то в угол. Из-под пледа, в который Баки замотался, видна была только голова. Стив подёргал бороду, ему вовсе не хотелось, чтобы Баки считал, будто он ему мешает. — Мне нравится проводить с тобой время. Пойдём выйдем на улицу? Сейчас многие будут запускать фейерверки. Огненные цветы в небе Баки заворожили. Правда, каждый раз при залпе он прижимал уши, но не переставал улыбаться. Стив укрыл его пледом поверх куртки и обнимал со спины, пока не стихли хлопки петард.