Love me, kill me

      Закрыв за собой дверь квартиры, Чонгук устало опирается на неё спиной и скользит на пол. В груди парня весь день безумствует тревога и навязчивые мысли. Ибо за сегодня он ни разу не увидел Тэхёна, а после и вовсе узнал, что он не пришёл в универ.       Это первый раз за всё это время, когда Ким пропустил занятия. Но, что ещё хуже, Кай сегодня тоже отсутствовал. Всё это заставляет Чонгука безумно волноваться и нервничать. Он даже не заметил, что с тех пор как Тэхён появился, ему стало жизненно не хватать видеть его вживую раз в сутки, хотя бы только в учебные дни недели.       С каждой минутой словно физически становится трудно дышать. Чон хватается за горло и беспокойно бегает глазами по прихожей.       Что сейчас делает Тэхён? Где он? С кем он? Почему не пришёл? Неужели он с Каем?       Огромный поток вопросов занимает все мысли парня, не давая сделать даже небольшую передышку. Схватившись за голову, Чон громко стонет от боли и безнадёжности.       Несколько минут что-то обдумывая и взвешивая за и против, он наконец решается и, не снимая обувь, быстрым шагом направляется в комнату «Тэхёна».       Там на рабочем столе он находит папку, вручённую детективом Ли, и забирает с собой. Затем он, всё в таком же темпе, покидает квартиру. И уже сидя внутри своего Ламборгини, Чон набирает на навигаторе адрес, указанный в папке и заводит авто.       Да. Возможно, это чистое безумие. Но в данную минуту Чонгук не может найти другой способ справиться с тревожностью.       Парень включает песню какой-то популярной к-поп группы погромче и, отбросив совесть со здравым смыслом подальше, едет в дом Тэхёна.       Следуя адресу, он подъезжает к огромному высотному зданию, в одном из самых элитных и безопасных районов Сеула. Припарковавшись меж таких же дорогих и роскошных машин, как у него, Чонгук принимается, сидя внутри, ждать непонятно чего.       Однако от знания, что Тэхён находится недалеко, он немного успокаивается и чувствует себя лучше. Засунув в уши наушники и включив исполнение Кима, Чонгук откидывается на спинку сидения и расслабленно смотрит на четвёртый и пятый этажи, в которых, собственно, и проживает его ангел Тэ.       Он остаётся в таком положении примерно два часа и даже чуть не засыпает, как вдруг из подъезда выходит никто иной, как Тэхён. Вот это везение!       Глаза парня мгновенно расширяются, а сердцебиение учащается, то ли от любви, то ли от страха быть замеченным. Благо тонировка не даёт увидеть, кто внутри, из-за чего Чон спустя недолгое время облегчённо выдыхает.       Тэхён, как всегда, выглядел безупречно и до ненормального идеально. Он садится в свою машину и начинает выезжать из жилого комплекса. Чонгук же, немного поколебавшись, заводит машину и едет за ним, на приличном расстоянии, чтобы не вызвать подозрений.       В дороге они проводят около получаса, после чего Ким наконец паркуется возле четырёхэтажного здания, над которым было написано «Спортивный центр». У входа его встречают Чимин и Намджун, которые почему-то почтительно кланяются ему и следуют за ним внутрь.       Дождавшись, когда пройдёт немного времени, Чонгук всё-таки решается проследовать туда за Кимом. Но, как только он входит, его тут же останавливают крупные двухметровые охранники.       ― По какому делу Вы здесь? ― серьёзным и даже слегка грозным голосом спрашивает один из них.       Парень мгновенно замечает на них такие же подвески, как у Тэхёна и постепенно начинает пугаться собственных предположений. Неужели Тэхён и вправду член криминальной группировки?..       ― Э-эм… я пришёл… на… ― глянув на вывеску напротив, в которой указывалось на каком этаже какой вид спорта практикуется, Чонгук читает первое, что бросается в глаза, ― тир.       Те переглядываются между собой и пожимают плечами. После чего пропускают выдохнувшего с облегчением младшего. Отойдя от них на приличное расстояние, он принимается исследовать каждый этаж, в надежде наткнуться на Тэхёна и узнать, чем именно он здесь занимается.       Чон обходит все этажи, просовывает голову в каждую комнату, наткнувшись на тиры, фехтовальщиков, доянги для тхэквондо и даже на площадки для метания ножей. Но самого Кима так и не находит.       ― «Это какие-то чудеса! Он же не мог испариться» ― негодует в душе раздосадованный парень.       Далее он решает посидеть в машине, снова ожидая выхода Тэхёна. И спустя всего час Ким покидает здание, ввергая младшего в ещё больший ступор. Откуда он взялся?!       В этот раз за мужчиной едет не только Чонгук, но и Чимин с Намджуном.       И к величайшему удивлению Чона, они останавливаются возле двухэтажного, очевидно, элитного клуба под названием The house of evil. Потому что, судя по внешности и репутации этих троих, совершенно нельзя было посудить, что они посещают подобные клубы.       Видя, какие устрашающие и серьёзные люди со смертельным взглядом, входят внутрь, по спине Чонгука пробегает холодок. К тому же их всех опять-таки связывала одинаковая цепочка с чёрными крыльями ангела, что с каждой минутой всё больше и больше наводила на мысль, что с этими ребятами лучше не пересекаться.       Довольно долгое время он никак не решает даже шагу ступить в сторону заведения. Но в итоге его одолевает бешеное любопытство и ревнивые предположения, что кто-то там определённо будет клеиться к Тэхёну.       Собравшись, Чонгук немного прихорашивается, благодаря всевозможных богов, что именно сегодня решил одеться в немного дерзком и свободном стиле, а не в классическом, как обычно. Из-за этого он более или менее сольётся с толпой.       У входа его снова останавливают охранники. Те, не скрывая свой взгляд, нагло изучают его внешний вид, особенно долго задерживая взгляд на дорогих аксессуарах из драгоценных камней и последнюю модель айфона. Но даже удостоверившись, что Чонгук достаточно богатая персона, они уже было собираются отказаться впускать его, ибо похоже не находят той цепочки.       В этот момент Чон, быстро сообразив, произносит:       ― Я-я с господином Паком!..       Охранники округляют глаза и переглядываются так, будто мысленно обговаривают, что делать дальше. В итоге один из них пожимает плечами и отходит от прохода со словами:       ― Приятного вечера, господин.       Пройдя несколько шагов, Чонгук шумно выдыхает, внутренне поражаясь тому, что фамилия его куратора оказалась и вправду влиятельной в «этих» кругах. Почему он не навал Ви? Да потому что, если вдруг они принялись проверять информацию, Чон бы предстал перед Тэхёном не в лучшем свете. А опозориться перед Чимином он боялся меньше.       Устремив внимание уже на сам клуб, Чонгуку внезапно хочется бежать назад или, как минимум, съёжиться.       Атмосфера внутри была настолько тёмной и в каком-то роде… зловещей, что полностью оправдывала название клуба. Посетители выглядели не лучше. От них всех исходила мрачная и опасная аура, которую можно было ощутить кожей. Словно это место и вправду является домом зла, а эти люди воплощение дьявола.       Только официанты, что разносили заказы и кальяны, выглядели более или менее человечно, а ещё у них на шее не виднелась подвеска.       Посетители занимали места у барных стоек и о чём-то увлечённо говорили. Некоторые отжигали на танцполе с коктейлями крепкого алкоголя в руках или в объятиях своих партнёров. Другие сидели на кожаных диванах, потягивали кальяна и, усадив к себе кого-то на колени, вовсю целовались.       Но самое главное, все вели себя так, словно они из одной семьи и каждый хорошо знает друг друга. А ещё своим поведением, выражением лица и даже походкой, каждый, кто обладает той цепочкой, напоминает Чимина и Намджуна. Да и в принципе Чонгук заметил, что ребята из тира тоже были похожи в этом на них.       Вот только среди всех них Тэхён сильно выделяется, хотя тоже на постоянной основе носит цепочку с крыльями. Его внешность и действия более собранные, взгляд, лицо и голос практически всегда источают холод и равнодушие. А походка и в целом вся его аура излучает сильную доминантность и внушающую страх силу.       Чонгук садится за барную стойку и заказывает клубничный мохито. Пару минут харизматичный и довольно симпатичный бармен среднего роста изучает его внешний вид, как это делали охранники, затем без лишних вопросов просто готовит коктейль.       В это время Чон всеми силами пытается найти Тэхёна, что оказалось не так трудно, учитывая, что столик, за которым он сидел, был самым большим и роскошно обставленным, словом ― почётным. Вокруг него сидели Чимин, Намджун и ещё трое молоденьких парней со смазливыми личиками.       Так как они не обладали цепочкой, как другие, Чонгук предполагает, что это мальчики по вызову. Внезапно один из них усаживается на колени Кима и, соблазнительно проводя рукой по его шее, что-то шепчет на ухо.       Тэхён грубо целует его, придерживая за затылок, затем вместе с ним поднимается на ноги и идёт на второй этаж. И не услышав их диалог было очевидно, чем они там собрались заняться.       В груди Чонгука мгновенно вспыхивает адское пламя, а глаза наливаются яростью. Стакан в руках внезапно трескается от его напора, а осколки вонзаются в ладони, отчего по нежной коже начинает течь кровь. Бармен громко чертыхается, поспешив убрать кусочки стекла и достать салфетки для Чонгука.       Не обращая внимание на рану, Чон оставляет несколько крупных купюр за напиток и разбитый стакан, и быстрым шагом следует за ними. Но ещё у лестницы его неожиданно останавливает менеджер клуба.       ― На второй этаж можно только ВИП персонам, господин, ― он тоже осматривает Чона на наличие цепочки, а когда не находит, то внутри начинает понимать, почему этот парень забыл о правилах.       ― Я к господину Ви! ― невольно произносит Чонгук.       От услышанного лицо менеджера становится сначала удивлённым, затем вновь сдержанным.       ― Господин Ви сейчас занят. Прошу Вас не создавать проблем и продолжить наслаждаться вечером на первом этаже.       В итоге Чонгук вынужденно сдаётся и возвращается к барной стойке.       ― Ты поранился, ― напоминает бармен. ― Держи, ― снова предлагает салфетки.       ― Спасибо… ― тихо ответив, Чон принимает их и накрывает ладонь.       ― У тебя что-то произошло? ― спустя недолгое молчание, вновь подаёт голос он.       Чонгук же несильно кивает, чувствуя, как в груди постепенно трескается сердце, а к глазам поступают болезненные слёзы от осознания, чем в данную минуту занимается Тэхён.       ― Налей мне виски… ― прикрыв лицо ладонями, негромко просит парень. ― И побольше, ― по его щекам всё-таки скатываются две непослушные слезинки.

***

      Осушив очередной бокал крепкого виски, Чонгук всё так же продолжает лить слёзы, как это делал последние полчаса. Перед глазами уже практически всё плывёт, голова сильно кружится, а ноги отказываются выполнять свою функцию.       ― Пов…тори, ― икнув, просит парень.       ― Нет уж, с тебя достаточно, ― качает головой бармен. ― Дай телефон, я позвоню твоему другу или типа того, чтобы забрал тебя, ― протягивает руку.       ― Нельзя другу! ― резко отсекает Чонгук. ― Д…жин… меня убьёт… точно закопает… ― уже про себя размышляет.       ― В любом случае, тебе нельзя здесь надолго оставаться в «таком» виде, ― чуть наклонившись к нему, громким шёпотом предупреждает бармен.       ― Каком?! ― мгновенно возмущается младший.       ― Пьяном и сексуальном, ― сквозь стиснутые зубы проговаривает тот.       И лишь спустя минуту до Чона доходит смысл сказанных слов. Тогда он тут же расширяет глаза и, разблокировав телефон, передаёт его мужчине.       ― Папе… позвони… ― с трудом выговаривает Чонгук.       Немного покопавшись в телефоне, бармен наконец находит контакт с именем «папочка», а рядом несколько смайликов красных сердечек. Невольно закатив глаза на это, он наконец звонит отцу Чонгука.       ― Здравствуйте, это бармен клуба The house of evil, ваш сын сильно напился и не в состоянии дойти до дома, не могли бы Вы…       В этот момент Чон прерывает его, выхватив телефон.       ― Папочка-а, ― жалобным голосом протягивает парень.       ― Что такое, моё солнышко? ― звучит на другом конце трубки ласковый голос мужчины средних лет.       ― Забери… меня, пожалуйста, ― младший снова начинает негромко плакать, почувствовав теплоту отца. ― Я хочу домой.       После этого разговора, не проходит и пятнадцати минут, как Бэкхён перезванивает и просит бармена помочь Чонгуку выйти наружу, что означает его приезд.       ― Ничего себе, как быстро, ― про себя удивляется бармен, без колебаний подняв Чона на руки, как пушинку.       Он выходит из клуба и тут же сталкивается взглядом с высоким и довольно привлекательным мужчиной с солидным внешним видом, который стоял рядом с роскошным BMW. Он даже невольно заглядывается на него чуть дольше положенного.       Исходя из взволнованного выражения лица мужчины, можно было сразу опознать в нём отца этого пьяного чуда на его руках. Поэтому, недолго думая, он передаёт младшего в его руки.       Увидев родное лицо родителя, Чонгук обнимает его за шею и начинает громче плакать.       ― Спасибо большое, ― крепче прижав к груди своё чадо, говорит Бэкхён. ― Я обязательно отблагодарю Вас как-нибудь, ― сказав это, он помещает сына на пассажирское сидение и садится рядом. После чего водитель заводит авто и трогается с места.       Старший Чон вновь заключает Чонгука в свои тёплые отцовские объятия и мягко спрашивает:       ― Солнышко, у тебя что-то случилось? Почему ты плачешь?       Парень зарывается лицом в грудь отца и продолжает лить слёзы, временами всхлипывая и тихо поскуливая. В это время Бэкхён успокаивающе гладит спину сына, точно так же, как делал это в детстве, и терпеливо ждёт, когда тот придёт в себя.       ― Он… не… любит меня! ― однако, Чонгук начинает плакать ещё сильнее. ― Он спит с другими… общается с другими… а на меня совсем не обращает внимания! Это так больно, папочка… сердцу больно… ― хнычет, словно ребёнок, и изливает душу.       ― К сожалению, такое бывает, сыночек, ― грустно отвечает старший, в глубине души негодуя, какой это мужчина смог довести его сына-сердцееда до слёз. ― Тебе прям сильно нравится этот человек?..       ― Сильно-сильно, ― часто кивает Чонгук. ― Я его искал много лет… а в итоге даже один раз нормально поговорить не смог.       Как только до Бэкхёна доходит смысл сказанных слов, то он замирает, впав в небольшой ступор, ибо в этом мире есть только один такой человек. Спустя несколько минут он наконец оправляется от шока и неверяще спрашивает:       ― Ты что, сейчас Ким Тэхёна имеешь в виду?!       Но ответа почему-то не следует. Старший Чон опускает взгляд к сыну и узнаёт, что тот случайно заснул в его руках. Скорее всего, это алкоголь и долгий плачь так подействовали на него.       Бэкхён тяжело вздыхает, вынужденно откладывая своё бушующее любопытство в сторону до утра, пока Чонгук не проснётся.       ― Езжай по длинной дороге, ― просит Чон водителя.― Гук-и любит поспать в машине, ― с этими словами он нежно целует макушку сына.

***

      Тёплая рука мягко гладит щёку Чонгука, отчего он медленно раскрывает веки.       ― Просыпайся, соня, не то на учёбу опоздаешь, ― звучит любимый голос мамы.       ― Мам?.. ― сонно и удивлённо произносит младший, после чего принимает сидячее положение.       Юна усмехается тому, как мило сын трёт глаза и пытается понять, где он находится.       ― Вчера отец принёс тебя к нам домой, ― объясняет женщина. Она нежно чмокает парня в щёку и добавляет. ― Быстренько умойся и спускайся на завтрак.       Чонгук тихо угукает ей вслед и поднимается с места. Но, как только он чувствует пол под ногами, то в виски ударяет резкая боль, а голова начинает слегка кружиться. А вот и последствия злоупотребления алкоголем подъехали.       Он кое-как добирается до ванной и, сняв с себя пижаму, которую, наверное, родители вчера переодели, принимает контрастный душ. Затем возвращается в свою бывшую спальню и одевается в простенькую одежду, в сравнении с тем, что он обычно носит. Джинсы и худи.       Хоть этот особняк их семья купила всего четыре года назад, всё в нём казалось Чонгуку таким родным и домашним, что, находясь здесь, он чувствовал исцеление.       Спускаясь вниз по лестнице и по дороге на кухню, он встречает несколько слуг и дворецкого, что стали для него как члены семьи. Они тепло приветствуют молодого господина и продолжают заниматься своими делами. А у Чона настроение поднимается с каждой такой встречей.       На кухне уже вовсю колдовал папа. Пока мама раскладывала на большую столешницу аппетитные лёгкие блюда, рецепт которых они лично сами придумали.       ― Доброе утро, солнышко, ― лучезарно улыбнувшись, произносит Бэкхён, увидев у порога младшего.       ― Утречко, ― отзеркаливает улыбку Чонгук.       ― Из-за учёбы в университете ты так сильно исхудал, аж больно смотреть, ― хмурится Юна. ― Поэтому папа решил приготовить твои любимые блюда.       ― Я люблю всё, что вы для меня готовите, ― хихикает парень, после чего садится за стол.       В это время старшая Чон приносит его лекарство от похмелья со стаканом воды. Коротко поблагодарив, Чонгук осушает его и негромко стонет от покалывающей боли в висках.       ― Мой мальчик, нельзя же так напиваться, ― с сочувствием смотря на его состояние, нежно гладит спину сына женщина. ― Может сегодня пропустишь пары?       ― Нет, ― часто качает головой. ― Я не могу…       Закончив с готовкой и разложив всё на столешницу, Бэкхён снимает фартук и присоединяется к ним. Пожелав друг другу приятного аппетита, семья приступает к завтраку.       Как только Чонгук кладёт в рот ложку папиного супа, то глаза сами по себе прикрываются от удовольствия, а когда он проглатывает, то в животе словно рай появляется.       — Это божественно, ― протягивает младший и спешит съесть ещё.       ― Не торопись, милый, ― усмехается мужчина, в глубине души ликуя от похвалы. Мнение семьи насчёт его блюд самое ценное для Бэкхёна.       Некоторое время они завтракают в комфортной тишине и наслаждаются вкусной едой. Однако чуть позже Юна, как, собственно, и муж, всё же не выдерживает и подаёт голос:       ― Гук-и, ― осторожно начинает, ― твой отец рассказал, что вчера, когда он вёз тебя домой, ты плакал в машине и упомянул, что тебе не отвечает взаимностью кто-то, кого ты искал много лет.       Глаза младшего расширяются. Почему он не может припомнить такого? И что ещё он наговорил папе?!       — Это тот, о ком мы думаем?.. ― спрашивает Бэкхён.       Похоже они не знают о том, каким помешанным сталкером он стал. Это радует и заставляет внутренне выдохнуть с облегчением.       ― Да... это Тэхён, ― подтверждает, тем самым заставив родителей шокироваться.       ― Он наконец нашёлся! ― счастливо восклицает Юна, что подхватывает Бэкхён. ― Пригласи его к нам на ужин, мы с твоим отцом все эти годы очень переживали за него.       ― К сожалению, он не помнит меня, и... мы не общаемся, ― грустно опускает голову Чонгук. ― Поэтому я пока не могу этого сделать.       ― Тебе не следует грустить по этому поводу, милый. Ведь главное, что он нашёлся, что с ним всё в порядке, остальное — это мелочи, ― уверяет Юна, заставляя младшего прислушаться к своим словам.       ― И даже если он пока тебя не любит, мы все знаем, что это временно. Ты же наш Гук-и, никто не сможет устоять перед тобой, ― соглашаясь с женой, добавляет Бэкхён.       Старшие обнимают сына с обеих сторон, как всегда окутывая своей любовью и теплотой. От их слов глаза Чонгука наполняются тронутыми слезами.       ― Спасибо вам... ― негромко произносит младший, уже даже непонятно в который раз благодаря небеса за таких замечательных родителей.

***

      Сразу после пар Чонгук едет в особняк родителей. В их огромном гараже хранилось почти два десятка машин разнообразных марок и цветов. Каждый день младший Чон одалживает у них по одной машине, чередуя их так, чтобы не сильно бросались в глаза. Таким образом он отводил от себя всякие подозрения и не давал Тэхёну оснований считать, что за ним следят.       Затем, по классике, он едет в дом Кима. И каждый раз Чонгуку приходится ожидать его выхода в разное время. Сегодня, к счастью, оно не доходит до двух или трёх часов.       Тэхён садится в своё авто и, как обычно, направляется в спортивный центр. Когда они вместе доезжают, Кима уже привычно встречают двое его телохранителей и вместе с ним входят внутрь. Чонгук в это время надевает на голову чёрную кепку, а на лицо такого же цвета маску.       Так как вот уже на протяжении полутора месяцев ему необходимо ехать в этот центр, уже на второй день «слежки» он записался на курсы стрельбы из пистолета. Поэтому сейчас, как и раньше, идёт в тир. В нём он почтительно здоровается со своим инструктором — крупным накаченным, как и все в этом здании, мужчиной с цепочкой в виде крыльев на шее.       Затем целых два часа занимается стрельбой, ибо изучая Тэхёна изо дня в день, он понял, что старший обычно проводит не менее двух часов в этом здании. А ещё Чонгук уже давно не пытается найти и понять в каком именно из этажей или комнат находится Тэхён, так как за время пребывания здесь осознал, что в этом нет смысла. Ким загадочным образом пропадает на время, а после точно так же появляется.       Далее вместе с Тэхёном по традиции едет в клуб The house of evil. Конечно, иногда после спортивного центра Ким ехал в другие места, например, в рестораны на какие-то встречи, по вторникам в чью-то квартиру, на какие-то мероприятия и т.д. Но чаще всего непременно в клуб.       Теперь он свободно входит и выходит из него, так как охранники уже знали, что он друг того бармена, который подбадривал и отнёс его отцу в первый день. Его, кстати, оказывается зовут Юн Доун. И за эти полтора месяца они успели здорово подружиться, так как с ним Чонгук начал видеться даже чаще, чем с Джином.       Чону нравилось то, что Доун не подкатывает к нему, не смотрит голодным взглядом и не пытается соблазнить. Доун как Сеунг, просто дружит с ним и всегда поддерживает в тяжёлые моменты. А их во время пребывания в клубе, где каждый день новый парнишка тискается с Тэхёном, бывает очень много.       Ким вместе с Чимином и Намджуном садится за свой столик и заказывает любимые напитки, названия которых Чонгук уже знает наизусть. Затем к ним подсаживаются новые смазливые мальчики лёгкого поведения.       Чонгук опять вскипает от одного их вида и, тяжело вздохнув, усаживается за барную стойку. Он здоровается с Доуном и заказывает бокал белого вина.       — Может уже пора задуматься над тем, чтобы прекратить это?.. — вытирая стаканы, осторожно спрашивает Юн.       О Тэхёне Доун самостоятельно догадался ещё в первые три дня. Чонгук вынужденно рассказал ему. Поначалу смутно, чтобы не показаться одержимым мальчишкой, а далее, после нескольких стаканов крепкого алкоголя, вывалил всё, ничего не утаив.       Юн, конечно, мягко говоря, охуел от жизни после такого, но осуждать не стал, так как считает, что не имеет право судить влюблённого человека.       Чон, который всё это время с тяжёлым взглядом наблюдал за тем, как шлюха вылизывает рот Тэхёна, отводит горящие огнём и при этом влажные глаза. Затем залпом осушает содержимое бокала.       — Налей ещё, пожалуйста... — грустно просит парень.       — Вот что тебе это даёт? Ты почти каждый день приходишь сюда, и что меняется? Разве то, что ты постоянно видишь гос... его с другими, не даёт тебе ничего кроме боли? — не унимается мужчина, у которого сердце кровью обливается за этого бедного мальчика, которому чертовски не повезло влюбиться в такого человека, как Ви.       — Я это не контролирую, Доун... — негромко бормочет Чонгук.       — Найди себе другого, — налив ещё один бокал вина, предлагает. — Я никогда не поверю, что у такого парня, как ты, дефицит мужского или женского внимания.       — Мне не нужны другие, — слегка пьяные кошачьи глазки наполняются слезами. — Мне нужен только Тэхён...       — Ты же в курсе, что его зовут Ви? — выгнув одну бровь, спрашивает Юн.       — Не для меня, — сквозь боль приподнимает уголки губ. — Спасибо за заботу, Доун, я ценю это.       — Он тебя недостоин, и никогда не будет достоин, — стиснув зубы, негромко говорит в ответ Юн. — И однажды ты сильно пожалеешь, что связался с этим человеком, уж поверь мне.       — Это он связал меня с собой, не я...       Чонгук выглядел безумно подавленным и уставшим. Цвет лица был нездоровый, а движения заторможенными. Он как цветок, который постепенно, изо дня в день, увядает.

***

      После очередного и определённо последнего свидания с Ён Джуном, Чонгук словно на крыльях счастья влетает в свою квартиру. В руках он держит огромный букет пионов и подарочный пакетик с духами, о которых так сильно мечтал.       Парень ставит сладко благоухающие цветы внутрь вазы в гостиной и, не переставая безмерно радоваться, упархивает в свою спальню. Её дверь была слегка приоткрыта, хотя Чонгук утром точно плотно закрывал. Но он не придаёт этому особого значения.       Чон аккуратно ставит пакетик на свой рабочий стол и скрывается в ванной. Быстренько приняв душ, он недолго потирает волосы полотенцем, отчего они становятся менее влажными, но не высыхают до конца, и надевает на себя банный халат.       И вот наконец он может спокойно насладиться своим презентом. Чонгук осторожно достаёт из пакетика красный бархатный футляр. От предвкушения у него слюна во рту скапливается, а в животе бабочки начинают порхать.       Внутри него показывается прозрачный флакон с синей жидкостью. Парень мягко пшикает их на своё запястье и трёт им второе. Затем жадно вдыхает с поверхности нежной кожи опьяняющий аромат.       Обычно у него нет и не было особой страсти к духам и запахам, но от осознания, что так пахнет Тэхён, он хочет застонать от удовольствия. Это создаёт яркое ощущение, что Тэхён поблизости, что он находится в этой комнате совсем недалеко от него.       Чонгук прыскает духи на свои подушки и ещё немного в воздух. Дышит тяжело и задерживая временами дыхание, ибо не может насытиться и поверить, что ему всё же удалось отыскать это сокровище.       Затем Чон аккуратно возвращает их в футляр и выключает свет, отчего комнату теперь освещает лишь один небольшой светильник. Лёгким движением руки снимает с себя халат и остаётся полностью нагим.       От этого аромата у него слегка начала кружиться голова, а низ живота приятно тянуть. Чонгук возбуждается от него, хоть обычно это происходит при виде Тэхёна. Он ложится на широкую кровать и плавно раздвигает стройные ноги. С головки уже стоящего члена средних размеров сочилась сперма.       Чон прижимает к носу запястье и шумно вдыхает, отчего выделения становятся больше и гуще. Так как смазки в доме не было, он щедро облизывает вторую ладонь и нежно обхватывает своё возбуждение.       Из влажных от частых облизываний губ срывается тихий, приятный на слух стон. Чонгук начинает неспеша проводить рукой по нему и надрачивать, представляя, что это рука Тэхёна ласкает его. А вкусный запах духов позволяет это делать очень ярко.       ― Т-тэ…хён… Тэхён… ― уже более звучно стонет в унисон своим движениям.       С момента появления Кима в жизни Чонгука, у него ещё не было никого, поэтому теперь даже обычная дрочка доставляет немалое удовольствие, ну или, намного вероятнее, это Тэхён так на него действует.       Спустя некоторое время Чонгук густо кончает с именем любимого на устах. Бёдра мелко дрожат, дыхание сбивается и всё тело пробирает сладкая нега.       Он вытирает сперму салфетками из тумбочки и, нырнув под одеяло, засыпает, как довольный котёнок.

***

      ― Я получил духи Тэхёна, ― шёпотом заявляет другу Чонгук, с безмерным счастьем в глазах, который с трудом держался на выходных, чтобы не сообщить эту новость по телефону.       ― Что?! ― поражённо восклицает Ким. ― Но как?       Парень в ответ хихикает с его выражения лица и, придвинувшись ещё ближе, начинает рассказывать:       ― Ты же знаешь миллиардера Ён Джуна, который владеет компанией по изготовлению духов? ― после кивка Чон продолжает. ― Так вот, я уже говорил, что он давно ухаживает за мной… и… ― под конец взгляд Чонгука говорит намного больше слов, поэтому на этом он прерывается.       Джин распахивает глаза с выражением лица а-ля «мда… это в твоём духе». Он даже не переспрашивает и не удивляется тому, что Ён Джун согласился сделать такую редкую услугу Чонгуку.       ― И что дальше? Вы встречаетесь теперь? ― будничным голосом спрашивает Ким.       ― Нет, конечно, ― резко отсекает Чон, рассматривая свои ногти. ― Я перестал с ним общаться, как только он подарил мне духи. Хоть он красивый, богатый и щедрый, у него всё-таки есть сын, да и люблю я Тэхёна… и не собираюсь ему изменять.       — Это хорошо, ― задумчиво кивает Джин. ― А то не думаю, что твои родители одобрили бы такое.       Внезапно в их аудиторию вбегает одна из их одногруппниц и радостно сообщает:       ― Ребята, там Ви-хён идёт!       ― Начинается, ― устало вздыхает Чон, на что Джин сочувствующе кладёт руку на его плечо.       Однако только было все собираются побежать с ней, чтобы поглазеть на Тэхёна, как у дверей их останавливает Кай.       ― Стоять! ― уверенно приказывает тот, на что все недоумевающе косятся на него.       ― С чего это? ― возмущаются они. ― Отойди с дороги.       Кай хитро ухмыляется и устремляет взгляд прямо на Чона, который вопросительно выгибает одну бровь, крутя на пальцах карандаш.       ― С того, что Ви-хён теперь мой парень, ― отвечает другим, но смотрит на Чонгука так, словно говорит: «Я выиграл».       Лицо Чона мгновенно мрачнеет, желваки заигрывают, а карандаш в руке трескается. Он вскакивает на ноги и угрожающе направляется к Каю.       ― Я тебе не верю, ― едва ли не рычит ему в лицо Чонгук.       ― Докажи! ― хором соглашаются с ним другие.       Кай издевательски усмехается словам Чона, затем с самодовольной улыбкой отвечает:       ― Что ж, тогда смотри, не заплачь.       После этого он покидает аудиторию, а за ним следуют однокурсники, в том числе злой как чёрт Чонгук и беспокоящийся за друга Джин. Кай находит в коридоре своего «парня» и прибегает к нему.       И к всеобщему удивлению Тэхён не проходит мимо, как обычно, а останавливается.       ― Что такое? ― безразличным голосом спрашивает его Ким, быстрым взглядом окинув первокурсников взглядом.       ― Любимый, ― протягивает Кай, приобняв мужчину за шею, ― все говорят, что не верят в наши отношения и требуют доказательств, ― наигранно сладким голосом жалуется он.       Тэхён всё с таким же холодным выражением лица ещё раз осматривает студентов. Затем, неожиданно для всех, собственнически обхватывает талию Кая одной рукой и припадает к его губам. Благо преподавателей поблизости не было.       Чонгук округляет глаза до предела и сжимает кулаки настолько, что, казалось, лишь одно лишнее движение и костяшки треснут. На его губах появляется едва заметная зловещая улыбка, а взгляд становится недобрым.       Он отворачивается и направляется в сторону уборной. Войдя внутрь, он запирает её на замок и умывается холодной водой. В отражении зеркала он больше не видит прежнего себя, но теперь это не пугает.       В его груди бушует смертельный ураган, который уничтожает последнюю каплю терпения и здравомыслия. А перед глазами проносятся десятки картин, когда он видел Тэхёна с другими парнями в клубе, как он молча проглатывал обиду и душераздирающую боль, как повторял себе, что это ненадолго.       Вот только Кай обрубил все нити, удерживающие его. Ибо другие были всего лишь шлюхами, а он другое дело. Значит, дело не только в плотском желании.       Он находит контакт своего бывшего ухажёра и нынешнего друга-боксёра «Чан Сеунга» и звонит ему.       ― Хей, как дела детка? ― звучит оживлённый голос в трубке.       ― Сеунг, мне нужна твоя помощь, ― серьёзно сообщает Чон, отчего тот тоже становится таковым.       ― Конечно, что от меня требуется?

***

      Кай и его два лучших друга, громко шутя и посмеиваясь, выходят из клуба. Затем они сворачивают в самый близкий переулок, чтобы покурить. Но как только Кай поворачивается спиной, кто-то изо всех сил бьёт его твёрдой вещью по лопатке.       Громко вскрикнув от неожиданности, парень падает на землю и болезненно стонет. В это время двое высоких и крупных мужчин хватают его друзей и отводят немного в сторонку.       ― Отпустите нас! Кто вы такие?! ― возмущённо и с ноткой страха кричат те.       Недолго повалявшись на холодной земле, Кай кое-как принимает сидячее положение, после чего замечает буквально огромного накаченного человека со светлыми волосами и голубыми глазами, вдвое превосходящего тех мужчин, с битой в руке. Он был похож на какого-то бодибилдера или боксёра.       А впереди него стоял никто иной, как Чон Чонгук из его группы. Лицо Кая поначалу выражает глубокий шок, а затем такое же возмущение.       ― Какого хрена ты творишь?!       На губах Чона при свете полной луны мерцала устрашающая и многозначительная ухмылка. Он был одет в чёрную кожаную куртка и такого же цвета джинсы. На шее виднелись цепочки с черепом и лезвием посередине, на ушах клипсы с ножами и чем-то наподобие креста. А в руках он держал розовый леденец, что совершенно не вписывался в его дьявольский образ.       Чонгук коротко смеётся и подходит ближе. Затем, немного опустив голову, с улыбкой отвечает:       ― Просто хочу научить тебя базовому этикету.       Его взгляд падает на мелко дрожащие губы одногруппника, а в голове невольно проносится картина, в которой Тэхён целовал их. Отчего лицо Чона меняется от издевательского на раздражённый.       ― Какой нахрен этикет?! Я-я-я вызову полицию! ― делает жалкую попытку припугнуть, на что Сеунг и его дружки прыскают со смеху.       Чонгук игнорирует его слова и грубо хватает за подбородок, продолжая мрачнеющим взглядом смотреть на эти бесячие губы. На долю секунды в голове проскальзывает мысль, что он был бы не против вырезать их.       Видя, как недобро на них смотрит Чон, Кай начинает пугаться и дрожать уже всем телом. Хватка на его щеках становится всё крепче и крепче, так, словно он хочет сломать ему челюсти.       ― Нельзя трогать чужое, Кай, ― низким тоном наконец подаёт голос Чонгук, отчего по спине того, к кому он обращается, пробегает холодок.       ― Ч-что?.. ― расширив глаза, запинается тот.       ― Ты заплатишь за то, что было, ― обещает так, словно подписывает приговор. После этого Чонгук принимает исходное положение и, не отводя взора от него, произносит. ― Сеунг, ― словно натравляет своего пса на Кая, ― лицо не трогай, а на остальное мне плевать.       Чонгук отходит на два шага от них и неспеша раскрывает обёртку леденца со вкусом сладкой ваты. В это время друзья Сеунга показательно отпускают корешей Кая, давая понять, что драться они будут на равных.       Затем, пока двое крупных приятелей Чана с лёгкостью разделываются с теми двумя, сам боксёр угрожающее медленно приближается к отступающему назад Каю.       ― Я-я обо всём расскажу Тэхёну! ― в панике кричит Чонгуку, на что тот, усмехнувшись, засовывает в рот Чупа-чупс. ― После этого он больше никогда даже не взглянет на тебя!       От его слов желваки на лице Сеунга заигрывают от раздражения. Он резко хватает Кая за горло и сжимает в одной руке, отчего тот вскрикивает от неожиданности и боли. Чан смотрел на него так яростно, словно кричал: «Ты смеешь ему угрожать?!»       После этого он грубо бросает его обратно на землю и наносит несколько мощных ударов по животу и рёбрам. Благодаря музыке, исходящей из клуба, который находится рядом, никто из посторонних не слышит пронзительные крики и стоны Кая и его друзей, которым хоть и досталось меньше, чем первому, но всё же синяки на завтрашний день обеспеченны.       Чан кидает Кая из стороны в сторону, безжалостно избивает везде, куда только достают кулаки, делая так, чтобы каждый вдох казался адом, но чтобы кости и другие жизненно важные органы оставались в целости.       А Чонгук тем временем с упоением и даже неким удовлетворением наблюдает за этим. В груди не ёкает ни на минуту, а чувство жалости и сострадания словно исчезают в нём.       ― «Я никогда и никому не отдам моего Тэхёна, и плевать, что ради этого придётся поступать неправильно», ― с жестоким и мстительным выражением лица думает Чонгук. ― «Тэхён принадлежит мне»       Спустя некоторое время Чонгук приподнимает руку в знак того, что Сеунг может прекратить избивать уже обессиленного Кая. Он достаёт изо рта леденец и опять приближается к нему, отчего тот начинает крупно дрожать. По его щекам лились нескончаемые слёзы, глаза опухли, а дыхание участилось.       ― И кто же теперь плачет? ― усмехается Чонгук, после чего вновь становится серьёзным. ― Завтра на моих глазах ты расстанешься с Тэхёном, ― смотря на него сверху вниз, приказным тоном утверждает Чон. На что Кай принимается плакать пуще прежнего, ибо понимает, что ему придётся подчиниться.       ― Я… ― с трудом выговаривает Кай, ― этого так просто не оставлю…       На губах Чонгука снова расплывается опасная и пугающая улыбка. Чон опускается на корточки перед Каем и мягко гладит его по щеке, пока не добирается до затылка. Он хватается за волосы Кая, грубо притягивает к себе так, чтобы собственные губы едва ли не касались его уха.       ― Знаешь… твой дражайший папочка уже как год отчаянно добивается моего внимания, ― издевательским голосом шепчет Чонгук, из-за чего его глаза шокировано расширяются. ― Стоит мне только поманить пальчиком, как твоя семья превратится в руины. Твоя мама станет обиженной на жизнь стервой, которая будет каждый день доставать тебя. Все вокруг начнут издеваться над тобой, ибо ты потеряешь половину состояния, а в СМИ только и будут трещать о вашей развалившейся семье, и у тебя больше не останется друзей. И это только половина того, что тебя ждёт, если пойдёшь у меня на поводу.       Кай выглядел так, словно на грани панической атаки или даже инфаркта.       ― Т-ты монстр… ― дрожащими губами выговаривает парень.       ― Поэтому будь паинькой, детка, и держись от Тэхёна подальше, ― вернувшись в исходное положение, мягким голосом добавляет под конец Чонгук. ― К вам это тоже относится, ― подмигивает двум друзьям Кая, которые дрожали, как осиновый лист.       Сеунг кидает на них убийственный взгляд, от которого те падают на колени и едва ли не рыдая обещают:       ― Мы не посмеем!       ― Прекрасно, ― довольно ухмыляется Чон.       После этого он, Чан и его приятели, оставляют их одних и покидают переулок. Подойдя к дорогому авто недалеко от клуба, боксёр галантно приоткрывает дверь переднего сидения для Чона, пока те двоя садятся на пассажирские.       Сеунг подвозит Чонгука до жилого комплекса. А когда приходит время прощаться, то выходит вместе с ним.       ― Спасибо тебе ещё раз за сегодняшнее, ― впервые за эти дни искренне и по-доброму улыбнувшись, произносит Чон.       ― Для тебя что угодно, ― всё с такими же влюблёнными глазами, как год назад, смотрит на него боксёр.       С Чан Сеунгом Чонгук познакомился совершенно случайно. Это не было на каком-то невероятно важном и роскошном мероприятии для богачей, как аукционы, балы или закрытые вечеринки. Нет, они каждый день выходили на один и тот же парк для пробежки и в один из дней Сеунг заговорил с ним.       Таким образом они поначалу были друзьями, затем стали секс-партнёрами. Больше всего Чонгука в нём зацепила внешность, походящая на тэхёновую, и бешеная харизма. Сеунг единственный, кого он не заставлял ухаживать за собой месяцами, он не получал от него супердорогих подарков и цветов, не говоря уже о пышных свиданиях.       Во-первых, потому что Чан не настолько богат для подобного, ибо не является очень знаменитым боксёром, а во-вторых, потому что Чонгук не нуждался в этом, чтобы получать хорошие эмоции от времяпрепровождение с ним. Правда, спустя три месяца они, по классике жанра, расстались, но по инициативе Сеунга остались близкими по духу друзьями.       Обычно Чонгук никогда не дружит с бывшими и даже старается полностью оборвать всякие связи, однако Чан стал исключением.       Они не общаются, не переписываются и не видятся каждый день, но даже так, в любой момент один из них может позвонить другому, попросить о помощи, поддержке, и обязательно её получить.       ― Ты сильно любишь этого… Ким Тэхёна, да? ― негромко спрашивает Чан. В его глазах, на секунду мерцает едва заметная боль.       ― Да… ― грустно, кивает Чонгук.       ― Что ж… тогда ему очень повезло, ― продолжает ласково глядеть Сеунг. ― А ещё он полный идиот, раз до сих пор не ответил тебе взаимностью, ― с ноткой раздражения в голосе утверждает, на что Чонгук коротко смеётся.       ― Спокойной ночи, ― Чонгук встаёт на носочки и оставляет тёплый поцелуй на щеке Сеунга, отчего в груди мужчины расцветают сотни цветочков.       ― Сладких снов, детка, ― заулыбавшись, желает Чан.

***

      Заметив Чонгука у дверей университета, Джин со всех ног несётся к нему и тут же заключает в свои объятия. Вчера, не сказав ни слова, Чонгук покинул универ, а на все смски Джина о том, как он себя чувствует, Чон отмахивался и был немногословным.       — Скажи мне честно! Ты сильно подавлен? — строго спрашивает Ким, спустя время наконец отпустив уже начавшего задыхаться Чонгука.       — Вовсе нет, всё замечательно, — искренне улыбнувшись, отвечает тот, но ему, естественно, не верят.       — Я твой лучший друг, почему ты врёшь мне? — недоумевает с его слов Джин.       В ответ Чон коротко смеётся и уже сам обнимает Кима. Затем глядит с благодарностью за заботу о себе и продолжает:       ― С кем бы Тэхён ни был, он всё равно мой, поэтому я не вижу причин огорчаться.       ― Как… ― удивлённо протягивает Джин, ― мудро…       Разобравшись с чувствами, друзья вместе направляются в аудиторию, где пройдёт первая пара. Ступая по полупустому коридору, они внезапно встречают Тэхёна и Кая, что стояли вместе.       ― Давай задержимся на минуту, ― останавливает Джина Чонгук, в глазах которого едва заметно читался азарт. Тот молча соглашается, сильно напрягшись и опасаясь, что события вчерашнего дня повторятся.       Кай выглядел бледно и нездорово, хотя внешне казался совершенно нормальным. В один момент его взгляд сталкивается с чонгуковым, отчего он словно становится ещё белее.       ― Ты что-то хотел сказать? ― не увлечённо спрашивает Тэхён.       ― Д-да… ― он немного опускает голову так, чтобы старший не заметил выступивших слёз. ― П-прости, Ви… но нам надо расстаться, ― голос невесомо дрожит, как и конечности.       От услышанного на губах Чона постепенно расплывается удовлетворённая и даже несколько злорадная улыбка. В то время, как Джин, как и другие, кто стал свидетелем этого разговора, зависают в полном шоке и ступоре.       ― Как пожелаешь, ― безразлично пожимает плечами Ким.       Кай громко всхлипывает и бежит в сторону туалета, очевидно, чтобы поплакать. А Тэхён же неожиданно поворачивается в сторону Джина с Чонгуком, из-за чего последний тут же перестаёт улыбаться и принимает серьёзный вид.       Вот только, обычно всегда равнодушный и холодный мужчина, слегка ухмыляется, смотря прямо на Чонгука. Его словно читают, как открытую книгу, отчего по его спине пробегают мурашки, а в груди появляется странное, неприятное чувство, отдалённо напоминающее смесь недоумения и страха.