По грибы да по ягодицы

Дорожка петляла среди вымахавшей по грудь травы, солнце несмотря на ранний час уже жгло плечи, и вот, наконец, блаженная прохлада! Густые кроны отсекли зной, пропуская лишь рассеянный свет, в котором всё казалось сказочным — и тонкие нити паутины с капельками росы, и серебристый мох на шершавых стволах, и застенчивые цветочки, белеющие среди густой травы. Ваня любил лес. Всех манили моря, горы и прочая экзотика, а его тянуло в простой среднерусский лес с ситцевыми берёзками и медовыми соснами, полянками земляники и влажными овражками, куда убегали прятаться от жары крепконогие боровички и нарядные лисички. Понимать красоту леса научил его дед. Брал с собой ещё мальцом, когда ходил собирать гнилушки для дымаря, жердины для изгороди и, конечно же, по грибы. Чтобы Ванюшка не скучал, дед рассказывал ему сказки про лес и его обитателей. Откуда он такие знал, осталось загадкой. Наверное, сам придумывал. И ещё говорил, в лесу что захочешь найти можно, стоит лишь поискать. Были у них с дедом и ритуалы. Придя в лес, нужно было поклониться в пояс и поздороваться. А уходя с добычей, поблагодарить. Вот и сейчас Ваня зашёл за обрамляющие полянку кусты орешника и первым делом поздоровался. Раньше-то он говорил, как учил дед, «Здравствуй, лесок! Принимай гостей!», а теперь ограничился лаконичным: — Ну, привет! Лес тут же отозвался, зашелестел листвой, зачирикал птичьими голосами и одарил первым гостинцем — прямо у тропинки вспыхнули в солнечных лучах ягоды костяники. — Ух ты, спасибо! — поблагодарил Ваня и достал из кармана телефон. Такую красоту непременно надо было сфотографировать. Чтобы прицелиться и поймать нужный ракурс пришлось встать на четвереньки, иначе не выходило захватить ягодки и раскинувшийся позади папоротник, и мохнатый, словно лисий хвост, хвощ. Ваня щёлкал кадры и вдруг услышал свист, который можно было расценить как поощрительный. Знаете, такой пацанский. Ваня вскочил и огляделся, но никого не заметил. «Может, птица какая», — решил он и выдохнул с облегчением. Он предпочитал бродить по лесу в одиночку, чтобы не отвлекаться на разговоры и не делить ни с кем это волшебное ощущение сказки. Дед учил, что не надо сразу ломиться в чащу. Самая красота-то по краешку, где солнышка всем хватает. Ваня сделал несколько шагов, полюбовался жёлто-фиолетовым ковром иван-да-марьи и тут заметил блеснувшую под веткой бархатную коричневатую шляпку. «Да неужели! Вот так удача!» Чтобы так сразу и найти белый! К такому событию стоило отнестись с должным почтением. Ваня поставил корзинку, снова опустился на карачки, отклячив попу, и принялся разгребать мох, чтобы лучше стало видно грибок. Этот крепыш имел право занять достойное место в фотогалерее. — Ах ты ж красавец! — приговаривал Ваня, настраивая режим камеры в телефоне. — Да и ты ничего! — раздалось откуда-то из-под ветки. Ваня чуть не стукнулся затылком о ствол липы. Сам-то он частенько разговаривал с грибами, но до сих пор они ему не отвечали. Вчера он выпил разве что немного пива, так что списать услышанное на похмельные глюки не выходило. Ваня попятился и, прячась за деревом, огляделся. Всё так же никого. Лес жил своей жизнью, покачивались ветки, чирикала птичья мелочь, но людей поблизости не было. «Показалось, наверное», — успокоил себя Ваня и вновь занялся находкой. — Задница — зачёт! Прям в моём вкусе, — снова сказали где-то над ухом. Ваня вскочил и закружился на месте. В другой бы раз он порадовался такому грубоватому комплименту. Задница у него и впрямь была что надо, не зря он трудился над ней в спортзале. Но вот только в такой обстановке это скорее напрягало. — Эй, кто ты? Кончай меня пугать! — крикнул он. — Выходи, давай! Тут из кусов послышалось «Да блин!», потом щелчок, будто ветка хрустнула, и всё стихло. Забыв про гриб, Ваня припустил прочь из леса. Он не был суеверным, но в голове всплыли дедовы сказочки про леших и прочую лесную нечисть. Он, конечно, фантазировал иногда, как встретится в чаще с могучим лесным духом вроде тех, про которых почитывал графические романы в сети. Представлялся ему такой высокий, статный, замотанный в звериную шкуру в венке из дубовых листьев. И чтоб взял он Ваню за шкирку, поцеловал в губы допьяна, властно, по-хозяйски, а потом прижал к стволу и так бы вставил, что звёзды из глаз! Но одно дело — фантазии, и совсем другое, когда тебе из-под куста да человеческим голосом! Тут впору умишком тронуться. До конца выходных Ваня просидел на своём участке, лениво подъедая малину и изнывая от жары. Ближе к концу недели снова захотелось на дачу. От городской духоты пухла голова, и Ваня сразу после работы рванул на природу. — Эй, сосед! У тебя всё в порядке? — крикнул ему через забор Митрич, который в отсутствие хозяев приглядывал за участком. — Вроде да, — ответил Ваня, отпирая дом. — А что? — Да тут по посёлку ходил какой-то тип, искал человека, а по описанию вроде как на тебя похоже. — А что за тип? — взволновался Ваня. — Кто его знает, сам я не спросил, но Наталья говорит, с удостоверением. Служба какой-то там безопасности или вроде того. Я на всякий случай сказал, что не знаю такого. Ты гляди, не балуй, а то я ж за тебя вроде как в ответе. — Да я что? Я ничего, — буркнул Ваня и скрылся за дверью. Он был гражданином законопослушным, правил не нарушал, даже не курил. Чем уж он мог привлечь внимание спецслужб, Ваня и предположить не мог. Пока он привычно распихивал продукты в холодильник и поливал незатейливую дачную растительность, в голове крутилась назойливая мысль, которая после некоторой обработки приняла интересную направленность. Ваня представил себе затянутого в мундир офицера полиции, который заявится к нему в дом, поставит к стенке и бесцеремонно обыщет. Он почти физически ощутил колено, дерзко раздвигающее его собственные, и прикосновение к ягодицам чего-то твёрдого — то ли кобуры, то ли дубинки, то ли упругого члена. Эта фантазия так его раззадорила, что в постель он пошёл пораньше, чтобы додумать, как бы эта ситуация могла развиваться дальше. Поутру в субботу привычно потянуло в лес. Аж пятки зачесались. За неделю пережитый ужас от лесных голосов поистёрся в памяти. Ваня привык всему искать логическое обоснование и решил, что это от жары и переутомления. Он регулярно перерабатывал, из-за периода отпусков обязанностей в офисе прибавилось, а на него, как самого молодого, скидывали всё срочное. Так что по утренней прохладе Ваня нацепил старые треники и клетчатую рубаху, прихватил корзинку и бутылку воды и отправился в лесок. В этот раз здороваться не стал, а просто кивнул. Подцепил несколько сочных земляничин, пошуровал палкой под лапами ёлки и незаметно снова вышел на тот пятачок, где в прошлый раз его застигли странные голоса. Чтобы удостовериться, что в этот раз лес не приготовил сюрпризов, Ваня походил туда-сюда, вертя для верности головой. Никого. Благодать! Но расслабился он рано. Неподалёку что-то пискнуло, зашуршало, а потом раздался голос: — Эй, парень! Да-да, ты! Стой, не двигайся! Это ему точно не примерещилось. Конечно же он сделал ровно противоположное тому, что приказал таинственный голос. Он рванул из леса, цепляясь за ветки подолом рубахи, чуть не грохнулся, споткнувшись о корягу, и вылетел к дорожке. Где и попал практически в объятия несущегося ему навстречу мужика. — Сказано было стоять, а ты куда? — гаркнул ему в ухо тот самый голос. — Пусти! — дёрнулся Ваня, но не тут-то было! Держали его крепко. — Сейчас в отделение поедем, так что лучше не брыкайся. — А чего я сделал?! — Возмутился Ваня, — Зачем в отделение? — Закладку искал, вот чего! Или принёс. Это уж следствие установит. — Какую, нахрен, закладку? Я за грибами шёл. Вот корзинка, вот ножик. Ваня продемонстрировал предметы, подтверждающие его честные намерения. — Знаем мы вас, все вы тут грибники! — ответил державший его мужчина, но хватку ослабил. Теперь Ваня мог его рассмотреть. Примерно его возраста, лет около двадцати пяти, где-то на полголовы выше, крепкий, с простым, но приятным лицом. Как раз такой, на каких Ваня засматривался в метро и в большом офисном центре, где трудился вот уже почти год. Жаль только, безответно. А какие горячие сценки рисовались ему в укромных уголках! Например, секс на копировальном аппарате или прямо на столе в конференц-зале! И чтобы непременно за дверью ходили другие сотрудники, и в любой момент кто-то мог войти! Но фантазии так и оставались фантазиями. Реальность же смотрела на него суровым обвиняющим взглядом. — Да я правду говорю. Можешь обыскать! — Ваня поднял руки, показывая, что скрывать ему нечего и сопротивляться он не намерен. — Смотри не рвани, тут рядом ещё двое в машине, — пригрозил охотник на диверсантов. Он не слишком уверенно для стража порядка, которые, как правило, действуют куда как более бесцеремонно, провёл руками по Ваниным бокам от подмышек до щиколоток и обратно, затем охлопал карманы рубашки, отчего у обыскиваемого позорно напряглись соски, а щёки залил стыдливый румянец. Затем сильные ладони прошлись по спине и ягодицам, проверяя, нет ли чего там, и тут тело, давненько не ведавшее столь откровенных касаний, предательски выдало улику. У Вани совершенно неприлично встал. Старенькие треники, под которые он из-за жары не надел хоть какое-нибудь бельишко, не сумели скрыть очевидный факт. — Это чего? — спросил слегка обалдевший искатель запрещёнки. — Того, — буркнул Ваня, опуская руки и прикрывая непотребство полой рубахи. — Физиология. Нечего так лапать было. Стоящий напротив парень, к величайшему Ваниному удивлению, не проявил никаких отрицательных эмоций. Напротив, он выдал ослепительную улыбку и подмигнул, затем тапнул пальцем по зацепленной за ухо гарнитуре и проговорил: — Отбой, пацаны. Грибник. Вы поезжайте, я сам потом доберусь. Потом он снова посмотрел на притихшего Ваню и добавил: — Да не дрейфь. Всё нормально. Всё даже очень здорово! — Чего ж здорового? Поймал в лесу, орёшь, хватаешь. — Так добычу и полагается хватать, — ухмыльнулся парень. — Ты мне сразу глянулся. Я тебя по всем близлежащим посёлкам и дачам искал. Вот только не нашёл. Вся надежда была, что ты снова сюда явишься. — А зачем искал-то? — спросил Ваня. Разговор приобретал интересное направление. — Ну как зачем? Познакомиться хотел. Как увидел тебя, так прям ёкнуло что-то. — И где же увидел? — А здесь и увидел. В лес курьеры повадились шастать, закладки носят. Ну, наркоту и прочую запрещёнку. А мы с парнями придумали камеры поставить. А Сашка ещё и пару динамиков добавил, чтобы шугануть, если что. — Ну вы даёте! — только и вымолвил Ваня. — Как нынче полиция продвинулась. — Не полиция. Наркоконтроль. Алексей, — протянул руку новый знакомый. — Иван. И что дальше? — Ну, если ты не против, можем вечером пообщаться. Мне просто сейчас в контору надо вернуться, — с сожалением сказал Алексей. Уж очень ему не хотелось прощаться, но он сам напросился на дежурство в выходные в надежде снова углядеть грибника с аппетитным тылом. — Ладно, — кивнул Ваня, прикидывая, чем можно было бы заняться. — Дергунино, улица Садовая, дом двадцать шесть. Приходи, я что-нибудь поесть соображу. — Ага, а я пива захвачу, — согласился Алексей. — Тогда до вечера? — До вечера. Слушай, — вдруг выдал Ваня, сам дивясь своей смелости. — А ты можешь с обыском прийти? Чтоб как по-настоящему? Брови Алексея поползли вверх. Затем он расплылся в лукавой улыбке. — Ещё как могу. Только ты спрячь какую-нибудь улику, чтобы не зря искать. И понадёжнее! — Будь уверен! Можешь ещё наручники захватить. Учти, я буду сопротивляться! — А я в тебе не ошибся! — мотнул головой Алексей. — Есть в тебе огонёк! А завтра тогда в лес пойдём. По грибы. «И по ягодицы», — добавил про себя Ваня. Прав был дед. Лес полон сюрпризов, стоит только поискать!