Нашествие диких

      Илья вернулся в гостиную. В глубокой тишине раздавалось лишь бьющее по ушам тиканье часов. В проблесках лучей, пробиравшихся сквозь щели между досок, медленно и хаотично двигались белые пылинки.       Илья смотрел затуманенным взглядом вперёд.       В спальне остался Дима, который попросил Илью выйти, обосновав это тем, что хочет спать.       — И не надо, чтобы я тебя сразу увидел... — добавил под конец Дима.       Илья понял, к чему он это сказал, и не стал препятствовать. Ведь, если он будет наблюдать за этими изменениями, что будут происходить с каждым часом, а под конец и с каждой минутой, то растеряется и не будет соображать… А в это время зомби-Дима, увидев Илью, может вырваться из верёвок… И… Всё…       Илья обвёл взглядом комнату, подойдя к софе и сев на неё. Он облокотился на твёрдую спинку, закинув голову вверх и прикрыв глаза. В мыслях проносились события прошлого и раздумья о будущем. Илья, конечно, надеялся на всё самое наилучшее, но часто промелькали сомнения. А сможет ли он справиться один? Выживет ли он? А главное — спасёт ли Диму? Всё это сильно огорчало его.       Накрыв ладонями лицо, Илья вздохнул и лёг на спину.       Ну и как теперь быть? Сейчас хотелось просто изолироваться от всего мира… (хотя он и так частично изолирован уже…) Уйти от происходящего… Забыть обо всём… Не быть жертвой каши, заваренной непонятно кем… Вот в чём он нуждался!       Но Илья понимал, что ничего из этого не произойдёт. Поэтому он просто обречённо смотрел на потолок, принимая реальность. Жестокую реальность.       Они — обычные люди, что просто жили и наслаждались данной им возможностью. Не виноватые ни в чем… Абсолютно… Которые не желали никому никакого зла… Всегда ко всем относились на равных. Так почему же именно на них направился весь ужас от чей-то совершённой ошибки? Почему по ошибке этого кого-то народ должен страдать? Илья не понимал этого… Где здесь справедливость?..       После того, как объявили пандемию во всём мире, жизнь уже заметно изменилась не в лучшую сторону, затруднив выполнение даже повседневных задач. Но со всем Илья справлялся же не один, а с Димой. Их было двое. Тяжело было тогда привыкать к новым условиям, а сейчас что? Дима теперь никак не поможет… А Илье придётся дальше что-то делать, только уже одному… Всё по новой…       Илья, обессиленно опустив руки, смотрел в тёмный потолок, пытаясь найти хоть какое-нибудь объяснение происходящему. Так, порядка десяти минут бегая глазами по одинаковым потолочным узорам, он обречённо перевёл взгляд на дверь, надеясь там найти ответы на животрепещущие вопросы. Но и там ничего, как ожидалось, не было.       Перевернувшись набок, Илья приобнял себя. Он даже и не заметил, как у него навернулись слёзы. Илья посмотрел на часы, которые показывали полпятого вечера, и скинул несколько солёных капель, не дав себе сильно разреветься. Он наверняка не знал, но предполагал, что Дима ещё в сознании и поэтому, услышав его, может очень сильно разочароваться, чего Илья хотел меньше всего…       Собрав оставшиеся силы в кучу, он встал с дивана и медленно поплёлся до ванной. Оказавшись в узком помещении, где еле-еле помещались раковина, маленькая ванна и стиральная машинка, посмотрел в прямоугольное зеркало, висящее над умывальником.       На него смотрели уставшие, опустошённые глаза, обрамлённые тёмно-фиолетовыми кругами. Обкусанные губы светло-розового цвета были плотно сомкнуты. Чёрные, словно сажа, волосы коротко пострижены. Длинная чёлка, опускающаяся ниже бровей, разделялась на две половины: одна часть включала две трети волос, а другая одну. Пряди немного волнистые, завивающиеся к концам.       Илья взял огромную кружку и зачерпнул в неё чистую воду из ванной. Он наполнил умывальник несколькими такими заходами до краёв. Вымыв руки хозяйственным мылом, он окунулся лицом в леденящую воду, которая довольно хорошо взбадривала.       На стиральной машине лежала домашняя одежда, за которой Илья и пришёл. Ну не ходить же ему в болотных джёгерах и тёмно-серой клетчатой рубашке, заляпанной в крови диких… Переодевшись в синие спортивки и свободную коричневую футболку, он оставил все грязные вещи на полу — не было ни настроения, ни сил, ни желания что-либо убирать, он и потом успеет это сделать. Может, успеет…       Вернувшись в зал, Илья встал у окна. Приблизив глаз к самой большой щели, он выглянул наружу: всё та же ясная погода; птицы поют; ветер слабо колышет траву. Только солнце переместилось правее.       Отвернувшись от окна, он быстро пробежался взглядом по комнате. Было такое ощущение, будто на улице в разы безопаснее, чем здесь, в полумраке и гробовой тишине. Но по факту всё было наоборот: там, снаружи, много диких, которых не видно отсюда. А здесь только два человека. Хоть один из которых и заражён, но это ничего — для него есть отдельная комната...       Вернувшись к софе, Илья лёг, подложив руки под голову. Он закрыл глаза и попытался расслабиться, понимая, что всё равно сделать ничего не сможет, а отдохнуть ему не помешало бы. Но уснуть всё никак не давали разные мысли, которые проскакивали туда-сюда, покидая и возвращая сознание. Он перевернулся на правый бок, затем на левый, но всё безуспешно — сон так и не являлся. Разочаровавшись, Илья обратно перелёг на спину, только уже не пытался выкинуть всё из себя, а наоборот старался думать только о хорошем, вспоминая разные приятные моменты из жизни, каждые из которых тепло отзывались в сердце. В итоге это помогло, Илья смог уснуть.       Веки тяжело разлепились, Илью встретила кромешная темнота. Проморгавшись несколько раз, он огляделся вокруг. Показались только очертания мебели. Мужчина медленно из лежачего положения переместился в сидячее. Немного потупив, Илья повернулся в сторону окна. На дворе ночь. Илья приподнял взгляд выше, всматриваясь в циферблат. Ничего не видно. Он прищурился, но так и не смог разглядеть который сейчас час. Ясно лишь, что не меньше одиннадцати.       Илья стал тупо смотреть вперёд. И что ему сейчас делать? Он проснулся в такое время, что ни огонь не разведёшь, ни на улицу не выйдешь. Дикие ночью намного живее становятся, а если и свет увидят среди такой темени-то, то тогда почему бы им и не прийти прямо к Илье? А получится ли снова уснуть? Маловероятно. Перед поездкой в город он довольно хорошо выспался.       Переведя взгляд на дверь, Илья сразу вспомнил о Диме, который находится в соседней комнате. Он, как зачарованный, так и зашагал туда.       Нет, здравый смысл его не покинул, просто Илья правда не знал, чем ему заняться.       Оказавшись в длинной, но узкой прихожей, он, как ни в чем не бывало, встал возле спальни. Тихонько прислонившись ухом к двери, замер.       Ничего.       Илья стоял и вслушивался.       Тишина.       «Дима, как ты там?..» — пронеслось в голове у него. Илья медленно сполз на пол, прижимаясь спиной к деревянной, гладкой поверхности. Упёршись затылком, он закрыл глаза.       

***

      Первое сентября.       «Вот зачем вообще это нужно?.. Ну каждый год же всё одно и то же… Снова мы стоим на солнцепёке, снова включают эту песню про гимназию. Сейчас снова одиннадцатиклассник поднимет какого-то первоклашку на руки, чтобы тот звоночком своим позвенел…» — про себя жаловался шестиклассник Илья на однотипные линейки ко дню знаний — Первому сентября.       На мальчике была надета опрятная белоснежная рубашка, поверх которой свободно свисала чёрная жилетка со светлой окантовкой. Тёмно-синие прямые брючки идеально сидели на ногах Ильи, немного прикрывая зачищенные до блеска туфли.       Он стоял, не зная, куда уже деться: то в карман руки сложит, то по бокам расставит; то встанет, как на расстрел; то вообще сядет на корточки.       — Илья! Стой нормально! — шикнула рядом стоящая классная руководительница.       Илья, закатив глаза, встал и сложил руки на груди. Он взглядом уже всех здесь успел осудить: и организаторов этой клоунады; и учеников, что сюда пришли; и учителей, что говорили ему стоять и ничего не делать.       К счастью для Ильи, всех наконец стали зазывать по классам. Одноклассники шли одной кучей, громко матерясь и бегая друг за другом. У учительницы просто не получалось успокаивать их, и Илье её немного было жалко из-за этого. Его эти глупые дети раздражали и бесили, поэтому он старался идти, немного отставая от этой кричащей оравы.       Их кабинет находился на третьем этаже. Так, пройдя несколько этажей, довольно быстро ученики и преподавательница добрались до класса алгебры.       Илья, как обычно, сел за третью парту на первом ряду. Это его место, на котором он сидел один с середины четвёртого класса. Никто из одноклассников к нему не стремился подсесть, ведь все уже подружились друг с другом, и на Илью всем, честно говоря, было просто всё равно, а некоторым он не нравился из-за сложного характера.       — Ребята, прошу вашего внимания, — громко проговорила учительница.       Класс замолчал, ведь всем хотелось получить вкусняшки, что приготовили для них родители и классная руководительница.       — У нас в классе новенький, вероятно, вы с ним уже познакомились, но я хочу представить его ещё раз. Дима, выйди сюда, — преподавательница нежно улыбнулась.       Из самой последней парты вышел низенький мальчик с русыми волосами, одетый в белую рубашку и классические брючки. Но среди однотонного русого выделялась широкая, намного более светлая, прядь.       Илья не видел такого ещё никогда, поэтому не заметил, как стал всматриваться в аномалию в волосах нового одноклассника.       — Дима, давай ты сядешь поближе. Вон, рядом с Ильей есть свободное место, — преподавательница взглядом указала на парту Ильи.       Дима посмотрел на место, предложенное его новой учительницей, и немного растерялся, заметив, что мальчик, который сидел там, просто прожигал его взглядом. Скорее всего, рассматривали Диму все одноклассники. Но не так же! Что он уже успел сделать этому человеку?..       Дима, улыбнувшись, кивнул и пошёл к теперь и своей парте. В кабинете повисла неловкая тишина, ученики странно смотрели на новоприбывшего. Сев на свободный стул, он повернулся к своему новому соседу. К его удивлению, тот просто отвернулся. Дима ничего не понял, поэтому переключился на учительницу, которая собиралась дальше говорить.       Время от времени Илья поглядывал боковым зрением на Диму.       Вот и зачем учительница сказала ему сесть к Илье? Он и сам до этого как-то справлялся, а новенького теперь некоторые одноклассники не поймут.       Хотя, что им Илья плохого-то, правда, сделал? По факту ничего, просто не хотят они с ним нормально общаться...       — Эй, Илья, почему ты от меня отвернулся и даже не разговариваешь? — искренне вопросил Дима.       «Праздник» закончился, и учительница отпустила детей по домам, прежде раздав яблочные соки и шоколадки «Kit Kat».       — Какая тебе разница?.. — вопросом на вопрос ответил Илья.       Сказать, что Дима обомлел — ничего не сказать.       — Так мы же всё равно за одной партой теперь сидим... Почему бы нам поэтому не познакомиться?..

***

      — Дима… — тихо произнёс Илья.