Смерть ради любви

      Нина вовремя остановила руку Марины, чтобы избежать очередного удара.       — Стой, — хрипло проговорила она, — прежде чем продолжишь, я должна сказать тебе кое-что очень важное.       Она импровизировала. Не знала, что может сказать Марине такого важного, но должна была придумать. Соображать надо было как можно скорее. Марина молча посмотрела на неё красноречивым взглядом, сделав внимательное выражение лица, как бы ожидая, что она может сообщить такого важного.       Теперь, когда Нина узнала историю Марины, ей многое стало понятнее. И ясно, почему для этой женщины так важно устранить ребёнка Артура. Нина даже мысленно не могла сказать «убить». И ей необходимо было найти выход, чтобы спасти своего ребёнка. Какой-то способ остановить её. Нина напрягала все силы и умственные способности, каких, правда, никогда в себе особо не наблюдала, но знала, что в критические моменты способна концентрироваться так, что сможет найти решение. А здесь речь идёт о самом важном в её жизни, о том, что даже важнее её жизни.       «Марина хочет избавиться от ребёнка Артура».       Голова болела, кружилась.       «Ей не нужен ребёнок Артура».       Где-то капала вода из крана, звук раздражал, отвлекал.       «Она хочет ему так отомстить. Чтобы Артуру было очень больно за самое дорогое в его жизни».       Возле окна жужжала муха. Она мешала. Хотелось прихлопнуть её.       «Марина ненавидит Артура, но и любит».       Невыносимая жара, как же пить хочется. Почему все эти незначительные раздражители отвлекают от важного мыслительного процесса? Паника сдавливает грудь ледяным обручем, несмотря на дикую жару. Она проникает в каждую клеточку организма. Глубже, дальше...       «Марине необходимо, чтобы Артур страдал из-за потери своего ребёнка».       Да почему же эту проклятую муху никто не прихлопнет? Мешает тут тварь, как будто её звали. Совсем как некоторые…       «Марине надо, чтобы у Артура не было детей! Она пойдёт на всё!»       Точно, к чёрту муху, жару, капающую воду, головную боль. Важно другое.       Нина резко подняла голову. Кажется, она нашла. Озарение резкой вспышкой прошло по телу, вселяя неизвестную прежде силу и уверенность. Надежда вспыхнула в усталом мозгу, как луч света. И больше не было нервов и страхов, только разгоняющий кровь адреналин вперемешку с воодушевлением.       Она должна сыграть главную роль в своей жизни. И от того, как она её сыграет, зависит жизнь ребёнка. Поверит Марина или нет? Сумеет Нина её убедить или нет?       А насколько этично то, что она собирается сказать по отношению к другим, это сейчас не столь важно. Надо спасти ребёнка любой ценой. До остального ей нет дела. Хоть мир рухнет — не важно. Да гори оно всё огнём!       И ведь не зря говорят, что всё, что не делается — к лучшему. И то, что Нина узнала почти семь месяцев назад, то, из-за чего так злилась тогда, даже бросила Артура, оказывается, это всё было не просто так, а с высшей целью. Чтобы дать ей возможность спасти ребёнка. Даже если ценой чужого. Но об этом Нина решила не думать.       Она точно победит, не проиграет. Она всё выдержит. Да, потом придётся держать ответ перед другими, но разве это имеет значение? Сейчас, когда речь идёт о жизни её ребёнка.       И надо сыграть так, чтобы сумасшедшая поверила.       Нина запрокинула голову и громко рассмеялась.       Марина посмотрела с удивлением.       — Всё это, конечно, так, всё правильно. Ты всё так хорошо расчитала, милочка, — сквозь смех простонала Нина. — Но кое-что всё-таки не предусмотрела.       — Что? — непонимающе уставилась на неё Марина. — Ты смотри, не ври мне, — она стала запинаться, вертя в руках пластиковый стакан. — Что может быть не так в моём плане?       Нина поспешила ответить.       — А то, что ты мечтаешь отомстить Артуру, убив его ребёнка, — Нина постаралась не дёрнуться, — только ты слегка ошиблась при похищении.       — О чём ты? — сжалась Марина.       — А то, что ты сделала неправильный выбор при похищении, — вновь засмеялась Нина, — ребёнок, которого я ношу не от Артура!       Нина ещё ни разу не видела, чтобы с лица человека мгновенно слетели все краски. Теперь Марина была мертвенно-бледной. Казалась она даже дышать перестала.       А у Нины затеплилась робкая надежда.       — Что ты? Как ты? — пролепетала, наконец, похитительница, хватая ртом воздух, как рыба, вытащенная из воды. — Как так? — она не могла сформулировать мысль.       — А то, что отцом моего ребёнка является миллионер Франсуа Леблан! — торжественно сказала Нина. — Ты не могла не слышать о нашем романе в начале года. И вышла замуж за Франсуа, а потом забеременела. Но Артур соблазнил меня, убедил уйти к нему, сказал, что примет моего ребёнка. Я и послушалась. Молодой и богатый лучше же, чем старый и богатый. Франсуа сейчас безутешен, хочет меня вернуть. Предлагает все деньги ребёнка и мне. И я уже готова к нему вернуться. А знаешь почему?       — Почему? — пролепетала шокированная услышанным Марина.       — Да потому что Артур — козёл и бабник, — вскрикнула окончательно вошедшая в роль Нина, — ненавижу его, урода такого! — она всхлипнула. — Скотина, такое скрывал! — слёзы потекли по её лицу.       — Что?       — У него баба беременная на стороне! — зло выплюнула Нина. Её глаза сверкали праведным гневом. — Его разлюбезная Норочка, которую он так любит. И как узнал про ребёнка, так переменился. Ничего вокруг не замечает. Я для него пустое место. Зато стерве этой всё время помогает по первому требованию, — выла и причитала Нина, размазывая слёзы по лицу. — Норочка ему и то, и сё. Прямо думает о ней ежесекундно. Бредит этим ребёнком. Он у него уже и наследник, и продолжатель династии. Договорился с Эдвардом, что его бастард получит дворянство, — Нина добавила слёз и истеричности в голос, хотя на самом деле дворянство должна была получить именно её дочь, за которой уже было закреплено звание принцессы, как и дочери Эдварда. Но это Марине знать не полагалось.       Шок на лице Марины постепенно трансформировался в ненависть и ярость, что бальзамом ложилось на измученную душу Нины.       — Ты представь, прикинь, Мариш, — доверительно подвывала Нина, добавляя страсти и эмоций в голос, — эта стерва такая хитрая. Залетела от Артура и мнит себя королевой. Всё ей по первому требованию, в любое время дня и ночи. А попробовала я возмутиться, так Артур велел мне возвращаться с моим бастардом к моему дедуле. Ага, так и сказал, — Нина печально покачала головой. — Говорит, у него теперь есть законный наследник, я ему не нужна. Он хочет жениться на обожаемой Норочке. И с любовью воспитывать их малыша. Даже руку на меня поднял. Синяк поставил, — вдохновенно врала Нина, показав синяк на плече, который получила, врезавшись в дверь, когда бежала ответить на звонок режиссёра.       — Я в шоке, — едва слышно прошептала Марина, — но эти ваши совместные фото?       — На публику, для показухи, — пожала плечами Нина. — Артуру выгодно показывать всем, что у нас всё хорошо. А на самом деле… — она махнула рукой.       — Я помню про твою историю с Франсуа, — протянула Марина, — неожиданно. Получается, Артур не имеет отношения к твоему ребёнку?       — Ни малейшего, — поспешила заверить Нина, — клянусь. Его отец — симпатичный дедушка-француз.       — А Нору я тоже знаю, — как бы про себя заговорила Марина, — я пыталась помириться с Артуром несколько раз. И всегда с ним была эта мерзкая шавка. Даже близко к нему не дала подойти, — в её глазах вспыхнул злой огонь.       — Вот именно, шавка, — согласилась Нина, спеша подкрепить эффект.       — Шлюха, — прошептала Марина.       — Шалава, — вторила ей Нина.       — Шаболда, — зашипела Марина.       — Змея подколодная, отбивающая чужих парней, — разозлилась Нина.       — Проститутка сисястая, — выкрикнула Марина. Её лицо исказилось от ярости, — и ведь он с ней, получается, трахался без презика! Скотина! Мразь! Со мной всегда предохранялся, требовал таблетки пить. И сам всегда с резиной. Ему, кажется, даже неприятно было со мной просто так. Как будто я грязная или больная. А с этой шалавой, получается, без. И кончил в неё. Вот же мерзкое животное, — она снова зашипела, — ненавижу. Я убью её вместе с её ублюдком! Как она посмела забрать моё?       — Вот видишь, Мариш? — заискивающе прошептала Нина. — Вовсе не я отняла у тебя Артура. Это сделала Нора. Я появилась позже. Он просто захотел прославиться за мой счёт. Увёл меня у мужа. А как узнал, что его шлюха ребёнка ждёт, так и передумал. Теперь дороже Норы и её ребёнка для него человека нет. Вот без неё он будет убит и раздавлен. А без меня ему только лучше станет. Заживёт припеваючи со своей тварью.       — Как я тебя понимаю, — воскликнула Марина, — да эту мерзкую шлюху убить мало.       — А то, — подняла вверх большой палец Нина, — я и сама подумывала её отравить, — она мысленно содрогнулась, но напомнила себе, что всё ради ребёнка.       — Я должна проверить, — сказала Марина, — вдруг ты врёшь. Тогда пожалеешь о своём рождении. Но если нет, и эта тварь действительно беременна, то я ей устрою. Она у меня будет умолять о быстрой смерти. Как же я её ненавижу. И его тоже, — с этими словами Марина бросилась к выходу, словно совершенно позабыла про Нину.       Однако не забыла на ходу написать сообщение Илье, требуя приехать охранять Нину, чтобы не сбежала каким-то образом.