В клетке

Вокруг распространялось тусклое желтое свечение. Коридор, в котором оказался Саске был просторным, со странными символами на стенах. Наруто нигде не было видно, но шиноби чувствовал его присутствие и двинулся в сторону большого скопления чакры. Коридоры разветвлялись и стало понятно, что это тоже лабиринт. Но более сложный и масштабный, чем в реальности. «Интересно, а время здесь идет так же, как в цукиеми?» — подумал Саске. Огненная демоническая чакра стала ощущаться сильнее, и наконец, Учиха вышел в коридор, в дальнем конце которого можно было отчетливо увидеть гигантскую решетку, за которой клубился ярко оранжевый силуэт Девятихвостого лиса, и маленькую темную фигурку перед ним. Саске бесстрашно шел вперед, и чем ближе он подходил, тем сильнее сжималось сердце. Наруто стоял перед решетками и нежно прижимался к тому, что осталось от его отца, отпечатав лишь образ. Огненная чакра была настолько сконцентрированной и ее было настолько много, что она стала почти осязаемой. — Наруто? Юноша чуть вздрогнул и развернулся к шиноби, раскрывая руки. Саске понял, и без слов подошел и по-настоящему его обнял. — Ты… все это время находился здесь? — Да… мое единственное утешение. Алые глаза Саске видели все завихрения, таящиеся за решеткой. Учиха постепенно осознавал всю эту мощь. — Что это за печать на двери? Из-за нее в тебе не ощущается эта чакра? Наруто кивнул, а потом, словно через силу добавил: — Отец придумал, специально… Саске прижал к себе пленника еще сильнее и уткнулся ему в макушку. Было темно и шиноби не заметил, что алым глаза горели не только у него. Учиха оставил дверь открытой, но Наруто отказывался выходить. Но зато Саске зачастил в его лабиринты. Было почти невыносимо больно осознавать, насколько тяжело было Наруто. Саске… пускай и не простил до конца Итачи, но у него был кто-то живой. Родной по крови. А Наруто… остался совершенно один в своем роде. Единственный и совершенно исключительный. Поэтому с каждым днем привязанность Учихи росла. И совсем скоро он поймал себя на странной мысли, что он сам готов остаться в этом месте навсегда. Пока через неделю у входа в лабиринт не появился Шикамару. Весь нервный, со свитком в руках. — Нара? — Учиха… Вспыхнул зеленый свет свитка Саске, но Шикамару не стал заходить внутрь. Он лишь протянул принесенный им свиток и тихо подтвердил: — Началось. Саске внимательно прочитал приказ и сжег бумагу. — Сколько у меня есть времени? Шикамару нахмурился. — Тебя и «объект» под контролем будут ждать через несколько часов на восточной границе деревни. Оттуда будем выдвигаться. — Понял. Нара бросил еще один подозрительный взгляд на АНБУ, но ушел. А Саске опрометью бросился вниз. — Наруто! — Саске? Что… а… этот час настал? — Давай сбежим? Пожалуйста. Это не только ради нас. Это ради всех, такая сила… Наруто кивнул. — Ты прав, пострадает очень много людей. Но разве… — Разве?! Да какое тут «разве»?! — Но разве не было бы к лучшему, отстоять свою деревню? — Наруто… я даже не могу назвать тех, кто все это затеял людьми. Неужели ты хочешь погибнуть за тех, кто готов проливать реки крови просто из прихоти? Юноша прижался к Саске и ласково погладил того по спине. — Как хорошо, что ты меня понимаешь… *** Коноха затряслась. Сначала мелкая дрожь по земле постепенно перерастала в настоящее землетрясение. Крупные разломы распространялись быстро, покрывая плотной сетью всю территорию деревни. Люди паниковали. — Шикамару! Цунаде со всей силы ударила по столу, и тот разбился в щепки. — Где этот поганец?! В кабинет Хокаге вбежала Шизуне. Из-за того, что сильно трясло, девушку покачивало. — Он ушел! — Куда ушел?! — Кажется, туда… Глава деревни прикусила губу. Был ли шанс, что Нара выйдет из лабиринта живым? *** Шикамару обнаружил дверь сломанной. Все печати были разрушены. Потолки обсыпались, но он упорно продвигался внутрь подземного лабиринта Конохи. Это землетрясение отличалось от того, что было в тот раз, когда «объект» очнулся. В этот раз интуиция подсказывала, что все намного, намного хуже. Наконец он добрался до нижних пещер и понял, что оказался прав, хоть в этот раз и рад бы был ошибиться. Вход в клетку был открыт, в конце коридора решеток тоже уже не было видно. Однако и следов того, что кто-то покидал это место он тоже не обнаружил. Идти внутрь было настоящим самоубийством. Но Шикамару не мог бросить товарища, если был хотя бы шанс вытащить того живым. Все-таки стоило остаться здесь вместе с Учихой?.. — Привет. Нара вздрогнул. Перед ним на камне сидел блондин, вполне себе живой и бодрый, а у его ног был… — Учиха… Учиха очнись, твою за ногу. Наруто рассмеялся. Его алые глаза с вертикальным зрачком прищурились и он хитро усмехнулся и погладил Саске по голове. — Он тебя не слышит. Сейчас он отважно спасает меня из загребущих лап мерзких людишек. Лис почти с нежностью посмотрел на попавшего в его плен шиноби, но рот кривился в страшном оскале с выпирающими клыками. — Это хорошо, что ты зашел, — Наруто приподнял голову Саске и развернул в сторону Шикамару. В глазах шиноби горел шаринган. — Ты же спасешь меня, Саске? Голос Наруто был вкрадчивым, почти ласковым, но Нара слышал в нем гнев. Понимая, что Саске действительно встает, а по его руке уже расползлись молнии чидори, Шикамару попытался снять гензютцу с товарища. Однако был сильно ранен в бок и заслужил порцию смеха. За лисом стали образовываться девять гигантских хвостов из чакры. — Это не ваши слабые техники. Он никогда не вернется в ваш мир. Отныне этот человек мой, и только мой. — И что теперь… будешь мстить? Шикамару тяжело дышал, отхаркивая кровь. Чидори попало в живот. Пусть по касательной, но половины бока не стало. — Конечно. И Саске поможет мне в этом. Правда, Саске? Тот стоял неподвижно, и только на вопрос Наруто кивнул. — Что ты с ним сделал, монстр? — Всего лишь показал правду. Шикамару не нравилось то, насколько близко подошел «объект». — И как давно ты захватил его? Лис рассмеялся еще громче. — О, это было постепенно, но вообще, с самого начала. Когда ты получал отчет, неужели тебе не показалось странным, что после того, как моя чакра заполнила лабиринт, она резко улетучилась? Куда она могла исчезнуть? Ниндзя пораженно замер. — Верно, — голос Наруто стал похожим на шипение, — никуда она не исчезала. Лис выпрямился, но в ту же секунду ударил одним из своих хвостов Шикамару, припечатывая его к полуразрушенным камням пола. — Я не буду убивать тебя прямо сейчас, и если ты вдруг выживешь, передай своим сородичам, что скоро они узнают, что такое настоящий гнев Кьюби. Тело Наруто полностью заволокло чакрой, которая придавала ему вид гигантского лиса. Саске он тоже забрал. И без каких либо усилий пробил потолок, полностью разрушая лабиринт и высвобождаясь. — Черт… Шикамару терял сознание. Это было очень, очень плохо! *** Демон лис Наруто и Учиха Саске покинули деревню. Никто не знал, в какую сторону они направились, и что ждет Коноху теперь, пока Хокаге не получила записку с вороном от Итачи. Он столкнулся на задании со своим младшим братом, который пробудил вечный мангекьё шаринган, вместе со странным белокурым парнем с лисьими глазами и чудовищной чакрой. Учиха старший предупредил, что отделяется от Акацк, чтобы попробовать освободить брата от влияния этого существа. Цунаде цыкнула и откинула записку на стол. Та тут же сама сгорела. Что же они наделали…