В клетке

Саске уныло смотрел на свиток в своих руках. Его бесило то, что он не понимал, какая игра затевается, но чувствовал, что ничем хорошим это не закончится. Наруто с их последнего… разговора притих. Иногда Саске подходил, но они молчали. Признаться, если в начале его бесила болтливость парня, то сейчас — напрягало. Словно Наруто все понимал и это молчание было подобно смертному приговору. Раз за разом Учиха прокручивал в голове вопрос Наруто о том, что произошло двадцать лет назад. В Конохе, да и в целом во всей Стране Огня не найдешь никого, кто хотя бы отдаленно не знал эту историю. Сам шиноби был слишком мал, чтобы запомнить, что произошло. Но вот последующие года нельзя было назвать безмятежными. Как много семей потеряло своих близких, почти четверть деревни была разрушена. Внутри Саске раньше закипала злость — как можно простить такое зверство? Но со временем, вникая во внешнюю политику, Саске узнал, что монстры бывают и среди людей. Поэтому его «праведный гнев» немного поутих. А сейчас и вовсе Саске задавался, каким образом у Кьюби мог быть сын человек?.. Учиха запнулся на этой мысли. Казалось, что стены давят со всех сторон и от этого начинаешь сходить с ума. — Наруто. В ответ послышалось легкое шуршание, но никто не ответил. Саске привычно подошел к решетке. Наруто молча все также сидел на полу своей камеры и никак не реагировал на слова Саске. Но Учиха тоже был упрям. — Наруто… расскажи, что было двадцать лет назад? Юноша повернул голову — повязка на глазах закрывала пол-лица, но благодаря острому зрению, Саске давно заприметил интересные полосы на щеках Наруто. Будто бы действительно лис… — Ты же и так все знаешь. Саске хмыкнул. Желание узнать все с «другой стороны» пересилило приказ «никаких контактов». Никто не говорит, что он сразу поверит. Но верхушкам Конохи следовало бы больше информировать своих людей. Особенно, если они из АНБУ. Для Саске это было почти оскорбительным. Кто, если не он, будет защищать деревню? Ценой своей жизни. Но за что? За что ему бороться? За лживых политиканов? Учиха нравилась новая Хокаге. Однако он также видел, кому ей приходится противостоять. А здесь… такая возможность. — Я знаю то, что мне рассказывали с детства. — О… точно. Все время забываю, что ты ребенок, — Наруто задорно хмыкнул. — Тц, я старше тебя. — Ну-у… Это еще с какой стороны посмотреть. — Со всех сторон. Во время твоей комы ты не изменился. — Откуда ты знаешь? — За тобой присматривали все это время, думаешь, никто бы не заметил, если бы что-то пошло не так? — А что в твоем понимании «не так»? Саске выдохнул. — Не заговаривай мне зубы. Так ты можешь рассказать, что случилось тогда или нет? Наруто полностью развернулся в сторону решетки и наклонил голову к плечу, будто бы раздумывая. Но ответил все равно быстро: — Могу, почему нет. С какого момента тебе интересна… правда? Саске задумался и прислонился плечом к стене. — С момента нападения на деревню? Зачем? Столько лет никто не видел хвостатых, все прятались, а потом… Наруто выждал, но Саске не продолжил. Тогда он вздохнул и как-то обреченно обронил: — Представь, твоего сына украли, чтобы запереть в подземельях, чтобы пугать им соседние деревни. Твои действия? С поправкой на то, что ты самый сильный биджу, конечно же? Саске оторопел. Украли? Но ведь… Но ведь Наруто здесь заперли уже… после, чтобы спасти жителей от такого… — Ты молчишь? Представляешь или тебе нечего добавить? — Значит, Кьюби напал на Коноху, чтобы… — Кьюби? — Девятихвостый Демон Лис. — А… ох, как сложно. Моего отца зовут Курама. — А… — Саске покраснел и был благодарен, что Наруто не мог увидеть его. — Что? — А откуда… у Кью… Курамы, — Саске готов был врезать себе за такие мысли. Наруто хихикнул. — Откуда, что, Саске? — Не издевайся, ты прекрасно понял… — ниндзя все-таки смог взять себя в руки, — ты откуда? Никакая повязка не смогла скрыть, как Наруто помрачнел. Его губы мелко задрожали. — Это не очень длинная история, но очень болезненная. Есть ли… есть ли какой-то смысл рассказывать ее тебе, человек? Саске показалось, будто бы полосы на щеках Наруто стали шире и ярче. И как-то непривычно резануло слух это «человек». Прямо сейчас Наруто ничем не отличался от обычного восемнадцатилетнего юноши. Учиха бы даже не стал бы утверждать, что тот смог бы стать просто ниндзя, настолько в нем слабо ощущалась чакра. — Я… хотел бы понять. — Зачем? Саске вздохнул и сел на пол, отзеркалив позу Наруто. Захотелось сказать правду. И, раз они отрезаны от всего внешнего мира, и здесь, глубоко под землей лишь они одни — почему нет? — Потому что я устал. Устал от постоянной лжи вокруг. Все в одночасье будто бы сошли с ума. И просто спокойная жизнь теперь не интересует никого. Постоянные тайные договоренности, которые потом каждая из сторон думают, как бы ловко обойти. Альянсы деревень друг против друга. Отсутствие торговых связей и постоянная гонка за новыми техниками и силой. Сейчас даже нам, АНБУ не говорят, но если не быть слепым и глухим, можно понять, что все идет к войне. И ради чего? — Власть и деньги. Саске потер пальцами переносицу. — Да. Власть и деньги. Но при этом первыми, кто падет — это простые люди. Повисла пауза, но Саске все-таки добавил: — Поэтому, я хотел бы понять тебя.