Ненавистный русский язык...или уже нет?

Оба так не хотели, чтобы каникулы заканчивались. Не хотели возвращаться в привычную, но уже забытую динамику в их жизнях. Но их желания не могли исполниться просто так, поэтому уже месяц они исправно ходили в школу каждые будни. Антон забегал к учителю русского каждую перемену, нуждаясь в дозе обнимашек и целовашек. Арсений и сам успевал соскучиться за те 40 минут, что шёл каждый урок. Ученики в школе начали подозревать их, но в лицо никак не комментировали. Оба, идя по школе, слышали обрывки фраз, в которых явно присутствовали их имена. Но было так плевать, если честно. Они сейчас были слишком счастливы, чтобы тревожиться из-за таких мелочей. В этом плане их жизнь никак не поменялась. Но мужчина начал беспокоиться за психическое здоровье парня. Во время каникул часто вспоминал, как Антона накрыло после воспоминаний об отце и его друзьях (читать: собутыльниках), потому решил отправить школьника к психологу. В период каникул он об этом парню не рассказывал, не желая нагружать его. Спустя неделю после начала учёбы решился на разговор. Откладывать можно вечно, вот только ситуация может ухудшиться. — Тош, я хочу с тобой поговорить, — заявил он, когда зашёл в зал. Антон как раз доделал уроки и складывал учебники в рюкзак. — Что-то случилось? — он пересел на диван, взволнованно смотря на брюнета. — Да… вернее, не совсем. В общем, — он нервничал, не зная, как на это отреагирует подросток. Собравшись с духом, продолжил, — Мы с тобой помним, что у тебя есть психологическая травма, — ученик напрягся в момент. Брови нахмурились, сердцебиение участилось. Арсений выдохнул прерывисто и начал поглаживать парня по обратной стороне ладони большим пальцем. Старался успокоить. — Она пока что никак не проявляется, кроме того случая. Но меня это тревожит. Она может в какой-то момент повлиять на какую-то часть твоего мышления или чего-то ещё, мы ведь этого не знаем. К тому же, у тебя тогда случилась паническая атака. И у меня есть предложение, — Антон предполагал, что хочет предложить мужчина. Ему это не нравилось, но действительно стоило признать, что просто так он с этим спокойно не живёт. Ходить одному по улице спокойно он не может даже днём. Старается незаметно оглядываться, чтобы Арс не заметил и не начал задавать вопросов. В школе тоже ему было не очень комфортно, он старался не оставаться один на один с учителями. Не считая Попова, естественно. Понимал вроде, что это другие люди, многие из которых — женщины и даже бабушки, но поделать с собой ничего не мог. — Я хочу отвести тебя к психологу, — да, парень так и понял, — Я не жду от тебя ответа прямо сейчас, но прошу, подумай об этом. Я думаю, тебе будет легче жить, если ты проработаешь эту травму со специалистом, — юноша опустил взгляд на их руки, ушёл в свои мысли. Взвешивал все «за» и «против». И из «против» было только то, что ему будет некомфортно вспоминать об этом вновь. К тому же, он уверен, что Арсению не дадут сидеть рядом с ним, а так будет вдвойне беспокойнее. Но, с другой стороны, он наконец действительно сможет жить спокойно. Эта паранойя его доконала уже, если честно. — Я могу согласиться, но у меня есть условие, — спустя время он подал голос, но глаза так и не поднял. Его завораживал и успокаивал вид их рук, лежащих вместе. Брюнет проследил за его взглядом и коротко улыбнулся уголком губ, мысленно соглашаясь с тем, как красиво это выглядит, — Психологом должна быть женщина. Девушка, женщина — не важно, только не мужчина, — поднял взгляд, смотря на мужчину максимально серьёзно. Тот кивнул, соглашаясь. — Спасибо, солнышко, — он чуть улыбнулся, поцеловал в висок и поднялся с дивана, — Спать не хочешь? У меня осталась одна стопка тетрадей на проверку и можем ложиться. — Я помогу, — как обычно, сообщил он, направляясь на кухню вместе с Поповым. И вот сейчас они сидят в коридоре какого-то неизвестного Антону здания и ожидают, пока их примет специалист. Арсений позвонил в эту клинику на следующий день, обрисовал ситуацию и договорился на время приёма. Сейчас оба, кстати, пропускали уроки. Но это не вызывало привычной радости, как было всегда. Антон сидит максимально близко к мужчине. Тому пришлось положить ладонь на его колено, иначе парень начинал трясти ногой от нервов. Сидели молча, разговаривать сейчас не хотелось совершенно. — Кто из вас Антон Шастун? — оба синхронно повернулись на голос. Около них стояла молодая симпатичная девушка. Антон сглотнул и поднял руку, — Проходите в последний кабинет, я сейчас подойду, — она показала рукой в коридор. Шаст повернулся к мужчине. Тот ободряюще сжал его ладонь напоследок, невербально сообщая, что он рядом. Парень вздохнул и встал, на негнущихся ногах направляясь к кабинету, — Здравствуйте, в клинику звонили вы, правильно понимаю? — Арс кивнул, девушка присела рядом, — Кем вы приходитесь мальчику? — Парнем, — бесстрашно сказал он. Он знал, что это хороший специалист, потому за такие простые вещи осуждать не станет. И девушка действительно просто кивнула, не показывая каких-либо признаков отвращения или тому подобного. — Есть какой-то смысл разговаривать с ним без вашего присутствия? — она видела, как парень не хотел отходить от Попова, потому вопрос был вполне логичным. — Смысл есть, но может начаться истерика или что-то подобное. Если что, можете меня позвать. Я понимаю, что вы специалист и можете с этим справиться, это просто на всякий случай. — Хорошо, — она кивнула и встала со стула, — Консультация закончится через час. Если что-то будет нужно, можете пройти к стойке регистрации, — сама отошла туда же, о чём-то разговаривая с девушкой, сидящей за стойкой, и ушла в тот же коридор, где скрылся Антон двумя минутами ранее. Мужчина рвано выдохнул. Посмотрел на время. Этот час будет самым долгим в его жизни. И он не ошибся. Каждые 2-3 минуты он смотрел на время, не понимая, почему оно идёт так медленно. Зашёл в туалет, умылся и посмотрел в зеркало. Взгляд был тревожным, руки тряслись, но пока ничего серьёзного. Боже, как же он волнуется за своего мальчика. Тот сейчас сидит в кабинете и разбирает с незнакомым человеком самый болезненный период в своей жизни. Мужчина даже представить боится, что с ним сейчас. Решает надолго не задерживаться в туалете, вдруг его помощь правда понадобится. До начала приёма успокаивал мальчика, а у самого нога трясётся, скоро уже глаз дёргаться начнёт. Он смотрит на время. Прошло только полчаса. — Господи, почему так долго, — шепчет он со вздохом, обращая на себя внимание девушки за стойкой. Та заботливо предлагает ему чай с ромашкой. Брюнет соглашается, однако это не особо помогает. Только руки меньше трясутся. Он уже думает выйти на улицу и покурить, но смотрит на время — осталось 10 минут. Нет уж, он дождётся здесь. Из кабинета всё это время не исходило никаких звуков. Он подходил к двери, старался что-то услышать, но безрезультатно. Стоило полагать, что в кабинете психолога будет хорошая звукоизоляция. Наконец слышится звук открывающейся двери. Арсений вскакивает со стула и выходит в проход, смотря на идущих к нему Антона с психологом позади. На удивление мужчины, парень выглядит совершенно спокойно. Однако, как только он подходит, сразу хватает руку брюнета мёртвой хваткой, боясь отпустить. Тот тоже сжимает руку, стараясь успокоить хотя бы немного. — Травма относительно сильная, но не критично. Нужно будет её проработать, потому настоятельно рекомендую походить ко мне ещё несколько раз. Если оставите всё на самотёк, рано или поздно это перерастёт в паранойю похуже, — мужчина смотрит на Антона, тот кивает просто, не желая произносить сейчас что-либо. — Хорошо, запишете нас на следующий сеанс? Записавшись на сеанс через неделю, парни одеваются и выходят из здания. Скрывшись от глаз психолога и девушки на ресепшене, Антон сразу накидывается на брюнета с объятиями. Тот обнимает в ответ, поглаживает по спине. Понимает, насколько сложно ему сейчас было. Не знает правда, сколько они успели обговорить за этот час, но видит, что Антон жутко измотан. — Солнышко, поехали домой, тебе нужно отдохнуть. Я буду рядом, — тихо говорит он на ухо школьнику, продолжая медленно поглаживать. Тот отстраняется и кивает. Они залезают в машину и уезжают оттуда. Дома Антон сразу переодевается и укладывается в кровать. Засыпает почти моментально, но тревожным сном. Часто что-то бормочет, брюнет слышит это из соседней комнаты. Он взял вчера бумаги домой, чтобы не ехать специально сегодня в школу и разобраться с ними здесь. Устав слышать беспокойный голос, он наспех всё доделывает и тоже идёт в кровать. Время всего 4 вечера, потому утром он успеет перепроверить всё, что сейчас написал. Заходит в спальню, а сердце разрывается от вида такого тревожного мальчика. У него ресницы мокрые, руки беспорядочно елозят по кровати, иногда сжимая простынь или одеяло, брови нахмурены. Он раздевается и ложится рядом, аккуратно притягивая Антона к себе, боясь разбудить. Через несколько минут тот забывается в спокойном сне, а мужчина наконец выдыхает. Что-то ему подсказывает, что ночью он проснётся не раз, чтобы успокоить тревожность его малыша.

***

Подошло время сдачи ЕГЭ. Арсений чудом не понял, что Антон сдаёт выбранные предметы просто потому что лучше всего их знает, поэтому сюрприз оставался сюрпризом. Парень очень нервничал, хотя знал, что прекрасно понимает весь материал. Он решил уже пробников 30 по обоим предметам в интернете почти на высший балл. Пробники также были сданы прекрасно. Но это ведь экзамены, тут без нервов никак. — Арс, а вдруг я забуду какое-нибудь время? Или третью форму слова? А вдруг… — парни подъезжали к школе. Сегодня Антон сдаёт английский, который даётся ему немного сложнее, нежели литература. — Антош, мы с тобой прогоняли все формы слов вчера вечером, и ты всё отлично ответил. Времена прогоняли вчера днём. Солнце, у тебя всё получится, — машина остановилась на парковке у двора школы. Арсений развернулся и посмотрел на парня. Тот сидел хмурый, нога дёргалась. Он на нервах всю последнюю неделю и мужчине его искренне жаль. Помнит, как нервничал перед экзаменом. Вот только его никто не успокаивал и не помогал готовиться, поэтому он старался делать всё, чтобы юноше было не так тяжело, — Посмотри на меня, — тот повернулся, учитель взял его за руку и чуть сжал, — Я буду ждать тебя в коридоре. Я в тебя верю, Тош, — он прошептал это совсем тихо, после нагнулся и поцеловал ученика. Тот сразу же ответил, свободной рукой хватаясь за плечо брюнета и сжимая. Всё ещё нервничал, но уже не так сильно. Было спокойнее, зная, что Арс будет за дверью. Стоя перед дверью кабинета, где проводится экзамен, Антон всё никак не мог решиться зайти. — Я рядом, солнце, — брюнет прошептал это на ухо парня и несильно сжал плечо, подбадривая. Юноша выдохнул и чуть трясущейся рукой нажал на ручку двери, пропадая за ней. Арсений рвано выдохнул и присел на скамью напротив кабинета. Он был уверен, что Антон всё идеально напишет, но волнение всё равно присутствовало. Вид такого нервного Антона влиял на него, делая таким же. Он вздохнул и прикрыл глаза, оставалось просто ждать. Экзамен длится несколько часов и всё это время мужчина просидит в коридоре, дожидаясь своего мальчика. Перед Антоном появился лист с заданиями. Как только бланк был заполнен, а время начала экзамена зафиксировано на доске, парень приступил к выполнению. Нервы отошли на второй план, ученик полностью погрузился в задания. Письменная часть для него была самой лёгкой, поскольку можно было спокойно перечитывать задание множество раз и вернуться к нему позже, если не можешь решить сейчас или не уверен в ответе. На это он потратил два часа. Ещё 20 минут перепроверял всё написанное, выдохнул и отдал экзаменатору. Теперь нужно было выполнить аудирование. Дважды ему включают запись, он должен соединить услышанные высказывания и утверждения, написанные на листе. Затем он прослушал диалог и выбрать, какие утверждения по этому диалогу являются верными. Далее он услышит интервью и должен будет сделать 7 заданий, связанных с услышанным. Аудирование он считал самой сложной частью экзамена, поскольку иногда мог не так понять то, что говорит человек. Теперь ему нужно поработать с текстами. Это было не так сложно, как аудирование, но сложнее письменной части. На это ему предоставляется полчаса, которые он сидит полностью, кое-как успев всё выполнить. Когда оставалась последняя часть экзамена, в которой он должен написать два сочинения, парень попросился выйти. В коридоре Арсения не оказалось, чему Шаст удивился и очень сильно расстроился. Ему нужно было немного передохнуть и абсолютно точно ему требовались объятия. Опустив голову и засунув руки в карманы джинс, парень поплёлся в туалет. С брюнетом он разберётся потом, сейчас хочется попить. И плевать, что вода из-под крана далеко не самая чистая, он не пойдёт до столовки. Зайдя в туалет, юноша наклоняется над раковиной и жадно глотает воду, в горле пересохло. Выпрямившись, он услышал, как кто-то выходит из кабинки и резко обернулся, сам не зная, почему испугался. Глаза вмиг округлились, будто перед ним предстал какой-то призрак. Из кабинки вышел Арсений, не менее удивлённо смотрящий на Антона. Оба синхронно двинулись вперёд, врезаясь друг в друга и крепко обнимая. Сердца бились бешено, словно они не виделись несколько лет, а на губах играли счастливые улыбки. — Будто с войны вернулся, а ты меня встречаешь, — прошептал мальчик куда-то в шею мужчины, негромко хихикая. Арсений улыбнулся ещё шире и потянул младшего в кабинку. Всё-таки это не самое лучшее место и время для объятий учителя с учеником. — Ну что, как дела? Ты закончил? — Осталась последняя часть, — он облегчённо улыбался, наслаждаясь успокаивающими объятиями, — Я думал, что ты ушёл, тебя в коридоре не было, — на грани слышимости прошептал. Мужчина чуть отпрянул от него, целуя в уголок губ. — Куда бы я ушёл? Я тебя тут хоть сутки прождать могу, не переживай, — улыбнулся, вновь обнимая, — Всё, тебе пора, а то потеряют, — спустя пару молчаливых минут подал голос брюнет, отходя от юноши. Тот рвано выдохнул, — Совсем немного осталось, не переживай. Я тебя жду, — он ободряюще улыбнулся, коротко поцеловал юношу и вышел из кабинки. Младший вышел следом и пошёл в кабинет. Арсений подождал пару минут и тоже вышел, чтобы это не выглядело подозрительно. Мужчина всё ещё улыбался, думая о том, как забавно они встретились в туалете. Он задумался о том, что Антона ведь действительно могут забрать в армию. Конечно, после школы он поступит в университет и забирать его в это время не будут, но ведь он не будет учиться там до 27 лет. На сердце становится тревожно, когда он понимает, что с парнем там может что-то случиться. Хоть на войну его не отправят, он может получить там множество травм. А с его неуклюжестью этого не избежать. К тому же, там будет много парней, таких же молодых, как сам Шастун. Он ведь может найти себе там кого-то другого. Сколько бы он ни говорил, что любит только Арсений, всё-таки мужчина уже не такой молодой. Он постарался отогнать эти мысли, дабы Антон не застал его в состоянии тревоги и паники. А ещё постарался уверить себя, что Антон действительно останется с ним и не найдёт кого-нибудь получше. Шастун вышел из кабинета спустя час и выглядел совсем вымотанным. Кивнул головой в сторону лестницы и пошёл туда, мужчина пошёл за ним. Парни сели в машину, мужчина повернулся к юноше. Тот пристегнулся и прикрыл глаза на пару секунд, после повернулся к учителю и улыбнулся. — Как себя чувствуешь? — Антон чуть удивился, услышав этот вопрос. Он думал, что старший спросит о том, как тот написал. Однако вопрос был совсем другой, что заставило улыбнуться ещё сильнее. — Устал, но нормально. Эти сочинения выматывают, — признался он, поворачивая голову и теперь смотрел перед собой. — Согласен. Помню, когда я сдавал английский, просидел до конца времени с этими сочинениями. Самое сложное, как по мне. — Для меня устная часть самая сложная, — пожал плечами, прикрывая глаза. Брюнет завёл машину и поехал домой, стараясь ехать аккуратнее, чтобы не помешать парню, который задремал через пару минут. По приезде домой юноша сразу пошёл спать, объяснив это тем, что не выспался ночью. Арсений спал и не видел, как тот судорожно прорешивал пробники в телефоне, но почему-то был уверен, что так и будет. Он лёг на кровать вместе с Антоном и взял наушники, чтобы не мешать тому спать, удобно устроившись на груди старшего. Литературу сдать было намного легче, поскольку парень за 11 лет учёбы прочитал всю школьную программу и многие другие классические произведения. Делать-то больше нечего, а тут хоть начитанным будет. Не зря время тратил, как оказалось, экзамен легко написал. Хотел уйти, когда прошла половина времени от экзамена, но учитель истории, которая сидела с ними, настоятельно порекомендовала ему посидеть ещё. Арсений, сидящий рядом, лишь пожал плечами. Он прекрасно знал, что Антон уже всё сделал, проверил и полностью в себе уверен. Но Екатерина Сергеевна этого не знает. Русский язык он тоже написал отлично, лишь с математикой возникли проблемы, поэтому он просидел всё отведённое на экзамен время. Хоть парень и был в себе уверен, когда пришли результаты, руки начали жутко трястись. Он очень боялся, что не наберёт нужное количество баллов для поступления на филолога. Чтобы поступить на бюджет, ему нужно по всем предметам набрать достаточно высокий балл. И парень боялся за результаты по математике и английскому. — Антош, пойдём смотреть итоги, — подозвал его к себе Арсений. Мужчина сидел за столом перед ноутбуком, где одним нажатием можно было увидеть результаты. Антон же стоял на пороге спальни, за спиной брюнета не видя экран ноутбука. Просто боялся подойти ближе и посмотреть. Руки прятал за спиной, чтобы Арсений не увидел, как сильно юноша переживает. — Может не надо? — прозвучало слишком жалобно, как показалось Антону. Но он ничего не может с собой поделать. — Антош, ну как не надо? Ты так старался, готовился, я уверен, что там всё хорошо. Да и чего ты так сильно переживаешь, ты же ещё не выбрал, куда поступать будешь, — в ответ молчание. Секрет юноша так и не раскрыл, ещё рано, потому ответить сейчас было нечего. Выдохнув беспокойно, Шаст всё же подошёл к мужчине. Шёл медленно, маленькими шажочками. Как только старший навёл курсор на нужную кнопку, Антон закрыл глаза руками, смотря через маленькую щёлку меж пальцев. Первым Арсений открыл литературу. — Тош, — он повернулся на парня, ожидая, когда тот откроет глаза и нормально посмотрит в экран, — я литературу открыл, посмотри, — слышно было улыбку, поэтому младший всё же решился открыть глаза. И сразу же выпучил их, словно увидел что-то страшное. Или прекрасное, тут как посмотреть. Спустя несколько секунд на губах появилась радостная улыбка, Шаст перевёл на брюнета неверящий взгляд. На экране большими цифрами было написано «93!», — А ты боялся, дурак мой любимый, — он чуть привстал и коротко поцеловал юношу в мягкие губы. Тот даже не успел как-то отреагировать, всё ещё радуясь. Но вскоре отмер, осознавая, что это лишь один предмет. А ещё 3. — Давай русский, — он решил оставить страшное напоследок. Попов послушно открыл результаты экзамена по русскому и вновь улыбнулся, разворачиваясь. Антон светился такой же улыбкой, которую видел перед собой. 98 баллов. Старший снова поцеловал его в губы, на что Антон теперь отреагировал, постарался утянуть его в более продолжительный поцелуй, но брюнет отстранился. — Сейчас я обрадуюсь остальным результатам и тогда получишь свою награду, — он улыбнулся, поворачиваясь обратно к ноутбуку. А вот Антон напрягся, ощущая учащённое сердцебиение. Мужчина открыл английский язык. Антон вновь зажмурился. Открыл глаза только через несколько секунд после звука щелчка. Облегчённо выдохнул, видя на экране 90 баллов. Осталась только математика. Решив, что стоит «отдирать пластырь резко», он даже не закрывал глаза и попросил Арса быстрее открывать. Тот послушался, навёл курсор на слово «Математика — результаты» и нажал. Парень не знал, как реагировать. На экране высветилось «71!». — Тош, ты чего? — на этот раз Арсений не увидел счастливую улыбку, когда обернулся. Сам же он был несказанно рад. Хоть по этому предмету Антон и не набрал высший балл, остальные всё перекрывали. Он не сомневался, что тот поступит туда, куда захочет без проблем. Но младший его мнения, похоже, не разделял, — Антош, всё же отлично, что такое? — брюнет встал со стула и присел на кровать, — иди сюда, — он похлопал по своим коленям. Антон молча сел, в голове активно вычислял, хватит ли ему баллов. Но из-за стресса нормально сосчитать всё никак не получалось, — Тош, посмотри на меня, — юноша послушано повернулся, отвлекаясь от расчётов, — Почему ты такой грустный? — Арс, 71… Это же, ну, мало. — Солнце, у тебя по остальным предметам практически высший балл. Я уверен, в параллели никто не написал так хорошо, как ты. Это прекрасный результат. У тебя всего 352 балла, этого хватит для многих учебных заведений, — пока Антон пытался уместить в голове, что общего количества баллов более, чем достаточно для поступления, Арсений пытался хоть как-то подбодрить его. Плечи сжимал, поглаживал, улыбался, глаза светились счастьем и гордостью за своего мальчика. Видя, что ничего не помогает, он наконец поцеловал его. Поцеловал нежно, чувственно. Губами аккуратно проходился по губам юноши, языком проводил по кромке его губ, не стараясь как-то углубить поцелуй. Младший наконец оттаял, осознав, что у него всё получилось, он молодец и Арсений рад за него. Последнее было для него самым важным. Начал отвечать на поцелуй, руками обнимая за шею. Старший одну руку вплёл в волосы, перебирая русые пряди, вторую уместил на бедре. Теперь осталось только рассказать Арсу, куда же он собирается поступать, и подать документы. Он надеялся, что в одном из трёх универов, которые он нашёл в Питере, будет бюджетное место для него.