Ненавистный русский язык...или уже нет?

После того вечера Антон начал чувствовать себя особенным для Арсения. Он понимал, что это не так и учитель просто помог своему ученику. Однако мозг отказывался его слушать. В голове теплилась надежда, что Арсений может стать его другом. Но парень понимал, что это слишком глупо. Их отношения — учитель-ученик. Другого и быть не может. Дима уже выздоровел, но возвращаться в Питер пока не спешил. Он сказал, что его мама нашла там, в Воронеже, какую-то хорошую работу и теперь отказывается лететь обратно. На Антона эта новость упала, как снег на голову. Он отчаянно ждал друга, как Хатико. Они уже давно не виделись, а друзья к отцу стали захаживать даже днём, поэтому он часто оставался до поздней ночи на улице. Но теперь, по настоянию Арсения Сергеевича, стал надевать куртку. На самом деле погода уже днём была холодной, выше -2 не поднималась, поэтому по-другому было никак. А по утрам парень ходил тихо, прислушивался к посторонним звукам, дабы проверить, спит ли отец. А тот всё чаще начал вставать раньше парня. Или вообще не ложился. Поэтому воровать деньги становилось весьма проблематично. Куртка отца висела прямо напротив входа в кухню, поэтому всё было слишком хорошо видно. Парень из-за этого стал, кажется, ещё худее. Есть-то не на что было. До воровства из магазина он опуститься не мог, поэтому приходилось иногда голодать по два-три дня. Арсений, к слову, тоже заметил, что парень стал ещё худее. Кости уже выпирали настолько, что было страшно смотреть. Но на все вопросы учителя тот отвечал, что каждый день кушает по два раза и не так плохо, как в тот день, когда они просидели до поздней ночи во дворе. Мужчина, естественно, не верил ему, но тот ни в какую не хотел сознаваться. Даже угощения от учителя не принимал, говорил, что не голодает и Арсению можно самому это съесть. Однако в день, когда у них было взвешивание, Арсений зашёл в мед.кабинет очень невовремя. Как раз взвешивали Антона. У парня был рост 187 см и при этом вес 47 кг. Медсестра тогда очень испугалась за парня, а Арсений по-быстрому забрал его с собой и повёл в свой кабинет. — Антон, ничего не хочешь мне рассказать? — этот допытывающий взгляд было очень сложно выдержать. Голубые глаза, казалось, смотрели в душу и были слегка потемневшими. Мужчине очень не нравилась сложившаяся ситуация. — А что вы хотите услышать? — Антон не мог смотреть учителю в глаза, но всё равно старался сделать вид, что не понимает, в чём проблема. Врать Арсению почему-то было слишком сложно. Порой он мог без труда соврать даже Диме, если этого требовала ситуация, что уж говорить про других. Но лгать этому голубоглазому было просто невозможно. Ему всё чаще хотелось рассказать про ситуацию с отцом, с Димой, со своим питанием и вообще со своей жизнью. Он слишком устал постоянно говорить, что у него всё в порядке. И рассказать хотелось именно Арсению. — Я хочу услышать, почему ты, имея такой высокий рост, весишь так, словно ты уже труп и не ел с 2020 года. — Я же вам говорил, я нормально питаюсь, — он всё также старался не смотреть на Арсения. Учитель, вздохнув, присел перед Антоном на колени и заглянул в глаза. — Антош, что происходит? — наедине Арсений часто называл так парня. Сначала Антон слегка смущался, краснел, но вскоре привык. Их отношения и правда могли бы быть дружескими, если бы не то, что Антон до сих пор к мужчине на «вы». Парень метался. Он не хотел рассказывать, не хотел вываливать ещё на кого-то кроме Димы свои проблемы и потом терпеть жалость. Он не особо любит, когда его жалеют. Хоть изредка этого и хочется. — Антош, расскажи мне, я ведь правда переживаю, — тон у учителя был почти умоляющим. По нему правда было видно, что он сильно переживает. Только Антон никак не мог понять, почему столько внимания именно к его персоне. Ведь есть та же Ира, которая уже активно пытается склеить учителя. Недолгое время в кабинете повисла тишина, но Антон всё же решился. — Да, я ничего не ем, — со вздохом произнёс младший, — отец не даёт мне карманные, а недавно спалил, как я брал у него деньги из куртки. Мне тогда попало и теперь он контролирует меня в этом плане. А больше мне неоткуда брать деньги на еду. Мой лучший друг уехал в другой город и я не могу ни у кого одолжить денег на поесть. Как-то так. Под конец он чувствовал небольшое облегчение. Наконец-то он смог хоть что-то рассказать. Он устал от того, что не может даже пойти на физ-ру нормально. Получает двойки по этому предмету, ведь иначе ещё в начале урока упадёт в голодный обморок. Да он итак несколько раз уже падал. Благо, не в школе. Арсений выглядит ещё более встревоженным. — А дома у тебя разве нет еды? Отец ничего не готовит? — парень отрицательно помотал головой, — Как это? Он как будто не понимает, что все люди должны кушать, — Антон на это только вздохнул, — а он сам-то что ест? — парень пожал плечами. В классе воцарилась минутная тишина. — Таак, хорошо. Когда ты последний раз ел? — Антон погрузился в воспоминания. Из-за недосыпа и отсутствия питания у него уже память ухудшилась. — Вроде три дня назад, — неуверенно выдал он. — Когда?! — мужчина был ошеломлён этой информацией. Как вообще можно было столько времени прожить без еды? — Ужас, Антон. Давай так. Сколько у тебя ещё уроков? — Два, — Арсений кивнул. — Хорошо, после уроков жду тебя на крыльце школы, — Антон только хотел задать вопрос, но его опередили, — не спрашивай, потом сам поймёшь. Всё, иди, у тебя скоро урок начнётся. Эти два урока Антон провёл как обычно. Активно отвечал, выходил к доске. Он сразу понял, что Арсений Сергеевич хочет его накормить. Только на переменах он сидел в туалете и думал, согласиться или отказаться. Вообще, он предполагал, что его просто так не отпустят, если он откажет. Вот только было неудобно. Это не его друг и вроде даже не приятель. Это просто его учитель. Просто учитель, который приютил у себя дома на ночь. Просто учитель, который хочет его накормить за свой счёт. Просто учитель, который волнуется за него, как за своего сына. Просто учитель?

***

Арсений сидел в своём кабинете и ждал конца урока. Его рабочий день уже закончился, осталось дождаться Антона, у которого это последний урок. Он не сидел просто так, он размышлял. Понимал, что к обычному ученику он бы так не относился. Он привёл Антона к себе домой, чтобы тот не ночевал на улице. Любому другому ученику он бы предложил поспать в подъезде или вообще прошёл бы мимо. А с ним он сидел до поздней ночи во дворе, болтая. Он сейчас поедет с Антоном в магазин, чтобы после вновь привести к себе домой и накормить его. Он волнуется за этого мальчишку. И совсем не так, как за своего ученика. Ему хочется называть Антона другом, но он понимает, что не получится. Они почти не знают друг друга. А парень явно не станет рассказывать учителю про своего отца. Мужчина уже давно понял, что отец у того пьяница, а матери нет. Причину её отсутствия он не знает. Чувствует, что узнает позже. Но когда наступит это позже? И наступит ли вообще? А нормально ли дружить со своим учеником? Нормально ли приводить своего ученика к себе домой, заваривать чай и давать свою одежду на ночь? Нормально ли дружить со своим учеником, будучи геем? Нормально ли осознавать, что этот самый ученик как раз в его вкусе? Слишком много вопросов. И на все ответ «нет», но мужчина хочет выкинуть этот ответ из головы. Он понимает, что начальство его за такое по головке не погладит. А как иначе? Он не может просто забить на пацана, видя, как тот страдает. Спит на улице, не ест по несколько дней. Арсений постарается поддерживать эту недодружбу, которая, возможно, в будущем перерастёт в дружбу. Он на это надеется. А ещё он надеется не довести до того, чтобы дружба переросла в отношения. Хотя такого точно не будет. Будет только невзаимная любовь. А с этим он уже вдоволь намучался.

***

Антон выходит из здания школы, сразу замечая у крыльца Арсения Сергеевича. Он уже понял, что отказаться не получится, поэтому пообещал себе съесть немного. — Арсений Сергеевич, добрый день, — обратил на себя внимание мальчишка. — О, Антон, привет. Пойдём, — он отошёл от столба и сразу пошёл в сторону калитки, оглядываясь. Антон пошёл за ним. — Как оценки? Двойку по математике исправил? — Какую? — а он и забыл, что в ту ночь наплёл учителю. — Ну, из-за которой ты с отцом поссорился. У тебя их несколько что-ли? Ты ж почти отличник. — А, ту, да-да, исправил, — Арсений одобрительно улыбнулся. Завтра он планировал проверить оценки ученика. Что-то ему подсказывало, что никакой двойки не было. А именно пьяный смех и крики, которые он слышит каждый день из кухни Антона. — Куда мы идём? — спросил парень, когда они подошли к остановке. — Мы поедем к дому, там зайдём в продуктовый. Приготовлю тебе что-нибудь. Ты ж без меня так и продолжишь голодать, — Антон только хмыкнул, — у тебя на проезд деньги есть? — Проездной, — мужчина кивнул, завидев подъезжающий к остановке автобус. — Наш, пошли.

***

Арсений оставил младшего в зале, дав пульт от телевизора. — Если что, ютуб есть. И ушёл на кухню готовить. Он планировал пожарить курицу с грибами и макароны. Делов на час-два, но было такое ощущение, что, если парня не покормить прямо сейчас, то он откинется. Поэтому мужчина старался чуть ускорить процесс готовки. Когда Арсений уже почти закончил, на кухне появился Антон. — Можно воды попить? — Я уже почти всё, давай лучше чай налью? — парень пожал плечами и присел за стол. — Я руки помыл, если что, — учитель только кивнул, улыбнувшись. Антон, как и хотел, съел немного. Пару кусочков курицы и чуть меньше половины макарон. В него точно могло влезть и больше, но всё ещё было неудобно. — Я наелся, — парень нехотя отодвинул от себя тарелку, что не укрылось от мужчины, и сделал несколько глотков чая, почти осушив кружку. — Ты чего? Ты съел то всего ничего. Кушай давай, мне не жалко, — но Антон отрицательно помотал головой. Арсений положил вилку в тарелку и посмотрел на парня, — Антош, почему ты не кушаешь? — тот молчал, — Тош, ну не молчи. Тош. Что-то новенькое. Ох, Арсений, не в ту сторону поворачиваешь, ой не в ту. — Я не хочу больше. — Антон, не ври мне. Оп, сразу на «Антон» перескочили. Арсений Сергеевич, не надо так. Парень помолчал, но сдался под тяжёлым взглядом голубых глаз. — Мне неудобно просто, — Арсений сделал вопросительно выражение лица. Придётся пояснить, — ну вы меня домой к себе привели, переночевать дали. Сейчас ещё кормите за свой счёт. Я как бомж с улицы какой-то. Или содержанка. Зачем вы это делаете? Ох, если бы Арсений знал ответ на этот вопрос. Антон выжидательно глядел на мужчину. Видимо, и у него не получится отмалчиваться. — Да просто волнуюсь я за тебя, Антош. — Почему? Почему именно за меня? Что я вам такого сделал, что вас интересует моё состояние? Я же просто ваш ученик. В последнее не верилось обоим. — Знаешь, я больше вижу в тебе друга или приятеля, чем ученика. И оба удивились сказанному. Арсений, что он осмелился такое сказать. Антон, что не он один хочет считать их отношения дружескими. — Так, может, будем друзьями? — не подумав выдаёт парень. Арсений на это улыбается, а сам не знает, как ответить. Он боится потерять работу, не проработав там и месяца, но называть Антона другом на законных основаниях очень хочется. Они общаются две недели и уже некомфортно общаться с парнем, не имея возможности назвать его другом. — Хорошо, — всё же соглашается мужчина, на что Антон искренне улыбается, — а теперь давай-ка ты доешь порцию, хорошо? — парень активно кивает головой и придвигает тарелку обратно к себе. Они поели и сейчас сидят в зале на диване, смотрят какую-то российскую комедию. — Арсений Сергеевич, — зовёт парень, когда мужчина тянется за пультом. Фильм закончился. — Арсений, — поправляет он младшего, не отвлекаясь от экрана. — Что? — переспрашивает тот, думая, что ему послышалось. Учитель всё-таки смотрит на парня. — Если мы друзья, то к чему «выкать»? Арсений, можешь Арс. Но в школе обязательно «выкай» — Антон ещё несколько секунд переваривает информацию, прежде чем ярко улыбнуться и весело закивать головой. Арсений тоже улыбается, наслаждаясь видом такого радостного парня, — а чего хотел-то? — А, я хотел сказать, что уже поздно, мне домой надо, — было видно, что парень не хотел этого говорить. Он в принципе не хотел домой, что было неудивительно. — Точно? У тебя ж отец пьяный дома. — Нет, он же только по праздникам пьёт. Сегодня трезвый. — Антош, — с нажимом позвал его старший, — долго ещё мне заливать будешь про непьющего отца? — парень хотел уже удивиться, мол, с чего вы взяли, но по взгляду учителя понял, что бессмысленно. — Откуда вы…ты узнал? — чуть поникшим голосом. — Я каждый день слышу, как твой «трезвый» отец веселится с друзьями на кухне. Не думай, что я не могу понять, почему ты делаешь домашнее задание во дворе, а домой приходишь только переночевать. Ну, конечно, если вообще приходишь. Антон тяжело вздохнул. — Может у меня переночуешь? — Ты чего, мне нужно ещё учебники из дома забрать. — Ну давай сейчас сходим, потом вернёмся. — Сходим? — Арс, что, собирается идти с ним? — Ну да, давай я схожу с тобой. Не думаю, что ты вернёшься обратно, если зайдёшь домой. — Это почему? — Тош, когда у тебя был пластырь на щеке, ты о тумбочку ударился? — Ну да, — как ни в чём не бывало отозвался Антон. — А если честно? — Ты что, и это понял? — теперь парень выглядел немного расстроенным. Вероятно тем, что настолько плохо врёт. — Ну слушай, это было не так и трудно. Может ты не будешь врать мне про это всё? Я же тебя осуждать не стану, ты-то не виноват, — Антон со вздохом кивнул, — так, бери рюкзак, пойдём за учебниками. Они подошли к квартире Антона, как тот почему-то замешкался. — Боишься? — предположил мужчина. Антон помотал головой и, собравшись с силами, открыл дверь в квартиру. Он не ночевал дома уже полторы недели. Интересно, заметил ли это отец. Они вдвоём зашли в квартиру. Парень жестом сказал не захлопывать дверь и тихонько пошёл в комнату. Арсений остался ждать в коридоре. — Слышшь, а ты кто вообще? — к брюнету тут же вышел неопрятный мужчина средних лет. — Я с сыном вашим пришёл, учитель его. — Хер ли ты делшь в моей квартре ночью? Вышел быстро, — отец парня повысил голос, подходя ближе к Арсению. — Антона дождусь и выйду, идите дальше пить. Вас там друзья заждались, — нет, ну для Андрея это уже была наглость. Он замахнулся, целясь в лицо брюнета, однако тот перехватил его руку и, вывернув, повернул того к стене и прижал. Да, он-то уж был посильнее Антона. — Володя! — громко крикнул мужчина, после чего сзади появился такого же крепкого телосложения мужик. Он пихнул Арсения в сторону, тот ударился плечом о шкаф. Антон уже услышал грохот, поэтому как можно скорее собрался и вышел из комнаты. Арсений в этот момент повернулся к парню и ему тут же прилетело по носу от Володи. Отец, заметив сына, сразу пошёл к нему. Однако дверь в комнату парня открывалась наружу — ремонт делал отец — и он резко распахнул её, почти снося с ног офигевшего Андрея. После парень подошёл к Володе, который уже успел ударить Арсения в спину, заставив выгнуться, а затем в живот, заставив согнуться в три погибели. Мужчина не заметил парня, который снял с плеча рюкзак, полный учебников, и с силой ударил алкаша по голове. Затем взял Арсения за руку и они быстро скрылись за дверью квартиры. Антон захлопнул дверь, на всякий случай сразу вызывая лифт. Отец, конечно, обычно не выбегает за сыном, но тут же необычный случай. — Арс, ты как? Идти можешь? — Антон взял учителя за руку и повёл к открывшимся дверям лифта. Тот молча кивнул, чуть сгибаясь и держась за живот, — Щас мы к тебе придём, потерпи. У Арсения тем временем кровоточил нос и кружилась голова. Он, конечно, мужчина не из слабых, но два пьяных громилы это вам не шутки. Антон всю дорогу до дома держал Арсения под руку и всячески успокаивал, понимая, как тому больно. Сам не раз отхватывал. И не только от отца с Володей. — Арс, где ключи? — мужчина убрал руку с живота и достал из кармана штанов связку ключей. Антон открыл дверь и повёл мужчину к лифту. Дома Антон повёл Арсения в зал и посадил на диван, а сам побежал за аптечкой ванную. Нужна была ватка и обезболивающее. Кровь никак не прекращала течь из носа. Теперь парень уже не на шутку боялся. Найдя аптечку, он прибежал в зал и сел перед брюнетом на колени. Тот держал одну руку под подбородком, чтобы не запачкать ничего кровью, а второй рукой сжимал диван. Живот болел адски, как и спина. Голова уже почти не кружилась. Ну, хоть что-то. — Так, держи ватку, это для носа, — парень протянул два клочка ваты, — сейчас сбегаю за водой, выпьешь обезбол. Жди. Парень помчался на кухню и спустя полминуты прибежал обратно с кружкой в руках. — Так, вот таблетка, вот вода. Пей, — Арсений послушно выпил и отдал кружку Антону. Тот поставил её на стол, — ну как, лучше? — мужчина отрицательно покачал головой. Антон посмотрел на руку брюнета, что сжимала обивку дивана, и взял её в свою, сжимая. Мужчина поднял удивлённый взгляд на парня, но тот только улыбнулся. — Как ты вообще терпишь такое? — удивляясь, спросил мужчина. Он сжимал ладонь парня, но было легче. Когда ты сжимаешь человеческую руку, а она сжимает твою в ответ, а не обивку дивана, действительно становится не так больно. — Ну а как иначе? Отец и все его друзья сильнее меня. Даже ты сильнее меня, а тебя вон как. У меня выбора в принципе и нет, — он пожал плечами и невесело улыбнулся. Ватка уже вся пропиталась кровью. Парень протянул свободную руку к лицу мужчины и достал обе, откладывая в сторону, — кровь вроде остановилась. Так, дай руку, — мужчина протянул свободную руку, она вся была в крови. Парень, отпустив вторую, взял со стола влажные салфетки и протёр ладонь. — Так, давай-ка я отведу тебя в спальню. Времени много, спать пора, — Антон встал с пола взял под руку Арсения, идя в сторону спальни. Обезболивающее всё ещё не действовало, поэтому идти было больно. Парень посадил его на кровать, заранее откинув одеяло, — так, в этой одежде спать будешь? У тебя кофта в крови, снимай, я застираю. Мужчина кивнул и попытался снять толстовку, но спину прострелило болью и он резко замычал. — Стой, подними руки, — учитель послушался и с него сняли предмет одежды, оставляя его в одних штанах, — всё, ложись, постарайся заснуть. Я пойду застираю и в зале потом лягу. — Антош, — позвал он парня на выходе, тот обернулся, — одежду возьми, в зале на кресле лежит, — парень кивнул, выключил свет и вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Арсений остался один в комнате. Из ванной послышался звук воды. Мужчина понял, что Антон переживал такое достаточно часто, судя по тому, что его отец так просто полез на учителя. А раз парень ещё и домой боялся приходить, такое явно происходило часто. Какой же Антон сильный, раз до сих пор не сделал ничего с собой. У него не осталось бы других вариантов, потому что с отцом он ничего сделать не мог, а квартиру можно снять только после 18-ти. Потом мужчина подумал о том, какой Антон заботливый. Воду дал, таблетку дал, в комнату увёл, кофту стирает. Было невыносимо приятно от того, что парню также небезразлично состояние Арсения, как и мужчине его. Арсений обещал себе, что дальше дружеских отношений это не зайдёт. Вероятно, любой хороший друг также заботился бы, но для мужчины это было слишком приятно. Тут и правда грех не влюбиться. Но нужно постараться. Парень хоть и заканчивает выпускной класс, но он младше Арсения на 9 лет. Для самого Попова это не проблема, вот только не хочется, чтобы парень на пике своей молодости сидел дома с дедом и пил чай. Не хочется портить ему жизнь. Мужчина заснул не с самыми хорошими мыслями.

***

Парень отстирал красные пятна с толстовки, отжал её и стал думать, куда повесить её сушиться. В голову пришла идея повесить на балкон, но тот, видимо, расположен в спальне Арса. Ну, делать нечего. Парень приоткрыл дверь в спальню, кинув взгляд на мужчину. Спит. Он тихонько прошёл к балконной двери, нажал на ручку и вышел туда. Окна были закрыты, однако всё равно в тонкой рубашке было холодно. Он повесил толстовку на сушилку и вышел с балкона, тихо закрыв дверь, а после прикрыв дверь в спальню. Стараясь не топать, он прошёл в зал и, увидев на кресле вещи, переоделся. Хотел было уже лечь спать, как взгляд зацепился за рюкзак. Он же не делал сегодня домашку. — Сука, — шёпотом выругался парень и, взяв рюкзак, сел за стол. Время было половина четвёртого утра, когда домашки осталось сделать совсем немного. Парень достал из ушей наушники и пошёл в туалет. На обратном пути он услышал из спальни тихое мычание. — Арс? Ты чего не спишь? — парень приоткрыл дверь и заглянул в спальню. В лунном свете было видно, как Арсений, лёжа на боку лицом к двери, держался за живот, — Понял, ща таблетку принесу. Потерпи. Антон пошёл в зал и взял из пластинки обезбол. Он специально не убирал таблетки обратно в аптечку. Знал, что ночью снова заболит. Сходил на кухню за водой и пошёл в спальню. Не включая свет, он прошёл в комнату и сел на край кровати. — Арс, повернись, таблетку надо выпить, — мужчина аккуратно развернулся и протянул руку. Антон дал таблетку и кружку, сразу придерживая голову, чтобы Арс не пролил воду на себя. Учитель лежал перед ним с голым торсом, но Антон не мог сейчас обращать на это внимание. Нужно было помочь мужчине. Тот свободной рукой, — второй он держался за живот, — нащупал на кровати руку Антона и сильно сжал её. Парень сжал ладонь учителя в ответ, но не сильно, а для обозначения того, что он здесь. Спустя несколько минут боль начала немного отпускать. Арсений открыл глаза и посмотрел на парня, который уже клевал носом, но руку не отпускал. — Тош, ты чего не спишь? — мужчина посмотрел на будильник на тумбочке. Почти 4 утра. — Да домашку делал, днём забыл совсем об этом, а вечером уже не до этого было, — чуть усмехнулся парень, — тебе легче? — мужчина кивнул. Парень отпустил руку и встал с кровати, — ладно, я пойду, мне там немножко доделать осталось, а ты спи, ладушки? Арсений улыбнулся последнему слову и угукнул. — Сладких снов, — улыбнулся парень и тихонько вышел из комнаты. Он доделал оставшееся домашнее задание и, убрав всё в рюкзак, пошёл на кухню попить воды. Затем заглянул в комнату к Арсению, тот вроде уже спал. Он забрал кружку с тумбочки и вышел. Отнёс её на кухню и сам лёг спать. Диван он решил не раскладывать, забив на удобство — боялся разбудить Арса. Спать осталось около трёх часов, но это лучше, чем ничего.