Апокалипсис лучше с друзьями (которые играют с тобой в видеоигры в три часа ночи)

      «Это тупо», — думал он.       Так оно и было, и он это знал. Пока Джек тихо прокладывал путь по коридору в домике на дереве, желание просто развернуться и пойти спать пожирало его изнутри. То, как он докатился до этого, было в некотором смысле довольно смешно. Сначала он проснулся в груде футболок и шорт, которую он называл своей кроватью, уже пронизанный знакомым беспокойством. Джек потратил по крайней мере десять минут, пытаясь найти способ провести следующие четыре часа с пользой. Если бы его неугомонность прошла, он бы смог выкроить ещё пару часов для сна. У Джека и его команды на сегодня ничего не было запланировано, что давало ему возможность немного поспать. В последнее время сон и занятие всем, что жизнь ему подбрасывала, стало рутиной. Ничего особенного не случалось после происшествия с Бларгом.       Хотя зомби стали появляться всё реже и реже. Но, быть может, это нормально? Возможно, они впали в спячку? Эта мысль заставила его содрогнуться. Спящие зомби были намного страшнее обычных.       Не то чтобы он боялся такой возможности. Он же Джек Салливан. Он ничего не боялся.       За исключением клоунов. Они были стрёмными.       По крайней мере были стрёмными. Ведь клоунов больше не существовало. Единственный расклад, при котором бы он смог их увидеть, это если бы оказался в магазине «Дух Хэллоуина» или типа того.       Как бы то ни было.       В итоге он выбрал простое решение — играть в видеоигру. Но затем возник другой вопрос — в какую именно? Ведь было так много хороших! «Mario Kart 8», «The Last of Us», «The Legend of Zelda», «Lego Marvel»…       Лего Марвел!       Эта игра всегда была его любимой, и сейчас, в три часа ночи, она казалась ему как никогда привлекательной. Джек быстро поднялся и тихо начал красться туда, где стояли телевизор и игровые приставки. Один из плюсов Апокалипсиса заключался в том, что теперь всё было бесплатно, поэтому все без исключения игровые приставки, оказавшиеся в ближайшем Best Buy, теперь стояли в импровизированной гостиной домика на дереве. Джеку понадобилась минута, чтобы обыскать стопку видеоигр для Xbox One и Wii U и найти среди них небольшой пластиковый футляр с зеленой каймой.       Комната, до этого освещённая луной, вскоре залилась светом заставки загруженной игры. Джек тут же пожалел, что не зажмурился заранее, потому что монитор был слишком ЯРКИМ. Пока он играл, то пребывал в восторге, но спустя десять минут восторг поутих, и игра Джеку наскучила. И это странно, потому что ему НИКОГДА не бывало скучно от Лего Марвел. Он выключил игру и нахмурился.       Затем на него снизошло озарение: ему нужен второй игрок.       Это же вроде как его девиз, верно? «Апокалипсис лучше с друзьями!»       Что ж, он не хотел будить Квинта. Обычно, когда речь заходила про авантюры с играми, изобретатель был его выбором номер один. Но Джеку казалось, что он будил его слишком часто. Он знал, что Квинт бы не возражал и с радостью бы присоединился, но всё же Джек хотел, чтобы друг хоть НЕМНОГО отдохнул. Теперь, когда не существовало правил и рамок, когда нужно ложиться спать, когда Квинт имел доступ ко всему необходимому для изобретательства — хоть он всё ещё и был против воровства — сон иногда просто не входил в планы лучшего друга Джека.       Дирк вообще не рассматривался как вариант. Даже Джек это понимал.       Не поймите неправильно, Дирк был отличным парнем, с которым можно было зарубиться в видеоигры. Но только днём. Если бы Джек разбудил его в столь ранний час, то собирал бы себя по кусочкам. Никогда не будите Дирка, — и неважно, спит он или просто дремлет. По сути, это было единственное правило в их домике на дереве.       Раз он не хотел поднимать Квинта… и уж тем более не мог поднять Дирка.       Оставалась Джун.       На самом деле, он никогда не пытался разбудить Джун, чтобы поиграть с ней в приставку. Не то чтобы ей не нравились игры. Обычно она была рада им так же, как Квинт или Джек, которые до апокалипсиса проводили целые ночи за ними. Но перспектива того, что он станет будить её в три часа утра, вряд ли была заманчивой, по крайней мере для неё.       А может, она и не будет против? ***       Вот так и получилось, что он теперь медленно, но верно пробирался к комнатам друзей на цыпочках, как какой-то супершпион. Количество скрипучих и пищащих игрушек, которое ему приходилось обходить, невозможно было сосчитать. Если бы Джек не был осторожен, то мог бы разбудить весь домик на дереве, наступив на резиновый футбольный мяч. В конечном счёте он оказался у двери в тупике коридора. В отблесках света, проникавших сквозь окна, он рассмотрел слово «Джун», накаляканное на листе бумаги, приклеенном скотчем к двери. Это пробудило в памяти эпизод, случившийся, когда их разношёрстная компания только начала жить вместе. Тогда они впервые заселились в свои комнаты, и решили написать имена у себя на дверях. Изначально это служило лишь простым напоминанием о том, кто где живёт, пока они не привыкли. Но знаки так и не исчезли. Джек думал, что это придавало некую индивидуальность их комнатам или, по крайней мере, их дверям. У Квинта был аккуратный печатный почерк, у Дирка менее аккуратный, а у Джун курсив.       Джун всегда писала так, будто куда-то торопилась. Её почерк казался Джеку… быстрым. И в этом не было ничего плохого! Вообще, это было очень полезно до Апокалипсиса, когда они оба работали в школьной газете. Джек помнил, что когда дело доходило до журналистики, Джун предпочитала записывать сюжеты, а не печатать их. Она в равной степени могла как разглядеть сенсацию, так и записать её за две секунды.       Джек вдруг понял, что открой Джун дверь прямо сейчас, она бы увидела его, стоящего тут словно он какой-то чудик. Хотя, возможно, она и так подумала бы, что он чудик, ведь Джек собирался попросить её сыграть с ним в Лего Марвел в три часа ночи.       Собрав всю свою смелость в кулак, он постучал в дверь. С минуту стояла тишина, и Джек уже собирался развернуться и пойти в гостиную, как услышал шум. Шарканье. Его вмиг охватила паника. Мог ли зомби шаркать в комнате Джун? Если да, то как он вообще туда попал? И в порядке ли Джун?       Отступив на шаг от комнаты подруги, Джек всерьёз задумался над своим решением.       Затем дверь открылась.        Открывалась она медленно, словно тот, кто за ней стоял, действовал осторожно, готовый к атаке.       — Джек?       Он едва мог различить силуэт Джун, стоявший в дверном косяке. Внимание Джека привлекло копьё в её правой руке. То самое, что она держала напротив его лица, когда он, Квинт и Дирк впервые встретились с ней. Джун всё ещё не придумала название своему копью, что Джеку казалось глупым. Как можно не дать имя своему фирменному оружию? Если бы какой-нибудь монстр спросил у Джека, как он уничтожил Бларга, то ответ «Я пронзил его своей битой» звучал бы слишком скучно.       «Я пронзил его Луисвильским резаком» звучало НАМНОГО лучше. Более героически.       Лицо Джун выражало многое, но в основном изумление. Как ни странно, у неё виднелись небольшие круги под глазами. Джека это немного удивило. Он не думал, что она состояла в таких же отстойных отношениях со сном, как и он сам.       Джун оглядела его с головы до ног, словно была уверена, что он ей снится.       — У тебя всё… в норме? Сейчас три часа ночи, — пробормотала она, потирая заспанные глаза.       Голос Джека подвёл его: теперь, когда план по сути был приведён в действие, слова, которые он собирался сказать, которые он прогонял у себя в голове снова и снова по пути в её комнату, казались ему ещё более… глупыми.       — Да! Я в порядке. Вопрос: почему ты держишь копьё? — спросил он.       Джун взглянула на острие оружия так, будто только сейчас осознала, что держит его.       Вздохнув, она отложила копьё в сторону.       — Я, эм, всё ещё не привыкла спать в безопасном месте, — объяснила она. — Знаешь, когда я была в школе, мне всегда приходилось быть начеку. На случай, если зомби прорвётся сквозь мою защиту. Это просто привычка.       Круги под её глазами внезапно приобрели гораздо больший смысл.       — Но, — сказала она, — я бы хотела узнать, почему ты стоишь у моей двери.       Ладно, это было немного резковато. Но ожидаемо, а значит, не ужасно. Ничего, Джек знал, как развеять тоску.       — Ну, мне было интересно, не захочешь ли ты…? — он развёл руками в небольшом жесте, пытаясь сформулировать то, что хотел сказать.       Это было намного сложнее, чем казалось изначально.       Будь проклят его мозг, который любую идею преподносит как какую-то простую миссию. Это было вовсе не просто, и он только сейчас это понял.       На лице Джун промелькнула слабая ухмылка, будто её это веселило. По крайней мере, он был на верном пути.       — Не захочу ли я…? — протянула она, подражая его тону.       — Поиграть со мной в Лего Марвел? — Джек замер, пытаясь проследить за её реакцией на сказанное. Сначала Джун пришла в замешательство, потом её настроение сменилось искренней заинтересованностью. Прежде, чем Джек это понял, она уже улыбалась.       — Значит… это «да»?       — Да, Джек, это «да».       — Хорошо, — он вздохнул с облегчением, — потому что я не знал, разозлишься ли ты. Я имею в виду, я же разбудил тебя посреди ночи, так что неудивительно, если бы ты разозлилась, и… я снова заговариваюсь.       — Понимаю, — пожала плечами Джун, — я тоже так делаю, когда нервничаю.       — Кто сказал, что я нервничаю? — возразил он.       — Во-первых, — подняла она бровь, — у тебя потные ладони. Во-вторых, ты ковыряешь ногти. Ты всегда так делаешь, когда нервничаешь. Ну и в-третьих, я просто знаю. Перед тобой журналист, помнишь?       — О, я помню, — поддразнил он. — Ты же всю школьную газету подмяла под себя.       Жаль, что все превратились в зомби.       — Ха-ха, Салливан, — она закатила глаза, хоть это её и забавляло. — Ладно, возвращаясь к теме… Сейчас соберу волосы в хвост и вернусь.       — Стоп, что-?       Слишком поздно. Она уже удалилась в свою комнату, по-видимому, чтобы взять резинку. Неужели Джун всё это время была с распущенными волосами?       Он потратил мгновение, чтобы понять: да, она была.       Ого.       Джек попытался вспомнить, сколько раз он видел Джун такой. Мало, настолько мало, что можно было посчитать на пальцах одной руки.       Было время, когда их команда использовала ров в качестве бассейна, и тогда резинка Джун сползла во время многочисленных ныряний и прыжков бомбочкой.       «Эти штуки никогда не держатся на месте, когда нужно», — сказала она. Видимо, во время плавания волосы на лице сильно бесили. Не то, чтобы Джек это знал. Что ему не нравилось в Робинсонах, так это то, что на его взгляд они всегда стригли слишком коротко. Было это намеренно или специально, но в школе это явно не помогало.       Во всяком случае, сейчас его волосы немного отросли. Возможно, ему придется скоро их подстричь. Если длинные волосы раздражали во время плавания, сложно было представить, как сильно они будут мешать во время боя. Неудивительно, что Джун всегда ходила с хвостом.       Однако Джек не стал бы возражать, если бы время от времени она стала их распускать.       Это выглядело красиво.       Джун вышла из темноты своей комнаты так же быстро, как и ушла.       — Готово, — сказала она, — веди.       О, точно.       Джек действительно не ожидал, что его план зайдет так далеко, но был рад, что это случилось. Теперь он обзавёлся приятелем, с которым можно зарубиться в видеоигры! Он направился в гостиную, улыбаясь так, чтобы Джун не видела. Вскоре Джек задумался над тем, что ни Квинт, ни Дирк не проснулись во время всей этой суматохи. Что ж, Дирк всегда крепко спал — простого стука и разговоров было недостаточно, чтобы его разбудить. Сон Квинта же, наоборот, был чутким, если он только не работал над чем-то без перерыва. Что он и делал в последнее время. Джеку придётся как-нибудь поговорить с ним об этом. Сон был важен.       Разумеется, на самого Джека эти правила не распространялись. ***       — Пришлось немного разогреться, прежде чем идти за мной, да? Потому что ты знал, что я надеру тебе задницу.       Пока Джек был занят подготовкой их мест (два кресла-мешка и несколько одеял), Джун заметила, что его контроллер уже лежал на полу. Вероятно, она сделала вывод, что Джек уже успел поиграть до того, как она присоединилась.       — Прибереги болтовню, пока мы не начнём, — отшутился он. — Стандартный этикет видеоигр.       Джун промычала в ответ, хватая контроллер и плюхаясь на одно из кресел-мешков. Джек сделал то же самое и нажал на кнопку загрузки.       — Было бы здорово, если бы мы украсили эти штуки, — сказала Джун. — Типа, дали им какую-то изюминку.       Джек одарил ее насмешливым взглядом:       — Контроллеры? — спросил он.       — Да, — кивнула она, — просто думаю, что это было бы круто. Раскрасить их, наклеить стикеры, всё такое. До апокалипсиса я сидела с соседскими детьми. Им нравились видео про рукоделие. Я научилась нескольким вещам, это не так уж и сложно.       Джек чуть не выронил контроллер. Возможно, реакция чрезмерная, но его это правда шокировало. Джун никогда не говорила ему… он бы ни за что не догадался…       — Ты сидела с детьми? Типа, как няня?       — М-хм, сидела, — она фыркнула, с усмешкой глядя на его изумленное выражение лица. — Что, так трудно в это поверить? Игра загрузилась, но Джека это не волновало. Прошлое Джун было гораздо интереснее, и он хотел узнать больше. Лего Ник Фьюри мог подождать.       — Да, реально трудно. У тебя было, типа, миллион занятий после школы. Не говоря уже про кучу домашки каждый вечер. Просто не понимаю, как ты ещё успевала присматривать за детьми во всей этой суете.       — Я к этому привыкла, — небрежно пожала она плечами, — Постоянная занятость не давала мне расслабиться. К тому же, дети были чудесными.       Она посмотрела в сторону, пробормотав что-то вроде: «Надеюсь, с ними всё в порядке».       С тех пор, как начался апокалипсис, вид зомбированных детей неизменно вызывал у Джека тоску. Видеть, как они забвенно бродят по Уэйкфилду, уже было довольно плохо, а представлять, через что они могли пройти, как, должно быть, были напуганы, было просто удручающе. И если подобные настроения у Джека возникали при встрече даже с незнакомыми детьми, то для Джун это всё должно было быть в десять раз хуже. Он положил руку ей на плечо, изо всех сил стараясь утешить. Будучи сиротой и всякое такое, он никогда не был силен в плане эмоций, но ему нужно было с чего-то начинать.       — Уверен, они в порядке. Хочешь рассказать мне, как они выглядели? Описать их? Может, от этого тебе станет лучше.       Она вздохнула, глядя на свой контроллер.       — Они были близнецами, и блин, так они себя и вели. Всё делали вместе. У них были свои цвета, если ты понимаешь, о чём я. Одна носила розовое, а другая фиолетовое. Амайя и Вивиан — всегда неразлучны. Хорошие дети. Никогда не доставляли неприятностей.       На этом она остановилась, и в комнате воцарилась тишина. Джек не предполагал, что ночь превратится в праздник уныния, но он точно не собирался позволять ей такой оставаться. Ему не нравилось видеть кого-либо из своих друзей подавленным, потому что тогда ему тоже становилось грустно. А он не мог этого допустить.       — Ну, они бы не хотели, чтобы ты была такой мрачной, — он задорно толкнул Джун в плечо. — Давай, переверни это хмурую гримасу вверх ногами.       — «Переверни хмурую гримасу вверх ногами»? — посмотрела она на него с полуулыбкой.       Джек с излишним драматизмом приложил руку к сердцу, защищаясь:       — Эй! Я попытался, верно? К тому же, ты выглядишь лучше, чем раньше, поэтому я приму это как победу.       — Ты такой чудило, ты это знаешь? — засмеялась она.       Он мысленно вернулся в тот судьбоносный день в школе, когда убедил Джун присоединиться к их группе. Он совершил много ошибок в тот день, но всё в итоге закончилось пополнением их команды ещё одним членом. Джек был благодарен за это. Если бы он не проснулся и не последовал за Джун на крышу, кто знает, что бы сейчас с ним стало. К слову о крыше, Джун так же назвала его там чудилой, и Джек знал, что надо сказать дальше.       — Только в День Наоборот.       И вот, настроение снова поднялось.       Джун схватила оба контроллера, один передала Джеку, другой оставила себе.       — Кстати, Человек-Паук чур мой.       Джек ахнул.       — Что, нет! Ни за что! — воскликнул он. — Я Человек-Паук. Всегда им был!       Ладно, возможно, это прозвучало слишком ревностно. Но это была правда, он всегда играл за Человека-Паука.       — Как жаль, — Джун высунула язык, дразня. — Ты можешь взять его в следующий раз, когда мы будем играть. Мне надоело постоянно быть Железным Человеком. А теперь давай, пора уже начинать, а не то проболтаем до самого рассвета.       Джек показал ей язык в ответ. Это было по-детски, но иногда именно этого ему и не хватало.       Он также отметил, что Джун сказала «в следующий раз». Он не знал, имела ли она в виду всех четверых или только их двоих, но надеялся, что это второй вариант.       Потому что, честно говоря, Джек был бы не против сыграть только с Джун. И в глубине души надеялся, что она тоже не стала бы возражать.       В конце концов, ему нужно отомстить ей за то, что она украла у него Человека-Паука.