Никто не смеет к тебе прикасаться

      Беременность Питера проходила довольно хорошо, хотя для Стива это было непростое время. Первые месяцы были особенно сложными: несмотря на радость от предстоящего отцовства, Стив испытывал постоянное волнение и тревогу. Каждый раз, когда он видел, как Питер держится за живот, его сердце наполнялось нежностью и страхом одновременно.       Стив боялся, что его прикосновения могут навредить. Он не знал, как правильно себя вести, и поэтому чаще всего просто стоял рядом, наблюдая за тем, как меняется Питер. Иногда он пытался осторожно коснуться живота, но останавливался в последний момент, словно у него были невидимые оковы, сдерживающие его желания.       Несмотря на свои страхи, Стив оставался заботливым и внимательным. Он всегда проверял, не нужно ли Питеру что-то, старался быть на чеку, чтобы помочь ему с любыми мелочами. Стив готовил ужин, приносил Питеру воду и даже делал ему массаж, когда тот жаловался на усталость. Он все время говорил, что хочет быть лучшим мужем и отцом, но каждый раз, когда его рука приближалась к животу Питера, он ощущал, как страх парализует его.       Однажды, когда они вместе лежали на диване, Питер, заметив, как Стив мучается, нежно взял его руку и положил на свой живот. Стив замер, его сердце забилось быстрее, и он почувствовал тепло, исходящее от Питера. Питер ободряюще улыбнулся и тихо сказал:       — Всё будет хорошо, Стив. Я чувствую, как наш малыш растет, и он счастлив, когда ты рядом.       Эти слова рассеяли часть тревог Стива. Он медленно и осторожно стал поглаживать живот Питера, и в тот момент что-то внутри него изменилось. Он ощутил связь, которую до этого боялся принять, и это дало ему уверенность.       Каждый раз, когда он прикасался к животу Питера, его страхи постепенно исчезали, заменяясь гордостью и радостью. Они вместе начали готовиться к встрече с малышом, и это время ожидания стало для них поистине волшебным.       С каждым днем, когда Питер становился все ближе к тому, чтобы стать папой, Стив осознавал, насколько важно быть рядом и поддерживать его. Постепенно они нашли ритм, который позволил им быть более открытыми друг с другом. Стив научился распознавать, когда Питеру нужно было что-то особенное: будь то просто теплое слово поддержки или что-то более материальное, чтобы облегчить его состояние.       Однажды, когда Питер чувствовал себя неважно и уставшим после долгого дня, он жаловался на болевые ощущения в спине. Стив, не раздумывая, предложил ему массаж. Он заранее подготовил комнату, пригласив Питера лечь на диван, и сам пошел за маслами. Стив выбрал нежное масло с ароматом лаванды, чтобы расслабить Питера.       — Это должно помочь тебе расслабиться, — сказал он, вернувшись с небольшой бутылочкой и полотенцем.       Питер улыбнулся, почувствовав тепло в груди от заботы Стива. Как только он лег, Стив аккуратно начал массировать его плечи, чувствуя, как напряжение покидает тело Питера. Он старался быть мягким и внимательным, и вскоре услышал довольный вздох своего партнера.       — Знаешь, я могу привыкнуть к этому, — смеясь, произнес Питер, и Стив, улыбаясь, продолжил свое дело, стараясь сделать все, чтобы его омега чувствовал себя комфортно.       Затем наступил момент, когда Стив, в полном восторге от своей новой роли, начал выполнять прихоти Питера с готовностью и даже с азартом. В один из вечеров, когда они уютно устроились на кухне, Питер произнес, что ему хочется чего-то особенного — мороженого с сёмгой. Стив немедленно встал и с серьезным лицом, пообещал в сию же секунду, выполнить этот приказ       — Я сам сделаю его, — уверенно сказал он, на что Питер с недоверием приподнял брови.       Стив развернулся к холодильнику и принялся собирать ингредиенты. Вскоре кухня наполнилась ароматом солёной рыбы,и сладкого мороженого. Он смешал крем, взбитые сливки и свежую рыбу, а затем взялся за дело, не обращая внимания на брызги, которые попадали повсюду.       — Стив, ты же весь в креме! — хохотал Питер, наблюдая за тем, как Стив, засучив рукава, старательно работал.       — Я делаю это для тебя, — с улыбкой ответил он, продолжая добавлять кусочки рыбы. В итоге получился восхитительный десерт, хоть и с рыбой, который Стив с гордостью поставил перед Питером.       — Ты должен попробовать это, — сказал он, подавая ложку, и Питер, сделав первый укус, закрыл глаза от удовольствия.       — Это невероятно, Стив! Ты лучший, — восторженно произнес Питер, и Стив почувствовал, как его сердце переполняется счастьем.       В другой раз, когда Питер пожаловался на желание что-то сладкое, Стив, не раздумывая, отправился в кондитерскую. Он вернулся с огромной коробкой эклеров и пирожных, стараясь не уронить их в пути. Питер в тот момент просто светился от счастья.       — Я не могу поверить, что ты всё это принес! — воскликнул он, глядя на вкусности.       — Я обещал выполнять все твои прихоти, — ответил Стив, прижимая Питера к себе и с нежностью целуя его лоб.       Каждый раз, когда Питер выражал свои желания, Стив с радостью выполнял их. Он готовил сложные блюда, иногда даже заказывал еду из их любимых ресторанов. Он умудрялся находить время, чтобы проводить с Питером больше времени, даже если это означало отказ от своих тренировок.       Однажды, когда Питер задал вопрос о том, как он хочет, чтобы их малыш выглядел, Стив с улыбкой стал фантазировать о том, каким они будут вместе, как будут проводить время, гуляя в парке, держа малыша за ручку. Эта мечта сблизила их еще больше, и Питер не мог не радоваться тому, как Стив проявлял заботу и внимание.       В их отношениях было всё идеально, особенно в моменты, которые вызывали у обоих бурю эмоций. Каждое переживание, каждое воспоминание укрепляло их связь и приближало к моменту, когда они станут родителями.       Один из самых трогательных моментов случился на первом УЗИ. Стив, как всегда, был рядом с Питером, держась за его руку, когда они вошли в кабинет. Сердце Питера колотилось от волнения, но он чувствовал, что рядом с ним стоит надежная опора. Когда врач начал процедуру и на экране появилось изображение их малыша, Питер не мог сдержать слезы счастья. Но то, что произошло дальше, удивило даже его.       Стив, увидев крошечный силуэт их ребенка, неожиданно расплакался. Слезы текли по его щекам, и он не мог сдержать эмоций. Это был момент, когда реальность их будущего наконец-то настигла его. Он, сильный и мужественный альфа, казался таким уязвимым, и Питер почувствовал, как его сердце наполнилось любовью и гордостью.       — Стив, всё в порядке, — тихо произнес Питер, обнимая своего партнера и стараясь успокоить его. — Это прекрасно. Мы это сделали!       Стив лишь кивнул, утирая слезы рукавом. Он был переполнен счастьем, и его сердце не могло вместить всех тех чувств. Питер прижал его к себе, и они оба, смеясь и плача, разделяли этот важный момент, который навсегда останется в их памяти.       Но были и другие моменты, когда жизнь бросала вызовы, и Питеру становилось тяжело. Однажды, после долгого рабочего дня, он пришел домой, и даже мелочи начали его огорчать. Слезы наворачивались на глаза, когда он уронил чашку с чаем на пол. Стив, заметив, что Питер расстроен, быстро подбежал к нему.       — Пит, ты чего? Это всего лишь чашка с чаем. Давай я тебе новый сделаю? Или ты обжёгся? — его голос был полон заботы.       — Я не знаю, — всхлипывал Питер, пытаясь сдержать свои эмоции. — Всё просто... так тяжело...       Стив мгновенно обнял его, и, увидев, как Питер с трудом сдерживает слезы, сам чуть не расплакался. Он понимал, что его омега переживает трудные времена, и эта нежность, эта уязвимость между ними была неимоверно трогательной.       — Всё будет хорошо, малыш, — сказал он, гладя Питера по спине. — Я рядом. Мы справимся вместе. Ты не один.       Эти слова, произнесенные с такой искренностью, помогли Питеру успокоиться. Они оба поняли, что в такие моменты важна поддержка и любовь, что они могут полагаться друг на друга. Стив стал для Питера не только партнером, но и надежным другом, который готов был разделить все радости и трудности.       Беременность Питера проходила спокойно, но были и моменты, когда их отношения подвергались испытаниям. Одним из таких случаев стал выбор обоев для детской комнаты. Поскольку они еще не знали пола ребенка, каждый из них имел свои представления о том, как должна выглядеть эта комната.       Стив, будучи полон энтузиазма, настаивал на ярких, насыщенных цветах, которые, по его мнению, создадут радостную атмосферу. Он мечтал о комнате, наполненной энергией, где их ребенок мог бы расти и играть. В то время как Питер предпочитал более нейтральные, пастельные оттенки, которые, как он считал, создадут спокойную обстановку.       — Мне кажется, что светлые цвета лучше подойдут для детской, — говорил Питер, обводя рукой образцы обоев. — Это создаст уютную атмосферу.       — Но ведь яркие цвета развивают творчество у детей! — возражал Стив, нахмурив брови. — Нам нужно выбрать что-то более жизнерадостное, что будет вдохновлять его.       Разговор постепенно накалялся, и оба стали менее сдержанными. Споры о том, какие обои выбрать, вскоре переросли в тишину и недопонимание. Каждый из них пытался настоять на своем, но в итоге оба чувствовали себя расстроенными. В течение нескольких дней после этого они избегали обсуждать детскую, и атмосфера в квартире стала напряженной.       Стив чувствовал себя виноватым, не желая, чтобы их различия вызывали напряжение в их отношениях. Он понимал, что Питер переживает свою беременность, и не хотел добавлять ему лишних стрессов. В один вечер, когда тишина стала невыносимой, он решил сделать шаг навстречу.       — Пит, прости меня, — тихо произнес он, когда они сидели на кухне. — Я не хотел, чтобы эта ссора стала причиной недопонимания между нами.       Питер поднял на него взгляд, в его глазах читалось облегчение. Стив продолжал:       — Давай сделаем детскую нейтрального цвета. Я понимаю, что мы оба хотим создать для нашего ребенка лучшее. Может, мы выберем что-то среднее, что подойдет и для мальчика, и для девочки?       — Это звучит хорошо, — ответил Питер, улыбаясь. — Я бы хотел, чтобы эта комната отражала нас обоих.       Стив почувствовал, как напряжение уходит. Они оба начали обсуждать различные варианты — мягкие оттенки зеленого, желтого и бежевого. Вместе они выбирали не только обои, но и другие элементы декора, которые должны были создать атмосферу уюта и тепла.       В конце концов, это стало не просто выбором обоев, а настоящим совместным проектом, который сблизил их еще больше. Каждый выбор, каждая деталь делала их связь крепче, и они оба поняли, что их любовь и поддержка важнее любых мелочей. В итоге детская комната стала отражением их мечты о будущем, полной радости и любви, которая уже зарождалась в их сердцах.       Но были, конечно, и трудные моменты, которые не обходились без неловких ситуаций и искренних разговоров. Один из них связан с тем, что во время беременности у Питера заметно усилилось желание близости, и ему постоянно хотелось интима. Его тело словно проживало новый уровень чувствительности и эмоциональности, и это отражалось на их отношениях.       Стив, будучи осторожным и заботливым, с самого начала был настроен защитить Питера и их будущего малыша. Он часто останавливал их на уровне легких прикосновений и поцелуев, не позволяя себе идти дальше, чем невинные ласки. Питер, однако, испытывал от этого мучительное напряжение, чувствовал себя недовольным и в конце концов решил обсудить это со Стивом.       — Я понимаю, что ты беспокоишься, но мне правда этого хочется, — с осторожной улыбкой признался он Стиву однажды вечером. — Думаешь, мы могли бы поговорить с врачом? Возможно, это безопаснее, чем ты думаешь.       Вначале Стив немного смутился, но, заметив, как искренне и серьезно Питер об этом говорил, он согласился. Во время следующего визита к врачу они затронули деликатную тему, и доктор объяснил, что при нормальном протекании беременности интимные отношения вполне допустимы, нужно лишь соблюдать осторожность.              После визита к врачу, успокоенный и обрадованный, Стив нежно прижал Питера к себе. В их взглядах читалась трепетная забота и любовь. Их прикосновения в тот вечер были осторожными, неторопливыми — не такими страстными, как прежде, но наполненными глубоким теплом. Стив нежно обвил Питера руками, и они растворились в мягкой близости, позволяя себе забыть о всех волнениях и просто быть друг с другом.       Питер, наконец, почувствовал то умиротворение, которое его гормоны не позволяли ему испытать последние недели. Всё его напряжение исчезло, уступая место спокойной, тихой радости, которая наполняла его, когда он находился рядом со Стивом. Эта ночь подарила им обоим уверенность в том, что, несмотря на все изменения и трудности, их чувства оставались крепкими, а близость — особенной и важной.       Роды начались поздним вечером, когда Питер уже устроился отдохнуть, а Стив уснул рядом с ним. Поначалу это были легкие схватки, но со временем боль усиливалась. В какой-то момент Питер крепко сжал руку Стива, разбудив его резким вскриком. Вскоре Стив уже помогал Питеру дойти до машины, а сам был бледен от волнения, ведь всё, что он знал о родах, внезапно вылетело у него из головы.       Когда они прибыли в больницу, Питер с трудом сдерживал раздражение, поскольку схватки становились всё более интенсивными. Рядом с Стивом, который бледнел от каждой новой гримасы боли на лице Питера, уже сидели его родители — Тони и Локи, которых вызвали сразу после госпитализации.       Питер едва успел добраться до палаты, как схватки достигли своего пика. Он задыхался от боли, и каждое его слово, обращенное к Стиву, звучало как обрывистый шёпот, в котором всё же пробивались слова отчаяния и злости.       — Роджерс, — процедил Питер, тяжело дыша, — я клянусь, это в последний раз! Ты… ты больше никогда ко мне не прикоснешься, ясно?!       Стив, стараясь не показывать нервозности, взял его за руку и прошептал:       — Дыши, Пит, я рядом, ты сможешь… Мы вместе справимся…       Но Питер, скривившись от новой вспышки боли, только сильнее сжал его руку.       — Вместе? Да я б тебя на минуту не оставил с этим!       Стив беспомощно посмотрел на Локи и Тони, ища поддержки, но встретил только сдержанную ухмылку Локи и явное раздражение в глазах Тони.       — Роджерс, ты хоть представляешь, через что он проходит? — резко бросил Тони, не сводя глаз с сына. — Мой сын — ангелочек, сейчас испытывает такие муки! Он не заслужил такой боли, и если после этого Питер не передумает, я и пальцем не позволю тебе к нему притронуться.       Локи ухмыльнулся, подливая масла в огонь:       — Знаешь, Стив, может, тебе лучше выйти? Это ведь явно выше твоих сил. Оставь это тем, кто умеет поддержать его без лишних обещаний.       Стив, не отрываясь от Питера, тихо возразил:       — Нет, я останусь. Питер, я с тобой, и всегда буду рядом. Мы вместе через всё пройдём.       Но Питер, мучимый новым приступом боли, злобно зарычал:       — Мы? Да ты понятия не имеешь, каково это!       Несмотря на гневные слова Питера, Стив не отступил. Он оставался рядом, вытирая пот с его лба и шепча слова поддержки. И хотя Питер злился, его рука не отпускала руку Стива — этот жест стал для них обоих обещанием: какой бы ни была боль, они пройдут через неё вместе.       В конце концов, после долгих и мучительных часов, родился их ребенок. Стив, весь в слезах, бережно взял кроху на руки, глядя с трепетом и восторгом на это маленькое чудо, которое они создали вместе.       Питер же, утомлённый и разбитый, взглянул на Стива и, едва сдерживая улыбку, тихо прошептал:       — Может, не в последний раз…