Дикша

Вся эта предрождественская суета напоминала мне кое о чём из канона. Спешл-выпуски я не особенно смотрела, признаюсь честно, но вот первый зимний мне запомнился очень хорошо — прежде всего из-за того, что это было вроде мюзикла, и персонажи там пели. Даже Габриэль! В русском дубляже смотреть было невозможно. Испанский стыд. И добавить к этому нечего. На самом деле, ясно же, что никаких музыкальных выступлений не было; да и не первое это было у меня Рождество, если так подумать. Царила атмосфера всеобщего приподнятого настроения, а чужая радость пузырилась как микробные пуки в бокале шампанского. Иногда люди пели, но это были не сольные выступления: начавшиеся рождественские колядки быстро подхватывались, так что на улице начинались чуть ли не хоровые концерты. Радость, скажите вы. И будете почти правы! Я бы сказала, что это радость-плюс-глинтвейн. Адриан прибежал через полтора часа после нашего звонка; парень вроде как сбежал из стылого дома и добирался на нас на автобусах. Был Агрест розовощёк как ангелок на картинке, но мрачен как человек, продавший душу за лакричный леденец. На макушке и плечах у Адриана лежал снег: погода наконец расщедрилась, чтобы сделать Парижанам красивое Рождество. Честное слово, иногда у меня появлялось ощущение, что снег выпадает только по одной причине: дабы дать полозьям санок Санты ход. И если бы не волшебный мужик в красном, то хрена с два мы бы видели сугробы в Рождество. Ворчащий Томас то и дело выбегал на улицу, чтобы орудовать лопатой. Из-за этого стопорилась работа на кухне. Заметив, что мы из-за этого начали провисать, Сабина пробормотала нечто вроде «работай умнее, а не усерднее», после чего совершила магия: взяла банку с печеньем, лопату и лист бумаги. На котором красивыми буквами написала: «Убрал снег — возьми печенье! (313/30/10,2/8,9)» Что за цифры, спросите вы? Это КБЖУ; умница-Сабина помнила, что большую долю наших покупателей составляют всякие фитнес-няшки, так что и печеньку брала соответствующую, протеиновую. Таким образом до пекарни было легко добраться, несмотря на всё усиливающийся снегопад. Парни-качки тратили калории, хвастаясь мускулами и производительностью при очистке снега; люди вокруг удивлялись надутым банкам и хорошей форме. Лука, бегавший по залу туда-сюда, то и дело недовольно фыркал, глядя на красующихся мужиков. — Что, завидно? — ухмыльнулась я, когда мы с Куффеном столкнулись возле кулера в рабочей зоне. Пить от обилия сладких запахов и активной работы хотелось неимоверно. Хорошо ещё, что родители тут кулер поставили — раньше за водой приходилось идти чуть ли не на кухню. — Да какое там завидно! — всплеснул руками Лука. — Это же абсолютно пустые банки! Всё чисто ради объёма, никакого смысла в этих надутых мышцах нет! К нам подошёл Адриан, услышавший наш разговор. При открытии пекарми с Агрестом мы едва пересеклись: Томас сразу утащил его на кухню. В любом случае, Адриан не выглядел недовольным; в уголке рта у него виднелась крошечная капля шоколада. — Вот кто-то работает, а кто-то ест, — проворчала я, указывая Агресту на улику. — Всё нормально? Он улыбнулся — да так широко, что я слегка растерялась. — Всё отлично! Вы о чём говорите? Мы ткнули в сторону входной двери, где очередной качок красовался перед своими знакомыми девчонками. Снегопад слегка угомонился, так что чистить было всего ничего; печенья оставалось ещё половина банки. — Маринетт считает, что я завидую, — нажаловался Лука. — Типа, что у меня нет таких мышц, что ли? У меня есть лучше! Он задрал футболку, показывая офигенный сухой пресс и тёмную дорожку волос, уходящую под кромку штанов. Мы с Адрианом уставились на кубики; затем я фыркнула и тоже подняла футболку, демонстрируя даже более сухой живот, чем у Луки. Недостаток веса при постоянной физической активности делали из меня буквально Т-3000. Адриан попытался было взлохматить волосы, однако наткнулся пальцами на защитную сеточку и опустил руку. Мы с Лукой уставились на Агреста. — Это что, намёк, что моя очередь оголяться?.. — Естественно! — выдал Куффен, хлопая себя по кубикам. — Давай, показывай, чем природа одарила! Я закивала. Не то чтобы я не видела кубиков Агреста, но приобщить парня к коллективному идиотизму — это же просто святое, разве нет? Тем более мне, выросшей в России, где красивыми в глазах общества обязаны быть разве что девушки, было очень даже приятненько смотреть на что-то такое… занимательное. Адриан закатил глаза; мы с Лукой захихикали, шлёпая себя по животам. Агрест махнул на нас рукой и вернулся в кухню; мы с Лукой обиженно застонали, а Куффен ещё и свистнул вслед блондину. — Скучный он стал, — вздохнул Лука, опуская футболку. — Скорее бы вернулся уже. Я посмотрела вслед Агресту. Даже то, что он отошёл от нас, не значило, что он ничего не слышал. Улучшенный слух и более крепкое, чем у обычного человека тело никуда не делись — Адриан ведь всё ещё оставался владельцем Талисмана Кота. — Вы всё никак не можете понять одной простой вещи, — отрешённо сказала я. — Что ты, что Алья. Только Нино молодец. — М? Ты о чём это? — Адриан никуда не уходил. Так что и возвращаться ему нет никакого смысла. Он ведь уже здесь. Примерно через три часа, когда схлынула волна желающих позавтракать и ещё не нахлынуло цунами желающих пообедать, Адриан подошёл ко мне в зале и грустно признался, что больше не может оставаться в пекарне. Даже сеточку с волос снял! — Всё в порядке? — сразу забеспокоилась я, пытаясь высмотреть в лице Адриана намёк на будущие проблемы. — Отец… узнал, где я нахожусь, и решил, что это мне не по статусу. Так что придётся вернуться домой и… Я пожевала губу. Невысказанное «остаться там в одиночестве» так и зависло в воздухе. — Поехать с тобой? — предложила я в итоге. — Знаю, что Габриэлю я не нравлюсь, но оставаться одному в канун Рождества для европейца как-то неправильно, ты не находишь? — А вы разве праздновать не будете? Я показательно растянула свои веки в две тоненьких щёлочки; зрение смазалось, но улыбку Адриана я всё-таки смогла разглядеть. — У насамана дурухие пуразудники, кэай. — Кэай? — Мама так отца называет, — я отпустила кожу и потёрла веки. — Вряд ли это что-то плохое. Или я тебя обозвала как-то? — Нет, просто назвала милым. — Короче, Рождество — не главный праздник в году для моей семьи. Томас больше о выручке беспокоится, а Сабина только-только начинает искать нужные ингредиенты для утки по-пекински… кстати, в этом, то есть в следующем году Китайский Новый Год мы будем праздновать двадцать восьмого января. Разгреби своё расписание, я тебя заранее приглашаю. — Сделаю всё, что в моих силах, — серьёзно кивнул Адриан. — А подарки… — На твой выбор, можешь вообще без них. В прошлом году ты мне подарил красные трусы. — Врёшь! — Ладно, это я тебе подарила красные трусы, — захихикала я. — Да быть не может!.. Вообще-то, я реально их дарила Адриану. Типа, в местном китайском менталитете в этом подарке ничего такого не было. Я, считайте, дарила Адриану здоровье, богатство и благополучие, только в виде алых панцу. Да, смешно было. Интересно, Агрест их носил вообще? Я не помню, чтобы он возмущался из-за такого подарка… может, он его и не открыл, хм. Потом надо будет это обязательно уточнить. — Так что насчёт моего прихода? Мне отпрашиваться у родителей? В кафе, громко переговариваясь и смеясь, зашла целая толпень молодых людей. Мы с Адрианом проводили их взглядом до стола; к толпе сразу же подскочил Лука, раздающий улыбки и флиртующий налево-направо, как заправская кокотка. — Думаю, что тебе лучше остаться тут, — Адриан вздохнул с большим сожалением. — К тому же ты права, ты очень не нравишься отцу… а он вроде хотел провести время вместе. — М. Ну хорошо тогда. Напиши мне вечером, окей? Адриан поправил волосы и улыбнулся — на этот раз более уверенно. Кажется, он беспокоился о том, как я отреагирую на его отказ. Когда он заправил волосы за ухо, я увидела чёрные серьги-пусеты в агрестовых ушах. На пальце блеснуло кольцо. Даже если Адриан не помнил, в каких обстоятельствах мы решили носить парные украшения, он их не снимал. — Спасибо, Маринетт. Я пожала плечами. — Да не за что, в общем-то. Только, Адриан, если реально нужно будет, ты пиши или звони. Я примчусь. Он скосил глаза на окно: на улице снова поднялась метель, так что парням-бодибилдерам опять привалило работы с уборкой снега. Ну да и хорошо, мне печенья было не жалко для этих красавцев. Всегда приятно смотреть на то, как кто-то другой работает. — Мне даже интересно, как ты собираешься добираться до моего дома, — признался Адриан. — Учитывая погодные условия, я думаю, что даже Горилла с его зимними колёсами и навыками вождения будет не раньше чем через пару часов. Из кухни выскочил Томас. Громко пожелав всем счастливого приближающегося Рождества, он замахал руками Адриану: на кухне была нужна помощь. — Агрест, — я запнулась, думая, как бы высказать всё, но при этом не смутить парня слишком сильно; то, как я относилась к нему, не было равнозначно тому, как он относился ко мне, — ты главное мне скажи, что у тебя проблемы, ладно? Или что ты хочешь меня видеть. — И ты придёшь? Я кивнула со всей серьёзностью, чувствуя, как на сердце становится тепло. — Если понадобится, украду у Санты сани с оленями, ясно тебе? Ты всегда можешь на меня положиться.