Дикша

Честно говоря, от знаковой локации мультсериала, — здесь же будет стоять наша с Котом статуя, вау! — я ожидала как-то большего. По факту, это был не самый впечатляющий скверик, который парком назвали исключительно из чувства жалости. Преодолеть эту зелёную полоску почти в центре города, — собственно говоря, именно из-за локации сквера он и был крошечным, — можно было минут за пять неспешной ходьбы. Здесь стояло несколько скамеек по каждую из сторон сквера; было хорошее освещение с большим количеством рождественских гирлянд тут и там; крошечная разборная сцена, с которой наверняка в будущем мы сможем послушать Андрэ Буржуа, — подавись он банановой семечкой, пока сидит на своём золотом унитазе! — и каменная ступенечка, на которой, видимо, будет потом стоять статуя. Пока что на ступеньке была небольшая деревянная табличка с дешёвой наклейкой, оповещающей всех желающих почитать, что скоро здесь будет ЧУДЕСНАЯ и ВОЛШЕБНАЯ статуя супергероев. В общем, я не впечатлилась. Но на всякий случай запомнила, как что вокруг выглядит: вдруг понадобится потом тут сражаться? К сожалению, никаких спасительно-волшебных кустов мэр в сквер не выделил, так что в священном деле перевоплощения место было абсолютно бесполезным. Я уже, оказывается, на автомате отслеживала, где можно сменить шкурку. Профдеформация какая-то получалась, ну да ладно. Может, когда-то мне это отслеживание знатно облегчит жизнь, кто его знает? — Я ожидал чего-то большего, — пробормотал Адриан, закидывая мне руку на плечи. Жест был знакомым и вызвал глухую тоску под рёбрами, потому что Агрест, опомнившись, извинился и быстро руку убрал. Решив, что мучить себя я не хочу, я схватила Адриана за запястье и вернула конечность на место. — Я тоже, — сказала я, не реагируя на явное неудобство Адриана. — Тут даже по факту развернуться негде. Алья, до этого фоткающая будущее место поклонения фанатов супергероев, фыркнула; повернувшись к нам, Сезер также сделала несколько снимков. — Нормально, — сказала она. — Мэр вообще не хотел ничего делать, представляете? Изначально Тео Барбо делал статую для супергероев, надеясь установить её к годовщине появления Ледибаг и Кота Нуара. — Опоздал он что-то… — Да нет, — моя девочка спрятала фотоаппарат в рюкзак. — Не опоздал. Статуя давно готова, на самом деле, только он никому её не показывает. Дело в том, что Андрэ Буржуа по каким-то своим причинам не хотел эту статую устанавливать. Как-то он по-хитрому объяснялся… — Я тебе напомню, как, — подал голос Нино. — Он говорил, что защищать город — это буквально работа супергероев, и хвалить их за её выполнение нет никакого смысла. «Париж не ставит статуй врачам, спасателям и полиции — так чем Ледибаг и Кот Нуар лучше обычных работяг?!» Под конец он попытался спародировать голос Буржуа, но вышло ужасно — а оттого ещё смешнее. Я фыркнула, пользуясь моментом и прижимаясь к боку Адриана; его бежевое пальто на ощупь было до того мягким, что в него хотелось зарыться лицом и использовать вместо наволочки на подушку. Агрест плотнее притянул меня к себе. Я подняла взгляд, — вот вымахал этот детина, а? — и увидела, что на лице Адриана горит неприкрытая злоба. — Наверное тем, что супергероям город не платит, — необычайно ядовито сказал Агрест. — И никаких льгот у них тоже нет. Зато есть реальный шанс умереть от какой-нибудь акумы, так и не… Он моргнул. Посмотрел на нас. Мы смотрели на него в ответ, приоткрыв рты; я грешным делом даже подумала, что новости про Буржуа пробудили в Адриане память — иначе с чего такая реакция, спрашивается? — Он даже на себя оформил… логотипы супергероев, — смешался Адриан. — А откуда я это знаю?.. Алья кашлянула и поправила очки. — Мальчик мой, — протянула она сладким голосом Риты Скиттер, учуявшей тухлятинку в чьём-то шкафу, — не знаю, насколько эта информация правдива, но я не буду собой, если её не расследую. Нино почесал щёку. — Вообще-то, это может быть опасно, — осторожно заметил он. — Если это правда, то ты представляешь, какие деньги там крутятся?.. Я в стороне тоже стоять не стала: — Алья, идея отличная, конечно, но ты действительно должна подумать о своей безопасности. Андрэ, несмотря на своё пузо и инфантильный вид, остаётся довольно жёстким политиком, который влёгкую протаскивает нужные ему законы в любой сфере. Вряд ли там всё чисто… и обычно такие люди опасны, потому что за своё нажитое они будут грызться до последнего. Я говорила по собственному опыту. Когда мы с Адрианом улетали из Америки, то Олимпия клятвенно обещала напрячь всю судебную систему и всех знакомых, чтобы приструнить Буржуа и отобрать у него наш с Котом возможный доход. Однако время шло, уже на носу было Рождество. Никаких подвижек не было и не предвиделось. Олимпия ругалась на то, что Андрэ был со всех сторон защищён похлеще Тауэра и американского золотого фонда. В дело даже включилась главная поборница справедливости, — это я про Барбару, — и одновременно человек, закончивший когда-то юридический. И что, спросите вы? И ничего. Для моих американских друзей, включая Эон, Ахену и Джессику, разоблачение Андрэ Буржуа стало идефикс, однако, повторюсь, подвижек в этом славном деле не было до сих пор. Олимпия стрясла с меня клятвенное обещание не лезть к Буржуа; и теперь в эту клоаку собирается нырнуть Алья, да ещё и с головой!.. Кстати, а чего это я сама в это дело лезу, спрашивается? Алья меня воспринимала как равную, так что не слушала, даже если я излагала священные откровения. Другое дело, если по башке деятельной будущей журналистке настучит кто-то другой… — Ты что это делаешь? — с подозрением спросила Алья, когда я достала мобильник и начала быстро печатать жалобное сообщение. — Маринетт? — Говорю Олимпии, что ты себя плохо ведёшь. — Что? Не надо! Она подскочила ко мне и выбила телефон из рук; мобильник подлетел вверх, сопровождаемый нашими ошалевшими взглядами… и его поймал сосенка-Адриан. Держа телефон на вытянутой руке, он скользнул взглядом по написанному и, ни секунды не сомневаясь, отправил кляузу по адресу. Алья издала горестный стон, Нино фейспалмнул, я довольно засопела. — Это могла бы быть сенсация, вы, предатели!.. — Это опасно, — сказал Агрест, возвращая мне телефон. — И это точно не стоит твоей жизни. Даже мой отец, несмотря на все свои связи, не рискует лишний раз пересекаться с месье Андрэ. И мне говорил, чтобы я при общении с Хлоей был осторожен. Я спрятала мобильник и задумчиво посмотрела на Адриана. Что же… выходит, и Габриэль в этом мире чего-то боится. Чего-то, что не «Одри». Видела я, как Агреста-старшего перекашивало, когда Хлоя вскользь упоминала свою мамочку. — Если ты хочешь справедливости, — решил подсластить горькую пилюлю Адриан; на самом деле, Алья чуть не плакала от ощущения ускользающей выгоды и сенсации, — то почему бы тебе не передать все свои подозрения мисс Хилл? Как я понял, вы неплохо с ней общаетесь… — Это Маринетт неплохо с ней общается. Я… ну, она мой кумир. И беспокоить её по этому поводу… — Абсолютно нормально, — перебила я девочку. — Слушай, она же супергероиня. Так чего ты боишься подкинуть ей работу, а? Алья кивнула. Но всё равно было видно, что девочка расстроена. Для меня это было хорошим знаком: мы, видимо, всё-таки переубедили Сезер соваться в пасть крокодила без запасённого заранее домкрата. Вот и хорошо. Не хватало ещё, чтобы эта деятельная мадама куда-то вляпалась. Я костьми бы легла, чтобы вытащить её из любой передряги, но так-то лучше не доводить до крайностей. — Пойдём в кафе, — предложил Нино, смотря на небо. — Кажется, скоро может пойти дождь. — Ну его в задницу этот ваш дождь, — окрысилась я. — Снега мне! Что за приколы, Рождество на носу, а снега не отсыпали, словно это не вода замороженная, а кокаин! Ребята странно посмотрели уже на меня. — Вообще-то, тут всегда так было, — заметил Адриан. — Или ты с каким-то другим местом сравниваешь? Вроде бы ты с рождения в Париже, нет? Алья и Нино закивали, как два болванчика — даром, что не китайских. Я на ребят махнула рукой. — С рождения, с рождения… но это не значит, что я не хочу нормальную зиму. Со снежками, снеговиками и санками! — Тебе тогда надо на Крайний Север, подруга, — фыркнула чуть успокоившаяся Алья. — Там и на собачьей упряжке можно покататься, и олени с мягкими рогами есть. И медведи. Белые. — Вот без медведей я точно обойдусь. Но вообще-то, идея была очень даже богатой. Получу на руки Каалки, — я надеюсь, что это таки произойдёт; хотя для этого нужно контачиться с Мастером Фу, чёрт, — и буду мотыляться по миру без всяких виз и документов. Шикарно же, а? Мы дошли до ближайшего кафе, где Нино хотел было проявить галантность и повесить мою толстовку на вешалку. Парня пришлось обломать: у меня в капюшоне всё ещё была неучтённая Тикки, которую, в целом, стоило бы переложить к Лиири в почтальонку. — Можешь идти и помыть руки, — разрешила мне Алья, — я пока нам еду закажу. — Да-да, Большая Мамочка, как скажешь… А вот и возможность разобраться с квами. Как удачно. В туалете я стянула толстовку и перепрятала мадам Удачу к мисс Свободе. Квами смотрели на меня большими голодными глазами; рядом с Лиири валялась пустая упаковка из-под сырных крекеров. — А ты нам что-нибудь положишь? — спросила орлица после того, как Тикки её легонько толкнула. Делать большие грустные глазки у Лиири получалось лучше, чем у Тикки, и две хитрюги этим пользовались. Знали же, засранки, что я им буквально не могу отказать! — Обязательно, — вздохнула я, — если это не будет слишком палевно. А вы пока подумайте, кто из моего окружения подходит на роль временного напарника, ладно? Мордашки кивнули и, судя по сощурившимся глазкам, крепко задумались. Я вот тоже понятия не имела, кого брать в помощники; кажется, сегодняшний вечер будет посвящён составлению резюме для каждого кандидата в супергерои. Эх… будто мне заняться нечем, в самом деле.