Притворяется

Прошло несколько недель с того выпускного вечера, и, как ни странно, Лололошка не встречал Джона ни в школе, ни за её пределами. Казалось, будто тот растворился в ночи, оставив лишь отголосок их последнего разговора. Но Лололошка чувствовал: это не конец. Джон, по-прежнему загадочный и неуловимый, оставил в его жизни нечто значимое, даже если сам не осознавал этого. Однажды вечером, когда солнце уже садилось, и школа погрузилась в тени, Лололошка заметил знакомый силуэт, стоящий возле школьного фонтана. Это был Джон — в своём белом костюме, но без привычной маски сарказма на лице. Он выглядел спокойным, но одновременно задумчивым, словно размышлял о чём-то важном. Лололошка подошёл ближе, и Джон, услышав его шаги, обернулся. — Знаешь, Лоло, — произнёс он, глядя на воду фонтана, — я долго думал о твоих словах. О том, что, может быть, мы действительно можем выбрать, кем стать. Что не всё предрешено. Но... иногда выбор — это самое страшное, что может быть. Лололошка слушал молча, ощущая, как что-то изменилось в Джоне, как будто исчезла часть его прежней, жестокой уверенности. Джон взглянул на него, и в его глазах было что-то новое — не сарказм, не надменность, а искренняя уязвимость. — Я не уверен, что могу стать тем, кем хочу быть, — признался Джон. — Это… слишком сложно, слишком непривычно. Знаешь, весь этот мир, кажется, ожидает от меня чего-то конкретного, и я сам не знаю, есть ли у меня сила стать чем-то другим. Лололошка подошёл ближе, останавливаясь рядом с ним. Он увидел в Джоне человека, который пытался найти себя, несмотря на все тёмные стороны и сложные чувства. — Никто из нас не обязан быть идеальным, — сказал он мягко. — И мы не должны соответствовать чьим-то ожиданиям. Важно лишь то, что ты сам хочешь, даже если это идёт вразрез с тем, что от тебя ждут. Джон отвёл взгляд, но Лололошка видел, что его слова задели его. Наконец, Джон выдохнул и усмехнулся, но уже без привычного сарказма. — Значит, ты веришь, что у меня есть шанс стать лучше? Что я могу быть кем-то… другим? Лололошка кивнул, протянув руку. — Мы можем попробовать. Вместе. Если ты готов. Джон посмотрел на его протянутую руку, и в его глазах снова промелькнуло сомнение. Но затем он улыбнулся и с уверенностью пожал её. — Ты странный, Лоло, — сказал он, но в его словах не было ни капли насмешки. — Но, кажется, именно это мне сейчас и нужно. Они стояли рядом, ощущая, что теперь их судьбы переплелись ещё крепче. Джон не знал, удастся ли ему по-настоящему измениться, но впервые в жизни он чувствовал, что не одинок в этой борьбе.