Между небом и землёй.

Тэхён восседал на троне в центре зала. Словно мраморная статуя. Холодное прекрасное лицо с идеальными чертами, пухлые губы, глаза цвета самого неба. Серебристые пряди волос, украшенные золотой шёлковой диадемой, мягко спадали на плечи Архангела. На нём был длинный хитон (нижняя одежда всех ангелов), обнажающий только ступни, гиматий и хламида — плащ, закреплённый золотой брошью на плече. Тонкие изящные пальцы медленно постукивали по мраморному подлокотнику. Он пристально смотрел на всех присутствующих. В зале находились только самые приближённые к Архангелу: Хосок и Юнги — справа от Архангела, и ещё около десятка ангелов. — Что за срочность? — тихо прошептал Хосок на ухо Юнги. — Зачем он нас собрал? — Думаю, из-за Чимина. Мелкий совсем распоясался,— ответил Юнги. — Чонгук не может справиться со своими демонятами — нужно привлечь нас? Как будто нам больше нечем заняться. —Тихо, — шикнул Юнги.— Он перестал стучать пальцами. Сейчас говорить будет. Все замерли. — Я собрал вас всех сегодня, чтобы обсудить один инцидент. — Бархатный голос Архангела, обволакивая всех присутствующих, заставил замолчать. — У нижних есть один недисциплинированный демон по имени Чимин. Недавно он, без разрешения, поднялся к смертным и устроил там сами знаете что.Нам нужно взять его под контроль. — А почему нам? Чонгук уже не справляется со своими демонами? — возразил кто-то из зала. — Нет, — ответил Архангел, — он предложил в качестве наказания поднять его к нам на сто лет. Я хотел обсудить это с вами. В зале зашушукались: «Демон в Раю — неслыханно. Это невозможно». Все присутствующие были возмущены. — Я же говорил, — прошептал Хосок, — Я уверен, что он назначит тебя надзирателем. — Надеюсь, что нет, — проворчал Юнги. — Не хочу неприятностей из-за него. — Я предлагаю, — продолжил Тэхён, не обращая внимания на ропот, — приставить к нему одного из самых строгих Ангелов. Он доказал свою праведность, и ему неоднократно приходилось устранять все бесчинства этого демона. — Твою, прости Отец, дивизию. Я так и знал, — выругался Мин. Хосок ехидно хихикнул. — И ведь не поспоришь. Его «предлагаю» звучит как приказ и обжалованию не подлежит. Крепись, теперь тебе сто лет возиться с этим демоняшкой, — подначивает Хосок. — Юнги, — продолжил Архангел, —подойди ко мне. — Он протянул правую руку. Мин покорно вышел вперёд, повернувшись лицом к Тэхёну, и, встав на одно колено, склонился в знак покорности и уважения к старшему Архангелу. Тот положил ладонь на его голову. — С сего момента у тебя на ближайшие сто лет только одно задание: следить и перевоспитать непослушного демона Чимина. Я надеюсь на твою строгость. Архангел убрал ладонь, тем самым разрешая подняться. Юнги посмотрел на Тэхёна. Тот одарил его теплым одобрительным взглядом — так он смотрел только на самых близких: Юнги с Хосоком входили в их число. Для всех остальных он был холодный и строгий, как и подобает Архангелу. *** Чимин сидел на софе в своей новой комнате наверху. Его переодели в белые одежды. Чёрное было неприемлемо в Раю. В комнатах всех ангелов было одинаково: софа — не для того, чтоб спать, — конечно, ангелы не спят; письменный стол, стул и полка для книг —да-да, ангелы читают. Разрешалось хранить книги древних философов и поэтов: у каждого был свой любимый автор. Чимин встал и, подойдя к полке, взял первую попавшуюся под руку книгу. — Фило‌н Александри‌йский, брр, скукота, — он поставил книгу на место. В дверь постучали. — Войдите, — ответил Чимин. В комнату вошёл Юнги. — Ну, здравствуй, Чимин, — Ангел закрыл дверь, проходя вглубь комнаты. — Доигрался. Теперь мне будешь портить нервы ближайшие сто лет? Тебя ведь предупреждали. — А что я такого сделал? — возмутился демон. — Всего лишь совратил несколько монашек. — Всего лишь? — Юнги сложил руки на груди. — Они сожгли монастырь. И это ты называешь всего лишь? — А я-то тут при чём? Это вышло случайно. И я всегда даю людям выбор. А то, что они все порочны и умело скрывают от вас своё истинное лицо, так вы мне должны сказать спасибо. — Это за что, интересно? — За то, что эти праведники, в кавычках, — показав пальчиками, — не попадут к вам, а будут греться в нашей сауне, в Аду. Где им, собственно, и место. — Ну, они же не все такие. Есть же и хорошие. Молятся, ходят в церковь. — А, это те, что грехи замаливают? Ну-ну. Перед смертью все начинают каяться. Только я не верю в их искреннее раскаяние. — А с каких пор, Чимин, ты стал переживать за Рай и тех, кто сюда попадает? Ты же демон. — И что с того, что демон? Ложь я могу отличить от правды, пока что. — Я тебе чтиво принёс. Занимательное. — Библия! Ты смеёшься? — Ну, это для того, чтоб ты понял, кто мы для людей. — Я и так это знаю, — фыркнул Чимин. — Вы для них феечки. АНГЕЛЫ. Звучит-то как пафосно. Я, кстати, пытался как-то соблазнить одну фею. Милые создания, скажу я тебе. Так её жених меня за хвост укусил! Представляешь? Совсем страх потерял, гадёныш. — И что ты с ним сделал? — Ничего. Пока я офигевал от такой наглости, он её умыкнул и свалил. — Смешно, — улыбнулся Юнги. — Феи они хоть и маленькие, но бесстрашные, если дело касается любимых. Впрочем, как и все в мире. Люди за любовь — и в огонь, и в воду. — Не все за любовь бороться могут. И ты знаешь, о ком я сейчас говорю. — Эта тема под запретом. Ты же в курсе, что мы не можем её обсуждать. — Это почему? — Чимин приподнял одну бровь в удивлении. — Чимин. Мы об этом не говорим. Табу. — А мне пофиг. Я демон, и на меня ваши правила не распространяются. Или всё, что касается вашего драгоценного Тэхёна, табу? — Это было еще до Потопа. И да, всё, что касается Архангела и Чонгука, — табу. И лучше бы тебе не упоминать больше об этом. А тем более в его присутствии. — А вот и больная тема, — Чимин потёр ладошки друг о друга с довольной улыбкой. — Спасибо, Юнги, ты мне о-очень помог. А теперь иди, я хочу почитать эту вашу, как её, Библию. Чимин вытолкал Юнги за дверь и улёгся на софу, сложив руки на груди в замок. — А теперь мне нужен план, как побыстрее отсюда свалить, — закрыв глаза, он сосредоточился на своём возвращении в Ад.