Chilly wind

***

Поздняя осень. Вечер Рёв мотора. Тихий разговоры друзей. Луна. Тихий поздний вечер не преподносил никаких сюрпризов в виде осадков или сильного ветра. Вечер встретил трёх ребят чистым небом, чуть морозным воздухом и тихой тьмой. Машина, не торопясь, ехала по пустой трассе в пригороде Сеула. В автомобиле Банчан и Феликс о чем-то возбуждённо разговаривали, не замечая облокотившегося Джисона пухлой щекой на холодное стекло. Его мысли витали где-то за пределами авто. Его взгляд метался по деревьям, что вечер окутал мраком. Воображение играло с ним, вырисовывая причудливые образы жутких существ с кривыми руками-ветками, будто тянущиеся забрать тебя в бездонную пропасть мрака. Сонные глаза Хана уловили слабое свечение. Полная Луна старалась осветить хищную тьму своим слабым блеском. Ее мертвенно-бледные лучи желали соприкоснуться с землей, но могли только осветить верхушки корявых деревьев, и поцеловать макушку уже уснувшего Сона.

***

Мягкий свет освещал большой зал кафе. Посетители лениво болтали друг с другом попутно пив тёплый напиток. В преддверии праздника потолки облепили чёрные пауки. В углах красовалась искусственная паутина. Единственный свободный столик в углу зала успешно заняла пара Минхо и Джисона. Весь короткий путь до кафе прошёл в ожидаемой тишине. Ли что-то без интереса рассматривал в телефоне, в то время как Хан сосредоточился на носках чуть мокрых ботинок. Извечная проблема при знакомстве с кем-то. Зачем смотреть человеку в лицо и болтать, если можно уткнуться в ботинки и вести с ними телепатическую беседу? Вот и Джисон не знает. Мягкая обивка стула заставила немного расслабиться и настроиться на предстоящий разговор. Человек напротив бегал незаинтересованным взглядом по залу, видимо искав официантку. Непроницаемое лицо, которое из-за бледного света луны казалось мраморным, покрывалось румянцем. Где-то в груди появился маленький комок, который непременно старался вырваться. По спине как будто проползла ледяная змея вызвавшая мурашки по всему телу. Сглотнув он отвёл взгляд в сторону осматривая остальных посетителей. В зале приятно пахло кофе и разными десертами, многие люди заскочило сюда согреться в холодный осенний вечер. Через несколько минут к столику подоспела виновато улыбающаяся официантка с одним меню. — Прошу простить за принесённые неудобства, но сейчас мы можем предоставить только одно меню, — девушка грустно посмотрела на книжку. — Все в порядке. Для нас это не вызовет трудностей. Так ведь? — Минхо элегантно улыбнулся. Сейчас он ждал ответа. Джисон встретился со взглядом. — Да! Все в порядке, — нервно хихикнул студент, — никаких проблем. Официантка облегченно вздохнула и, порекомендовав сезонное меню, поспешила к соседним столикам. Желудок озвучил своё желание перекусить, на что Джисон не думал перечить. Меню было на половине стола Ли поэтому Хан тактично ожидал момента когда парень решит в него заглянуть. Это случилось довольно скоро и вот Хо бегло вчитывался в описание блюд. Джисон же вчитывался в черты задумчивого лица, подмечая каждое изменение в мимике. В его творческой душе начала зарождаться интригующая идея. — Ты так есть хочешь что поедаешь меня глазами? Ну вот опять стыд и неловкость облепили Джисона со всех сторон. Теперь этот острый взгляд сверлил дыру в голове студента, пытаясь найти ответы на возможные вопросы. Теперь они поменялись ролями. — Да я… я на твой прыщ смотрю! — Мой что? — искренне удивлённо переспросил Ли. За вечер его кожа решила дать сбой? — Ой, извини. Видимо, мне пора носить очки. Показалось. — широкая улыбка старалась скрыть подступающую краску стыда. Самое идиотское оправдание для разглядывания чужого лица. Хо с коротким вздохом вернулся к меню. Хан не знал как сгладить эту удушающую неловкость, поэтому спросил первое, что вспылило при виде голодного знакомого: — Что тебе нравится из еды? — Люблю супы. Лучший способ согреться и предотвратить появление дыры в желудке. — Согласен! — И правильно. Молчание. Эта встреча все больше походила на свидание вслепую. Обстановка уже нервировала и Минхо. Наконец найдя официанта, он позвал его махом руки. Тут же к их столику поспела симпатичная молодая девушка с собранным пучком. — Добрый вечер. Вы определились с заказом? — приятная улыбка озарила ее чуть уставшее лицо. В руках она держала планшет для записи заказов. — Здравствуйте. Можно две порции тирамису, один эспрессо и… ты что будешь пить? — этот вопрос адресован не официанту. — Ам… Пусть будет…, — Хан забегал глазами по меню, — чай с малиной. — Хорошо. Ожидайте в течении получаса, — быстро что-то набрав на планшете, девушка поклонилась и удалилась в сторону кухни. Заказ сделан. Теперь есть целых полчаса для вопросов и глупых шуток. Джисон старался почувствовать покой и комфорт, раз они оказались в таком уютном месте, когда за окном правят мрак и холод, но он чувствует лишь нарастающую усталость от постоянного стресса и рассматривает кафе. Видимо владелец только поручил заняться подготовкой помещения к предстоящему празднику, но уже висящие декорации питали души каждого атмосферой чудовищно веселого дня. Постепенно студент расслабился и даже был готов для диалога с Ли. Тот все это время тёр свои ладони. Его щеки ещё оставались покрыты румянцем, а глаза чуть красными и влажными от слез, что начали течь когда они шли против промозглого ветра. Эта картина немного тоже помогла наконец расслабить плечи и спокойно ждать тёплый чай. — Ты зарабатываешь, что ли, что на людей пялишься? Как будто хочешь найти улики какие-то как сыщик. — Минхо, не прекращая греть руки, взглянул на Хана. — Извини. Издержки профессии, — неловко улыбнулся Джисон. — Ничего себе, — Ли заинтересовано наклонился вперёд , — сталкер? Извращенец? Киллер? Жёлтая пресса? Студент чуть не подавился воздухом от шока и возмущения. — Перебрал все непотребства, что знал. Я обычный студент-художник. Мне необходимо анализировать пропорции и подмечать индивидуальные черты. — Не бубни. Я сам такой. Ну, в какой-то степени. — Ась? — Я фотограф. Иногда я тоже чрезмерно всматриваюсь в кого-то или в что-то, хотя я просто думал про хороший ретушь, — усталый вздох последовал от Хо, — все мы плавимся в котле арт блоков и осуждения общества. Джисон тоже никак не мог сдержать горький вздох правды. Как бы творческая профессия не звучала волшебно и красиво она всегда преследуется множеством камней и лживых масок. Ли Минхо не представлялся как фотограф. На вид парень, что подрабатывает в круглосуточном магазине и часто ругается со своей девушкой. Очень грубо, но Хан окружён не миленькими цветочками и сердечками. — Так ты фотограф, да?, — Минхо утвердительно кивнул, — тогда на чем ты специализируешься? — Чаще это какие-то рекламные заказы, так же это студийные съемки, ещё люблю пейзажные, но это уже так, для себя любимого. Хан старался переварить этот поток информации. — Как-то пытался в стиле ню, но решил что не для меня. — Серьезно?! Ню?!, — глаза студента вот-вот станут сходны с футбольными мячами. Не успел Сон только открыть рот с вопросами, как к их столу подошла уже знакомая девушка, но уже с подносом. — Простите за ожидание. Ваш заказ готов, — быстрыми, но аккуратными движениями официантка перекладывала блюда на стол, — приятного вам аппетита. Поклонившись, девушка ушла к другому столу. Две чашки источали ароматный пар, только один обладал жестким, но согревающим ароматом кофе, а другой обладал легким чайным шлейфом малины, в котором где-то проскальзывала острота мяты. Две порции тирамису манили глаз. Аккуратные слои выглядели очень сочными и аппетитными. Он дарил запах кофе, как неотъемлемую часть этого десерта. Желудок вновь жалобно заныл, толкая Хана немедленно его съесть. Пододвинув десерт, Джисон, словно ножом по маслу, десертной ложкой отломил кусочек. Неповторимый вкус легендарной сладости заставил студента удовлетворено промычать. Ли только смотрел и глотал смешки. — Это самый крутой тирамису из всех что я ел в своей короткой жизни! Как ты узнал об этом месте? — искренне удивлено расспрашивал Сон. — В момент когда у меня было дерьмовое настроение после заказа пошёл дождь, и я забежал в первую попавшуюся дверь. Это оказалось это кафе. Ну, чтоб не орать матом и не быть дебилом, решил заказать первое попавшееся блюдо. Вот так я и попробовал этот крутой тирамису, — последнее предложение Ли сказал с уловимой насмешкой. Однако Джисон, шокированный дивным вкусом, не заметил в свою сторону ничего плохого. То ли так на него влияло кофе, то ли сахар, но ему хотелось отблагодарить напротив сидящего человека. Этот простой поход поесть помог расслабиться за долгое время. Чья-то компания и вкусная еда — серотонин для больной души студента. — Спасибо. Правда спасибо. Ли опешил. — Ты о чем? По легкому ступору несложно догадаться что Минхо в замешательстве. В жизни мало кто говорил ему это тёплое слово. Нет, конечно люди благодарили за предоставленные услуги или какие-либо действия выгодные им, но… это дежурные фразы. А это тихое, согревающее «спасибо»… Сейчас, выжидающе смотря в глаза пропитанные благодарностью, он желал услышать чёткий ответ. Внутреннее Я так этого хотело. — Понимаешь, сейчас куча стресса и давления в моей жизни, голове. Были случаи когда совсем хотелось опустить руки и бросить все, — горячая чашка чая крепко зажата между дрожащими ладонями, — но бывают моменты, которые своим светом затмевают гнусные мысли с проблемами, что вызывают полное гниение души и тела, — грустно улыбнулся Хан, — встреча с тобой помогла забыться, не думать о куске переработанного дерева и вот так непринужденно проводить вечера. На глазах Хо, его улыбка расцвела. Расцвела и излучала то самое тёплое, согревающее чувство. Так же ему улыбался отец. Не в силах что-то ответить, Минхо задумчиво поднёс чашку кофе к губам. Он понимал — его уши покраснели. Эти минуты счастья казались для Джисона долгим ливнем, как у них сейчас осенью. На глаза студенту попал слабый луч, пробивающийся сквозь хмурые тучи. Один луч сменился на множество пучков света. Вновь взор парня устремился в окно. Луна, больше походившая на труп невесты, выглядывала вместе со стаей ярких звёзд. Их сияние отобразилось так и на чайной глади, так и в чайных глазах, что неотрывно смотрели в бескрайнее небо. Ли было смешно с такой детской радости и восхищения. Но ему нравились звёзды в его глазах, Луна запутавшаяся в волосах, которая придавала изящной неестественности цвету волос. Запевавшийся терпким кофе кусок тирамису вновь отправился по пищеводу. Через 15 минут десерт съеден, напитки допиты. Весь это отрезок времени прошёл в тишине, редко нарушаемая бытовыми разговорами про погоду, расписание автобусов, про вкусную еду. Посетителей становилось все меньше, работники приступали к уборке зала. Джисон поспешил оплатить счёт как он и обещал. На сумму счета Хан мог купить банку хорошего грунта... Будто прочитав мысли студента, Хо прыснул в кулак. Заметно похолодало. Идти домой было не так приятно как хотелось. Тело снова бросило в мелкую дрожь от склизкого холода. Наверняка Джисон сто раз пожалел что не надел подштанники, которые подарил Феликс, когда тот Хан слег с простудой. Он тогда чуть сознание не потерял. Только не от подарка. Ли шёл молча, жалея только что окно дома не оставил открытым. После душа дом превратится в сауну. Конечно Хо мёрз: он же не робот. Он был менее чувствителен к нему. Вечно холодные руки требовали больше внимания, однако и это фотограф благополучно игнорировал. Видимо, нужно для точного эффекта купить грелки. Чуть пройдя улицу, они снова стояли у входа в тихий парк. — Думаю на этом месте мы расстанемся, — начал диалог Ли, — нам в разные стороны. Спасибо за этот легкий ужин. Давно не ел этот тирамису. Хан чуть шмыгнул носом. — Спасибо тебе... Минхо. Было приятно познакомится поближе, — без доли сарказма, проговорил Сон. Ли довольно прикрыл глаза. Снова эти слова. — Ты ведь знаешь мой номер, так? Если захочешь наведаться на пляж, особенно пьяным, позвони лучше. Уведомление я могу не увидеть — быстро засыпаю. — как-то внезапно холодно объяснил Хо, будто без энтузиазма. Джисон это почувствовал. Стало как-то обидно первые секунды, но после все равно. — Буду знать. Ну, спокойной ночи. — Тихой ночи. И каждый пошел прочь. Под надзором темных туч, что держат в заточении миллиарды звёзд и бледную как смерть, Луну.

***

Всю дорогу до дома Хан прокручивал события этого дня. Особенно этот вечер. Джисон тихо улыбнулся. Минхо довольно загадочная личность, что сложно прочитать: все текста его души скрыты далеко, под плотными слоями десятилетней пыли и боли. Видно, что откроется он не каждому первому встречному. Джисону только оставалось трепетно хранить воспоминания этого вечера. В подъезде тело пришло в себя: Хан чувствовал как кожа примёрзла к одежде. Очень неприятное ощущение. Благо есть горячий душ, тёплая постель и согревающие объятья Ликса. Поскорей зайдя в дом, Джисон ожидал увидеть полусонного друга, но не как удивленную девушку с веснушками как у Феликса и нескольких молодых парней. Шокированный Хан был, мягко говоря, в смятении. Наконец из комнаты вышел сам блондин. Тот явно не ожидал увидеть соседа в данный момент. — Фел, я чему-то помешал? — полушёпотом обратился к другу Хан. — Ханни, ты забыл что ко мне прилетает сестра из Австралии? Я тебе на прошлой неделе говорил про это. Парень видимо вспомнил. Ему стало жутко стыдно. Как так он мог забыть, что к лучшему другу прилетает родная сестра и заодно приходят их бывшие одноклассники, что жили тоже раньше в Австралии. Тот мигом поздоровался с каждым из них. Те неловко улыбнулись. — Ликс, я сейчас быстро соберу материалы и смоюсь. Мне скоро сдавать проектную работу, — второпях объяснил он. Феликс виновато посмотрел как друг собирает краски и другие ресурсы. — Ты извини, что так вышло. Ты можешь где-то переночевать? Если нет, то потеснимся! Я не дам тебе шляться в холод собачий не пойми где, — серьезно заявил Ликс. — Ты что! Все будет хорошо. Попрошусь к одногруппнику. Позже пришлю фото, что б ты не волновался, — Хан невесомо коснулся рукой головы друга. Тот удовлетворенно улыбнулся. И не принять теперь душа.

***

Груз в виде рюкзака и мольберта доставляли дополнительные неудобства студенту, что остался без крыши над головой. Звучит ужасно, но так оно и есть. Визит сестры как минимум на 3 дня, значит, он на долгое время не сможет вернуться домой. Тоскливо. Ближе к ночи температура стала ещё ниже, так что долго слоняться по улице будет неприятно. Да даже так чувствовать себя бездомным уже не круто, но если подумать, то Хан был оповещён и по своей невнимательности забыл об этом. Вот из-за этого он сейчас сидит на остановке, а не лежит под тёплым пледом. Заряда вновь осталось мало, потому что Джисон снова сломал зарядник и тот плохо зарядил аккумулятор. Покрывая вновь матами одногруппников, которые даже трубки не сняли, Хан кисло посмотрел на список контактов. Половина из них — старые номера, которые точно не ответят. Многие знакомые живут далеко от Джисона и в такие критические моменты это заставляет задуматься над переездом ( подальше от учебы и прогнивших людей). Но увы, сейчас он в цепях мечты об лучшем будущем. Радует что остановки оснащены подогревом, но в связи с обстановкой решили поэкономить на тепле. Иначе говоря — сидеть пипец стало холодно. Выпустив клуб пара, студента голове вновь стал перебирать людей, которые могли впустить хотя бы на ночь, но к огромному сожалению все варианты провальные. — Святые антилопы, ну и куда мне деться? — резко заговорил Хан, — какого хрена ни один из горячо любимых одногруппников даже трубку не берут? Я что, им в тубус насрал раз они так воротят носы как только на горизонте вырисовываюсь? Бесчувственные шпатели. Сейчас Джисон испытывает гнев в вперемешку с обидой. Ему правда было обидно за себя, ведь какие есть доводы чтоб они могли вот так отторгать? Да никаких! Расстроенный Хан решил сходить в круглосуточный магазин. Снова. На этот раз он намерен войти в состояние полного пофигизма и судорожного веселья. Может он даже наконец уснёт. Без кошмаров. Оставив вещи, Сон стремительным бегом направился ко входу, где стоит его спасение на эту ночь.

***

— Эти никчемные кактусы! Чтоб вам всем иголки повыдрали. Сучоныши. Наведу вам порчу на понос! — конкретно пьяный Хан Джисон, сидя на плохо отапливаемой остановке, выкрикивал нечленораздельные ругательства. Мимо проходящие люди практически не обращали на такое внимание, только пара подростков похихикала над слабиной парня. Хан чувствовал, как тело горит и после этого шарф уже лежал на лавочке. Мозг, как и предполагалось перестать исправно функционировать, но студенту это и нужно было. Однако мысль о горячем душе и постели не уходила вместе с разумом, а напротив: стала главной темой для бурного размышления. Джисон беспорядочно тыкал пальцами по иконкам приложений. В этом не было толку, но кому какая разница? Указательный палец открыл KakaoTalk. Мыльным взглядом Хан пробежался по окошкам чатов. Их было не так много, но они смогли помочь родиться новой гениальной идее. — Точняк! Надо набрать... Мишо? Нет, — Сон сосредоточено наклонил голову, дабы вспомнить имя, — Минхо, во! Звоним! Пальцы вновь тыкали по разным участкам экрана и наконец пошёл вызов. Долгие гудки так и не заканчивались и это заставило злиться уже засыпавшего Джисона. После 4 таких гудков, трубку сняли: — Да? — послышался хриплый голос Ли. — Пизда! — не удержался от шутки Хан. Настолько тупая, что гениальная. — Кладу трубку, — не оценив шутки, ответил Хо. — Нет! Стой!, — крикнул на телефон Джисон, — Шутканул уж, соррян. Тут это, просьба есть. Можно у тебя переночевать? — Дай угадаю, — задумчиво промычал Ли, — тебя выгнали из дома потому что нажрался? — Если бы! К брату приехала систр фром Австрелия и я теперь временно нот хом. Одногруппники бул щит даже трубку не берут. Вспомнил тебя, решил попроситься. Вооот, — довольный Хан своему объяснению улыбнулся во все зубы. — Мне такой радости не надо, — послышался зевок, — провоняешь на весь дом перегаром потом блевать буду. — Хотя бы на коврике дай поспать плиз, — захныкал Хан, — я те массаж стоп сделаю. — Спасибо, этого мне ещё не хватало. Приходи, давай, — снова послышался зевок. — Ну тут это, есть ещё просьба. — Ну? — Забери меня пожжалуста, — шмыгнул носом студент. В трубке повисло молчание. После раздался тяжелый вздох. — Ты где сейчас? — На остановке. Эээ, где круглосуточный номер 5. — Сиди там. Через 10 минут буду. Послышались гудки. Хан устало облокотился на стеклянную стенку. Охлаждающий эффект немного отрезвляли голову Сона, но тот уже почти был в объятьях Морфея. В таких тёплых, приятных, как одеяло, которое оберегает от потери ценного тепла. Обжигающие поцелуи любимой девушки, будто перья жар-птицы, касались твоей кожи. Или... прохладные прикосновения шершавых ладоней словно раскалённый метал. Что? Джисон приоткрыл глаза. Перед ним стоял Минхо одетый в ветровку и в спортивные штаны. По нему видно — он торопился. Его каштановые волосы находились в беспорядке и выглядели чуть влажными. Кончик носа сделался розовым. — Ты точно на одну ночь? — скептически осмотрев багаж студента, уточнил фотограф. — Да это говно нужное, чтоб из универа не выгнали. Проектная работа все дела, — отмахнулся Хан. Он потихоньку поднялся с места и обошёл Хо, остановившись за его спиной. Всем телом он навалился на крепкую спину Хо. — Понеси меня. Пожалуйста, — тихо промямлил Джисон. Без ответа, Ли подбросил на себя парня, чтоб тот надёжно сидел. Руки плотно держали чужие ноги. Другие руки крепко сцепились вокруг чужой шеи, держа сложенный мольберт. Ли, мягко говоря, было тяжело: сам по себе Джисон не был пушинкой, так вес прибавили рюкзак с всякой дребеденью и эта штуковина. «Хоть бы на ногу не уронил», — промелькнуло в голове Минхо. Медленно, но верно, Хо направился в сторону своего дома. Ветер своими ледяными пальцами подгонял изо спины уставших парней. Многие магазины потихоньку закрывались на ночь; их яркие вывески конкурировали со спутником, даровавший девственно чистый свет сонным людям или тем, кто только начинал свой вечер. Путь проходил довольно спокойно. Многие улицы остались позади, все сильнее чувствовался морской запах, виднелась морская гладь. Ли чувствовала как мышцы ног, рук, спины напряжены по максимуму. Он был готов кинуть разморенное тело прямо на асфальт, но кто он будет после этого. Ему только оставалось тихо делать тяжёлые шаги, периодически вздыхать и дышать отвратительно резким перегаром от трёх банок пива. Джисон с полузакрытыми глазами всматривался в острый профиль. Даже в поддатом состоянии он мог рассматривать правильные черты. Только было одно отличие — алкоголь позволял свободно, без стеснений пялиться. Хан чуть хихикнул, когда представил, как с переносицы до кончика носа скатывается лыжник. Ли думал что тот спит во всю, но как оказалось его мозг ещё способен воспроизводить шуточки. В поле зрения наконец попал прибрежный песок. Хо осторожно спускался по склону, надеясь что студент не будет делать лишних движений. Перспектива полететь кубарём вниз никого б точно не устроила. Внезапно, Ли зашипел. Он почувствовал ощутимые укусы на шее, которые любезно после были зализаны. — Ты чего творишь, блять?! — возмутился таким нелестным действиям Минхо. — От тебя вкусно пахнет. Кушать захотелось, — пролепетал в шею студент. — На, — не выдержав, Хо скинул балласт на зыбкую поверхность, — поешь песочка, каннибал. Хан потёр ушибленный копчик. Наверняка останется синяк. Лицо приобрело обиженный вид: нижняя губа выпячена вперёд, щеки чуть надулись, бровки домиком. Джисон посмотрел на живот фотографа. Его ветровка была расстегнута и виднелась та самая майка. Чуть приглядевшись, студент обнаружил задравшейся край майки и перед глазами виднелась темная отметина. — Это тату какое-то? А что оно означает? — Хан заинтересовано наклонил голову. Рука Ли быстро дёрнула тот край майки. Его лицо источало недовольство. — Тебе знать не нужно. Пошли уже в дом и… извини, — чуть тихо проговорил Хо, поднимая и придерживая Хана за руку. — Ты такой бука! Но очень милая бука~ — пролепетал улыбающийся студент. Ли фыркнул, но не смог скрыть улыбки.

***

Знакомый дом и довольно-таки знакомая ситуация, не находите? Входная дверь закрывается, и следом Ли тащит проспиртованное тело на знакомую постель. Тело падает на кровать пластом, не издав ни единого звука. Прерывисто выдохнув, Минхо после смог разуться и снять верхнюю одежду. Наконец, фотограф лениво потянулся, дабы размять прибывавшие в напряжении долгое время мышцы. Комната находилась в мраке все это время, но никому из присутствующих это, отнюдь, не мешало. Хо в привычной манере подошёл к окну после чего бесцеремонно открыл на распашку. Комнату окутала приятная прохлада ночного моря. Рука потянулась к левому карману спортивных штанов. Ли недоуменно посмотрел на пустую руку. — Сука, — нарушило тишину ругательство, прозвучавшее из уст брюнета. Он забыл купить сигареты, а он не купил с раннего утра. Зависимость от никотина сильно отразилась не только на молодом организме, но и на эмоциональное состояние. Парень чувствует прилив агрессии и непередаваемой тревоги. Но это начинается если Ли не выкурит хотя бы сигарету за два дня. То есть, завтра он будет не в себе. Вот кретин. Побольше набрав морозного воздуха, Ли шумно выдохнул. Сейчас помог бы только дедушкин травяной чай, который он всегда заваривал внуку если тот утыкался лицом в подушку или разбивал костяшки пальцев об входную дверь. Каждое чаепитие с дедом расслабляло, давало будто чуть больше времени к жизни, нежно гладила непослушные темные волосы буйного подростка. Море напоминало о дедушке Суджин. Тот всю жизнь посвятил рыболовству. Скрип кровати выдернул из воспоминаний. Когда Ли взглянул в ее сторону, то обнаружил сидящего Джисона, пытающего стянуть свой зеленый свитер. Середина туловища была уже оголена. Хо изогнул бровь. — Ты что делаешь? — Мне жарко... — тихо пробурчал Сон. Не в силах на это смотреть, брюнет вытащил из шкафа просторную чёрную футболку, после быстрым движением стянул злополучный свитер с Хана и кинул его на старое кресло. — Надень это, — протянул футболку полуголому студенту Ли. Тусклое освещение Луны озарило широкие плечи и тонкую талию. Изящно и фотогенично. По глазам Ли ясно — Хан Джисон был бы его любимой моделью для съёмок в стиле ню, но этого больше никто не узнает. Немного посомневавшись, Хан натянул элемент гардероба. Силы вновь его покинули и камнем упал на подушку. Его лицо искривилось в недовольной гримасе. — Мне жарко... На это Хо ничего не стал отвечать. Он лишь присел на край кровати. Не горел он желанием спать с алкашом, но спина точно против повторного сна в неудобном кресле. Напоследок вдохнув воздуха, тело Хо полностью приняло лежачее положение. Подушка приятно освежила горячую кожу головы. Ли слабо улыбнулся. Для Минхо сюрпризы не заканчивались: Хан всем телом прижался к Ли, уткнувшись носом в шею. От этого у Хо пробежал табун мурашек. Он явно не готов к таким «благодарностям» вследствие чего пытался отпихнуть чужие конечности. — Эй, отлипни от меня, — шикнул на него фотограф, отрывая скреплённые на его животе пальцы, но безрезультатно: Хан упорно жался и цеплялся к крепкому телу знакомого. — Ты холодненький, — сонно пробубнил в уже знакомую шею Джисон. Ли чувствовал весь жар чужого тела. Ему уже самому становилось жарко, но благо окно оставалось открытым. И он просто понадеялся на то, что к утру студент отлипнет как клещ. Сейчас Минхо сонно прикрывал глаза, вслушиваясь в чужое дыхание. Мертвая Луна накрыла море тонкой вуалью света, в которой отображались сама Луна и пылающие звезды. Эту ночь она тихо обогатила бледным свечением, ведь долгое время плотные тучи укрывали землю от небесных тел. Но эта ночь стала первой из предстоящих, где Джисон начнёт освещать, как бледная Луна.