Surprise Adoption. (Неожиданное Усыновление)

Неожиданное Усыновление СамФуллбастер Глава 25: Глава 24 Примечания: Итак... я всё спланировал. После этой главы осталось, наверное, ещё пять (включая что-то вроде эпилога). Я упомянул в Твиттере, что планирую сделать очень короткое продолжение, чтобы завершить несколько сюжетных линий, до которых я не смог добраться в этом фике, но, да, мы на финишной прямой. Текст главы Кейго приземляется прямо у ворот Академии, и Кацуки крепко хватается за его плечи, когда они опускаются на землю. Ворота очень хорошо скрывают от нас толпу репортёров, которые с пеной у рта кричат с другой стороны. “Ты уверен, что хочешь этого, малыш? Если ты хочешь еще один день, чтобы прийти в себя, или если ты не хочешь возвращаться, ты не обязан”. Это был долгий разговор. В то время как Кэйго и Кацуки оба верят, что Айзава и Ямада говорят правду, не забирая Кацуки, ни Даби, ни Шигараки в этом не убеждены, но они готовы дать им еще один шанс. Тем не менее, пока Кацуки там, они уже подготовили для него несколько вариантов на случай непредвиденных обстоятельств. Кацуки понятия не имеет, что это такое, но осознание того, что на случай необходимости что-то есть, его успокаивает. «Я в порядке», — говорит Кацуки. Это не ложь, но и не вся правда. Он немного боится возвращаться, внезапно оказаться в окружении такого количества людей. — Ты уверен, малыш? Многое произошло, никто не осудит тебя, если ты захочешь ещё несколько дней на восстановление. Ему хочется сказать «да», но он не хочет прятаться. «Я-я буду в порядке. Я хочу вернуться». Кейго смотрит на него с минуту, прежде чем крепко обнять. «Я верю Айзаве, когда он говорит, что они ничего не собираются делать, но я не буду винить тебя, если ты не захочешь возвращаться туда, так что, если ты передумаешь, позвони мне». Он кивает, неосознанно сжимая в руках рубашку Кейго. Он хочет вернуться в школу, но это не значит, что он не нервничает из-за того, что так скоро придётся расстаться с родителями. “Катсуки!” кричит очень знакомый голос. Он отходит от Кейго и поворачивается, чтобы увидеть, как к нему идут Эйдзиро и Шото. Почти неосознанно он движется им навстречу и внезапно оказывается в их объятиях. Их запахи окутывают его успокаивающей дымкой, и он растворяется в их руках. Из его горла вырывается стон. — Ты в порядке? — спрашивает Шото. Он обнимает Кацуки за талию, пока Эйдзиро осматривает омегу с головы до ног. Он кивает. “Да, теперь я в порядке”. Эйдзиро вздыхает и снова притягивает Кацуки к себе. «Мы так переживали, мы хотели быть с тобой после всего, что случилось». — Учителя не разрешили бы нам, — говорит Шото. По тону его голоса Кацуки понимает, насколько сильно он расстроен. — Так было лучше, — говорит Кейго. Он подходит ближе к троим ученикам, и на его лице появляется добрая улыбка. То, как Кацуки прижимается к двум альфам и как они практически повисают на нём, вызывает у него чувство, будто что-то сжимается в груди. — Слишком много людей могли бы причинить ему вред во время течки, особенно после того, как произошло что-то настолько травмирующее. Сёто прижимается носом к виску Кацуки, вдыхая его запах. «Нам жаль, что нас там не было. Мы бы пошли с тобой и Денки поговорить с Гото, если бы были там». Серо, Эйдзиро и Шото не было в классе. Их вызвал Цементосс, чтобы они помогли с одним из занятий по общеобразовательным предметам. Судя по всему, их причуды идеально подходили для демонстрации, которую он хотел провести. «Всё в порядке, — говорит он, — к тому же благодаря ему они наконец-то смогли начать искать клиентов». Эйдзиро фыркает. — И всё же ты не должен был подвергаться опасности из-за этого. — Нет, не должен был, — говорит Кейго, — но мы не можем изменить то, что случилось. Гото в тюрьме и ещё долго будет там находиться. Он не добавляет, что, скорее всего, скоро умрёт. Шигараки и Даби пытаются держать его в стороне, чтобы он мог откреститься от этого, если его когда-нибудь спросят, но Кейго знает, что они что-то замышляют. — Вам троим пора на урок. Кацуки, я занесу твою сумку в общежитие, хорошо? Катсуки кивает. “ Пока, мам. — Мистер Таками! — щебечет Эйдзиро, пока они с Шото осторожно уводят Кацуки. Когда они выходят из класса, то видят, как входят Денки, Серо и Мина. Как только другой омега видит Кацуки, они крепко обнимаются, и это напоминает им о том, как они впервые увидели друг друга после того, как всё взорвалось. Они долго обнимаются, прежде чем наконец разнять руки. Они не плачут, но близки к этому. Учитывая, что они не виделись с пятницы, это неудивительно. — Ты в порядке? — спрашивает Денки. Он кивает. «Да, я в порядке». Он не говорит Денки, что синяки всё ещё болят или что он иногда чувствует прикосновения Гото. Судя по выражению лица другого омеги, он уже всё знает. «А ты как?» Денки пожимает плечами. — Я... я в порядке. Я просто... всё из-за Минеты. — Да… — Эйдзиро обнимает его за талию и притягивает к себе. — Кацуки неосознанно наклоняется ближе. — У меня тоже был такой, и мы с мамой его уничтожили. Я не хотел видеть, что там было. Ханта обнимает Денки за плечи. — Мы должны избавиться и от твоего, Денки, — говорит альфа. — Ты не можешь постоянно смотреть на него, это только расстраивает тебя. Денки обмякает в объятиях альфы. — Я знаю... я просто... я пытаюсь понять, сделал ли он что-то помимо того, что на фотографиях. — Ты сойдёшь с ума, если будешь продолжать думать об этом, Денкс, — говорит Мина. Она прижимается к нему. — Я знаю, что ты хочешь знать, но если ты не можешь вспомнить, то, может быть, ничего и не было. Даже если бы он что-то сделал, ты бы почувствовал это потом. Неважно, что он тебя отмыл. — Да… Я просто хочу, чтобы они нашли его. Я нервничаю из-за того, что он просто гуляет и делает, что хочет. Катсуки хочет сказать ему, что Минета не проблема. Что маленький засранец заперт и больше никого не побеспокоит, но он не может. Это вызвало бы слишком много вопросов. “Они поймают его”, - говорит он вместо этого. “Мама ищет его с тетей Руми, и полиция тоже. Он не настолько умен, чтобы скрываться от стольких людей, преследующих его”. Иида выглядывает из-за двери класса, и что-то в его позе расслабляется, когда он видит, что Кацуки стоит там со своей группой, прежде чем он снова становится строгим старостой класса. — Пожалуйста, войдите в класс, Айзава-сенсей скоро подойдёт. Шото осторожно тянет Кацуки за руку. — Вы, ребята, не против пойти сегодня? Денки и Кацуки смотрят друг на друга. Кацуки знает, что занятия были отменены на неделю, как только появились новости о Минете, потому что пришлось обыскивать весь кампус. Чёрт, с такими темпами им всем, возможно, придётся пересдавать год. — Чем быстрее мы войдём, тем быстрее закончится день, — говорит Денки. Кацуки кивает и позволяет друзьям отвести его в класс. Атмосфера вокруг каждого из них отличается. Иида, Джиро и Токоями как будто окружены остальными, и класс делает всё возможное, чтобы защитить их, даже когда опасности нет. Никто ничего не говорит, пока они идут к своим местам, и Денки с Кацуки тоже оказываются в окружении друзей, которые создают барьер между ними и остальным классом. В конце концов Мидория набирается смелости и подходит к ним. Он останавливается перед столом Кацуки, скользит взглядом по блондину и на мгновение задерживается на синяках на шее омеги. — Каачан, ты в порядке? Он кивает, крепче сжимая руку Шото, пока альфа стоит рядом с ним. — Я в порядке. — Моя мама беспокоится, она немного поговорила с Хоукс на прошлой неделе, но вчера она заходила и дала мне кое-что для тебя, — он ставит на стол контейнер из-под еды. — Это брауни и шоколадное печенье с кусочками шоколада, которое ты любишь. — Он потирает затылок. — Я почти уверен, что она хочет завернуть тебя в пузырчатую плёнку и держать подальше от всех. Он слегка улыбается в ответ. «Я в порядке, правда, мама обо мне позаботилась». Он смотрит на Ииду, омега тихо разговаривает с Цую и Ураракой, как Токоями и Джиро, немного ссутулившись. «Как Иида?» Мидория оглядывается туда, где находится его омега. «Он... он в порядке. Всё ещё пытается осознать тот факт, что у Минеты были все эти фотографии. Ему и остальным тоже трудно смириться с мыслью, что полиция их видела. Это...» — Навязчиво, — одновременно говорят Денки и Кацуки. — Знать, что так много людей могут смотреть на тебя и видеть, когда ты уязвим, нелегко, — добавляет Денки. Румянец заливает щеки зеленоволосого альфы. “ Верно, вы, ребята, понимаете это больше, чем кто-либо здесь. Он делает шаг назад. “ Я рад, что ты в порядке, Каачан. Я... если тебе нужно поговорить... — Я знаю, где твоя комната, ботаник. На лице Мидории появляется ослепительная улыбка, и если бы Кацуки не знал его лучше, он бы сказал, что этот маленький ублюдок возвращается к своим друзьям. Сёто сжимает его руку. — Не волнуйся, когда день закончится, почти все перестанут спрашивать тебя снова и снова, всё ли в порядке. Кацуки хмыкает и прижимается к боку Шото. — Недостаточно скоро. Всего через несколько минут в комнату входит Айзава. Его взгляд останавливается на двух светловолосых омегах, и он заметно расслабляется, когда видит сидящего там Кацуки. — Ладно, занимайте свои места. ----- Когда их отпускают из класса, Айзава останавливает Кацуки. «Можно тебя на минутку?» — спрашивает учитель. “Ты хочешь, чтобы мы остались?” Спрашивает Эйджиро. И Кацуки очень хочет сказать «да». Он хочет, чтобы обе его альфы остались с ним, пока он разговаривает с учителем, но не может их там оставить. Не во время этого разговора. — Нет, всё в порядке. Просто подожди меня снаружи? “Конечно”, - говорит Шото. Остальная часть класса выходит, и Денки бросает на Айзу странный взгляд, прежде чем Ханта уводит его из класса. — Прежде всего я хотел бы извиниться, Таками, — говорит Айза. Он сказал это перед их уходом, но не уверен, что его ученик помнит об этом. День был эмоциональным, и он заслуживает настоящего извинения. Кацуки нервно теребит пальцами подол своей рубашки. — Зачем ты так поступил? — спрашивает он. — Потому что мне нужно было убедиться, что они не причинят тебе вреда. Что ты был там и с ними, потому что хотел этого, потому что чувствовал себя в безопасности. — Он наблюдает, как Кацуки неосознанно наклоняется к выходу и как его руки сжимаются на обтрепавшихся концах рубашки. — Я не должен был толкать тебя так сильно, это было несправедливо по отношению к тебе. — Они не… они не причинят никому вреда. Ну, по крайней мере, никому настолько важному. “Теперь я это знаю”. Катсуки кивает и поворачивается, чтобы уйти. — Таками, — зовёт Айзава. Подросток поворачивается к нему лицом. — Никто не узнает о них ни от меня, ни от Ямады, но мне нужно знать, знает ли кто-нибудь из твоих одноклассников об их роли в твоей жизни. Это справедливо, — предполагает Кацуки. — Никто из них не хочет. Я-я хочу рассказать Эйдзиро и Шото, но они не дают мне прямо сейчас. Айзава кивает. «Так будет лучше, особенно сейчас. Возможно, ты никогда не сможешь им рассказать». Катсуки трет глаза. “ Я знаю, ” шепчет он. “ Мама тоже так говорила. Мне не нравится им лгать. ” Он достаточно натворил этого на всю жизнь. Все, чего он хочет, это рассказать Эйдзиро и Шото правду, они заслуживают того, чтобы знать. Они должны узнать правду о том, кто его защищает. Айзава хочет сказать так много всего, но сейчас не время. На ближайшее будущее Кацуки уже достаточно разговоров и лекций. Чёрт, у всех этих ребят их было предостаточно. От этого класса уже многого ждут, а им едва исполнилось шестнадцать. С тех пор, как они переступили порог школы, им приходится действовать лучше, чем любому другому классу. В его голове начинает формироваться идея. Он уверен, что сможет убедить в ней Незу. — Иди, если тебе кто-то нужен, даже просто поговорить, моя дверь открыта. Кацуки кивает и направляется к остальным своим друзьям. ----- Это место в библиотеке стало местом, где Отряд обедает. Библиотекарь слегка улыбается им, когда они проходят мимо с едой в руках, и теперь спокойно принимает их как часть своей повседневной жизни. Кацуки не может удержаться и осматривает комнату в поисках Нейто. Кацуки и Денки решили пригласить его и Тетсутецу на обед с ними, но другого омеги там нет. “1B сегодня вне кампуса”, - говорит Денки. “Нейто сказал, что в этом месяце они гастролируют по нескольким агентствам-героям”. — Я думаю, что наш класс пойдёт в следующем месяце, — говорит Мина. — Я слышала, что мы начнём с Сэра Найтхайда. Будет так круто увидеть бывшего помощника Всемогущего! Ханта смеётся. «Чёрт возьми, держу пари, что Мидория сойдёт с ума». — Я думаю, Теня сможет его сдержать, — говорит Шото. Он усаживает Кацуки к себе на колени, а Эйдзиро занимает место рядом с Шото на диване. Оба альфы весь день невероятно крепко обнимали его, поэтому, хотя Кацуки краснеет от того, что его держат так близко к ним на людях, он не пытается вырваться. Кроме того, ему очень нравится, когда они его обнимают. — Вы, ребята, не видели Изуку в одном из его фанатичных режимов, — говорит Кацуки. Он не так уж и голоден, но Эйдзиро всё равно суёт ему в руки сэндвич. Один взгляд на рыжеволосого говорит ему, что спорить бесполезно. — Минета... у него были вещи только на нашем уроке? Мина открывает банку газировки. «В основном да, но у него было несколько от других людей из других классов. Всё из его комнаты было конфисковано и сейчас изучается полицией». Она с минуту смотрит на пузырящуюся жидкость. «Я не понимаю, почему никто ничего не сделал до сих пор». Кацуки кладёт голову на плечо Шото и осторожно откусывает маленькие кусочки от сэндвича. «Так было всегда. Мы тоже жаловались на Гото, но никто нас не слушал». Рука Шото крепче сжимает его бедро. — Нам жаль, что нас там не было. — Прости, что я не настояла на том, чтобы пойти с тобой, — тихо говорит Мина. — Если бы я настояла, то, может быть, смогла бы защитить вас от него. — Это не твоя вина, Мина, — говорит Денки. — Мы не думали, что что-то случится. — Да, мы были уверены, что если нас будет двое, он ничего не сможет сделать, — говорит Кацуки. Он отрывает кусочек корочки и скатывает его между пальцами. — Никто не думал, что он попытается нас схватить. — Мина всё ещё выглядит неуверенной. — Мы не виним тебя, Мина. Она ставит банку на стол и смотрит на них. — Вы же понимаете, что я не отпущу вас никуда одних, верно? Если Ханта, Шото или Эйдзиро не смогут пойти с вами, то пойду я. Денки смеётся. «Мина, ты не можешь повсюду следовать за нами». Сузив глаза, она ставит руки на бёдра. — Смотри на меня, Пикачу. День по большей части проходит без происшествий. Несколько человек бросают на них злобные взгляды и бормочут что-то о том, что потеряли своего любимого учителя, но они не настолько смелы, чтобы сказать это омегам в лицо. Вероятно, потому что четыре альфы, постоянно окружающие их, бросают на них устрашающие взгляды, от которых они разбегаются. Кацуки старается не обращать на них внимания, но это трудно. Не то чтобы он или Денки хотели, чтобы извращенец лапал их в одной из аудиторий. Затем находятся несколько человек, которым хватает смелости подойти к ним. Первой из них оказывается омега из обычных классов. Она останавливает Кацуки и Денки в коридоре и тихо благодарит их. Она говорит им, что Гото несколько недель пытался остаться с ней наедине, и хотя она расстроена тем, что им причинили боль, она рада, что о бывшем учителе заботятся. После неё к ним подходят другие ученики и говорят примерно то же самое. Хотя Кацуки и Денки не нравится, что им постоянно напоминают о случившемся, они оба рады, что не только они подверглись нападкам учителя. Но это также бесит всех из-за того, что администрация ничего не предпринимала в его отношении до сих пор. Пока дело не дошло до того, что из-за него чуть не похитили двух учеников. Тем не менее, все стараются не зацикливаться на этом ради Кацуки и Денки, потому что они оба действительно не хотят вспоминать об этих событиях. К концу дня Кацуки и Денки решают пропустить ужин. Да, они могли бы поесть в библиотеке, как и во время обеда, но для этого всё равно нужно находиться среди людей, а они не хотят этого. Вместо этого они поднимаются в общежитие вместе с Миной, а Шото, Ханта и Эйдзиро приносят им что-нибудь из столовой. — Вы двое точно в порядке? — спрашивает Мина. Они сидят на полу в комнате Кацуки и Денки, и две омеги прижимаются друг к другу, чтобы почувствовать себя комфортнее. — Я знаю, что вы говорите, что всё в порядке, но так ли это на самом деле? — Мне... мне снятся кошмары, — шепчет Денки. — То есть, мне и раньше снились, но теперь стало ещё хуже. Кацуки кивает. «Мне больше не нравится быть одному, особенно ночью. Поэтому мы всё время держим эту дверь открытой». “Так нам легче присматривать друг за другом”. Мина хмурится и медленно подходит к ним, чтобы обнять обеих омег. Они колеблются всего секунду, прежде чем позволить себе раствориться в её тёплых объятиях. Самое лучшее в запахе Мины то, что её альфа-мус не слишком сильный. О, он есть, и она может использовать его столько, сколько захочет, как и любой другой альфа, но он не подавляющий. Это успокаивает, когда они позволяют ей обнять их. — Я имела в виду то, что сказала: вам двоим нельзя никуда ходить без меня. По крайней мере, пока, — говорит она. Часть Кацуки хочет поспорить с ней и сказать, что он может сам себя защитить, но он этого не делает. Ему слишком приятно, что одна из альф его стаи так беспокоится о нём. Приятно знать, что ей не всё равно. Стук в дверь заставляет их троих разомкнуть объятия. Мина в последний раз обнимает их, прежде чем пойти открывать дверь. — Айда? Всё в порядке? — Да, конечно, всё в порядке. Могу я поговорить с Таками и Каминари? Мина смотрит на них, и Кацуки кивает, когда они оба поднимаются с пола. — Да, чувак? — спрашивает Денки. — Мы с Токоями и Джиро хотели бы спросить, не присоединитесь ли вы к нам сегодня вечером в общей комнате. В последнее время мы... чувствуем себя более комфортно в компании друг друга и обустроили довольно удобное место для ночлега. Денки широко улыбается. — Гнездо? Большое омежье гнездо? Щеки Ииды слегка краснеют. — Э-э... да, мы подумали об этом на выходных и решили, что так мы будем чувствовать себя в большей безопасности. Мы бы очень хотели, чтобы вы присоединились к нам. Они смотрят друг на друга. — Что ты думаешь, Каачан? — Я… — Это действительно звучит очень мило. — Нам снятся кошмары. Он считает, что будет несправедливо по отношению к остальным, если они не будут об этом знать. — Они не… они не красивые. Омега в крапинку кивает. «Да, я представляю, что вы двое пережили. Нам всё равно, и мы лишь хотим помочь». Кацуки крепче сжимает руку Денки. — О-окей. Да, нам бы очень хотелось. Мина широко улыбается им и снова обнимает блондинов. «Идите, я заберу мальчиков, и мы устроим вечер только для альфа-самцов, хорошо? Просто позвоните, если мы вам понадобимся». Иида и Мина уходят, чтобы переодеться в пижамы и взять всё, что им понадобится на ночь. Кацуки берёт плюшевого утконоса, пару шорт Шото и футболку Эйдзиро. Денки возвращается через смежную дверь в похожей одежде, но с тонким одеялом, пахнущим Хантой, накинутым на плечи. Когда они входят в общую комнату, то обнаруживают, что она действительно превратилась в гигантское гнездо. Повсюду разбросаны подушки и одеяла, а на полу, похоже, очень удобная подкладка. Джироу замечает их первым и улыбается. «Привет, ребята. Токоями принес нам еду, и мы выбрали кучу фильмов на вечер». — Конечно, у нас утром занятия, поэтому мы не можем вставать слишком поздно, — строго говорит Иида. — Это… это выглядит… У Кацуки нет слов, чтобы описать это. Он был только в своём гнезде, в гнезде Денки и в тех, что делают его мамы. Все они были такими уютными и безопасными, но это ощущается по-другому. “Да, вьючные гнезда очень удобны”, - говорит Иида. Раздаётся стук в дверь общежития, и Джироу ухмыляется. — Я понял. Просто ещё пара человек, которых я пригласил. Кацуки и Денки невольно прижимаются друг к другу. — Кто? — спрашивает Денки. Входит Токоями, он и Тёмная Тень несут гору еды. — Не волнуйся, ты их знаешь. — Если вы не хотите, чтобы они были здесь, мы всегда можем попросить их уйти. Ваш комфорт — наш приоритет, — добавляет Иида, видя, что они напряжены. Они неохотно позволяют уговорить себя и улечься в гнездо стаи. Кацуки чувствует запах различных предметов, которыми пахнет остальная часть класса. Предметы, принадлежащие самым важным для каждого омеги людям. Это создаёт вокруг них успокаивающую атмосферу, когда они с Денки устраиваются посередине. Кацуки не может не обнять Суши крепче. Некоторые из его сомнений по поводу того, что он здесь, вдали от родителей, начинают исчезать. Возвращается Джиро, за ним еще двое. Денки ахает. — Нейто! Он раскрывает объятия, и омега-подражатель тут же бросается в них. Кацуки тут же присоединяется к объятиям. — Мы скучали по тебе сегодня за обедом. Нейто крепко обнимает их. «Прости, я тоже скучала по вам, ребята. Кацу, ты в порядке? Я беспокоилась о тебе». Он кивает. — Д-да. Они сказали, кто он такой, верно? Нейто хмыкает. — Да, видимо, он не делал ставок на меня, но был заинтересован в вас двоих. Как ни странно, это принесло Кацуки огромное облегчение. Он беспокоился, что Нейто придётся разбираться со всем этим в одиночку и что Гото, возможно, тоже попытается пойти за ним. «Я рад, что он этого не сделал». Подержавшись друг за друга ещё минуту, они наконец посмотрели на третьего человека, который присоединился к ним. Он старше их на пару лет, у него тёмные волосы. И он дрожит от волнения. — Я-я тоже рад-рад видеть тебя в-в целости и сохранности, — заикается он. От старшего омеги пахнет знакомо, его аромат цветущего апельсина Кацуки не может забыть. — Т-ты тот, кто спас нас, — шепчет Кацуки. Тамаки выглядит удивлённой. — Я-я-я не-не думала, что ты-ты вспомнишь. — Спасибо, — говорит Денки. — Я-я, мы не знаем, что бы мы делали, если бы вы не пришли. Его щёки краснеют, и он, кажется, немного съёживается. — П-п-прости, что я не п-п-пришёл раньше. Кацуки качает головой. «Но ты успел вовремя». Кацуки даже не хочет знать, что Гото собирался с ними сделать, когда привёл бы их домой. Его бредовых выходок достаточно, чтобы дать волю воображению. Кацуки медленно отстраняется от Денки и Нейто. Он подходит к другому омеге нервными шагами, но борется с этим. На самом деле у него нет причин беспокоиться. Что-то в его инстинктах подсказывает ему, что всё в порядке. Что этому человеку можно доверять. До сих пор его инстинкты не подводили, поэтому Кацуки делает первое, что приходит в голову. Он крепко обнимает Тамаки. После секундного колебания Тамаки тоже обнимает его. Дрожь в его теле прекращается, и он крепко прижимает к себе блондина. — Я рад, что ты в порядке, Таками. Кацуки никогда не думал, что ему будет не всё равно, есть ли у него кто-то, кому не всё равно на него. Потом появилась Лига, за ней — его мама, друзья, Эйдзиро, Шото, а теперь и эта омега. Он никогда раньше не общался с омегами. Всё стало совсем не таким, как Кацуки себе представлял. Он никогда не захочет возвращаться к этому.