Сколько стоит любовь?

Второго апреля состоялся последний концерт мирового турне «Maniac». После камин-аута Ликса семья приняла его признание неоднозначно. Нет, то, что Феликсу нравится мальчик критике не было подверженно. Он получил поддержку, в которой, собственно и не сомневался. Проблема скорее была в отце, которому не слишком нравился избранник сына. И дело было вовсе не в их небольшой перепалке в доме Банов. Скорее его раздражало то, что теща души не чаяла в Лео, какой чести ему не было оказано за двадцать семь лет брака с ее младшей дочерью. Но приветы Габору передавались регулярно, что устраивало абсолютно всех. Разве что с Мин, если так совпадало, светловолосый присоединялся к разговору по видеосвязи пару раз, чем неслыханно радовал старушку, не устававшую восхищаться тем, какая они красивая пара. Сам светловолосый речи о том, чтобы рассказать об отношениях хотя бы своей сестре больше не заводил. Но Феликс как будто смирился с тем, что подходящий момент еще не настал. После шоу большая часть Стаффа вылетала в Сеул ночным рейсом, а немногочисленные сотрудники решили повременить с отлетом по тем или иным причинам, ровно как и мемберы, которых ожидали переговоры по продвижению личного бренда каждого из группы. В их числе были Лена, Лео и Эдвин. Ленка хотела посетить какой-то важный мастер-класс видеографов; у Эда начинался с третьего числа отпуск, и он планировал третьего числа вылетать вроде как в Осло, а Лео остался ради Феликса — даже взял неоплачиваемый отгул на три дня, но официальной причиной было желание посмотреть Америку. А потому негласно было решено немного расслабиться после финального концерта в Лос-Анджелесе.

***

Лео вышел из ванной после концерта. Они собирались с Эдом сходить в отельный бар и немного поболтать до начала вечеринки, ведь норвежец хотел о чем-то серьезно с ним поговорить. В дверь постучали. Габор, застегивая рубашку на ходу, открыл ее, пропуская Феликса. Блондин окинул его заинтересованным взглядом. — Тебе идет строгий стиль. — Лео усмехнулся. — Спонсор моей красоты — сданное в прачечную шмотье. — Ликс улыбнулся, повиснув на шее у возлюбленного. — А тебе обязательно с ним идти в бар? Так бы посмотрели серию «Бесстыжих», все равно через час только сбор. — Голубоглазый посадил парня на подоконник, чмокнув в губы. — Он хочет поговорить с глазу на глаз. — Лео хитро взглянул на возлюбленного, раздвигая его ноги и вставая вплотную. — Но я думаю, что ничего страшного не произойдет, если я минут на пятнадцать задержусь. — Габор прикусил нижнюю губу возлюбленного, слегка оттягивая, а затем и вовсе углубил поцелуй, сгребая белокурые волосы на затылке в кулак. — Постой… — Но Лео переключился на шею, вызывая всхлип. Рука уже поглаживала под футболкой живот. — Ты такой красивый, не могу с собой ничего… — Внезапно Габора отшвырнуло в стену с такой силой, что парень снес своим телом все, что стояло на прикроватном столике. Лео поднял голову, увидев злобное лицо Эдвина. — Он сказал остановиться, мудак! — Габор посмотрел на испуганное лицо Феликса. — Эд… — Хуй даже с тем, что ты своему истеричному парню изменяешь! — Лицо Феликса вытянулось на этой фразе. — Хотя ты мне все уши прожужжал как любишь его! Но ты, сука, МНЕ говорил, что никогда не станешь силой принуждать! А сам полез на смазливого пацана, которого спас из рук насильника, и теперь делаешь тоже самое! — Да где ты принуждение увидел, придурок?! — Воскликнул Ликс, отталкивая Эдвина и помогая возлюбленному подняться. — Ты в порядке? — Лео кивнул, целуя младшего в макушку и обнимая. Лицо Эдвина стало растерянным. — Кажется, мы забыли захлопнуть дверь. — Изрек Габор, понимая, что неловко сейчас будет не только ему с Ликсом. — Ты… зачем? Зачем было возвращать отношения, которые тебе не нужны, если ты отжигаешь с… — Он посмотрел на обозленного блондина. — А ты чем вообще думаешь?! Я… — Эд зачесал пятерней медные волосы. — Я никому не скажу… — Эдвин посмотрел на Лео с каким-то сожалением. — На твое место работы в тренажерке это не повлияет, пока ты не пристаешь к посетителям, но тренера… — Лео ухмыльнулся. — А ты говорил, что он виды на меня имеет. А он вон какой порядочный, оказывается. — Сказал он возлюбленному, который не разделял веселья. — Я тебе сейчас реально врежу. — Предупредил норвежец. — Это нихера не смешно. — Ах, да. Забыл представить. Фели, это мой друг Эдвин. Эд, мой истеричный, как ты выразился, парень. — Норвежец растерянно проморгался. — Чего? Нет, это невозможно… Ты в Тайланде рассказывал про… Или? Ты с ним расстался и теперь… — Да мы еще в конце октября познакомились, тупица! — Раздраженно воскликнул Феликс, прижимаясь к возлюбленному, видимо чувствуя в нем защитника. Хотя если судить объективно, при желании норвежец мог одной левой отправить в нокаут их, и еще пол этажа, даже не переходя на правую. Эд выглядел беспомощно. — Не говни, Веснушка. — Сказал ласково Лео, а затем посмотрел на товарища. — Давай сейчас пойдем в бар, и я тебе все расскажу? — Лео! — Габор более покровительственно прижал к себе возлюбленного, целуя его в веснушчатый нос. — Мы придем сразу в апартаменты Чана. Иди туда, чтобы не вызывать лишних вопросов. — Ликс состроил недовольное лицо. — Эд не собирался нас сдавать, даже когда подумал, что я невъебенный жиголо. И раз уж мы сами подставились и по сути от его дальнейшей осведомленности в небольших пробелах зависит наша безопасность, то нужно рассказать все. — Феликс умом понимал, что Габор прав. — Рубашку застегни, мачо. — Все же недовольно проворчал он, начиная самостоятельно запихивать пуговицы в отверстия. Лео поднял глаза на друга, который наблюдал за взаимодействием пары. — Феликс, я хотел бы извиниться за свои слова. — Хоть Эд все еще толком ничего не понимал, однако ясно было как божий день, что эти двое не такие ужасные люди, какими он счел их еще каких-то пять минут назад. Блондин даже головы не повернул, предпочитая игнорировать норвежца. Закончив с пуговицами, застегнув белоснежную рубашку до самого горла, Феликс опустил глаза на возлюбленного. — Дашь поцеловать самые красивые надутые губы? — Спросил Габор, ласково глядя на возлюбленного. Блондин закатил глаза, но покорно встал на носочки и сам чмокнул обветренные губы. — Иди уже. — Тихо сказал Ликс. Светловолосый притянул парня за шею, зацеловывая его лицо. — Лео! Перестань! Бесишь! — Но Габор не останавливался, пока не сцеловал улыбку с красивого лица юноши. — Ну все, все! — Усмехнулся Феликс, обнимая возлюбленного за шею. — Ты просто невыносимый! — Габор улыбнулся, задорно ему подмигнув. — Мы быстро. — Он украл очередной поцелуй с пухлых губ, нехотя отстраняясь от юноши. Кивнув смущенному Эдвину на выход, двое друзей покинули номер.

***

Лео решил, что без алкоголя разговор не пойдет, поэтому сразу заказал бутылку скотча и колу. Он начал с самого начала. Про то, как оказался на вечеринке для проституток, разве что не упомянув, что выручал именно Лену, про болезнь сестры, про то, как согласился быть мальчишкой за деньги, чтобы собрать нужную сумму. Про то, как испугался своих чувств, а затем изводил себя, когда Феликс впал в полный игнор, как его пацан пришел под Новый год, как жил у него, про больницу, отказ от всех… он рассказал буквально все. Захмелевший Эдвин опрокинул в себя очерченной стакан. — Ну пиздец конечно жизнь тебя помотала. — Изрек он, разливая напиток по бокалам. — Знаешь, я когда увидел вас, мне как будто сердце разбили. — Лео удивленно усмехнулся. — Да не это самое! Просто ты ж, дикарина, стал мне самым близким другом. А я как подумал, что ты из этих… ну… педофилы или как их там? Насильник, во! Так меня как будто пополам перерубили. Перед Феликсом-то как неудобно! — Хмельно захихикал он. — Перебесится. — Махнул рукой голубоглазый. — Он так-то у меня добряк. А вообще знаешь, я рад, что нас спалил именно ты, а не какой-нибудь Чан. Он хоть вроде перестал на меня волком смотреть, даже дружков своих Чанбина и Сынмина утихомирил. Но если узнает, то наверняка расскажет Паку, а тот эту хуйню просто так не оставит. Разлучит, в воду не гляди. А нам вместе спокойнее. Я даже, прикинь, заснуть уже без него не могу. — Эдвин покачал головой. — Я конечно знал, что ты влюблен по самые помидоры, но если б мне кто сказал, что ты в отношениях такой… ласковый что ли, я б у виска покрутил. — Лео улыбнулся. — А я по-твоему настолько суровый, что даже в зеркало себе не улыбаюсь? — Норвежец хихикнул. — Нет конечно. Просто с ним… как-то все… по-особенному что ли. — Ну ясен хуй он самый особенный! — Возмутился такой недальновидности светловолосый. — Да, но просто… кажется, вы неплохо чувствуете друг друга. Когда знаешь, что вы пара, то переосмысливаешь некоторые вещи, которые происходили между вами в компании других людей, совершенно иначе. — Лена говорит, что у нас с ним всегда одинаковое настроение. — Усмехнулся Габор. — А еще… господи, я только сейчас понял! — Рассмеялся Эдвин. — Ты же постоянно с ним флиртуешь на глазах у других! — Что-о-о?! — Звонко рассмеялся Лео. — Мы вообще стараемся не взаимодействовать при мемберах и Стаффе. — А эти твои «мистер Ли»? Черт, чувак, ты же на «вы» только к нему обращаешься! Я думал, что ты до сих пор его после того случая с массажем подкалываешь. — Норвежец хохотнул. — А отказывается, мой дорогой друг просто кокетничает со своим бойфрендом. — Голубоглазый смущенно хихикнул. — Все, перестань! — Отмахнулся Лео. — Мне почти двадцать семь лет, могу вести себя как хочу! — Здравствуйте, я Лео. Мне двадцать шесть, и я двухметровая кокетка! — Габор пихнул смеющегося друга, и затем они еще громче заржали, сидя в углу бара. — Ты вообще хотел со мной о чем-то поговорить. — Попытался перевести тему Лео. — А, точно! В общем, я много думал, но за пару месяцев нашего общения, понял, что могу предложить это только тебе. Потому что доверяю, после сегодняшнего уж точно. Блин, я уже такой хмельной, как бы ничего не упустить. — Светловолосый сделал заинтригованное выражение лица. — А ты умеешь захватить внимание собеседника. — Сострил он. — В общем! Ты же знаешь, что я из обычной семьи. И котелок у меня не сказать, что генерирует какие-то слишком заумные идеи. Но вопросик, да? Откуда у меня тогда деньги на свой спортивный комплекс в Сеуле? — Лео пожал плечами. — Я думал, что это с олимпиадных тебе перевалило. Если честно, я не слишком задумывался об этом. — Ответил Габор. На этом моменте Эд окончательно убедился, что доверяется правильному человеку. — В Норвегии не выплачиваются бонусы. Но я о другом! — Эдвин крепко схватился за суть и был не намерен перескакивать с темы на тему. — Мой брат риелтор. И он часто трепался про первичное, вторичное жилье. Мне особо было пофиг, но когда мне было двадцать один, я задумался. Типо, мне двадцать один! — Эд подкрепил свое восклицание поднятым вверх указательным пальцем. — А у меня за душой только медалька и больше ничего! А он все трепался, что в Норвегии стоимость недвижимости растет с каждым годом на «1,2». И я подумал, а есть ли страны, где процент выше, но недвижимость по стоимости не такая высокая. — Лео слушал внимательно, кивая что пока понимает. — Это было типо любопытства, как когда ты ночью гуглишь всякую хрень. Но я постепенно узнал все, что мне нужно. И понял, что меня интересуют курортные страны, где во всю гуляет кризис. — На этом моменте Габор забуксовал с пониманием. — То есть? Почему именно они? — Эд махнул рукой мимо проходящему официанту, показывая пальцем на картинку с висящей мясной тарелкой, чтобы хоть как-то скрасть градус. — Потому что люди обычно бегут с таких мест, продавая за бесценок недвижимость, но там достаточный поток туристов, чтобы можно было сдавать им квартиру по европейским ценам. Ну, так я думал. — Усмехнулся норвежец. — В тринадцатом году меня привлекли Испания и Греция. Но даже с их ценами денег у меня хватило бы разве что на кладовую. Однако я наткнулся на объявление о покупке квартиры на этапе котлованы. Это типо когда… — Я знаю, что это такое. — Кивнул Лео. — Прости, продолжай. — Это было капец как рискованно. Но моих отложенных на обучение еще бабкой денег хватило бы на три квартиры. И я решил — пофиг. Нашел риелтора в Испании. И, в общем, мне повезло. Через год я стал обладателем трех заграничных квартир, которые на рынке уже стоили в шесть раз выше, чем я вложил. — Голубоглазый присвистнул. — Не хило. — Естественно, я решил не останавливаться. Продал две из них и провернул это еще раз. К двадцати четырем я уже выкупил небольшой многоквартирный дом полностью и чуть не прогорел на уплате налога на роскошь. Пришлось ту мою самую первую квартиру срочно продавать, иначе бы я лишился всего. Я все также работал тренером в Осло, живя с родителями. И мне брат однажды сказал, что может подсобить с дешевыми вариантами в других странах Европы, где законодательство плюс-минус схожее с нашим. И что можно брать в разных странах, чтобы избежать повторения истории. Нам важно было, чтобы застройщики не затягивали со строительством, чтобы налог был не конский и чтобы не влететь опять с налогом на роскошь. В общем, дела шли как надо. А в двадцать шесть на меня вышли JYP с предложением стать личным тренером тогда еще только набирающей обороты группы. Я зассал немного, признаюсь. У меня уже была своя квартира в Осло и среднего класса по меркам столицы спортклуб. А еще по несколько квартир в каждой европейской стране, где низкая стоимость на недвижимость. Я о большем и не мечтал. Но мне показалось это прикольным. Типо работать со знаменитостями — все дела. Я решил продавить свои условия, типо я покупаю спортивный комплекс в Сеуле, обустраиваю его по первому разряду, а компания заключает контракт на то, чтобы все работники ходили в него. Ну, как минимум, мне нужны были клиенты. — Им принесли закуски, и Лео взял початую бутылку, разливая по стаканам. История Эда была вдохновляющей. И Габор понимал, что рассказывает тот ему ее не просто так. Только пока не понятно, почему. — Как я понимаю, они согласились? — Уточнил светловолосый. — Пфф! Естественно! Я им предложил такую цену, что у них просто не было выбора! — С намеком на самодовольство заявил Эдвин. — Только вот клуба у меня не было в Сеуле на тот момент, ты не забывай. Я совершенно не знал менталитета страны, законов, даже языка. Но у меня были деньги, отвага и слабоумие. И поэтому я продал вообще все! Выкупил какой-то убыточный торговый центр по неприлично огромной цене, как потом оказалось, весьма выгодной по меркам корейской столицы, купил пять самых дешевых квартир в доме напротив, потому что планировал перевести с собой часть тренеров, и мне нужно было дать хоть какие-то условия. Остатка хватило на ремонт комплекса, покупку инвентаря. И немного осталось на вложение в проект по приобретению многоквартирного дома в Польше на котловане. — Ну нихуя себе! — Обескураженно воскликнул Лео. По рассказам Эда все казалось таким плевым. Потому что он в душе не знал сколько стоят квартиры в этой его «Пендосии». Но зато он знал, что за один квадратный метр в Сеуле на русские деньги нужно было выложить примерно миллион еще в восемнадцатом году, когда он только приехал поступать в магистратуру. А сейчас поди и все два. — Это так кажется. А теперь просто прикинь, у меня на счету дырка от бублика, потому что все деньги пристроены, мне нужно поднимать с нуля бизнес, который даже налоги не покрывал на тот момент, а еще зарплату платить сотрудникам, которые были просто в шоке от местного ебнутого колорита после тепличной-то толерантной Европы. И никто из нас не знал языка, на минуточку. А еще поляки-суки, начали сроки строительства задерживать. У меня денег было впритык на год на все это убыточное блядство. И на тот момент нищенская зарплата в две тысячи евро, при условии, что мне постоянно приходилось колесить с группой, вместо того, чтобы заниматься развитием бизнеса. Это сейчас они подняли до трех с половиной. В общем, я был в отчаянии. — Парни звонко стукнулись бокалами, опрокидывая в себя алкоголь. — И как ты справился? Сейчас-то это один из лучших клубов города. — Заметил Габор. — Да как — впятером раздавали в метро флаеры на одно бесплатное занятие, надеясь, что это поможет. Хотя в то время это было не принято в Корее — наверное поэтому и сработало. Кто ж не любит халяву? Делали скидки за приведенного друга или отметку в социальных сетях, в общем, крутились как могли и в темпе вальса учили язык. Так и выгребли потихоньку. А когда через два года построили мой дом, так я и выдохнул, уже вводя дополнительный штат сотрудников и услуг, типо спа, массажа и прочего. Ну и, естественно, продолжил вкладываться в строительство. — Лео хмыкнул. — Офигеть конечно. Вот это у тебя чуйка. Я бы никогда не решился на подобный риск. — Эд улыбнулся. — Я, собственно, зачем это все рассказал. На следующий год в Болгарии поднимают налог на покупку недвижимости до девяти процентов, и я хочу урвать лакомый кусочек элитного квартала напоследок по старым добрым пяти. Но не прохожу по налогу на роскошь, а это, если в квартирах, то стоимость порядка пяти, считай, пол подъезда! И мне нужен проверенный человек, на которого я могу оформить двадцать одну новостройку, и который меня не кинет и потом вернет их. — Лео от волнения аж икнул. — Я?! — Он ткнул в себя пальцем. — Мы знакомы два месяца, ты совсем уже с головой не дружишь? — Норвежец похлопал его по плечу. — Да мы с тобой за этих два месяца пережили больше, чем некоторые за десять лет. Ну так что? Поможешь? С меня вознаграждение — одна из этих квартир будет твоей. — Габор фыркнул. — Угараешь что ли? Я и так помогу. Считай, по гроб жизни тебе обязан. Только что конкретно от меня требуется? — Полететь со мной завтра в Софию на оформление документов. С меня перелет, проживание, культурная программа и уплата налогов на покупку и продажу, в том числе и твоей квартиры. В общем, все расходы беру на себя. — Хлопнул в ладони норвежец. — Блять, Фели меня убьет. — Невесело усмехнулся Габор, уже понимая, что согласится. — Только это… ты особо никому, кроме него, ясное дело, не говори про мои дела. Здесь я тренер, а бизнес — это все-таки личное. — Попросил Эд. — Не хочу, чтобы меня судили по кошельку. На работе и среди Стаффа-то не все знают, что я владелец комплекса, да еще и полностью выкупленного здания. Я, честно говоря, богатым себя никогда не ощущал. Всегда все деньги были вложены в дело. Я даже не знаю сколько у меня, всем этим бухгалтер и юрист занимаются. Да что уж, я впервые на бизнесе летал, когда ты мне билет оплатил. — Конечно, братан, какие вопросы! — Лео призадумался. — Слушай, а сколько стоит одна такая квартира? — Эдвин залез в телефон. — Ну смотри, у них сейчас цена за квадратный метр стоит триста евро. Плюс пять процентов от стоимости квартиры ты уплачиваешь налог. Там еще четверть процента за владение каждый год уже построенной квартиры, но я обычно быстренько сплавляю все в первый год, уже давно не работаю со странами, где нужно выждать право собственности. А что? Хочешь тоже вложиться? Ты еще спокойно можешь купить квартир восемь, чтобы мы не влетели на налог. — Лео захохотал. — Я похож на того, у кого есть деньги на восемь квартир? — Эдвин усмехнулся. — Прости, я не подумал. Но ты хочешь купить, я прав? — Габор скривил губы, пожав плечами. — У меня за два месяца скопилось с двух работ тысяч девять на евро. Я хотел их пацану своему отдать за уплату лечения сестры. Но ты так говоришь… блин, а сколько с одной квартиры можно поднять? — Ну, во-первых, не с одной, а с двух. Я за то, что услуги должны быть оплачены, учитывая, что благодаря тебе я в выигрыше. По примерным подсчетам квадратный метр будет стоить около двух тысяч евро. — Ответил Эдвин. — Почти в семь раз?! Господи, почему все тогда не делают, как ты? — Не понимал Лео. — Потому что это риск. Дома в Европе хоть в среднем и сдают за год. Но также может случиться, что сроки увеличатся. Или мэрия не одобрит на каком-нибудь этапе постройку, и ты по сути теряешь кровные. Я, кстати, вполне понимаю, что моих шестьсот тысяч могут улететь. Поэтому нужна подушка безопасности, чтобы не остаться с голой задницей. — Лео хмыкнул. — Когда у тебя ничего нет, то и потери воспринимаются легче. А если выгорит, это ж я могу своему пацану что угодно покупать! И бате машину! — С хмельным восторгом воскликнул Габор и достал телефон, открывая калькулятор. — А там есть что-нибудь в пределах тридцати квадратов? — Увидев цифру, спросил он. Норвежец захохотал, хлопнув его по спине. — Выделю тебе однокомнатную с самым сочным видом! — Тут же воскликнул Эд. — Слушай, а почему ты на родственников не оформишь? Это ж верняк. — Лео все не мог перестать об этом думать. Хотя мозг уже настолько захмелел, что включи кто-нибудь танцевальный трек, тут же бы проснулась львица-тигрица, унося с собой остатки разума в дикий пляс. — У меня уже есть опыт. В итоге с семьей у меня отношения слегка натянутые. — Уклончиво ответил норвежец. — То есть? Тебя свои же и кинули? — Габор в этом плане был тепличным птенцом и дурные родственные связи видел только в «Пусть говорят». — Я на брата оформил вторую квартиру в Осло, потому что у нас там любое приобретенное имущество свыше восьмидесяти трех тысяч евро облагается налогом. Но когда я речь завел про дарственную, то он заявил мне, что она по праву принадлежит ему, что без него у меня бы ничего не получилось, и вообще, что я ему обязан. Оно конечно так, но когда я предлагал ему залететь со мной, он лишь у виска покрутил… Ну а родители встали на его сторону. Мол, для брата пожалел, одни деньги на уме и все такое. Так что когда я выкупил спортивный клуб в Осло, то платил как миленький. Так сказать, дешевле обошлось. — Лео покачал головой. — Жесть конечно. — Мы общаемся, ты не подумай. Но бизнес-дел я с родственниками зарекся вести. — Голубоглазый кивнул. — На мой счет не парься. Мне чужого не надо. Хотя сыкотно — просто пиздец! — Хихикнул Лео. — Тебе-то чего? — Усмехнулся Эд. — А вдруг махинации какие, и придется мне срок за тебя чалить! — Эдвин прыснул. — Чего? Ты это в каком-то сериале увидел? — Естественно. — Не стал отрицать Габор. — Но знаешь, если есть хоть один шанс стать однажды ровней моему пацану, то я хочу рискнуть. Да и тюрьмы у вас там чуть ли не курорт, говорят. — Пошутил он. — Не могу заявлять точно, но вряд ли доход от грязного бизнеса приходится долго ждать. А по поводу ровня-неровня херни не неси. В отношениях оба партнера равны. — Для пущей убедительности своих слов, норвежец поднял палец вверх. — Звучит по-европейски. — Захихикал светловолосый. — А давай выпьем за любовь и успешную сделку? — Эдвин поднял свой бокал. — Будем! И парни тут же начали отмечать устное товарищеское заключение очередным наполненным стаканом с привкусом любви конечно же… и немного горечи от алкоголя.

***

В апартаменты Бан Чана парни уже поднимались навеселе, но на своих двоих. Не забыв о коллективе, в свободных руках у них было по бутылке скотча у каждого. Когда дверь открылась, послышались уж слишком знакомые мелодии из детства любого русского ребенка, кто родился до двухтысячных годов. Сразу видно, что за музыкальное сопровождение отвечала Ленка. И судя по тому, что из динамика телефона лилась песня Тимати и диджея Дли, а не излюбленный ею Кей-поп, девушка была примерно одного состояния с другом. — Хен! Эдвин! — Радостно воскликнул Чонин, глядя на хмельно улыбающихся Лео и Эдвина и пропуская их. И если его счастье было по причине того, что он подумал, что Габор сейчас попросит переключить подругу второсортный реп на излюбленный им рок, то у голубоглазого были для него плохие новости. Ведь ты можешь кичиться сколько угодно о любви к «Queen» и «AC/DC», но слов из песен детства не забыть. — Вижу, ты согласна, это было ясно, хоть мама говорила, что быть с Тимати опасно. Это напрасно, не слушай ерунду, я сворую тебя ночью и привезу к утру. — Зачитал вытутаированные в мозгу строки Лео, махая руками и пританцовывая бедрами прямо напротив хохочущей Ленки, которая принялась отплясывать вместе с ним. — Господи, их теперь двое! — Рассмеялся Джисон. — Это я вам Киркорова еще не включала! — Воскликнула блондинка. — Где лучшие тусовки?! — Габор на манер микрофона поднес бутылку к ее губам. — У нас в клубе. — Не подвела «дуэт» Ленка. — Где лучшие подруги? — У нас в клубе. — Где люди живут хип-хопом? — У нас в клубе. — Если я нужен тебе, ищи меня в клубе! — Закончил голубоглазый и захохотал, обнимая подругу. — Я эту дичь лет пятнадцать не слышал! — Сказал он уже на корейском и посмотрел на Феликса, который с хмельной нежной улыбкой наблюдал за таким вот развеселившимся возлюбленным. Поймав его взгляд, Ликс незаметно кивнул на свободное место возле себя. Из Стаффа остались лишь Кан Джи Вон, Ленка и художник по костюмам, последний уже видел седьмой сон, сидя в мягком кресле. Все, включая мемберов, были разной степени опьянения, и судя по тому, что весело было абсолютно всем, никто и не думал останавливаться. — Господи, Габор, ты не думал стать алкоголиком? — Рассмеялся Джи Вон, когда песня закончилась. Лео широко улыбнулся, показывая ему средний палец, и уселся рядом с Феликсом, незаметно поглаживая его костяшки большим пальцем. Блондин переплел их ладони, что лежали плотно между бедер Габора и его, не привлекая внимания. — Вы где уже успели прибухнуть? — Спросила Ленка, усевшись на колени к Хенджину и свесив ноги с подлокотника. — И какого черта без нас?! — Да мы разговорились. — Ответил норвежец, у которого уже щеки покраснели. — А стаканы все наполнялись и наполнялись. — Хихикнул он. — А вы чем занимаетесь, кроме как слушаете хитяры нашего детства? — Спросил Лео, которому разум твердил, что нужно держать себя в руках и довольствоваться маленькой ладонью, которую он крепко держал в своей, и не стоит идти на поводу у желания усадить соседа слева к себе на колени, прижимая к себе эту сладкую булочку. — Мы хотели как раз начать играть в правду или действие, — ответил Хан, ненавязчиво поглаживая шею Минхо, — вы с нами? — Эд и Лео приняли идею на ура. Началось все с детских вопросов, на манер: воровал ли ты когда-нибудь; и действий — покукарекать или выйти на балкон и крикнуть какую-нибудь глупость. Однако с каждым кругом алкоголя в крови становилось больше, (разве что Габор, оптимистично рассчитывая, что ему перепадет сегодня что-то, перешел на воду, чтобы хоть как-то сбавить накопившиеся обороты промилле) вопросы становились все более пикантнее, а задания и вовсе острее. — Правда или действие? — Спросила Ленка у Кана. — Правда. — Ответил ей кореец. — Ты уже с кем-нибудь переспал из Стаффа? — Джи Вон хитро улыбнулся. — Да. — Хихикнул он. Лео сморщился. Он вроде как не гомофоб больше, но Кан… это схожее непонимание, когда ты вырос и недоумеваешь как на твоих дебильных одноклассников мог вообще кто-то позариться, ведь они откровенно не очень все. Ну или как сосед, который во дворе ходил с зелеными соплями на пол лица, а потом какого-то черта за него две девчонки назначили стрелу друг другу после школы, чтобы биться за внимание этого лоха. — Правда или действие, громила? — Спросил кореец, увидев реакцию массажиста и восприняв ее по-своему. — Действие. — По сути у Лео не было выбора, ведь до этого он два раза подряд выбирал правду. Глаза Кана сузились в предвкушении. — Поцелуй любого парня в этой комнате в губы. — Габор аж на мгновение протрезвел. — Чего?! — Возмутился он. — Какого черта? — Хочу, чтобы ты испытал на себе то, чего так чураешься. — С гаденькой улыбкой ответил Джи Вон. — Хен, неужели тебе слабо? — Вдруг подначил его Йени. Лео удивленно вытянул голову, глядя на хитрое лицо маленького пьяного сводника. Впрочем, на лицах уже порядком захмелевших мемберов, не было никакого напряжения (кроме Феликса), что немного придало сил. — Нет конечно. Просто вдруг тот, кого я выберу, откажется. — Явно переигрывая равнодушие, ответил Габор. — Это все лишь игра. — Пьяно подмигнула ему Ленка, поигрывая с отросшими прядями волос Хенджина. Лео облизнул нервно губы. С одной стороны, целовать в этой комнате он хотел только одного человека, а с другой… и тут голубоглазого словно осенило, что другой стороны, собственно и нет. Даже будь в этой комнате все девчонки и Феликс, он бы все равно выбрал его. И черт возьми, Габор мечтает об этом с того момента, как только покинул с Эдом свою комнату! Повернувшись к Феликсу, который явно нервничал, думая, что конспирации ради выберут кого угодно, только не его, Лео, даже не поднимая задницы с дивана, вытянул немного голову и чмокнул быстро пухлые губы, тут же отстраняясь. — Готово. Правда или… — Начал было голубоглазый, но Джи Вон возмущенно воскликнул: — Это что за хрень?! Мы ничего не видели! Ты ж даже шнобелем своим не коснулся его! — Лео закатил глаза. — Тебе подрочить что ли не на что? Давайте дальше. Правда или… — Ну, технически, Джи Вон прав. — Вдруг сказал Ликс. — Ты просто мазнул мне подбородок губами. — Соврал он, хитро глядя на возлюбленного. Во взгляде Ликса было что-то такое, что старшего бросило в жар. — Ну?! А я про что? Хватит морозиться! — Возмутился Кан. Мемберы, которые не знали про нынешние отношения пары, словно позабыли, что Лео и Феликса когда-то связывало что-то. Казалось, что это было настолько давно, что все уже и давно не воспринимали былое всерьез, подразнивая Габора. — Ты еще в лобик его поцелуй и пожелай спокойной ночи! — Гаденько хихикнул Сынмин. Во всех Вселенных доктора Стрэнджа, Лео посылал Кана нахуй, настаивая на том, что выполнил задание. А в некоторых еще и вваливал ему пенделя за то, что этот озабоченный развращает молодые умы. Кроме этой, естественно. Особенно, когда Феликс так вызывающе смотрит, а пьяные люди в комнате «любезно» просят тебя сделать то, что ты и так хочешь. Габор встал и склонился над блондином, приблизившись к его лицу. — Поиграем, мистер Ли? — Черт возьми, Эдвин прав. Лео постоянно заигрывает с возлюбленным на глазах у других. Феликс в предвкушении облизнул свои пухлые губы, а голубоглазый правой рукой сгреб блондинистые волосы в кулак, молниеносно сокращая оставшееся расстояние и впиваясь в приоткрытый рот со всей страстью, на которую был способен. Кто-то, такие как Эдвин, Ленка и Ай Эн, тут же одобрительно засвистели, перекрикивая фоновую музыку. Остальные же просто как по команде открыли рты, наблюдая как Габор, не прерывая бесстыдный поцелуй, привстает, хватая Феликса под задницу, и через мгновение Ликс уже восседал на бедрах, отвечая на жаркий порыв с не меньшей отдачей, прижимаясь к возлюбленному плотнее, вызывая у обоих приятную судорогу по телу. Лео одной рукой поглаживал его шею, а второй поясницу, от чего блондин сдавленно простонав ему в рот, благо музыка заглушила этот звук. Мгновение, когда мир вокруг исчез, они остались только вдвоем. Сердца стучали в унисон, а воздух наполнился электричеством. Вокруг них звучали улюлюканья и смех, но это не имело значения. Важен был только этот момент. Это был поцелуй, полный жажды, который говорил больше, чем слова. Их мир сжался до размеров этого мгновения — страсть и нежность переплетались в танце, который мог длиться вечно, если бы не нехватка воздуха. Кан Джи Вон не мог поверить собственным глазам, которые видели с такого расстояния все, вплоть до ласкающего чужой рот языка Габора. Чужой. Мужской. Рот. Это картинка просто не укладывалась в голове. Как может этот искренне презирающий геев молодой мужчина с таким упоением вылизывать чужой рот и с какой-то дикой лаской зарываться пятерней в слегка отросшие волосы сидящего у него на коленях паренька? Когда Феликс слегка отстранился, пытаясь восстановить дыхание, он посмотрел в потемневшие глаза возлюбленного, который также тяжело дышал. Но сейчас им нужно было взять себя в руки, ведь на них смотрят десять пар глаз. И что-то срочно сделать с эрекцией. Лео расстегнул пару верхних пуговиц на рубашке и спросил, невинно поглаживая лодыжки блондина: — Правда или действие? — Услышав голос Габора, Джи Вон словно отошел от оцепенения. — И это все, что ты можешь сказать?! — Обескураженно произнес Кан. — Ты языком трахнул парня в рот, а теперь просто задаешь игровой вопрос? — Лео раздраженно повернулся к куратору Стаффа. — Могу стих прочитать. Чего опять-то не так? — Внятного ответа у Кана не было. Игровое задание было выполнено, в этом ни у кого не возникало сомнения. — Как бы так спросить… ты уверен, что Феликс первый парень, с которым ты целуешься? — В голосе Джи Вона не было сарказма, лишь какое-то любопытство, в котором он пытался найти ответ на собственное непонимание. Габор повернул голову на Ликса и усмехнулся, рассматривая его припухшие губы. — Готов поклясться чем угодно, что кроме Феликса никогда не целовался с мужчиной. — Ленка хитро ухмыльнулась, благо никто в этот момент не смотрел на нее. — И пусть это останется единственным исключением. — Он вновь повернулся к Кану и произнес уже более строго: — Серьезно, блять. Еще хоть одно гейское действие, и я сваливаю. — В глубине души, Лео надеялся, что кореец так и поступит, и тогда у него будет причина покинуть апартаменты. Ну и зная нрав своей с виду миловидной Амазонки, у которого талант высосать из пальца скандал, он последует за ним, и тогда уже они на полную мощь удовлетворят свое алкогольное возросшее либидо. — Правда или действие? — В очередной раз повторил светловолосый, поднимая глаза на Ликса. — Правда. — Тихо произнес парень, чувствуя небольшую нервозность. Габор немного задумался над вопросом. — Тебе нравится сидеть у меня на бедрах? — Вдруг хитро ухмыльнулся он. Глаза Феликса распахнулись от такой провокации. — Что?! — А затем он осознал, что до сих пор сидит на возлюбленном. Просто это было настолько уже для него естественно, что мозг даже не дал сигнал о том, что что-то не так. Парень резко подскочил, едва не завалившись на бок, однако крепкие руки подстраховали его, возвращая на место. — Ой, прости пожалуйста! Я сейчас! — Он сделал еще одну попытку слезть, но Лео чуть сильнее сжал его бедра. — Это не ответ на вопрос. — Нагло заявил Габор. То ли алкоголь в крови, то ли заявление, что Феликса этот невыносимый молодой мужчина уже не сможет смутить, было преждевременным, но блондин почувствовал как лицо заливается краской. — Мне удобно. Так что да. Нравится. — Как можно более уверенно заявил Ликс. Лео кивнул и словно потерял интерес к этому диалогу. Откинувшись на спинку дивана, он чуть прикрыл глаза и зевнул в кулак. Феликс уселся боком на парня и спросил Чанбина, который сидел возле них: — Правда или действие?..

***

Феликс так и заснул на Лео, прижавшись щекой к его ключице. Или же это Габор уснул сидя на диване, обнимая паренька? Сложно сказать, кто отрубился первым. Продрав глаза, Ликс увидел еще несколько участников, спавших кто где. Например, Чанбин почему-то дрых в проеме между комнатой и балконом; Йени на полу; а Бан Чан… сидел в кресле, где до этого расположились Ленка и Хенджин, пил кофе и неотрывно глядел на Феликса, заметив его пробуждение. — Доброе утро. — Сказал лидер. По его тону не было понятно, ждет младшего сильный разнос или же очень сильный. Ликс сонно потер глаза. — Который час? — Спросил он, выпутываясь из теплых объятий и вставая. Блондин поморщился, ощутив прохладное дуновение кондиционера. — Девять утра. Я просто плохо спал, вот и подорвался ни свет ни заря. — Неожиданно Крис улыбнулся. — Но судя по тому, что вчера было весело не только мне, на массаж смысла нет записываться. — У Феликса все перемешалось в голове. — А почему? — Осторожно спросил он, все еще ожидая бури. — Сам гляди! Мне кажется его ядерный взрыв не разбудит. — Ликс повернулся и посмотрел на Лео, который мирно сопел. Вдруг из комнаты Чана вышла на цыпочках Лена, которая выглядела так, словно находилась в самом эпицентре урагана и случайно залетела в одну из комнат апартамента. Ее волосы были всклокоченные, макияж поплыл похлеще, чем у жертв фильма ужасов. Она на ходу застегивала пуговицу на джинсах, футболку была одета навыворот. Увидев Чана и Феликса, девушка вздрогнула. Но затем тихо-тихо закрыла за собой дверь и прошептала: — Кажется, мне стоит закодироваться. — Ликс усмехнулся, однако Лене было не до смеха. В начале блондин подумал, что дело в похмелье, однако девушка продолжила: — Если он будет спрашивать что вчера было, скажите, что я первой ушла спать в номер. — Феликс недоуменно посмотрел на лидера, надеясь получить хоть немного понимания. — Вчера вам обоим казалось это отличной идеей. — Сказал Чан. — Вчера мне казалось, что водку запивать пивом тоже ничего! — Шепотом воскликнула Лена. — Все, мне надо собираться на рейс до Нью-Йорка. — Она быстро нашла в куче обуви свою и покинула номер. Феликс подошел к двери комнаты и приоткрыл ее. И первое, что попалось на глаза, был даже не полностью обнаженный Хенджин, а использованные презервативы, валяющиеся по полу. Блондин быстро захлопнул дверь и посмотрел на лидера, который ему задумчиво закивал. — Кажется, они… Погоди, а ты где спал? — Спросил Феликс. — На кресле. Ты уже заснул, когда они вдруг встали и ушли в мою комнату. И судя по звукам, времени они зря не теряли. — Ликс кивнул. — Но почему она не хочет с ним поговорить? Зачем сбегать? — Чан умилился с такой наивности. — Может это их национальная особенность? — Пожал плечами Бан, и оба посмотрели на Лео, который громко потянулся. — И звучишь не как гребаный националист. — Кряхтя произнес он. — Чего непонятного, она избегает неловкости. Типо пьяные были, она старше его, боится, что он будет жалеть, вот и дала деру. — Габор встал, сонливо почесав голову. — Но они занимались сексом! — Воскликнул Ликс, ведь для него это было очень весомым аргументом. — И что? — Удивился Лео. — Как что?! Это же очень серьезный шаг! — Габор прыснул. — Это просто секс. — Феликс аж открыл рот от возмущения. — То есть, по-твоему это нормально?! — Они ж вроде оба не в отношениях, так почему нет? — Ликса бесило, что его просто отказываются понимать. Он насупился, недовольно отвернув лицо. — Если для тебя норма заняться любовью, а потом свалить, то у меня совершенно другое мнение на этот счет! — Лео вздохнул, подходя к возлюбленному. — Я к тому, что это нас не касается. Пусть они сами разбираются. — Феликс поджал губы и кивнул. — Лео, а я могу спросить? — Вдруг подал голос Чан. Габор повернулся к нему. — Ты действительно остался здесь, чтобы посмотреть Америку? — Блондин испуганно перевел взгляд на друга. — Крис, я уже тысячу раз тебе говорил, что… — С чего вообще такая информация? — Удивленно спросил Лео. — Я сегодня по работе улетаю вечером. — Феликс опять повернулся к возлюбленному. — Только не в Сеул, поэтому не полетел с остальными. Если ты из-за вчерашнего поцелуя, то тебе не о чем волноваться. - Вдруг лицо голубоглазого искривилось в паскудной ухмылке. - А между вами что-то есть? Просто не могу понять тогда причины того, что ты так яро пытаешься найти то, чего нет. Или это национальная особенность? — Ответил на выпад Габор, ухмыльнувшись. — Феликс, если твой бойфренд не возражает и не будет искать двусмысленности в моем предложении, то я бы пригласил тебя пройти в свой номер, потому что ты вчера на массаже забыл свой браслет. — Бан закатил глаза. — Господи, да я просто спросил! — Вздохнул он. — Идите уже, и так бошка трещит.

***

В лифте Лео уже более серьезно спросил: — Что за утренний концерт, Веснушка? — Он попытался взять его за руку, но Феликс отодвинулся к стене. — Куда ты собрался улетать? Мы же договорились, что… — Двери лифта разъехались в сторону. Пара поспешно вышла. Уже в номере, едва Габор закрыл за ними дверь, то прижал парня к ней. — Для меня норма потрахаться и свалить? Серьезно? — Карие глаза плескались недовольством. — Ты с Эдвином куда-то летишь, да?! — Я задал тебе вопрос! — Прикрикнул Лео. — Я тоже тебе его задал, черт возьми! У нас сегодня два месяца как мы опять вместе, а ты просто берешь и сваливаешь, вместо того… — Чтобы что? Сидеть и ждать тебя в номере как женушка декабриста? У тебя сегодня расписание с двенадцати до полуночи! И завтра! И послезавтра! — Только ты мне сказал, что это не важно, что ты хочешь просто засыпать со мной в одной постели! — Лео уткнулся лбом в макушку возлюбленного. — Малыш, все так, но у меня появился шанс изменить нашу жизнь к лучшему. И я подумал, что раз у тебя плотное расписание, то ничего страшного не случится, если я на пару дней улечу в Болгарию. — Феликс поднял голову, заставляя Габора немного отстраниться. — О чем ты вообще говоришь? Какую жизнь? Что ты забыл в Болгарии? Господи, где это вообще? — Мне Эдвин предложил сотрудничество по… — ЭДВИН! — Громко воскликнул блондин. — Я так и знал, что ты с ним летишь! Слушай, так может и правда секс без обязательств наш вариант? — Лео словно дали под дых. — А что? Потрахаемся, свалишь со своим Эдвином в Болгарию, потом прилетишь, потрахаемся, и можете на тренировку совместную сбегать! Тебя же явно такое устроит больше, чем… — Феликс не успел закончить свою фразу, как оказался бесцеремонно вытолканным из номера. — Пошел нахрен, сученыш истеричный. Можешь себе хоть десять ебарьков завести, раз отношения со мной тебя перестали устраивать. — Ликс судорожно пытался набрать воздуха в легкие, пребывая в шоке. — Ты… ты охуел? — С обидой спросил он, таки понабравшись бранных словечек от возлюбленного. Но Габор, лицо которого побледнело от злости, хлопнул громко дверью перед его носом. Вся спесь мгновенно слетела с младшего. Он начал долбить в дверь кулаками, но Лео кажется и не думал открывать. Габор зажмурил глаза и глубоко задышал, пытаясь успокоиться, но стуки в дверь еще больше раздражали его. Парень схватил вазу со стола и швырнул с ревом в дверь, на мгновение получив желанную тишину. Увидев телефон, он быстро открыл переписку с Эдвином и зажав кнопку с голосовым и чуть свайпнув вверх начал говорить: — Эд, я не еду. Прости, чувак, но я так больше не могу. — Лео открыл балкон и швырнул телефон на столик, пытаясь успокоить тремор рук и нормально поджечь сигарету. — Я если поеду с тобой, то моим отношениям конец, если останусь, то задушу его… сука! Я не могу! Я так больше не могу! — Повторял он. Из глаз текли слезы, и Лео даже не пытался их остановить. — Я могу остаться просто твоим другом и работать у тебя, даже если не буду частью Стаффа? — Габор судорожно всхлипнул. — Заебала эта мясорубка. Я так больше не могу! — Сигарета тряслась в руках светловолосого, но он все равно втягивал раз за разом никотин, пытаясь хоть немного взять себя в руки. Все это продолжалось два месяца. — Ему не нужен я не потому что я не богач, а потому что я однажды не оправдал его доверия, и теперь мне никогда не дотянуться до его ожиданий. А я… я так хотел… — У Лео начиналась истерика. — Я хотел, чтобы к тому моменту, когда его розовые очки спадут, я уже чего-то добился и продолжал оставаться в его глазах… — Парень шмыкнул носом, небрежно растирая по лицу влагу. — Только вот я позабыл, что ничего из себя не представляю даже сейчас. Так что ты прости меня. Но кажется положиться на такого как я — это ужасное решение, и я не хочу, чтобы и ты разочаровался во мне. — Лео ткнул пальцем, и сообщение отправилось. Габор зажмурил глаза и уткнулся лицом в ладонь. Фраза «не сошлись характерами» больше не казалась какой-то чушью. И это реально разбивало сердце. Успокоившись и помывшись, Лео позвонил Светке. — Господи, пол второго ночи! — Простонала сонно рыжеволосая. — Прости, я совсем забыл… можешь мне билет заказать до Сеула из Сан-Франциско на ближайшее? А то ты же знаешь, что я ландух в онлайн-покупках. — Да, конечно… — Все еще сонно бормотала молодая женщина. — А что случилось? Ты ж шестого сказал, что летишь. — Габор собирал вещи, благо после химчистки все лежало стопкой на кровати. — Планы изменились. И подготовь мои документы на увольнение. — В трубке повисло молчание. — Настолько изменились? — Спросила Света. — Я остаюсь в Сеуле, если ты на что-то намекаешь. Эдвин сказал, что на мою работу в комплексе это не повлияет. — Лео посмотрел на рюкзак и с облегчением подумал, что отправить кушетку со Стаффом было отличной идеей. Эд конечно пытался связаться с ним и поговорить, но в итоге просто написал, чтобы Габор не беспокоился о нем, а решал свои проблемы, и предложил поговорить спокойно, когда тот будет готов. — А как же Феликс? Ты ведь… я не знаю, что там у вас произошло, но… вы же любите друг друга. Не совершай необдуманных действий. — Лео прикрыл глаза и сел на кровать. — Ладно, не парься, я сам в аэропорту куплю билеты. Просто знаешь… я буквально вчера говорил о том, что нам с ним вместе спокойнее, но в итоге… наверное и правда дело во мне. Ты это… прости, в общем, что разбудил. Спокойной ночи. — Ле… — Габор скинул звонок. Посмотрев на рюкзак, Лео проверил паспорт и накинул лямки на плечи. Он вспомнил те времена, когда они с Феликсом жили в их старой квартире на отшибе Сеула… подумать только, Лео считал те времена тяжелыми, — болезнь Лильки, принятие собственной симпатии к парню, — но сейчас понимает, что именно тогда был абсолютно счастлив. Они словно были вдвоем против всех, а сейчас готовы глотки перегрызть друг другу. Лео помнил как с каждым днем влюблялся в этого мальчика. Тогда при малейшей ссоре они могли обняться и все в миг становилось хорошо. А сейчас… Габор чувствовал себя настолько опустошенным и выгоревшим, что казалось коснись его кто-то, и его прах развеется по воздуху. Он подумал, что ему стоит все-таки остаться и поговорить с возлюбленным, но когда посмотрел на часы, то понял, что трансфер Феликса до какого-то там офиса больших шишек уже пятнадцать минут как отъехал. А стены сейчас просто сдавливали грудную клетку. И ему нужно было хорошенечко все обдумать. Светка все названивала, но в итоге Габор поставил авиарежим, желая хоть какого-то уединения от мира. Светловолосый подошел к двери и посмотрел на осколки вазы. Иронично. Он повернул ручку и переступил через них, намереваясь покинуть отель.

***

Феликс еще минут тридцать сидел под дверью и беззвучно рыдал. Он окончательно все испортил. Его вышвырнули как надоевшую собачонку, от него отказались, потому что так поступил бы любой здравомыслящий человек. Потому что он никчемный. Неуверенный в себе маленький мальчик в теле двадцатидвухлетнего парня, который хочет, чтобы любимый человек любил только его. Его любили миллионы людей по всему миру, но единственная любовь, которую он так жаждал, попросту не выдержала его дрянного характера. Он испортил все, и только он в этом виноват… и Эдвин. Ликс представил, как двое мужчин будут веселиться в новой стране, и сердце защемило от жалости к себе. Настолько ущербный… наверняка Лео расскажет все Эдвину, а тот посмеется и поддержит, скажет, что этому истеричному блондину не место с таким как он. Феликс корил и уничтожал себя в голове разными словами, пока не услышал ненавистный голос: — Господи, да что у вас произошло?! — Эд присел возле Ликса и взволнованно протянул к нему ладонь. — Убери руки! — Едва разборчиво всхлипнул он, прижимаясь к двери. — У этого истерика, ты сопли на кулак наматываешь. Мужики, вы чего творите? — Ликсу резануло ухо такое обращение. Эдвин посмотрел на дверь, а затем протянул руку блондину. — Лео у нас мальчик большой, а вот я похоже задолжал разговор именно тебе. Пошли, — он кивнул на дверь напротив, — хоть умоешься. Нехорошо, если тебя таким увидят. — Феликс смотрел на него волком. — Чего тебе от меня надо? Ты-то добился своего! Вот и езжайте, куда вам заблагорассудится. — Ликс судорожно всхлипнул и поднялся на ноги без его помощи, намереваясь уйти. — Вообще-то по последней информации я лечу один. — Феликс развернулся, удивленно глядя на мужчину. — Но Лео сказал… — Пошли. Видимо не все сказал, иначе я не понимаю чего ты бесишься. — Он открыл дверь, пригласительно кивая. Феликс поплелся вовнутрь номера. — Дело в том, что его попросил конкретно я? — Уже закрыв дверь, спросил Эдвин. — Что попросил? Полететь с ним в Болгарию по работе? — Он прочертил в воздухе кавычки. — Что? Погоди, что он тебе сказал? — Блондин сел на край кровати. — Какое-то сотрудничество… да ничего он мне не сказал толком, просто выкинул меня из номера! — Он подпер грудь руками. — Ты сказал, что летишь один. Так что либо говори, что он тебе сказал, либо я пошел! — Норвежец вздохнул, разговор не клеился. — Давай я тебе с начала расскажу, а там уже тебе судить. В конце концов, я ж тебя слушал, когда ты меня чихвостил по телефону. — Феликсу до сих пор не было стыдно за тот фортель. Однако Ликс поднял на норвежца глаза, во взгляде которых читалось, что он делает тренеру сейчас великое одолжение. — Мне нужно купить кое-какую недвижимость в Софии. И чтобы обойти лишние налоги, я попросил Лео полететь со мной. Хотел часть оформить на него, потому что верю, что он не кинет меня, понимаешь? Я честно не знаю, почему он сказал, что мы летим по работе. — Эд нахмурил брови. — Я конечно просил его никому особо не говорить кроме тебя о причине нашего отлета… — Блондин еще крепче обнял себя руками. — Он это сказал при Крисе. — Недовольно процедил Феликс. — Ты в Сеуле что ли не мог купить?! Или платить свои чертовы налоги как все люди! — Эд фыркнул. — Ну прости, что не родился с золотой ложкой в жопе и пытаюсь хоть как-то крутиться! — Не выдержал Эд. — Извини. — Буркнул норвежец. — Там доступная недвижимость, но ограничение по сумме покупки, иначе мне помимо всех налогов придется еще десять процентов отстегнуть. И мы договорились, что я ему выделяю один объект. И он тоже хотел вложиться в небольшой. — Ликс скептично поднял бровь. — У Лео нет денег на недвижимость. Думаешь, мы бы жили в той коробке, которую ты выделил ему под видом квартиры, если бы у него… — Настала очередь удивляться Эдвину. Это была вершина неблагодарности, учитывая, что по рынку съем этой «коробки» обходился бы свыше тысячи долларов. — Что ж ты тогда жилищный вопрос не возьмешь на себя? — Перебил его Эд. Ликс недовольно посмотрел на норвежца. — Потому что он не хочет, чтобы я платил. — Неохотно признался блондин. — На стоимость Сеульского квадратного метра в Болгарии можно купить целую квартиру вместе с парковочным местом. А потом выгодно продать. Собственно, я так и заработал на комплекс и, так называемые, коробки. И продолжаю зарабатывать. — Ликс все еще искал причины докопаться. — Вы с ним знакомы всего-ничего! Ты прицепился к нему своими огромными клешнями и постоянно куда-то пытаешься его затащить! И я молчал, когда это были… — Молчал?! Да ты вечно ему мозг ебал! Я уверен, что он и сотой части не рассказывал, но мне достаточно посмотреть на его лицо! И когда на нем желание сдохнуть, значит ты опять как баба закатывал ему концерт! — Не выдержал Эдвин. Это было просто несправедливо, в конце концов! — И я реально не могу понять, чем я тебе не угодил? То, что я хочу дружить с твоим парнем? И вытаскивать из безнадеги, в которую ты вечно его запихиваешь? — Феликс вскочил на ноги и толкнул Эда. — Не смей так со мной разговаривать! Ты ничего не знаешь о наших отношениях! — Норвежец достал телефон и включил голосовое от Лео. С каждым словом, с каждой надрывной фразой глаза Ликса становились все более безжизненными. Мясорубка? Вот как он ощущает себя в их отношениях? — Я, несмотря на то, что ты считаешь иначе, никогда не вмешивался в ваши отношения. И сейчас я шел поддержать своего друга, который не отвечает на звонки. Ведь у него могла опять случиться атака, хотя я не удивлюсь, если однажды ты доведешь его до сердечного приступа! — Феликс посмотрел в сторону двери. — У него больше не повторялись панические атаки. — Сказал он не слишком уверенно. Услышав нервный смешок, Ликс понял, что заблуждается. — При мне были в Маниле и вот в Форд-Уэрте неделю назад. Лена рассказывала еще про Осаку и Сеул, когда они собирались в JYP. — Феликс закусил щеки изнутри, чтобы вновь не разреветься. — Он переполнен страхами и собственной неуверенностью. Он любит тебя. Серьезно, иначе бы давно закончил это все. Так может и тебе следует? — Закончить отношения?! — Возмутился блондин. — Начать любить его. — С укором сказал норвежец. — Я фиг знает как оно между парнями, но наверняка в таких отношениях тоже должны присутствовать доверие, уважение и забота. И если ты не способен, то тогда гуманней твой вариант. Но это самое простое. Если тебе дорог твой парень, то сделай уже что-нибудь для ваших отношений. — Я… — Феликс хотел поспорить, сказав, что вообще-то и так немало вкладывается в них, но затем как будто посмотрел со стороны на их отношения. Ликс делал все, чтобы быть вместе с Лео, но это было так давно, еще в те времена, когда они жили в той квартире вчетвером со Светкой и Ленкой. А сейчас он боялся его потерять, и похоже делал все, чтобы это произошло. В отличие от Габора, который отбивал все его претензии и истерики, словно Мария Шарапова в лучшие годы… ну… видимо не так безболезненно, как могло казаться. — Я так и сделаю. — Тихо сказал Ликс. Его телефон зазвонил. — Это Лео? — Спросил Эд. — Нет. Крис. — Вздохнул блондин, принимая вызов. — Да? — Ты где? Трансфер задержался на двадцать минут, а ты даже в холле не появился. Через пять минут выезжаем. — Сказал Чан, Феликс досадливо вздохнул. Он совершенно забыл о переговорах. — Я себя не очень хорошо чувствую. — Первое, что пришло в голову, сказал Ликс. — От похмелья еще никто не умирал. — Усмехнулся Бан. — Я возьму для тебя кофе. — Блондин вдруг для себя осознал, что на все эти контракты ему, собственно, плевать. И пока он не восстановит свои отношения, то готов отказаться от всего. — Я не поеду. Прости, Крис. — Что?! Феликс, это Хьюго Босс! Когда еще тебе предложат быть лицом бренда? Такой возможности больше не будет! Где ты сейчас? — Я передумал! — Но почему? Ты же мечтал стать моделью международного бренда! — Который шил форму для фашистов? — Ликс вспомнил подколку возлюбленного, который еще неделю после того, как Феликсу поступило предложение, приветствовал его поднятой вверх правой рукой и ласково называл «мой Фюрер», спрашивая, не хочет ли он захватить их индукционную плиту и приготовить завтрак. От воспоминания прорезалась улыбка. — Вычеркни меня из расписания до возвращения в Сеул. Я потом все объясню. — Да что с тобой происходит? Ты не можешь просто взять и… — Крис, можешь хоть сейчас звонить Пак Чинену и жаловаться на меня, но факт остается фактом, я не еду с вами. — Это из-за Лео, да? — Ликсу уже так осточертело, что друг во всем винит его возлюбленного, что он решил ответить: — Нет. В этот раз из-за меня. Но ты прав, всегда был прав. Мы вместе. Уже почти два месяца как живем в его квартире. Технику я не перевез, боясь, что Сынмин сдаст меня тебе, но шкафы уже давно почти пустые. — Феликс… — Я устал бояться твоей реакции. — Блондин посмотрел на Эдвина, который стоял к нему спиной. — Я просто хочу его любить. — Эй, открой, ты что там устроил?! Какое увольнение?! — Парни недоуменно переглянулись. Это был голос Лены. — Феликс, это просто пи… — Прости, мне пора! — Воскликнул Ликс и сбросил вызов. Они вышли из номера. Ленка отчаянно пыталась вынести дверь номера Лео. Увидев Феликса, ее глаза воинственно сузились. — Какого хрена опять… — Но затем она посмотрела на Эдвина и замолчала. — Я в курсе этих двоих, так что не стесняйся в выражениях. — Ликс недружелюбно зыркнул на него. — Вопросик на миллион долларов, и я намерена получить ответ, ведь я уже была на пол пути к аэропорту, когда мне позвонила Света и сказала, что Лео попросил купить билет до Сеула и подготовить документы на увольнение. Что. Ты. Ему. Сказал? — По слогам произнесла блондинка. Феликс хотел ее засыпать вопросами, но та помахала перед его носом наманикюренным пальцем. — Нет, нет! Я должна понять, это он просто психанул или из-за тебя я опять лишусь друга! Быстро рассказывай! — Такую злую Ленку Феликс видел впервые. С ней было спорить себе дороже. — Мы поругались. И я… я не уверен… но… — На этом моменте Ликсу стало по-настоящему стыдно. — Кажется, я сказал, что нам лучше просто иметь секс без обязательств вместо обычных отношений. — Норвежец и русская шокировано переглянулись. — Я был зол, на деле я так не считаю! — Попытался оправдаться Феликс. — То есть ты парню, который и без того вечно загоняется, что он дерьмовый бойфренд, по сути предложил расстаться, намекнув, что на большее, чем ебля он не тянет? — В глазах Ленки была паника. — Вот поэтому я и предпочитаю быть одной, чтобы такой вот хуйни не происходило! — Она подошла к двери соседнего номера, постучав. Ликс посмотрел на Эдвина, но тот пытался дозвониться до Лео. — Абонент недоступен. — Сказал он. — Он после звонка Свете похоже отключил телефон. Эд, постучи в ту дверь. — Хорошо, а… зачем? — Я пролезу в номер через балкон. — Феликс проворнее подбежал к двери, начав стучать. Дверь открыл художник по костюмам. — Феликс? Чем обязан? — Но Ликс уже вбежал в комнату, не дожидаясь разрешения. — Эй! Куда?! Тут же четвертый этаж! — Лена и Эд переглянулись, напряженно ожидая. — Что происходит? — Спросил парень, но Ленка ему сдавленно улыбнулась и закрыла дверь со стороны холла, намекая, что ответа он не получит. — Осталось, чтобы пацан трагично помер, и можно конец света объявлять. — Невесело усмехнулась блондинка. Эдвин кивнул, думая о том, что Лео и JYP скинут их следом, если Феликс сорвется. Через минуту дверь номера Лео открылась. На ребят смотрел потерянный Ликс. — Его здесь нет. Но… нас минут пятнадцать не было! Я все время был здесь! Он… — Феликс достал телефон. — Да не берет он трубки! — Раздраженно воскликнула блондинка. — Ближайший рейс до Сеула через пять часов. — Ликс показал экран. — Я полечу с ним. — Да хер ты… — Но внезапно Эдвин положил руку на плечо Лены. — Не лезь. Это их отношения, а не твои. — Блондинка уже открыла рот, чтобы сказать куда норвежцу стоит пойти со своими мудрыми изречениями, но Феликс уже побежал со всех ног в номер, чтобы быстро закинуть вещи и взять паспорт. Ленка и Эдвин смотрели удаляющемуся блондину вслед. — Вообще я хотела сказать, что хер он вызовет такси, у них приложения с утра глючат. — Произнесла блондинка. — Мне кажется, что этот, если надо, и марш-бросок совершит. Дури-то в нем ого-го. — Лена кивнула, начав писать сообщение Светке. — У меня следующий рейс в шесть вечера. Может погуляем? — Спросила блондинка. — А у меня в пол седьмого, так что можем и на такси одном поехать. — Улыбнулся ей Эд. — Клевенько. — Послышался чьи-то тяжелые шаги. Пара обернулась, увидев Чана. — Ну и где эти двое? — Спросил он, глядя на Лену. — Кто? — Похлопала честно глазами блондинка. — Ой, да брось! — Крис подошел поближе, и увидев Эдвина, замолк. — Господин Бан имеет негодования по поводу того, что Феликс сегодня рассказал ему, что они с нашим другом опять вместе. — Ленка и Чан удивленно взглянули на норвежца. — И ты знаешь?! — Воскликнул лидер. — Где они? Я так и знал, что ваш дружок… — Э, нет, нет, Крис! Мы будем обороняться, и сила на нашей стороне! — Она кивнула на Эда. — Наш клиент паинька в этот раз, в отличие от твоего языкастого… — Да Ликс ангел! — Возмутился Бан. — Но стоит ему просто постоять рядом с вашим… — Да пока ангелы перышки чистят, ваш дьявола ебет! — Воскликнула девушка, защищая честь друга. — Очень сомневаюсь, что не наоборот. — Фыркнул австралиец, с намеком кто именно является исчадием Ада. — Ну? И как давно это продолжается? До Тайланда или после? — Ленка задумалась, а потом поняла, что смысла скрывать уже нет. — Во время. — Крис прикрыл глаза и болезненно простонал. — Я сейчас же позвоню Паку, чтобы он уволил вашего парня. — Его самолет до Сеула еще не сел. — Со знанием дела сказала блондинка. — Только вот Лео уже сам позвонил Свете и попросил подготовить заявление. — Чан удивленно поднял брови. — Из-за Феликса? — Я бы поставила еще приставку «ебучего», но да. И, как мы поняли, твоего клиента жуть как не устраивает такой расклад. — Блондинка посмотрела на лидера с какой-то усталостью. — Не лезь в это. Они уже взрослые мальчики. — Но… — Могу предположить, что если поставить вопрос ребром, то отказ от сегодняшних переговоров будет не последним. — Сказал Эдвин. — К тому же, они, вроде как, осторожно себя ведут. Я узнал только вчера. И то по чистой случайности. — Крис опустил голову, задумавшись. — Кто-то еще знает? — Вся семья Феликса, Света, возможно младшая сестра Лео, но тут я точно не уверена… — Начала перечислять Ленка. — Из группы кто-то знает? — Чан хотел возмутиться по поводу того, что секретарь Пак Чинена тоже в курсе и ни слова не сказала, но потом вспомнил, что та является подругой Габора, и, видимо, в первую очередь. Эд и Лена переглянусь, не будучи уверенными, что стоит сдавать Йени, Минхо и Хана. — Мы не уверены. — Ответил Эдвин. Кажется, все трое поняли, что ложь не удалась. — Понятно. — Он посмотрел на Лену. — Если из-за тебя Хенджин выкинет подобное… — А, за это можешь не переживать. — Махнула она рукой как можно более беспечней. — Это мой последний тур с вами. — Парни удивленно на нее посмотрели. — У меня накопилось слишком много работы в Сеуле. Боюсь, что я не разгребу ее до августа. К тому же, мне надо практиковаться в съемке видеорядов, и восемью лицами точно не обойтись. — То есть, ты все-таки сбегаешь? — Спросил Чан. — Я говорила об этом с Хенджином еще на Филиппинах, если ты на что-то намекаешь. Наверное, у нас даже получится с ним и дальше дружить. Ну… я рассчитываю на это. Просто вчера мы немного дали слабину. Но я точно не из тех, кто дает деру после пьяного секса, прячась от последствий. — Она с усмешкой посмотрела на Эда. — Но предпочитаю откладывать неловкие разговоры, в этом ты прав, в надежде, что со временем в них пропадет смысл. — Чан растерянно проморгался. — Я пойду. А то там трансфер… мне пора, в общем. — До встречи, Крис. И не переставай быть хорошим лидером. — Улыбнулась ему Ленка. Тот слабо кивнул, слабо усмехнувшись. — Ну, нам наверное тоже пора? — Чтобы не создавать неловкости, спросил Эд. — Ага. Хочешь, пофотаю тебя у местных достопримечательностей?..

***

Лео купил в кассе билет и бездумно ходил по аэропорту, ожидая объявления на регистрацию. Настроение было паршивое, даже четыре скуренных за час сигареты не притупляли тревожные мысли. Еще и лететь тринадцать часов, это было просто убийство для спины. А доплачивать в четыре раза больше на бизнес-класс он не собирался. Рабочий класс летает экономом. Габора душила вина, что он подставил Эдвина, что потревожил Светку, что по сути бежит от проблемы в очередной раз, но на деле, просто берет паузу для раздумий. Он опять облажался. Стоило быть честным с собой — как бы он не старался в этих отношениях, он с самого начала знал, что от него откажутся. Было ясно как божий день, что такому как Феликс нужен кто-то получше, чем массажист, работающий на двух работах, живущий в служебном жилье и срывающийся на ровном месте. Хотя вскоре на одной, потому что одному Лео много в принципе не нужно. Да и сейчас особо не хочется ровным счетом ничего. Вот бы самолет разбился, и сделал ему великое одолжение. Аэропорт Сан-Франциско, как всегда, кипел жизнью. Потоки людей, спешащих к своим рейсам, звуки объявлений и гудение двигателей создавали симфонию современного мира. Лео подошел к стеклянному окну, чтобы убить время и посмотреть на величественных «железных птиц», что были раскиданы по всей территории взлетных и посадочных полос. В небо взлетел красно-белый, и тут же приземлился голубо-зеленый самолет. И внезапно умиротворяющая картина превратилась в хаос. Сердце заколотилось так, словно пыталось вырваться из груди. Габор чувствовал, как в груди сжимается комок тревоги, а дыхание становится все более прерывистым. «Блять, опять!» — Пронеслась у него отчаянная мысль. Он пытался сосредоточиться на своем рейсе в Сеул, на том как по приезду купит сосиски в панировке у уличного продавца, что стоит от пары кварталов от спортивного комплекса. Лео представлял хруст панировки, как будет тянуться сыр и ощущаться непередаваемый вкус мяса на языке. Но страх все равно заползал в его сознание, как темная тень. Мир вокруг него начал расплываться. Громкие звуки становились глухими, и светловолосый почувствовал, как земля уходит из-под ног. Он уткнулся лбом о холодное стекло и облокотился обеими ладонями, пытаясь удержаться на плаву. Люди проходили мимо, Лео слышал их уверенные шаги, но он чувствовал себя потерянным среди этого толпища людей в полном одиночестве. Он пытался мысленно сказать себе: «Успокойся, все будет хорошо», но его разум был полон образов — Феликс, Эдвин, родители, Света, Лена — Габор всех их подвел, и даже с закрытыми глазами он видел их разочарованные взгляды. Лео попытался глубоко вдохнуть, но воздух казался слишком плотным и горячим. Он вспомнил о том, как мечтал о том, как однажды накопит неприлично огромную сумму, и они с Фели поедут на море, чтобы веселиться на всю катушку на каком-нибудь модном уединенном курорте, где каждая локация словно создана для рекламы «Баунти». Но сейчас эти мечты казались недостижимыми. Вокруг него раздавались голоса: кто-то смеялся, кто-то разговаривал по телефону, но для него это было лишь фоновым шумом. Собравшись с силами, он чуть отстранился от опоры и открыл глаза, увидев свое отражение в стекле. Усталое лицо с испариной на лбу и глазами, полными страха. — Лео! — Окрикнули его сзади. Парень попытался повернуться, но его пошатнуло, и голубоглазый едва успел схватиться за какую-то стойку, чтобы устоять на ногах. Феликс встревоженно смотрел на возлюбленного, чувствуя как под ладонью сердце готово было выпрыгнуть из груди Лео. — Это то самое, да?! — Ликс старался вспомнить все советы, что говорил Чан Ленке. — Дыши медленно. Чувствуешь, как моя ладонь касается тебя? — Он сжал чуть пальцы, а вторую положил на правую щеку. — Все будет хорошо, слышишь? Мы со всем справимся. Ты и я. Вместе. Скоро полетим домой, а как прилетим, то я приготовлю тебе твой любимый красный суп. А потом мы будем в обнимку смотреть «Две девицы на мели» и смеяться с шуток Макс, поедая на кровати твои низкоуглеводные чипсы. — Феликс как мантру проговаривал то, что успокоило бы его самого. — И вообще из дома не будем выходить, устроим кино-марафон. Мы давно хотели вместе пересмотреть «Гарри Поттера». А еще можем… — Лео крепко обнял парня. Феликс тут же к нему прижался, обвив руками. — Мне нужен только ты. И ты сам говорил, что уйдешь только если я предам тебя, а я тебе такой чести не предоставлю. — Повторил Ликс сказанные когда-то ему слова. — Хочешь, вообще дождемся Эдвина и втроем полетим в Болгарию? Но я по дороге прочитал, что вы можете провести удаленную сделку. А можем вообще купить совместную недвижимость и поживем там пару дней даже! — Лео усмехнулся. — Это строительство на котловане. Что ты вообще здесь делаешь, малыш? У тебя же переговоры по твоей модельной работе. — Габор внимательно смотрел на покрасневшие от слез глаза. — Пфф, тоже мне! Наденут на меня картуз, еще и усики дебильные поди заставят отрастить. — Небрежно фыркнул Ликс. — Прости, что из-за меня… — У меня еще будет уйма предложений. — Отрезал блондин. — И я буду тщательно отбирать варианты, а не хвататься за все. А сейчас я хочу быть со своим любимым, потому что ты важнее всего на свете. Прости меня, прости, слышишь? Я как обычно все порчу, хотя я… я не хочу быть без тебя, ты самый лучший парень на свете… — Лео погладил нежную щеку блондина. — Ты замечательный, слышишь? Это такому как я не место с тобой. — Феликс удивленно открыл рот. — А это уже мне решать! Господи, я все время считал, что недостоен тебя, а ты такое говоришь. — Габор усмехнулся, недоумевая как пацану такое в голову пришло. — Меня? Детка, ты заслуживаешь всего самого лучшего в этом мире, что я могу дать тебе, сам подумай? — Феликс сделал вид, что задумался. — Можешь меня просто любить? Вчера? Сегодня? Всегда? Знаю, это почти нереально с моим-то характером… — Светловолосый улыбнулся, перемещая ладонь с щеки на подбородок. Феликс выглядел как реперы девяностых. Какие-то массивные боты, широкие штаны, куртка с капюшоном, поверх которого была надета кепка. В этом образе не читался ангеловидный участник модной группы. — Это, как раз-таки, мне под силу. — Ликс улыбнулся, ужом обвив шею возлюбленного, даже не задумываясь, что вокруг ходят туда-сюда сотни, а может и тысячи людей, которые могут их сфотографировать. Лео, к слову, это тоже мало волновало. — А я исправлюсь! Буду для тебя вообще… — Габор отрицательно помотал головой. Феликс уже за эти несколько секунд движения успел умереть, воскреснуть и снова умереть не меньше миллиона раз, думая, что сейчас ему скажут, что это все, и в его намерения стать лучше просто не верят. — Мне не нужен другой человек, Веснушка. Мне нужен ты. Такой, какой ты есть. Только счастливый… со мной… Как думаешь, у нас есть шанс? — Глаза Ликса радостно засверкали. Лео с улыбкой смотрел на своего малыша, понимая, что пока тот сам не даст ему отворот-поворот, светловолосый никогда не сможет от него отказаться. И он будет делать все, чтобы с годами их любовь становилась лишь крепче. Чтобы это «однажды» никогда не произошло. И они сами… все еще по-прежнему также, как и в старенькой квартире Лео в жопе Сеула — они все еще те самые… Ликс воодушевленно закивал, потянувшись к губам возлюбленного. Лео в начале настороженно оглянулся, и первым, на кого упал взгляд, была пара мужчин лет сорока, сидящая в креслах. Один поглаживал руку второго и с теплой улыбкой смотрел на собеседника, пока тот о чем-то воодушевленно рассказывал партнеру. Черт возьми, это же свободолюбивая толерантная Америка, в которой можно идентифицировать себя не только геем, но и бутербродом, и никто слова тебе не скажет! И потому Габор тут же накрыл пухлые губы своими, делая и своего мальчика, и себя по-настоящему счастливыми. Потому что еще батя говорил: «Счастье — это не хуем по столу стучать. Это, блять, работа! Порой въебываешь на ней как ишак проклятый, а потом видишь, как глаз твоей половинки сверкает, и понимаешь, что не так уж ты и устал. Исцелила, ведьма проклятая!» И чем дальше шло время, тем больше Лео понимал казавшиеся раньше странными афоризмы Габора-старшего.