Сколько стоит любовь?

Бан Чан не мог смотреть в глаза Феликса, в которых таилась надежда каждый раз, как тот входил в тренировочный зал. Пак Чинён сказал, что дело несколько сложнее, чем предполагалось, поэтому как только получит ответ от представителей парня, даст знать. А потому лидер каждый раз еле заметно отрицательно махал головой, и, собственно, жизнь продолжалась. Чан надеялся, что в один прекрасный день он не уловит на себе взгляда младшего, но вот уже конец ноября, а Феликс все не мог выкинуть из головы проклятого Лео.

***

«И в огне не горит, и в воде не тонет». Детская загадка, ответ которой «лед». Однако если рассматривать ее под другим углом, то разгадкой вполне может являться имя «Лео». Ведь парень был очень предприимчивым, а потому знал, что в скором времени ему могут понадобиться деньги. И поэтому юноша стал работать в две смены, начиная копить деньги. Через неделю адского труда, ровно перед новой сменой ему позвонила мама. По ее слезам он не понял ровно ничего, ведь такая реакция могла быть вызвана любым исходом анализов. — Мам, ну что там? — Зевнул Лео, заворачивая на нужную улицу, где располагался его массажный салон. — Онкомаркер почти тысяча. — Женщина горько заплакала. Лео так и не вспомнил погуглить, что это такое, но интуиция подсказывала, что это слишком большой показатель, чем бы это не было. — А норма какая? — Вздохнул парень. — Тридцать восемь. — Светловолосый замер посреди тротуара. — Что сказал врач? Что делаем дальше? — УЗИ нужно сделать. Но врач будет на месте только через неделю. — А в город если отвезти? — Лео увидел мужчину, курившего за углом и подошел к нему на ватных ногах, жестом попросив сигарету. Давно позабытая вредная привычка словно перестала быть под запретом. — Там тоже очереди. Я всем обзвонила. Она умрет, да? — Голубые заплаканные глаза в экране будто уже умерли. — Не неси чушь! — Рявкнул Лео. — Мы ее вылечим. Как Лилька? — Много спит. Сил у моей маленькой совсем нет. Поди на второй год придется оставаться. — Ну и похуй, мам! Хоть на третий! Со школой потом разберемся. — Да, да. Только не ругайся. — Лео кивнул немного перетрухавшему корейцу на зажигалку, и тот со страху всунул ее в руку парня, а сам ушел. Видимо он сейчас даже отдаленно не напоминает дружелюбного иностранца. — Все, я отключаюсь. Парень подкурил сигарету, крепко затянувшись, и полез в гугл, чтобы все-таки прояснить для себя ситуацию с этим анализом. Чем дальше он читал, тем серее становилось его лицо. Когда глаза дошли до значения «злокачественной опухоли», что в простонародье означало рак, сигарета выпала из пальцев. Он впервые ощутил тремор рук. Сердце готово было выскочить из груди, а глаза наполнились слезами. Впервые за много лет. Лео чувствовал как его тресет, зуб на зуб не попадал, хотя он не чувствовал холода. Парень откинулся о стену, чтобы чувствовать хоть какую-то твердую поверхность, и сполз по ней, схватившись за волосы. Лео не слышал собственного крика. Уши заложило от охватившего осознания, что он попросту бессилен. Парень очнулся, когда его пыталась привести в чувства какая-то кореянка. Он сморгнул слезы с длинных ресниц и осмотрелся по сторонам. Телефон валялся на земле. Схватив его, парень растерянно поблагодарил незнакомку и быстро убежал. Работа. Ему нужно заработать денег на лечение сестры.

***

Вечером Лео поменял билеты на ближайшую дату. К сожалению, вылет был лишь на третье декабря. Как раз успеет вместе с сестрой пойти на узи и узнать все из первых уст. Рассказав все Ленке, та сказала, что у нее есть заначка, на русские деньги где-то миллион, и он может на них рассчитывать. Оставалось узнать, сколько вообще будет стоить операция в Корее. Гугл показывал какие-то баснословные суммы, где вместе с накопленными деньгами и с одолженными у Ленки, у него было ровно нихуя. Лео надеялся, что двадцать два с половиной миллиона на российские рубли и пол миллиона за каждый курс химиотерапии — это какая-то гребаная шутка. Не существует таких денег, их просто, блять, нет.

***

Светка и Ленка провожали Лео в аэропорту. — Напиши как приземлишься. — Сетовала Света. — И как станет что-то известно — сразу отправь мне документы, мы сразу же начнем переговоры с клиниками. — Спасибо. — Кивнул Лео. — У меня контракт продлили. Так что я смогу дать миллиона два, может больше. Уже, считай, пять будет. И остальное насобираем. Ты главное не отчаивайся. Возможно рак не подтвердится. Настраивай себя на хорошее. — Лео покорно кивнул. Светка крепко обняла его. — Я пойду пока кофе куплю, посидим с тобой немножко. — Покурить бы. — Вздохнул Габор, который за эту неделю вернул себе былую дозу пачка в день. — Сходите тогда с Леной, я мигом. Когда Света отошла, Ленка с грустью посмотрела на друга и обняла. — Ты хоть и говоришь, что это хуйня, но я таро раскинула на Лильку. Карты показали, что все будет хорошо. — Лео горько усмехнулся. Он готов был поверить во что угодно, лишь бы это помогло. Голос блондинки стал плаксивым. — И, ты только не ругайся. Я не говорила тебе, потому что не до этого вообще было. — Юноша чуть отстранил подругу, по лице которой размазалась тушь. — Мне этот якудза звонил, помнишь? Ну который с договором о неразглашении? В общем, он просил передать, что готов на семьдесят миллионов за три месяца предложить контракт, но не воной больше. Это ж четыре с половиной мульта на наши. — Голубоглазый тихо рассмеялся. Смех все больше разрастался и походил на сумасшедший. — Просто пиздец. Я раньше думал, что дороже моей жопы ничего нет, но знатно проебался. — Парень утер уголки глаз курткой. — Пошли покурим. Стоя в зоне курения, Лео смотрел на свою соседку. Ленка с сигаретой в зубах была похожа на беспризорника. Почему-то это вызвало теплоту на сердце. К ней постоянно липли проблемы, порой она невыносима и жестко тупила, но за эти годы они стали настоящей семьей. — Знаешь, я даже гуглил стоимость органов. В начале хотел себя по полной сдать, но потом подумал, что будет глупо умирать, особенно если лечение не поможет. — Ленка вылупила на него глаза, а затем со всего размаха двинула по плечу. — Совсем уже?! Даже не вздумай! — Воскликнула она. — Потом смотрел, какие части можно сдать, чтобы это не привело к летальному исходу. И там все равно не хватит. А учитывая, что еще нужно время, чтобы найти покупателя… а оно не на нашей стороне. Поэтому знаешь… если диагноз подтвердится, я соглашусь подставиться этому голубку. Может даже получиться уговорить его заключить какой-нибудь многолетний контракт, типо чтобы сразу погасить лечение. Я в голове прикинул, мне нужно пятнадцать месяцев пробыть у него в рабстве, чтобы отхватить нужную сумму. Это ведь не сделает меня голубым, да? — Ленка молча смотрела на друга, онемевшая от откровения. — Главное на рефлексах ему не вмазать. — Хихикнул Лео, не чувствуя абсолютно никакого веселья. — Не руби с плеча. Дождись все-таки результатов. Может там простая операция, и твою сестру даже не придется вывозить из России. — Надеюсь, Лен. Только вот знаешь, предчувствие поганое.

***

Лео даже не подозревал насколько соскучился по семье. Перелет, затем поезд, и вот он на кухне поедает макароны по-флотски, пока мать рассказывает все новости родственников, не забывая целовать его в макушку и подкладывать добавки, а отец молча смотрит на своих детей. Лилька положила голову на плечо брата и прикрыла глаза, в пол уха слушая щебетание матери. — Лилька-то у нас молодец! — Хвалилась мать. — Подбадривает нас с отцом. Ох, детки мои! — На глазах мамы вновь выступили слезы.

***

После того, как плачущая семья вышла из больницы, Лео позвонил Ленке и смог вымолвить лишь три фразы: «Я согласен. Договорись с ними обо всем. Я прилечу послезавтра.»

***

Ночью Лео захотел попить воды. На цыпочках пробравшись на кухню, парень едва не заорал от страха, увидев там младшую сестру, которая тихо ревела, уткнув лицо в ладошки. Подняв голову, они застыли на мгновение, не зная что друг другу сказать. А затем юноша сел на стул и взял ее за руки. — Мне тоже страшно, мелкая. Но знаешь почему я не сдаюсь? — П-почему? — Судорожно спросила она. — Потому что я понимаю, что тебе еще страшнее. — Они сказали, что вырежут мне матку и яичники. — Прошептала девочка. — А потом я буду лысая. — Послушай меня, я отправил твои анализы в Корею. Там лучшие доктора. Они вылечат тебя, сейчас это главное. Я уверен, что если и есть шанс сохранить твои штуки, то только там. Я не отдам тебя этим мясникам. — А деньги? Я гуглила, там очень дорого. У нас ведь нет таких денег. И загранпаспорта у меня нет. — Ты не забывай, я не последний человек в Корее. — Начал шепотом бахвалиться Лео, едва сдерживая слезы. — Я возьму все расходы на себя. Тебе не о чем беспокоиться. Да и… ищи плюсы — школу прогуляешь, будешь ко мне каждый месяц летать на терапию. А хочешь, вообще останешься на весь период лечения? — Лео все же не сдержал слез, прикусив щеки изнутри, чтобы не разреветься еще больше. Он был в полном отчаянии, но признать поражение — значит потерять все. — Ты только держись, мелкая. Мама с тетей Галей договорится, тебе мигом паспорт сделают. Дядя Юра как раз на заработки летит после Рождества через Сеул, и ты полетишь с ним. Месяц — и все, ты будешь у меня. Помнишь, как в детстве? — Под крылышком. — Сквозь слезы улыбнулась Лиля. — Под крылышком. — Шмыгнул носом Лео. — А если я… месяц, а я читала, что рак может… — Ты сильная. — Сжал сильнее ладонь сестры Лео. — В конце концов, не может же нам так сильно не везти? — Девочка усмехнулась. — Иди ко мне. — Лиля встала и склонилась над братом, крепко его обнимая. Ему есть ради чего и ради кого бороться.