Личная Шиза помощник

Гарри, впервые находясь в мед. крыле Хогвартса, открыл глаза и обнаружил, что его состояние далеко от хорошего. Сейчас он лежал на койке в палате Мунго и думал, за что ему всё это. — "За все хорошие, и этого самого хорошего ты сделал очень много" — с усмешкой ответила его личная Шиза. — "Завались, Эгон, и без тебя херово, а тут ещё и ты со своим сарказмом" — огрызнулся ушибленный. — "Ладно-ладно. Ну раз ты проснулся и вроде в своем уме, то мы можем перейти к тому, что с тобой произошло и что делать далее." — "А что произошло и сколько я спал?" — "Ты в больнице св. Мунго. Проспал ты два месяца, и поскольку думаешь, что это первое твое пробуждение, прошлые ты не помнишь." — "Ближе к делу Эгон, что со мной и..." — "Без 'и' Гарри, ты ебучий полутруп. Твои мана-каналы были в полной пизде, когда ты сюда поступил, врачи говорили, что тебе суждено стать сквибом, но ты же сука избранный, и хуй пойми какая энергия начала восстанавливать твои каналы, и твое счастье. В тот момент тебя обследовал зам. главы этой больницы, он как ужаленный убежал, и уже через минуты ты находился в реанимационной, где при помощи других медиков тебе смогли подлатать каналы. Теперь каналы у тебя прочнее и шире — это плюс, а минус в том, что один чих, и они окончательно рассыпятся без возможности восстановления." От такого переизбытка информации у Гарри снова заболела голова, и звезды сошлись так, что именно в этот момент в палату зашли врачи. Их было пятеро, одну Гарри сразу узнал. Мадам Помфри шла по левую руку от высоко мужчины, ранее бывшего темноволосым, судя по оставшимся темным прядям на седой голове. У мужчины на халате висел позолоченный бейджик с именем Св. Ейрис Уолкинг, главный целитель. По правую руку от главного целителя шел его зам. Остальных двоих Гарри никогда не видел — это были две женщины в одежде, похожей на ту, в которой была мадам Помфри. В палате, как только Ейрис заметил, что Гарри в сознании, стало подозрительно тихо. — Мистер Поттер, как вы себя чувствуете? — Мадам Помфри, как вы думаете, находясь под чарами Analgesia и залитый зельями под завязку, он это вообще может? — На мое собственное удивление, целитель Ейрис, я чувствую себя хорошо... как для человека, словившего Круциатос и Аваду, — сказал Гарри и мягко улыбнулся, но врачей от этой улыбки передернуло, а Уолкинг резко посерьезнел. — По поводу этого, мистер Поттер, при попытке выяснить, что произошло в подземельях Хогвартса, ваша и палочка профессора Квирелла были взяты для проверки и на них обнаружили непростительные. Мистер Поттер, вам грозит попасть в Азкабан, если доводы для использования непростительного не удовлетворят суд и мистера Магии. — Целитель Уолкинг, не пугайте мальчика. Мы не можем знать, что там произошло, но судя по последствиям, там был бой и покушение на молодого Поттера. Не стал бы опытный учитель тёмных искусств применять для защиты Круциатус. — Поммона, это понятно и вам, и мне, и вообще всем, но закон один для всех. Поправка гласит, что: запрещено применять три непростительных проклятья против людей; исключением являются авроры при исполнении. — Может быть, вы мне объясните, что со мной, и уже потом будем обсуждать мое попадание в Азкабан? — довольно спокойно проговорил Гарри. — "Ты ведь понимаешь, что никто даже суда проводить не будет? Просто сам факт использования учителем проклятия на ученике является огромным ударом по репутации школы." — "Эгон, не надо. Я всё понимаю... почти всё. Я не понимаю, как я буду продолжать обучение в школе, если, как ты сказал, мои каналы маны могут рассыпаться от любого чиха." — ... Поттер, мистер Поттер, вам плохо? — Нет, я просто задумался. Можете повторить, что вы говорили? — Ах, Гарри, можно к тебе так обращаться? Так вот, Гарри, с палочковой магией тебе придется на время завязать. — То есть я могу заниматься другими областями, типа ринологии, зельеварения и нумерологии? — Хм, вы восприняли эту новость спокойней, чем я думал, но вы правы, этими предметами и другой теорией вы можете заниматься и далее, только с практикой придется подождать хотя бы полгода. -Понятно, тогда я получается в этом году на домашнем обучении? От такого вопроса Поммона закашлялась, а Ейрис просто усмехнулся. Еще немного поговорив, врачи провели обследование Гарри и, не найдя ничего опасного, удалились, оставив после себя свежий выпуск газеты. Наконец-то у Гарри появилась возможность нормально осмотреть помещение. Кроме его койки, в палате не было больше ни одной, а вид из окна был прямо на банк Гринготс. Сама палата была в светлых тонах со столиком и стулом возле окна, у стены стоял шкаф с дверцами из стекла, через которые было видно пробирки и таблетки. "Ну, это точно VIP-палата!" - Эгон снова дал о себе знать. Гарри лишь кивнул, возвращая свой взгляд к окну, за которым кипела жизнь, а потом вновь вернул взгляд на газету, лежащую на прикроватной тумбе. "Наконец-то стало известно, кем станет следующий преподаватель ЗОТИ," - гласил заголовок. Интерес Гарри, как быстро появился, так же и улетучился. Гилдерой Локхарт. Романтик, писатель, дамский угодник и... "Пиздобол," - вместе подумали Гарри с Эгоном. "Я точно в этом году буду на домашнем обучении." "А ты уверен, что сможешь ускользнуть?" - вопрос Эгона застал Гарри врасплох. - "Ускользнуть от чего?" "От Дамблдора. Ты ведь помнишь, что ты ему зачем-то нужен, и судя по не до конца помершему Тому, ты еще сыграешь свою роль в этой игре." - "Темного лорда зовут Том?" "Да. Я об этом узнал, когда поглотил полностью кусок его души, который был у тебя в голове." "Ты блять издеваешься?! Хули я узнаю, что у меня в башке жил Темный Лорд постфактум?" - закричал Гарри у себя в голове, а газета, которая до сих пор была у него в руках, осыпалась пеплом. "Идиот, Сквибом стать захотел?!" - прилетела Гарри по сознанию увесистая плюха, от которой тот вырубился. "Хм, я же вроде должен был только мягко стукнуть, неужто так душа Волди на мою повлияла, он ведь был природным легилиментом. Ладно, потом об этом подумаю." Месяц спустя Гарри наконец-то покинул больницу и смог отправиться к гоблинам за деньгами. Много времени это заняло, и вновь с деньгами он отправился в уже известное место. "Том, комнату на месяц," - сказал Гарри, выложив на стойку монеты. Но не успел он среагировать, как их обступили люди в плащах и резко сдернули с криком "Работает Аврорат!" и наставили палочки. Было их всего трое, но их с головой хватило, чтобы спеленать Гарри как гусеницу. Первый и тот, кто стоял сзади, кинул "Петрификус", тот что справа - "Ступефай", а левый - "Инкарцеро". Последнее, что увидел Гарри перед очередным падением в темноту, - удивленный взгляд Тома. Очнулся Поттер уже сидя в Визенгомоте, который только что начался. - Начнем дело по No37896. Гарри Джеймс Поттер применил непростительное проклятье Авада Кедавра в стенах Хогвартса против профессора Квирелла. Слово передается подсудимому. - ... а, собственно говоря, почему я здесь? Почему меня не допросили? Почему не предоставили защиту? - взгляд Гарри скользнул на небольшой подиум, на котором, как он знал, должен был стоять его магический адвокат. - Мистер Поттер, о чем вы говорите вы же сами сюда зашли в сопровождении Авроров, к чему такие глупые вопросы? - вопрос зада женщина средних лет в черной одежде и высоким головным убором. - Мадам Боунс со всем уважением но последние, что я помню это вспышку трех стандартных чар для задержания и удивленное лицо Тома владельца Дырявого котла. Амелия Боунс нахмурилась посмотрев в сторону и увидев там что-то попросила пригласить в зал целителей. В зал вошли трое штатных врачей и после разрешения министра подошли к Гарри. Снова каскад чар от одного из целителей и он покачал головой, второй целитель приступил к визуальному осмотру и тут же вскрикнул. - Мадам Боунс! Срочно подойдите сюда. -Гарри даже не успел заметить как она уже в притык стояла и смотрела ему в глаза. -Да, эта пелена в глазах еще не успевшая пропасть точно признак влияния проклятия Империо. - Отвернувшись от Поттера она крикнула охране распоряжения привести и задержать тройку, которая привела подсудимого в зал.