Столкновение миров. История 2

      Амфитеатр заполнялся дворянами и их прихвостнями, а молодняк ненавязчиво оттесняли в сторону. Можно было заметить разочарованные лица близнецов, которых отправили на зрительские трибуны, куда, в свою очередь, молчаливые изукрашенные големы не пустили четверку спутников.       — Чую пиздец. — тихо процедил Кай и повернулся к ложе Владыки, куда медленно и неторопливо поднимался Самаэль, таща за собой, как привязанных, всю княжескую верхушку.       Ленни сморщился, как от резкой зубной боли, отвернувшись от трибун:       — С-сволочи… Могли бы щит поставить, зачем убивать-то…       «Собирай всю свою свору и или отключайся от них, или тащи к себе, — раздался в голове у Ленни голос Зака, — если то, что мне живописует в своей паранойе Кай, правда, то их сейчас будут ловить и уничтожать».       Дракон держался рядом, а морф впервые за вечер выдвинулся вперед, его руки безвольно обвисли, а внимание рыскало по трибунам. Радостный ажиотаж подсказывал ему, что…       — Мы что-то упустили. Посмотрите, старшие ждут бой, рассказывают младшим, многие на нас смотрят. И с нами никто не разговаривал. Никто не подходил за время бала… Что-то не прописано в этих дурацких книжках по этикету, что знают все старые лисы в этом гадюшнике, — пробормотал морф.       — Похоже на спектакль, где мы в главной роли, — согласно кивнул Ленни и поморщился, — а сценарий почитать не дали, черти.       Змеи возвращались потоком, сползаясь к нему тенями. Отчего его собственная тень стала длиннее, но никто этого не заметил.       — Я думаю, нам скажут правила перед началом? — Кенни накинул капюшон, скрываясь от некоторых через чур едких глаз, и сложил руки в карманы. — Очень сильно хочу что-нибудь разрушить…       — Тишина! — Рыкнул приближенный слуга Владыки, и зрители замолкли, переглядываясь и ожидая слова от поднимающегося со своего трона архидемона.              Окинув всех презрительным взглядом, он заговорил:       — Четыреста лет назад я отдал указ о запрете на рождение потомков верхнего круга демонов. Они были приговорены жить под надзором моих строгих слуг и постоянного пересчета личного гарема. Но, как сегодня выяснилось, есть и крысы на нашем огромном корабле.       Демон опустил лицо и уставился на четверку в центре.       — Архидемон завел двух детей, так еще и прятал их всё время, что сильно огорчает меня. Но есть то, что волнует и приближенную ко мне знать. Мои люди слишком хороши, чтобы я сомневался в их работе, а значит, архидемон Асмодей не мог зачать сыновей, так еще и двоих!       Толпа зашепталась, послышались местами выкрики.       — Да вы только взгляните, они же и не похожи!       — Вон тот щуплый, может быть…       — Ага, а вон тот? Серый какой-то, где ты таких демониц видел?       — Тишина! — вновь призвал слуга.       — Во время прекрасных выступлений ваших наследников я решил дать шанс исправления архидемону. — Владыка вскинул руки к потолку. — Асмодей сейчас прилюдно уничтожит своих лживых отпрысков. Я освобожу его от возможного наказания и разрешу продолжить служение мне.       Он замолк, обращая внимание на инкубов.       — В ином случае, вы, мелкие сорняки, можете доказать мне, что я неправ и вы обладатели силы архидемона Асмодея. Если уничтожите провинившегося, я смилуюсь над вами и признаю.       Он надменно улыбнулся, сложив руки друг с другом пальчик к пальчику.       — Пиздит, да? — Тихо под капюшоном спросил Кенни.       — Как дышит. — пробормотал в ответ Серый.       Их вывели на арену, из хода напротив вывели и Асмодея, все с теми же его двумя Всадниками, в которых смутно угадывались те, с кем он являлся в замок Араки. Недовольный взгляд архидемона в сторону говорил о том, что он совершенно не в восторге от такой поднянки Владыки и драться со своими порождениями как минимум не собирается.       — Тогда выходит, — рассуждал младший, — если мы убьем отца, что опекал нас, как мог, то нас убьют уже после… Мда, не радужная перспективка, я запланировал секс на вечер. А что по окружению? Здесь есть те, кто очень опасны для нас?       Старший стоял с лицом, на котором смешалось множество чувств, но самым преобладающим был офиг: «Я что, сплю?». Сизый выдохнул, собираясь обратно. Разумеется, между ними и Асмодеем, Ленни выберет своих, а не малопонятного, почти незнакомого отца. Сколь бы обиды и ненависти он не питал к краснохвостому засранцу.       — Здесь все сливки, Сокровище… Я не испытываю трепета к вашей верхушке и тут скорее история про азарт, но… Я опасаюсь за ваши жизни, особенно если ваш папенька послушает своего повелителя. — Над ними стала сгущаться тьма, нервничающий и лишенный сдерживающих амулетов метаморф все сильнее просвечивал своей сутью с изнанки.       — То есть бал окончен? — громко крикнул Краснохвостый инкуб, глядя в лицо величаво усевшегося на трон Владыку. Тот смерил его взглядом легкого удивления.       Сизый сместился к центру их компашки. Он не прятаться, он поставил вокруг энергощиты, хотя против Асмодея, что был гораздо сильнее старшего сына, они бесполезны.       — У нас с моим любимым братом есть дела куда важнее, чем развлекать вас. И драться с ним, — инкуб кивнул на архидемона, — мы не намерены.       На лице Асмодея поползла ухмылка. Он легко кивнул, поддерживая подобное заявление.       Владыка изменился в лице:       — Что? Да как ты смеешь! Если сейчас же не примете сторону, я прикажу убить вас всех.       — А кишка не тонка у ваших зубастиков? — поддержал брата старший.       Владыка прикрыл рукой рот и что-то зашептал с знатью. Охрана стала стягиваться к арене. Кенни хмыкнул, глядя на это, и сжал руку метаморфа.       — Я рядом, моё золото. Мы справимся вчетвером, как и раньше.       Серый сжал его руку в ответ и обернулся, серые глаза смотрели на демона с любовью, но кроме глаз на лице ничего не было, вместо носа и рта на лице была линия смыкания чудовищной зубастой пасти, нисходящая вниз через центр груди до самого паха.       Позади них с характерным шелестом развернулось длинное туловище ржавого дракона, блеснувшее, как зеркальная лента. Идеально гладкая стальная чешуя раскидала цветные блики. Зак закрыл их со спины и с боков, а здоровая башка нависла сверху.       По трибунам прокатился гул и некоторые зрители из самых старых вельмож повскакивали:       — Их Всадники?       — Пожиратель?       — Дракон?       — Они взяли себе в услужение богов?       Асмодей хранил молчание, он отступил и скрылся за спинами своих телохранителей, доставших длинные мечи.       — Твой левый, мой правый, если отец атакует — уворачиваемся и бьём его вместе. — шепнул Серому Ленни и, обогнув брата, стал сближаться со своим противником. Безоружность его не смущала, а вот меченосцы Асмодея сощурились и переглянулись.       Со стороны морфа раздался означавший согласие насекомый стрекот. В наступившей тишине, казалось, что слышно дыхание каждого участника. Никто не собирался атаковать первым, но не верил, что оппонент не набросится.       И тут с грохотом распахнулись все четверо ведущих на арену дверей, и из них на отступников потекли вооруженные отряды личной гвардии Владыки. Над ареной громовым раскатом грянуло «Уничтожить всех!»       Жёлтые зрачки на чёрных глазах дрогнули, и Кенни замер, наблюдая за каждым шагом брата и Кая. Ленни замер, обегая испуганными глазами вытекающую на арену армию. На такую толпу его не хватит! Покосился на Кая, который продолжал шагать без тени сомнений.       Сизый обернулся назад и посмотрел на младшего брата. Подавив нервную дрожь и отвращение, потрогал свои рога, намекая красному на свои серьги. Тот нахмурился, но кивнул, блестя желтыми глазами из-под капюшона.       «Зак, прикрой Кенни, пожалуйста. Он будет занят», — мысленно потянулся Сизый к серебристому дракону. В мысль вплелась теплота при виде этой формы.       От Кенни растянулась сладкая аура, дотягиваясь до Кая и Ленни. Без явной видимости она плавно растягивалась на всю арену, заполняя её.       Кай сделал еще шаг, потом как-то неловко, по-детски подпрыгнул и развел руки, огромные композитные крылья как бы то проявились за его спиной. В той части арены, к которой он был лицом, раздались крики. А в рядах бегущих к нему вояк случилась заминка, они встали и перестроились для атаки.       Но это спасало мало.       Висящий в метре над землей Пожиратель распахнул чудовищную пасть, вертикальным провалом разрезавшую его тело и пространство ниже, до самой земли, и ощерился множеством рядов треугольных зубов. Вояки в первых рядах рухнули замертво, и их тела медленно поволокло вместе с песком арены в бездонное чрево.       Ржавый свился в тугие кольца, надувая бока, и окружил красного полукольцом. Он дал мощный залп кислоты, залив почти треть арены позади себя, и атакующие были вынуждены обходить дымящуюся ядовитую лужу, которая никак не хотела впитываться.       Часть гвардейцев лишь косилась на этот кошмар и топала строем на Ленни, выставляя перед собой щиты. Демон горько усмехнулся, меняясь прямо на ходу. Противников вид костяного монстра со змеями вместо мышц испугал мало, но он и не надеялся на одну лишь форму. Косточки фаланг прошлись по рогам, срывая мелкие колечки, а вместе с ними и пелену реальности с собственного разума. В глазах мир искажался и плавился, пугая реалистичностью искаженных галлюцинаций.       Взревев на всю арену, взбешённый монстр на четырех конечностях врезался в ряды, поднимая первых демонов на рога. Его пытались атаковать, но Ленни нёсся вперед, круша и затаптывая. Солдаты не решились атаковать массовой магией, но в спину летели одиночные залпы.       Наблюдая за преобразованием брата, Кенни смотрел, не моргая, за каждым его шагом. Тонкая струна сил коснулась ощутимо старшего, крепко окутывая его. Сам же инкуб с довольной ухмылкой с холодным голосом твердил:       — Погасли огни на огромной арене,       Упали рабы предо мной на колени.       В солдатских руках рассыпается меч,       Не в силах хозяина боле сберечь…       Морф медленно воспарял, держа у себя за спиной дракона и инкуба. В него летели копья и заряды магии, и всё это всасывала в себя пасть, за которой, казалось, была сама бездна.Для излишне впечатлительных хватило и начала побоища, некоторые зрители решили покинуть место действа, в основном это были старые вояки, которые поняли чем может грозить происходящее и спешили увести своих наследников от того места где в руках молодого принца оказались настолько разрушительные силы и он пустил их в ход.       Новые и новые гвардейцы падали, и их затягивало, тела разваливались и измельчались, в воздухе повисла кровавая пыль и запахло внутренностями не только от этого, но и с той стороны, где оставлял просеки Ленни.       Кенни вытянул вперёд руку, сладкая аура шептала обезумевшему брату направление к врагу.       — …Шагаю вперёд, улыбаюсь, молчу       Я тело врага за собой волочу…       Со стороны Кая загудела земля. Гвардейцы отступали, потому что Пожиратель стал втягивать в себя грунт из-под ног, вырывая плиты и обнажая провалы в катакомбы. Затем раздался оглушительный треск, и в материи реальности образовалась прореха, похожая на разрыв в протертой ткани, который еще кое-как пытаются стянуть тонкие нити.       Залп магии с трибун залепил прореху, но рядом появилась новая. Пожиратель вошел в раж, тысячекратно умноженные чувства от пожирания жизней затопили разум, и Кай сомкнулся на одном единственном действе — поглощать.       — Кай… Ты слышишь меня? — рыкнул демон. — Тише… Прошу, любимый… - Кенни обратил на него взгляд, обнимая аурой.       Серый почувствовал осторожное прикосновение к его разуму, аура, как и всегда, когда морф не поддавался сам, просто обнимала его, давила, но не воздействовала, это было другое, как тонкая нить от центрального сердца через печать, только без боли и подавления, то, что соединяло их на более высоком уровне, чем простые оковы.       Пожиратель опустил руки и качнул крыльями, ткань реальности перестала рваться, пасть немного сомкнулась.       Рогатый старший топал в своей половине арены и нещадно кровил, но скорости продвижения это никак не мешало. Вливаемая Кенни сила позволяла Ленни заживать прямо на ходу. Оказавшись окружённым врагами со всех сторон, он встал на месте.       — Круши, братишка, защищайся! — твердил голос младшего.       Запрокинув морду, Костяной заревел, оглушая ближайших противников. Понимая, что сейчас будет хуже, демоны попытались его пробить клинками. Но те лишь бесполезно чиркали по костям, а змеи и так утекали с тела, расползаясь по полу. Зато кости… покрылись знакомыми линиями, как на коже сизой формы, и за секунду вобрали в себя энергию. Вокруг Костяного всё взорвалось. Магические щиты лопались, как мыльные пузыри, взрыв поломал и раскидал ближайший круг демона, а следом толпу расходящейся волной накрыл огненный шквал. Его с трудом затушили на четвёртой линии, но чудовище не намеревалось останавливаться.       — Не страшен ни меч, ни кулак, ни копьё       Не тронуть им сердце       Моё...       Зверский оскал инкуба растянулся. Мягкая аура ласкала Кая. Сладостные слова касанием разума просили его вернуться ближе, ведь часть солдат, заприметив лёгкую цель в виде инкуба и дракона, пытались выискать слабые места. Вторая часть сладкой силы не позволяла Ленни лезть на трибуны. Словно идя по освещаемой дорожке, демон уничтожал всё на пути, пока Кенни направлял в него поток энергии из своего бездонного запаса.       Ноги в тяжелых ботинках опустились на землю, морф закрыл собой и своими крыльями инкуба и часть драконьей туши.       Ржавый шипел и плевался, разгоняя тех, кто пытался подобраться к ним с тыла, в отличие от других, он старался никого не убивать.       — …Рукой, что в крови, к небу меч подниму       Движеньем одним вашу жизнь отниму       Не в силах помочь вам ни мать, ни отец       Я вмиг обеспечу печальный конец…       Ленни ломился в поредевшие ряды и рвал солдат, игнорируя клинки и магию. Вокруг демона постепенно образовывался круг поражения: кого-то кусали змеи, кто-то лежал и выл с изломанным телом, а кто-то катался по полу, держась за голову, потому что инкуб вывернул их Пустоту и показал им же, сводя с ума. Но возле трибун рогатый будто натыкался на стенку и равнодушно отворачивался.       «Ты молодец, Ленни… Ты великолепен! Самый сильный брат!»       Шептали слова Кенни над костлявым монстром, уводя его от трибун. Взгляд жёлтых зрачков дрогнул, и Кенни рванул вперёд, выпадая из-под атаки Ленни и прячась за спину Кая.       «Не меня, дурень! Левее! Да… Да сюда…»       Две трети площади арены были уничтожены: часть залита кислотой, часть провалилась, на оставшейся части танцевал свой кровавый танец Ленни. К Каю всё ещё тянулось, в раскрытую от подбородка до паха пасть летели золотистые огни, он подбирал души всех, кого ранил или лишил жизни рогатый, лишая их шанса на возрождение. Асмодея с его людьми нигде не было видно.       Морф реагировал и мягким движением ушел от демона.       Это свои, это не еда.        Взгляд чуть сфокуссировался и проводил проскочившего мимо Ленни.       — Довольно! — громом разнесся рык.       Гвардейцы стали отступать, а на песок арены медленно, просто спрыгнув из ложи, стал опускаться Владыка.       — Ну что, великий! — Рыкнул на всю замолкшую, едва переговаривающуюся трибуну краснохвостый инкуб, раскинув в стороны руки. — Достойная развлекуха твоих зевак? Это лишь малая часть наших сил.       Архидемоны, что ещё оставались, косили взгляды на Владыку, что был явно не в духе.       — Или ты думал, что мы вылезли на свет по дурости, не понимая, сколь сильное общество вокруг тебя? — Кенни протянул руку Каю, в надежде, что тот подойдёт ближе.       Ленни ломанной походкой уже встал по другую руку и замер. Сейчас он пах кровью и смертью, практически не слышал и не понимал происходящего, пребывая где-то в потоке своих безумных фантазий.       Дракон свернулся и принял человеческий облик, встав за спиной у Кенни. Серый повел крыльями и немного опустил их, полностью закрыв их со спины. Он встал по другую сторону от Ленни, почти касаясь Кенни кончиками когтистых пальцев.       Самаэль повел рукой, и трупы с арены исчезли, песок всосал кислоту, а из катакомб поднялись плиты. Всё стало как было.       — Вы не первые, кто устраивает неплохое шоу, и, полагаю, не последнее. Однако условия не выполнены. Вы не убили Асмодея.       — Кажется, отец сбежал… — Кенни покрутил головой по обе стороны. — Но и ты, Владыка, не был честен… Сказал, что подаришь нам своё признание, а сам задумал нашу смерть, после того как мы расправимся с отцом. А сейчас, когда мы не оправдали надежд друг друга, как же мы поступим?       — Вы изгоняетесь из границ Ада. — отрезал Самаэль. — Сейчас же. В противном случае вы будете уничтожены. - Сдаваться архидемон не собирался.       Драконыш, который успел собаку съесть на местной политической системе, шепнул, что замок Араки как раз на границе.       — Ты угрожаешь? — Кенни опустил руки и сделал шаг вперёд. — Ты ещё не понял, что я привёл сюда? - Взгляд демона был грозен. - — Он пожирал миры без остатка, погибал и возрождался, приносил хаос, и ты смеешь что-то приказывать? Одно моё слово, и он не взглянет ни на кого, кроме тебя. Сожрет и не подавится.       Знать заохала, а кто-то поспешил скрыться, уходя с трибун. Левиафан покосился на Астарота, сидящего по другую сторону.       — Я констатирую факт. То, что ты привел сюда, дает тебе право говорить. — холодно процедил Самаэль.       — Кенни, позволь мне? — Ржавый выскользнул из-за его плеча текучим змеиным движением. — Владыка, замок Араки находится на самом фронтире. Мы уйдем и не покажемся больше. Нам неинтересна жизнь при дворе, статус или иные блага. Мы хотим только, чтобы нас не трогали и чтобы нашего сенешала освободили от его обязанностей перед Асмодеем. Мы не будем защищать князя и выступать как на его стороне, так и против. Мы готовы уйти сейчас же.       — В противном случае, я не буду сдерживать ни брата, ни всадника, позволив им принести настоящий хаос в это место! — Рычал Кенни не своим голосом. — Это больше не будет шоу. Но тебе понравится, Владыка…       Задумчивый взгляд остановился на беснующемся инкубе, но обращался он к дракону.       — Ты даешь свое слово, принц Антпарес, дракон Первого Дома? Я вижу, что ты достаточно прочен в своих принципах. Мне говорили, что этот Всадник никого не убивает, и я это лицезрел сегодня.       — Я даю свое слово.       — Что ж. Я буду присматривать за вами. Первую проверку вы прошли. И ваши люди больше ничего не должны Асмодею. Уходите.       — ТЦ!.. — прошипел инкуб и, отвернувшись, коснулся брата.       — Идём домой, негодник… Испачкался весь, костюм порвал…       Демон повернул на него голову, но слов, кажется, вообще не понял. Морф наконец захлопнул пасть, взгляд потихоньку становился осмысленным, он приходил в себя быстрее Ленни, хотя его состояние сейчас было похоже на эйфорическое опьянение.       Зак просто отвернулся и направился прочь с арены к ближайшей дверной арке, коснулся ее ладонями и открыл портал домой.       — Кай… Ты сможешь идти? — Кенни протянул ему руку, в то время как второй взялся за лапу брата. Ленни обняла сладкая аура успокоения и повиновения. Она подбадривала и успокаивала демона, призывая идти за младшим.       — Кай может, — прогудел метаморф низко и невнятно. Он протянул лапу приглашающим жестом и указал на портал. — Идет последним, — кивнул, чуть прикрыв глаза, и немного качнул крыльями.       Трибуны молчали.       Приблизившись к вратам, Кенни постоянно оглядывался на морфа. Пропихнув вперед брата, Кенни обернулся к Серому.       — Кай… Идем, милый, не огорчай меня, умоляю… Мы достаточно тут поиграли…       Протягивая руку к морфу, он сделал шаг назад, растворяясь в портале.       Кай поймал его за ладонь, сплетая пальцы, толкнул в портал драконыша и нырнул в него, как и говорил, последним, загораживая спиной остальных от возможного удара в спину.       Когда из открытых врат вывалилось существо, ни капли не похожее на милого инкуба, Стенфорд ловко перехватил его и, потянув на себя, силой усадил на землю. Разорванная связь с братом вызвала остатки агрессии в Ленни, но дворецкий движением руки поглотил кипящие эмоции и вызвал отключение организма юного создания. Ослабленный инкуб осел, упираясь рогами в рыхлый песок.       Ожидая следующим дракона или второго братца, демиург с трудом успел отскочить. Парни вывалились кучей из врат и упали на песок.       Озадаченный Стенфорд замер, наблюдая за движением в открытых вратах.       Серый выпал последним и свалился на остальных, и перекатившись на спину истерически расхохотался, суча ногами, заливаясь слезами. От пасти через всё тело остался только кривой шрам, а лицо обрело привычные черты. Метаморф так и держал инкуба за руку и теперь затащил его к себе на грудь, обнимая и продолжая смеяться.       Зак быстро поднялся и отряхнул штаны. Он тихо посмеивался, заразившись истеричным весельем, но был вполне адекватен.       — Что ж… Стенфорд, у меня две новости: хорошая… — он похлопал дворецкого по плечу. — Именем Самаэля, Асмодей тебе теперь никто. Ни долгов, ни договоров, ни обязанностей. Плохая… Нам тоже. И Самаэль тоже. Нас послали к черту.       Кенни на груди морфа заливался рёвом, не в силах сказать ничего внятного. Демиург смотрел на всё это, разведя руками.       — Ну… Я рад, наверное, но ни черта не понимаю… Похоже, поругать вас за безответственный подход по дресс-коду и манерам лучше попозже…       — Не вздумай их ругать, — смешки мгновенно слетели с драконыша, а голос стал ледяным. — Это была западня. На нас посмотрели и выставили на арену и приказали нам и Асмодею убивать друг друга. Не вздумай даже пробовать ругать их хоть за что-то, что там произошло.       Он окликнул волков и помахал ладонями, систему команд-посвистов Ржавый выучить пока не успел.       — Если б я знал, что произошло, ещё подумал бы. — Стен окинул взглядом Ленни. — У Ленни полный упадок, Кай с катушек слетел, а с этим что? — он кивнул на Кенни, понимая, что парень не может успокоиться.       — Кай сейчас проржется, потом напьется и придет в себя. — пренебрежительно бросил Ржавый. — Кенни контролировал этих двух чудовищ. Плюс… Я думаю, что предательство отца по нему ударило. Ну и… Я б никогда не подумал, что у него хватит духу угрожать вашему Владыке. Это было круто. — Он улыбнулся.       Кай сел и окуклился в кокон из крыльев, раскидав несколько длинных перьев, из кокона слышались переходящие во всхлипы смешки и рев Кенни.       Пара волков подбежало с наскоро собранными из пары жердей и плаща носилками и стала грузить туда Ленни.       — Хочешь, я тебе покажу, что видел? — прямо предложил дракон.       Наблюдая за эльфами и тем, как они грузят инкуба, демиург протянул руку.       — Покажи…       Зак сделал пару шагов и поцеловал Стенфорда, передавая воспоминание, но тут же отступил, немного опасаясь реакции демона. Он показал всё с самого перехода в маленький зал для новичков вплоть до того, как Кай пихнул его в портал, оставив синяк на плече.       Схватившись за плечо, словно оставленная отметка досталась ему, Стенторд пошатнулся, не понимая, что сейчас произошло. Прокрутив в голове всё, что показал ему дракон, он молча проводил уходящих волков к замку взглядом и, сделав несколько шагов к парням, присел на корточки.       — Хей… Тут буря скоро поднимется, да и вечереет… Холодно. Идёмте, Ма пожарил мясо на огне, я достал кое-какой алкоголь из запасов. Кажется, ваш триумф нужно немного отметить. Тем более что вас не покормили даже…       Кай перестал смеяться и всхлипывать, он встал, крылья уменьшились, показалась его физиономия с потерянным взглядом. Он продолжал прятать инкуба под мягкими серыми перьями, только кивнул и побрел к замку, глядя перед собой.       Ржавый пошел следом, держась рядом со Стеном.