Столкновение миров. История 2

      Как выяснилось, драконыш таки утащил лишнего, а если быть точным, то серебристо-серое, расписанное журавлями кимоно, из-за которого было сломано много копий, но в итоге всё-таки оно отошло Серому. Зак закинул струящийся шёлк на плечо, прошёл через общий зал и постучал в дверь спальни Кая и Кенни.       За дверью было тихо, но Ржавый не хотел бы врываться, зная, что, если что-то пойдёт не так, то морф ему точно потом припомнит. Он постучал ещё раз и услышал ленивое вяканье, разрешающее войти.       — Я тут нашёл и принёс твои любимые шелка… Уоу… — драконыш вошёл и присвистнул. Метаморф и инкуб явно развели намного более кипучую деятельность, но потом он увидел, что в комнате только Кенни. — Точнее, любимые шелка Серенького…       — Бездна… — протянул демон и, отпустив игрушку, с трудом поднялся с кровати, открывая забитый комьями вещей шкаф Кая. — Даже не знаю, куда его положить…       — Надень перед ним и полюбуйся эффектом, — драконыш подмигнул и подошёл, протягивая парню длинное кимоно со шлейфом. Кенни видел его на Кае единственный раз, на второй или третий день в таверне. — Ты в порядке? Выглядишь несколько замученным.       — Немного… — Кенни взял приятную на ощупь ткань и накинул на себя, лёгкое чувство прохлады окутало кожу. — Честно говоря, я надеялся по возвращению хорошенько трахнуть Кая… Но так измотался всеми этими вещами, что едва нахожу силы просто думать, а уж про это… — инкуб кивнул на неразобранную гору хлама.       — Вовсе не обязательно разбирать всё за один раз. Кай прекрасно функционирует в бардаке, и если у тебя нет болезненного неприятия того, что не всё лежит на местах, то… Просто расслабься и получай удовольствие от процесса, — драконыш похлопал бесёнка по плечу. — У нас событий случилось на полжизни, а ещё и недели не прошло.       Инкуб оглядел одеяние.       — Я красавчик? — он улыбнулся и покрутился вокруг себя, демонстрируя халат.       Дракон помолчал, разглядывая инкуба.       — Определённо, Светлячок, помимо прочего, тебе идёт этот цвет… Хотя ладно, это я и так должен был заметить, — он глупо всхрапнул. — А куда ты дел Серенького? Или он тут где-то в недрах потерялся? — Зак обвёл взглядом небольшие завалы.       — Если бы это было так, то ты непременно уже слышал бы его недовольное ворчание, — улыбнулся Кенни и, запахнув халат, забрался на кровать, приглашая жестом Зака присесть.       — Он, как истинный добытчик, направился в логово дворецкого, чтобы отвоевать нам ужин!       — Понятно, — драконыш плюхнулся на кровать и улёгся, закинув руки за голову. — Ленни тоже туда пошёл, но по дороге застрял у Стена, поэтому Кай, вероятно, разоряет кладовую безнаказанно.       — Какой кошмар! — Кенни испуганно хлопнул себя ладонями по щекам. — Двойное огорчение за вечер бедному дворецкому! — Ржавый ткнул его пальцем в ногу.       — Да ладно тебе, не всё так плохо. Я вообще не понимаю, зачем вы на себя наговариваете. Стен вас любит, это заметно невооружённым взглядом. А вы и Лёнька — его. И не такие уж вы и проблемные, как вешали нам всю дорогу.       — Ты знаешь, — Кенни подтянул игрушку ближе и лёг на неё вместо подушки. — Мне кажется, мы сильно изменились. А, может быть, даже вы нас изменили. Раньше каждый наш шаг сопровождался неприятностями, а сейчас… Нет. — Красный улыбнулся и мягко подпихнул ногой Зака под жопу.       Ржавый подтянул под голову подушек, взял стопу инкуба и стал, не глядя, разминать подушечками больших пальцев мягкими круговыми движениями.       — Мысль… интересная. На самом деле Кай с тобой и Кай сам по себе — два совершенно разных метаморфа.       — Правда? — мягкие прикосновения немного щекотали. — Я заметил только, что он отличается от того, которого я встретил в наш первый день.       — Вот он обычно такой, как в ваш первый день, — объяснил дракон. — А ещё он крушит мебель, истерит и огрызается. Местами он хамло и мудак, не держит обещания, предпочитая просто потом встать в позу и, не извиняясь, в грубой форме и на пальцах разъяснить, почему он прав.       — Да уж, не представляю, как ты жил с ним до этого! Мне сложно с его мелкими всплесками вредности смириться, а там, наверное, целый ураган.       — Ну, а зачем смиряться-то? — взгляд Ржавого лениво блуждал по комнате, вполглаза он поглядывал, что делает с демонской лапкой. — Хотя были моменты, когда терпение кончалось, конечно, но тут у меня была фора, и я уверен, что она есть и у тебя.       — У меня в арсенале есть очень неприятное качество. И имя ему — самобичевание. — Кенни тихо засмеялся, прикрывая рот кулаком. — Как только иду наперекор Каю, включается эта функция, и я загоняю себя в угол. Ощущаю свою неправоту, жалею его.       — Херня это всё, Светлячок. И самобичевание твоё просто от того, что тебя полжизни гнобили, оно пройдёт. — Он повернулся и поймал взгляд инкуба. — Он не сможет тебе всё равно всерьёз сопротивляться, просто потому что не сможет, и дело ни хрена не в этой твоей печати. Вот как сегодня во дворе. Он просто стоял и молчал, а Кай, которого я знаю, в аналогичной ситуации с Призраком и Ветром просто загрыз того, кто пришёл качать права и покусился. — Он опустил лапку. — Давай другую ногу.       — М? — Кенни только сейчас осознал, что дракон разминал ему ноги, но, улыбнувшись, протянул вторую. — Приятненько. Очень.       — Угум, — он взял другую лапку и принялся за дело. — Себя любить тоже нужно, знаешь?       — Я люблю себя. — Буркнул инкуб. — Просто…       Он замялся, не в силах подобрать слова тому, что чувствовал.       — Просто по-другому или просто меньше, чем следовало бы? — беззлобно предположил драконыш. Последнее, что он хотел, это обидеть парня, который был ему искренне симпатичен.       — Просто при Кае это не работает… Кажется, что если на одну чашу весов положить Кая, а на другую меня, то выбор в его сторону будет очевиден.       — Ну, если так рассуждать, то да. Но только мы в этом единодушны: я уверен, Кай выберет тебя, а ты его, так же я выберу Ленни, а он меня, если этот выбор спровоцировать. Но… А зачем? Разве кто-то заставляет? — он вопросительно поднял бровь. — Тем более, что ты же не нижний, я же вижу. А у меня глаз намётан. Кай нижний, он умеет играть в одиночку, умеет быть сверху, но… Он же с первого дня вокруг тебя вьётся. И… Вот я почти уверен… Хотя ладно… Это уже слишком личное.       — Ну уж нет, — ворчал инкуб, — сказал а, говори б. Вдруг это важно для меня?       — Я уверен, что, когда ты изъявил желание побыть сверху, он сам попросился. И что в абсолютном большинстве случаев в постели у вас происходит то, что ты хочешь. — Ржавый криво ухмыльнулся. — И, как бы это вульгарно не звучало, но я думаю, что в постели наши личности проявляются по-настоящему. Хм… Вот что последний раз было, когда ты от него что-то требовал, или отчитал, или пригрозил там?       — Он… — Кенни задумался, вспоминая. — Повинуется?       — Да. — Зак надавил на центр красной стопы круговыми движениями. — Он выбрал тебя, и он тебя слушается. Меня тоже, но мне для этого приходилось пару раз бить ему морду и брать в захват. И передо мной он ни разу не извинялся. А перед тобой?       — Нет… Думаешь, мне стоит взять его в захват? — Нога дрогнула от лёгкой боли.       — Ну попробуй. Может, вам обоим это понравится. — Ржавый поиграл бровями, руки стали действовать осторожнее. — Ему так точно. А до тебя, может, дойдёт что-то о том, кто ты есть и что это в себе давить не стоит?       — Интересный совет… — Кенни покосился на свой комод и тут же вернул своё внимание к Заку. — А вы с братцем? Вижу, у вас всё хорошо. Честно говоря, я даже не привык на такое количество времени с ним расставаться.       — Я с Серым тоже, мы так надолго расставались, только если он меня бросал в Таверне и сваливал куда-нибудь один. А с Ленни… Мы нашли друг друга. — Зак чуть склонил голову набок. — И чем дальше, тем больше я поражаюсь тому, какой он заботливый. — На лицо упало мечтательное выражение.       — Заботливый? Лёня? — с улыбкой удивился Кенни.       — Да. — У драконыша немного покраснели уши. — В несколько ультимативной манере, но всё же. Он и о тебе заботится, и я это наблюдал неоднократно. — выпустив лапку, Ржавый повернулся, оперевшись на локоть. — Правда, как только вы оба приходите в себя, то начинаете друг друга шпынять.       — Без этого жизнь становится слишком скучной. — Инкуб пожал плечами. — Но в обиду брата я и правда не дам. Хотя… Больше, наверное, он меня.       — Вот и что ты тогда удивляешься? — Он оскалился в улыбке. — Или ревнуешь?       — Не знаю… — Стыдливо спрятался за игрушку инкуб. — Может, ревную… Разве что немного.       — Это нормально. Ревновать — это вообще нормально, даже если отношения идеальные. — Тон стал философским. — Ненормально из ревности головы отрывать, но и тут найдётся тот, кто со мной поспорит. — Он подмигнул бесёнку и вздохнул.       Снаружи было тихо, ни Кай, ни Ленни обратно не спешили, и можно было пользоваться моментом. Наедине они с Кенни остались, по большому счёту, второй или третий раз.       — Надеюсь, что сейчас большой серый парень не помчался отрывать какие-либо головы, отвлёкшись на что-то кроме еды. — Кенни уселся поудобнее, подтягивая ноги под себя. — Иначе мы с голода тут помрём.       — Это вряд ли, — ржавый расхохотался, — но я могу проверить, если хочешь.       Дракон вдруг стал серьёзным.       — Не доверяешь? Он никогда не уходит, если его ждут, даже с такой мелочью, как закуска.       — Подождём… Возможно, он пытается перенести сюда всю кухню. А куда направился Ленни, говоришь? Тоже за едой?       — Он сказал, что зайдёт к Стену что-то ему сказать, а потом за едой, — легкомысленно проворковал драконыш, — я не уточнял зачем. Мы распаковали мои чайные запасы, если что. Будешь?       — Чайные запасы? Пожалуй, да. — Покачивался из стороны в сторону на кровати инкуб. — Хотя, если Ленни и Кай зацепятся языками на кухне, то ужин мы получим завтра.       — Шоколадку? — Зак указал кивком головы на дверь, у него в животе заурчало. — Чай уже заварен. Или надо идти их ловить внизу?       Кенни соскочил с кровати и, поправив халат, вынул листочек, на котором карандашом написал записку Каю и оставил её на кровати.       — Идём к вам, раз чай заварен, нельзя заставлять его ждать!       Драконыш поднялся, и они перебрались в комнату напротив, пройдя через общий зал. Бардака тут было поменьше, все вещи упакованы в коробки, сундуки, только часть из них открыта, то, что выглядывало из распахнутого шкафа, висело аккуратно, на спинке стула висело белое платье, которое не придумали, куда деть.       Зак достал маленькие чашки и налил уже начавший остывать зелёный чай. Оглядывая комнату, Кенни облокотился седалищем на столешницу и взял из рук Зака кружку с тёплым напитком.       — Чудесный аромат… Что это?       — Чай с красной лилией, ничего особенного, — сам Ржавый уселся на завешанный вещами стул.       Про полёт и выбор места под укрытие он решил предоставить рассказать самому Ленни, а сейчас просто поглядывал на инкуба и его реакции, ненадолго залипнув.       — Как неискушённый потребитель чая, для меня это вкусно. — Улыбнулся Кенни и заметил взгляд Зака. — Что? У меня что-то на лице?       — Твоё лицо, очевидно, — взгляд ожил и опустился к чашке. — Я задумался просто. Осознание беготни последних дней и всё такое. Надо нормально выспаться и выдохнуть, в Перекрёстке не вышло, попробуем тут. — Он отставил чашку, влез в одну из коробок и достал несколько шоколадных батончиков в яркой упаковке. — Только Серому не говори, а то он мой этот тайник найдёт и разорит.       — Про конфетки? — Кенни улыбнулся. — Не скажу. А что там в Перекрёстке случилось? Не помню каких-то проблем, когда мы прибыли. Никто не пострадал?       — Я с сестрой встретился и её семейством, встреча вышла… сложная. Я сейчас думаю, что был слишком резок, но тогда не сдержался, сначала наговорил гадостей, а потом запёрся в номере и ныл… — Он нахмурился, крутя в пальцах шоколадку. — Слишком… Много это для меня. Я соврал Серому, что никого особенно не видел. — С шелестом открылась упаковка, и Ржавый сунул сладость за щеку. — Я не знаю даже, нахера соврал. То ли потому, что сам не хотел это обсуждать, то ли чтобы его не грузить, ему и так голову ебёт.       Кенни молча наблюдал за драконом. Таким растерянным Зак перед ним был, казалось, впервые.       — Я думаю, тебе нужно было время. Похоже, у вас с сестрой очень спорные отношения… В любом случае тебе было тяжело, а значит, скорее всего, потребовалось время, чтобы проглотить полученные эмоции. Понимаю тебя.       — Спасибо… — Он слабо улыбнулся. — И… Я тебя попрошу вот о чём: вы всё время вместе, и тебе виднее, поэтому присмотрись и побереги Серого. Он молчит и в себе держит, но я уверен, что внутри там полный пиздец. — Он откинулся на спинку стула, опустошил чашку и налил ещё немного. — Дело не в том, что ты его купил или он снёс мне голову, а в том, что было тут. Мы расслабились и пропустили приход Амаранты, которая сожгла волков заживо. А потом мы пропустили ещё и того, кто ранил Стена. Я понимаю, что вроде как нас защищали, и… — Он сбился и закусил губу. — Не важно это, важно то, что, если я действительно научился понимать этого ебанутого метаморфа, то он чувствует за это свою вину, а значит, будет делать глупости. Не знаю, какие, но какие-нибудь точно… Вроде драк с теми, кто про тебя что-то не то скажет, например.       — Я уже находил его пьющим в одиночку в подвале, — вспомнил Кенни, — и в отеле он сбежал с самого утра, не предупредив. Зак, я правда стараюсь… Но не все вещи исправить или предотвратить в ваших или наших силах. Нужно понимать это и… принимать?       — Вот про что-то такое я и говорил. Ещё чаю? — Он кивнул на чашку. — Я верю. И я вижу. Просто присматривай, понадобится время, вот и всё. Серый пытается контролировать не зависящие от него вещи и решать проблемы с позиции силы. А ещё он не признает, что у него тоже есть пределы, пусть и говорит, что пределы есть у всех. — Ржавый мягко усмехнулся. — Это теперь твоё чудовище. Извини, если я говорю лишнего или тыкаю в то, что для тебя и так очевидно. Я просто волнуюсь.       — Понимаю… — Он допил остатки, протянул пустую чашку за добавкой.       — Надеюсь, что мы привыкнем к нашим маленьким странностям.       — Однозначно! — Демон улыбался.       Общение с Заком ему нравилось. Всё вокруг становилось неважным, и казалось, время идёт неспешно. Ощущалась некая гармония в спокойном голосе дракона.       — Слушай, ты ещё не остыл к скульптуре? — Вдруг вспомнил Зак. — Просто, когда я хоть немного соберу мастерскую, можем снова начать заниматься.       — Я доделал! — расплылся в улыбке Кенни. — Правда, заниматься этим в чертогах куда проще, но я старался по большей степени использовать руки. Как всё будет готово, зови!       — Разрешишь посмотреть потом? — в голосе был искренний интерес.       — Конечно, покажу! — Кенни огляделся и незаметно цапнул из открытого фантика шоколадку, сунув её в рот.       Драконыш вскрыл следующую шоколадку и задумался.       — Слушай, мне кажется, мы херню делаем. Мы же не разойдёмся сейчас ужинать по разным комнатам. Пошли в общую? — Парни как раз подтянутся.       — С чего бы? Я же записку Каю оставил, чтобы он сюда шёл.       — Тогда ладно. Но там просто барахла не навалено, столик и топчан как в номере. — Ржавый отмахнулся, давая понять, что не намерен настаивать, оглядел комнату, в голове прикинув, где кто устроится, и успокоился.       — Когда я лепил основу в чертоге, то очень мучался, чёрт… Я же не успокоюсь! — Он протянул руку, приглашая Зака через мост. — Ты же не видел мою работу? Мы быстренько! Они всё равно шляются неизвестно где!       Зак взял парня за руку и мгновение спустя стоял в уже знакомом, пусть и значительно изменившемся чертоге, посреди которого стояла статуя в полный рост. Ржавый присвистнул.       — Ты организовал весь свой мир вокруг… него? А он знает?       — Да, он видел. — Улыбнулся Кенни и, подойдя к статуе, коснулся рукой. — Потрогай! Поначалу я рассчитывал на возможности чертога, но получал не то… Потом принялся ваять руками, каждый изгиб. По сотне раз проглаживал каждый кусочек кожи, чтобы получить нужную текстуру… Что скажешь?       Сизый, довольный, что выкрутился, поставил поднос на столик возле дивана и юркнул в их с Заком спальню, надеясь поделиться своей глупостью до того, как дракона настигнет сам Кай. Но Его Чешуйчатость там сидел не один. Более того, красный демон и рыжик держались за руки, вызвав в сизом всколыхнувшееся чувство собственничества.       — Кхм, гос… хм, ваши принцевы высочества, не соизволите ли отужинать с нами? — Ленни состроил насмешливую мину.       Зак не успел ответить, как его выкинуло перед лицом, и перед ним вырос Сизый с таким лицом, что Ржавый невольно нервно хихикнул, подняв брови домиком.       — Не называй меня так, умоляю тебя.       Кенни дрогнул, выбив себя и Зака из мыслей, и, открыл глаза и уставился на Лёню.       — Ого! А ты быстро! Мы уже успели тебе все кости перемыть. Ты там, кстати… не видел ещё одно плутающее привидение?       — Я не плутающее привидение, — Серый показался в дверном проёме. — Просто я никак не мог разобраться с горелками. — Он указал за спину. — Зато теперь у нас есть сэндвичи, причем я как знал, что готовить нужно больше.       — Как пожелаете, Ваша Чешуйчатость, — буркнул Сизый, стушевавшись рядом с Каем. — Я да… что-то забыл, что собирался приготовить. Утром, если выйдет, исправлюсь и разберусь с местной плитой или что тут есть.       — Мы что-то пропустили? — Драконыш уловил остаточные эманации от морфа, и то, как себя ведёт Ленни, было по меньшей мере странно, он поднялся, бросил в морфа шоколадку и прихватил остальные, не глядя. — Всё нормально?       Замолчав, Кенни тоже озирался, бросая взгляд поочерёдно на каждого присутствующего. Поведение брата вызывало в нём беспокойство, и вопрос Зака был тому подтверждением.       — Да, вполне, — Кай поймал взятку, смерил Ржавого многозначительным взглядом. — Ничего такого, о чём стоило бы рассказать. — Он перевёл взгляд на Кенни и улыбнулся. — Берите чай и пойдёмте в общую, там места побольше, да и диван барахлом не завален.       Драконыш приобнял Сизого за плечо и повёл прочь из комнаты, ему показалось, что Кай пытался на что-то намекнуть, повторив в точности фразу, которую выдал ему Зак на вопрос о том, что он с Кенни пропустил, однако с тем, что за этим могло скрываться, он терялся. Может, это просто шутка, которую он пока не понял?       Кенни, строя брату лицо в стиле «Я что-то пропустил?», подхватил чайник и чашки, поспешив за ребятами. Сизый инкуб махнул ему пальцами веером, пытаясь слиться от взглядов, и шмыгнул в общую комнату. Что делать в щепетильных ситуациях, он был без понятия и попросту удрал.       Серый переложил на тарелки паре проткнутых зубочисткой треугольников клаб-сэндвичей для себя и Кенни и плюхнулся на диван. Характерный запах новой обивки щекотал ноздри, но уже скоро он исчезнет под давлением запахов дыма, еды, благовоний и чего угодно ещё.       — Ленни по пути обратно положил мне в голову забавную идею о том, как бы ты куролесил, если б был метаморфом, любовь моя, — Кай лукаво посматривал на Красного, в нём не было и доли того напряжения, что Сизый наблюдал двумя этажами ниже.       — Можно подумать, вам мало того, что я вытворяю не метаморфом, — с набитым ртом выговорил инкуб.       — Это была просто идея в воздух, — морф хихикнул, — но я теперь не могу про это не думать, как минимум пока оно не выветрится.       Кай выдернул зубочистку и взялся за еду, стараясь не дать бутеру разъехаться. Компоненты там были нужные, но вот только недостаточно тонко нарезанные и недостаточно аккуратно уложенные, и потому некоторые кусочки норовили сбежать обратно на тарелку.       — Нам тебя одного за глаза, — Зак вальяжно расположился напротив и налил всем чай. — Это всё равно что размышлять, что бы было, если б Ленни был драконом или я инкубом.       — Ну нет, — заулыбался Сизый, — это же как натянуть временно чужую личину и погулять в ней. Вот ты бы кого хотел попробовать?       — Я? Да хрен знает, я никогда об этом не думал даже, — вслед за остальными он принялся за еду, подняв тарелку к лицу, чтоб не крошить. — Может, что-то совсем иное разве что, например, что-то подводное из самой глубины или тварь с изнанки.       — Ммм, может, потому, что вы с Каем и без того много путешествуете и много чего видели? — тепло блестел глазами Сизый. — Я когда-то в детстве мечтал быть дикой виверной. Лететь куда хочу, ни от чего не зависеть. Поохотился, вздремнул и снова в путь. Бороздить просторы мира.       Инкуб взял печеньку с предсказанием и кинул в брата.       — Мелкий, ты кого бы попробовал?       — Я? — чавкая, краснохвостый изучал свой бутерброд. — Вообще солидарен с тобой. Чувство полёта и свободы — это круто. Только высоты боюсь. Поэтому хотел бы стать… ниндзя, как в той игре, помнишь, Кай?       Инкуб повернулся к Серому, пытаясь объяснить ему персонажа, за которого играл.       — Огнём швыряться! Можно не мучиться, когда костёр разводишь.       — Помню, — морф прикрыл глаза рукой, посмеиваясь.       — Ты показал ему видеоигры? — до Зака мгновенно дошло, о чём речь. — Мы только начали, — Серый отмахнулся.       В такие моменты непосредственности морф обожал своего демона ещё больше, он слушал и наблюдал, как блестят жёлтые глазки.       — Я тебе потом ещё покажу, надо будет с тобой зарубиться.       — Подсядет. Потом не оттащим, — со знанием дела заметил старший инкуб. Он подлил в чашку Зака ещё чая, налил себе и ухватил сэндвич с лососем. Зажмурился довольной кошкой, похрустывая листом салата.       — Ты меня жрачкой выманить всегда сможешь! — Кенни помахал бутербродом, словно летящей бабочкой, а потом подмигнул Каю, добавив: — Или сексом!       — Этого не потребуется, — со знанием дела выдал дракон, — Серенький тоже… Хм… Увлекается. — Он покосился на Ленни. — Зато мы всегда будем знать, во-первых, где они, во-вторых, чем заняты, а в-третьих, что не вляпались в какой-нибудь непрошеный пиздец.       — Это я тебе ещё эротические игры не показывал, — морф провёл пальцем по губе, убирая соус, — и мою коллекцию порномультиков.       — Ого! — обрадовался мелкий. — А что же ты раньше молчал?       — Ну не всё же сразу, Сокровище, — морф посмотрел на инкуба щенячьими глазами. — И ты мне кое-что обещал по приезде. Помнишь? Я бы не хотел, чтоб вместо этого мы торчали перед экраном. Давай мы его хотя бы повесим сначала.       — Вместо этого торчали?.. — Инкуб откинулся в подушки. — Да мы вещи ещё никак не разберём… Я вообще задумался, неужели нам столько всего нужно? — Кай только глухо рыкнул и не стал отвечать на вопрос.       Сизый оглядел всех троих, фыркнул и тряхнул волосами. Покосился на Ржавого и подмигнул.       — А мы тут славное место нашли. В том далёком каньоне. Хотим в гроте сделать что-то вроде второй базы. На погулять, так сказать.       — Погоди, погоди… — Заинтересовался Кенни. — Что там за грот? Что за база?       — Местечко в каньоне, в десятке минут полёта, не больше. Там есть небольшой источник воды, оно незаметно со стороны, если приложить руки, то должно получиться миленько. — Он поймал взгляд Ленни и тоже подмигнул. — Но пока это просто пещера.       — Мы слетаем туда? Кай? — Инкуб зажёгся этой мыслью, потом остыл, снова закопавшись в подушки. — Хотя лучше съездить…       — Конечно, хоть завтра, — морф отставил опустевшую тарелку и потянул демона к себе на руки, Кенни подполз и обнял его.       Серый уселся, скрестив ноги, и усадил любовника сверху, обнимая его за бёдра, и упёрся лбом ему в ключицу, глубоко вдыхая. Запах демона действовал успокаивающе.       — Я поставил точку перехода, так что, если лень будет носиться под облаками, просто перенесёмся. — Ленни взял чашку, с удовольствием вдыхая запах.       Ржавый взял следующий бутер, аппетит проснулся в процессе, и теперь он в кои-то веки ел соответственно размерам своей оболочки, а не чисто символически. Он быстро добил добавку и улёгся, вытянувшись довольным котом, по телу разлилось ленивое тепло.       — Вот с переходом ты хорошо придумал! — похвалил брата красный.       Морф стал щипать губами кожу на ключицах и шее красного, вполуха слушая болтовню братцев, он почувствовал что-то похожее на «ну а я же говорил» со стороны Ржавого, но проигнорировал, не желая разбираться с этим.       — Что, мелкий? Ссышь летать, да? И нафига тебе природа крылья дала? — спросил инкуб в пустоту и закинул в рот конфету. Потом развернулся и улёгся головой дракону на колено. Мирная обстановка успокаивала и тянула праздно валяться. — Помогать-то будешь?       — Буду помогать… И не ссу, а опасаюсь… — пробурчало с другой стороны.       Ржавый сгрёб под себя несколько подушек и тоже потянулся за сладким.       — Зачем ты его дразнишь? То, что у него отросло по природе, вовсе не обязывает его этим пользоваться или это любить.       — Действительно, — подхватил Кенни. — Ты же вот имеешь мозг, а пользуешься им не всегда.       Буркнув, краснохвостый уткнулся в Кая, понимая, что братец что-нибудь за это в него отправит. Кай потихоньку забирался к инкубу под майку, он отвлёкся и выглянул у демона из-за плеча, поглядывая на Ленни и Зака через стол.       — А ты зачем нарываешься? — спросил он мягким полушёпотом. — Если так хочется кого-то подколоть, то подкалывай по делу. Твой брат совсем неглупый.       Ленни запулил ещё одной конфетой в бурчальник, попав в мягкое место.       — Я его закаляю. Видите, как мелочь огрызается? А то встретится ему какой-нибудь урод, а он и ответить не сможет.       Кенни хихикал, подобрав упавшую вкусняшку и развернув, сунул себе в рот. Зак только благодушно хихикнул.       — Ты израсходовал на него всю нашу кондитерскую заначку, — пробормотал он с ленивым упрёком. — Что будем делать теперь?       — У тебя была кондитерская заначка? — Морф хищно сощурился, сверля взглядом Ржавого. — Так нечестно. Кто топил, что у нас всё общее? Я от тебя ничего не прятал никогда.       — Это у вас общее, а у меня — нет, — фыркнул Сизый, прикрывая рыжика. — Да, жалко. Теперь ни снарядов, ни заначки. Где там каталог?       Он приподнялся и нашарил на столике несколько журналов. Ухватил строительный и готовую еду.       — Ты что там удумал, хвостатый? — Вполглаза вертелся Кенни. — Будешь гвоздями кидаться, я вашу дверь монтажной пеной зафигачу.       — Ну вот, начались угрозы, — Зак фыркнул. — Купите себе водные пистолеты, что ли, или я не знаю, чтоб стравливать эту кипучую энергию…       Его потихоньку клонило в сон, состояние умиротворения и тепла, которое он поймал на крыше, вернулось.       — Если твои, то ладно, — Серый вернулся к прерванному занятию и провёл кончиком языка по алой шее.       — Кстати, это мысль, — улыбнулся помахивая красным хвостом инкуб. — Купить пистолеты водяные и устраивать битвы во дворе.       — Лучше б на тренировки ходил, — беззлобно бурчал старший, без надежды тыкая мелочь.       Ленни листал каталог, помечая карандашом то, что было нужно купить для стройки. Инструменты, материалы, какую-то мебель. Подсунул второй журнал с едой Заку, открыв на странице с десертами. Сам уже успел поставить галочку на большой таре с тирамису.       — Тренировки — это не так весело, но если будет желание… — проурчал морф. — Я мог бы чему-то тебя научить.       Серый потёрся носом о плечо демона и просто прижался щекой, на ласки Кенни не реагировал, слишком увлечённый перебранкой с братом, и морф решил выждать, пока парень сам проявит интерес.       Зак лениво пролистал несколько страниц, расставив ряд галочек на шоколаде разных сортов и на фруктовых кубиках, потом вернул его обратно инкубу.       Ленни понакрутил количество, заложил закладку в строительном и скинул журналы обратно. Улыбнулся, разглядывая разомлевшего рыжика. Внутри разливалось тепло, скручиваясь узлом нежности. Хорошо. Здесь, среди своих. Инкуб сполз на ноги и стал преображаться. Костяные руки подхватили удивлённого Ржавого, и демон поволок парня в спальню.       — Сладких снов, ребят, — чуть сипло попрощалось чудовище, исчезая со своей красавицей за дверью.       Драконыш только беззвучно охнул и зацепился, обнимая демона за костистые плечи, и уткнулся носом в шею.       — А мы пойдём спать? — Морф проурчал рядом с алым ушком и ущипнул губами за мочку.       У него было ещё достаточно сил на кипучую деятельность, но спрашивать напрямую, собирается ли Кенни выполнять свои угрозы, он не хотел, пусть это и занимало все его мысли.       — Спать? — Встрепенулся Кенни и ущипнул пальцами Кая за нос. — Я придумал что-то поинтереснее… Расскажу, когда вернёмся в комнату.       

***

      Костяной демон сгрузил свою ношу в мягкую постель и забрался сверху и ниже. Длинная морда устроилась у дракона на груди, позади раскинулись ветвистые рога, отбрасывая причудливые тени.       — Ты сегодня решил носить меня на руках? — драконыш провёл тыльной стороной ладони вдоль челюсти черепка, скользя взглядом по изгибам кости, разглядывая и запоминая.       Жутковатое существо вызывало в нём смешанные чувства: щекочущее ощущение опасного, эстетическое восхищение от форм и пропорций, желание обладать и нежное влечение. Зак качался на этих волнах, наслаждаясь, чувствуя, как впиваются через одежду слишком выпирающие клыки.       — Ты как-то в начале нашего знакомства сказал, что тебя часто похищают. И я, кажется, начинаю понимать похитителей, — голос твари журчал низко, но всё равно был похож на голос Ленни. — Испытываю тягу уволочь тебя в тёмный угол и не отпускать, пока не наиграюсь. — Потом подумал, что от рогатой бестии такие слова могут звучать жутко, и поправился: — Ну я… в хорошем смысле. Лишать тебя свободы интересно, только если тебя это тоже будет заводить.       Длинный сизый язык прочертил кончиком дорожку от яремной впадинки через кадык почти до подбородка. Почему-то в этой форме вкус Зака казался ярче.       — Ты забавный, когда смущаешься или пытаешься уточнить, что ты имел в виду, — Ржавый подсунул под плечи валик подушки и устроился полулёжа, закинув руку за голову. — В любом случае, ты уже уволок меня в свой тёмный угол, — он растянул губы в улыбке, сверкнув клыком.       — Уволок, — урчало существо. Потянулось клыкастой мордой к рыжику, но пухлых губ коснулись губы. Тёплое тело обнимали руки, гладили, чуть сжимая мышцы.       Ржавый прикрыл глаза, отвечая на поцелуй, ладонь скользнула вдоль точёного тела, прижала крепче. Его маленький мир снова схлопнулся до демона в объятьях, перестали существовать любые проблемы, все эти балы и демоны, мстительные кошки и неуравновешенные метаморфы. Остался только Ленни.       Инкуб тянулся выше. Просунул свои руки подмышками парня, прижал к себе. Ноги сжали с боков. Он постепенно обкручивал дракона конечностями, словно спрут. Разорвав поцелуй, прижался шеей сбоку.       — Хочу в тебя врасти-и-и. Буду как паразит на твоём теле, — шептал на ухо. — Пущу корни и обкручусь лозой… За-а-ак… — руки и ноги стискивали со всех сторон. — Люблю тебя.       Но в пику противоречия инкуб прикусил мочку уха.       — Я люблю тебя, — от укуса вниз по шее побежали мурашки.        Драконыш высвободил вторую руку, запустил в тёмные волосы, оттянул и поцеловал демона в губы, глубоко и голодно, поймал и всосал в себя сизый язычок. Где-то в солнечном сплетении демона сладко сжалось щемящее чувство. Он легко поддавался Заку, доверяясь. На плечах тихо тлели узоры внутреннего огня. Истощённый инкуб ловил искры эмоций Ржавого. Всех сразу. И все они имели разный привкус, но почему-то пились легко, наполняя жадного рогатого.       Зак не мог отсечь, когда демон голоден и истощен, но некоторые маркеры того, что что-то идёт не так, были, например, бледность, ощущения от тела или… температура.       — Почему ты такой остывший? — драконыш запустил руки ему под майку, оставляя на коже шлейф тепла. — Ты чем там со Стеном занимался вообще? — он нахмурился и с беспокойством уставился на демона.       — Лечил и отдал энергию, — ответил парень, не задумываясь, поглощённый теплом и нежностью. Сизое тело льнуло и ластилось, подставляясь под руки. Ленни скинул майку и сам запустил ладони под гавайку, постепенно стаскивая ткань с чешуйчатого тела. Открыл татушку с драконом, с улыбкой скользил пальцами по мышцам.       — Голодный значит, — руки спустились со спины собственническим жестом обхватив подтянутую задницу, — это мы исправим.       Мягкими массирующими движениями он поглаживал стройную спину, проводя от ягодиц к плечам, впитывая кончиками пальцев изгибы мышц и бархатистость гладкой кожи. Жмурясь, драконыш снова потянулся к поцелую. Инкуб наклонился, скрывая его шлейфом волос от мира, слил их губы. Мягко. Лизнул и впился, проникая языком. Почти рычал, царапая коготками тело.       — Я так голоден… — согласился, поймав себя на мысли, что почти набрасывается на парня, разрушая трепетное тепло.       Зак ответил, мягко, нежно, скользнул ладонью по шее и запустил пальцы в волосы, но не схватил, а лишь аккуратно придерживал, продолжая поцелуй. Его руки демоном ощущались как грелки. Горячий дракон щедро делился теплом с инкубом, и тому потребовалось усилие, чтобы оторваться на миг.       — За-ак… — взгляд жёлтых глаз потяжелел, парень сглотнул слюну, которая текла, как при виде вкусного блюда. — Мне нужно больше желания. Поиграешь со мной?       — Я весь твой, — он мягко улыбнулся и скользнул губами вдоль челюсти к шее, оставляя дорожку поцелуев, руки двинулись вдоль тела, дразня чувствительные точки, ногти царапнули по загривку.       Драконыш не хотел выныривать из вязкого тепла и только утаскивал инкуба с собой, поглаживая и разогревая его, пока только дразня, но чем больше он прикасался, тем сильнее закипало в нём самом.       На сизом лице расцвела коварная ухмылка сквозь поцелуй. Демон потянул дракона на себя, заставляя приподняться. Пока размякший тёплый рыжик тянулся следом, сизый хитрец юркнул ему за спину. Прохладные руки скользнули по рёбрам, забираясь во впадины. Влажный язык скользнул по шее, поднимая тонкие волоски.       Зак сел, поджав ногу, убрал дреды через плечо, и выгнул шею, открываясь для демона. От влажного холодка по коже побежали мурашки, перешедшие в волну приятной дрожи, пробравшей до кончиков пальцев. Над его плечом нависла костяная морда. И хотя на скелете не было мышц, ощущение лукавства всё равно никуда не делось. Ленни прижался черепком к веснушчатой скуле, руками обхватил сильное большое тело дракона. Вокруг ноги с просвечивающей чешуёй под кожей обкрутился хвост.       Инкуб будто поглощал своего любовника. Костяные фаланги гладили кожу и тянулись вниз, пока демон сладко вылизывал играющую мышцами шею. Ниже. Ещё ниже. Вдоль бёдер под поясом штанов и к центру. Медленно растягивал ощущение своих поползновений. Фаланги щёлкнули и скользнули по ребристому краю просыпающегося органа. Достигли кончика и нажали на щель. Ржавый запрокинул голову, опираясь на любовника спиной, тело как будто само подавалось под ласками, и горячая ладонь легла на костистую скулу, ощущая под пальцами гладкую прохладную поверхность.       — Мх… — он шумно выдохнул и закусил губу. — Это неожиданно, но это то, чего я хотел… Буквально с того момента, как впервые увидел. — он, не глядя, ослабил шнуровку на штанах и погладил ласкающую его лапу.       — Да-а? — прогудел на ухо более низкий голос. — И что же ты хотел?       Сизый язык нырнул в ушную раковину, проникая в нетронутое отверстие. Костяные фаланги обхватили орган, медленно проводя сверху вниз и обратно. Острый кончик хвоста чиркнул в опасной близости, но вместо касания к коже потянул вниз штаны, раздевая парня. Вторая кисть погладила выпирающую мышцу бедра и нырнула между ног. Потянула на себя, заставляя дракона раскрыть бедро. Демон пожалел, что напротив кровати нет сейчас зеркала. Но даже так дыхание монстра участилось. Он знал в подробностях это тело и вполне мог представить Зака. Раскрытым. В доступной позе. Доверяющего ласкам чудовища. Костяная рука скользнула ниже и стала трогать яички, играя с нежной частью.       — Мха… — стон прозвучал громче, и Ржавый прикрыл глаза, концентрируясь на необычных ощущениях от прикосновений.       Это всё ещё был Ленни, он это чувствовал не только в энергетике, но и в особенной манере ласк и прикосновений, характерной для инкуба, но кожи касались вовсе не мягкие пальчики. Это было что-то будоражаще новое, острое, этому хотелось потакать. Монстр мурлыкнул такой отдаче, покачивая в воздухе хвостом. Хотелось рычать от удовольствия, и, не сдержавшись, демон впервые посягнул открыто на чью-то свободу:       — Да-а… Так… Стони… Мой дракон.       Огоньки в черепушке мигнули горячим пламенем, и рука внизу добралась до более нежной точки. Фаланга надавила на вход, проникая внутрь. Маленькая косточка. Затем вторая. Демон использовал головку пястной кости как шарик игрушки, не отрываясь от ласк члена. Зак заулыбался, скаля клыки и тяжело дыша через приоткрытый рот, он закинул руки за голову, обнимая монстра за шею, и выгнулся, принимая его с низким горловым стоном. Внизу живота свернулся горячий узел, и от него как будто побежали разряды вдоль позвоночника и к конечностям, подстегиваемые глухим рыком над ухом.       — Твой… — прошептал он сквозь стон, пробуя это уже без шуток.       Клыкастая пасть возле его уха раскрылась шире, словно монстр довольно улыбался. А он и улыбался. К пальцу присоединился второй, ускоряя темп. В воздухе щёлкали косточки вьющегося хвоста под мелодию драконьего дыхания. Демон облизнулся и добавил третий пальчик, вырывая новый стон.       — Как же мне нравится играть с тобой, — довольно шептал на ухо монстр. — Заставлять тебя извиваться и стонать. Смотреть, как выгибается твоё тело, как часто ты дышишь. М-мм… мучал бы сутками напролёт. — довольный черепок прикусил нежную шею, сдавливая громадной челюстью.       От опьянённого сознания не укрылась ирония того, что они полностью поменялись ролями, и дракон глухо усмехнулся. В костистых лапах он чувствовал себя маленьким и тонким, но его не мучали, его ублажали. Он качнул бёдрами, насаживаясь на пальцы глубже.       — Мх… Хочешь, я стану меньше?.. Я помню, как ты смотрел во время танцев.       — Уверен? Я тогда не остановлюсь, — отпустил шею монстр, снова гудя в ухо. — Буду играть и владеть, пока не успокоюсь… Может, через недельку устану…       — Это угроза или обещание? — в его голосе томность сменилась игривыми нотками.       Дракон мягким текучим движением выскользнул из цепких лап и развернулся, встав перед демоном на колени. Он положил ладонь на затылок и медленно повёл головой, неотрывно глядя в мечущиеся огни в глазницах, по телу пошла метаморфоза…       Он стал тоньше, меньше, втянулись уши, дреды встали гребнем вдоль головы, сходящим на спину, а лицо исхудало и вытянулось, проявив драконьи черты, чешуя под кожей стала ярче, и маленькие лапки обняли пояс, а из-за спины показался широкий тяжелый хвост длиной больше полутора метров, растянувшийся вдоль постели.       Жадные огоньки в глазницах мигнули, и демон тоже привстал. Протянул к теперь хрупкому дракону костяную длань и фыркнул:       — Н-да… Впечатлительным в нашу спальню лучше не заглядывать.       Голос подрагивал от веселья и бурлящих эмоций. Монстр потянул полудракона на себя, разрываясь между тем, чтобы продолжать играть в этом крупном облике и тем сизым привычным телом, которым хотелось пуститься во все тяжкие.       «Не спешите, господин инкуб, у вас же есть неделя», — одёрнул взбудораженность Ленни, но тут же задумался, забыв, что он всё ещё в ментальной связке с Заком. — «А мне хватит?»       Узкие ладони легли на ключицы, а рот ощерился в улыбке иглоподобных зубов:        «Зачем ты ставишь временные рамки? Мы куда-то спешим?» — Ржавый облизнул губы раздвоенным языком.       За спиной ленивой змеей шевельнулся серебристый хвост.       «Никуда», — сконфузился рогатый.       В мыслях его голос звучал привычным голосом инкуба. Он не продолжил мысль словами, но общая смесь ощущений вылилась на дракона обобщённым волнением. И радостью. Демону нравилось познавать своего рыжего любовника. Будто находить в сундуке с сокровищами очередную уникальную штучку. Несмотря на своеобразный вид дракона, инкуб его воспринимал с нежностью. Мягко затащил на тазовые кости, устраивая на скрутившихся в мышечные канаты змеях. Погладил фалангами щеку и прижался широким огромным лбом к горячему лбу Зака.       «Понимаю мозгом, что это ты. Тот же самый. Но всё равно кажется, будто помолодел… и стал беззащитнее», — подумал мысленно, вновь откидываясь назад.       «У каждой оболочки есть своя специфика, сейчас я на самом деле намного более хрупкий», — подушечки пальцев с маленькими коготками прошлись вдоль линии челюсти с обеих сторон. — «Только если обожжёшься — скажи сразу», — его голос оставался таким же немного гудящим и низким.       — Хорошо, — потянулась в ответ черепушка, но коснулись дракона уже губы.       По чешуйкам скользнули сизые пальцы, и демон опрокинул парня на себя. Потом нежно перевалил себе на руку, по-хозяйски разворачивая дракона обратно. Кажется, рогатая зараза ещё не наигралась с прежней позой. Широкий хвост обвил инкуба за пояс, намотавшись в полтора оборота, драконыш расслабленно позволял себя вертеть как угодно, ощущая для себя новый вариант взаимодействия с Ленни и понимая, что это нравится ему ничуть не меньше, чем вертеть и заламывать самого Сизого.       Вопрос настроения разве что.       Он опёрся затылком любовнику на плечо и повернул голову, ткнувшись носом и губами ему в шею. Провёл гладким языком и прикусил нежную кожу. Инкуб хохотнул от щекотного чувства и с улыбкой вновь запустил свои руки на драконье тельце. Теперь худое, легко утопающее в его объятиях. Трогал мышцы, взял за маленькую ладонь. Непривычно. Приятно. Щемяще. Подставил шею и зажмурился. И ёрзал, покачивая коленями. Ноги Зака расслабленно лежали поверх. Инкуб погладил ножки длинными пальцами, сжал мышцы, удерживаясь, чтоб не сделать больно. И, чуть согнув свои ноги, развел их, раскрывая дракончика.       — Какой довольный, — Ржавый тихо заурчал, снова обвивая руками шею демона за своей спиной и продолжая ласкать нежными укусами.       В этой оболочке у него никогда ничего не было, и сейчас в нём проснулось немного робости, но он справлялся, видя, как действует на любовника, и чувствуя под собой его возбуждение. Хотелось больше, хотелось всего и сразу, и одновременно хотелось, чтоб инкуб подольше с ним играл.       Ленни тихо наблюдал из-под прикрытых век, как внизу под его пальцами подёргивается орган. Гладил кончиками головку, чуть придавливал ладонью расширяющийся ствол. Словно дарил ласку маленькому зверю. Приподнял пальцами розовый мешочек, сдержал писк умиления и погладил пальцем девственную впадинку.       Дыхание самого Сизого становилось тяжелее, как и взгляд. Свободной рукой он исследовал тонкое тело. Нежно, будто пытался запомнить все изгибы.       — Конфетный дракон… — улыбалась хитрая морда. — Сладкий апельсин в этом сезоне. — И наклонился вниз за поцелуем.       — Не боишься, что будет слишком сладко и у тебя испортятся зубы? — Драконыш урчал у него на руках, открытый и расслабленный, едва заметная вибрация расходилась от горла.       Он ответил на поцелуй, проникая длинным раздвоенным языком. Гораздо более длинным и тонким. Обвивавший демона хвост задвигался, скользя кончиком по телу, как будто Ржавый поглаживал любовника третьей рукой. Внутри растеклось сковывающее блаженство, и мир как будто подёрнулся дымкой, отгораживающей парочку от всего, что вообще существовало вокруг, ничего не осталось, только ласковый инкуб.       Ленни и сам ласкался хвостиком по ногам с просвечивающей чешуей. Углубил поцелуй, вторгаясь в чужой рот. Вместе с языком внутрь двинулся палец, но внизу. Смоченная слюной кожа скользила, обволакивая фаланги шёлковым ощущением. Свободная рука скользнула вверх, обводя пальцами ключицы, исследовала ярёмную впадину и потянулась вдоль шеи, изучая мышцы, вытянутые от запрокинутого подбородка. Такой знакомый незнакомый Зак.       Драконыш застонал, тихо, пьяно, томно, мышцы сначала сжали шаловливый пальчик, но потом расслабились, впуская его. Одна рука соскользнула с шеи демона и двинулась вниз, пробравшись меж их тел. Узкая горячая ладошка прошлась по животу и вниз, проводя по напряжённой длине самого Ленни. Тот подёрнулся, выдохнув в чужие губы. И палец вошёл глубже и медленно вышел, и вновь заскользил. Другая рука на миг прервала их поцелуй, и сизые пальцы нырнули в зубастый рот, собирая слюну с раздвоенного язычка. А потом рука устремилась вниз, захватывая ребристый орган в плен. Ладонь прижала его, нежно и медленно натягивая уздечку. Вверх-вниз, и ни с чем не сравнимое ощущение распалённого тела в его объятиях.       Больше.        Ему хочется слышать больше стонов.       И в то же время дыхание уже сбилось окончательно, и напряжение внизу стало причинять боль. Подушечка пальца сняла каплю вязкого секрета с напряжённого члена, мягко и медленно размазывая её по головке, ладошка сжала ствол, перебирая пальчиками и массируя. Стоны стали громче, тело изогнулось дугой, всё меньше и меньше слушаясь своего хозяина. Широкий хвост сжал демона тугим кольцом и отпустил, ударив в сторону.       — Ленни… да…       — Точно. Повторяй моё имя… — шептал демон на ушко, как никогда сейчас походя на искусителя.       К пальчику внизу присоединился ещё один, мягко растягивая парня. Рука на драконьем достоинстве стала тоже активнее, играя с головкой. В какой-то момент инкуб приподнял драконыша, прижав к себе локтем, и выпустил себя на волю. Скользнул упругим горячим стволом по мягкому мешочку, оставляя влажную дорожку и раздвигая ягодицы основанием.       — Да… Ленни… Мха-а-а…       Ржавый зажмурился, запрокидывая голову и извиваясь непослушным телом в руках любовника. Голову мутило предвкушением, хвост бил по простыням, скидывая с их постели подушки. Его жадная реакция вызывала на сизой морде довольную улыбку. Впрочем, рот самого инкуба уже не закрывался, выдавая рваное дыхание. Не в состоянии противиться искушению, он ёрзал, чтобы потереть напряжённым органом о Зака, подрагивающий ствол хлопал снизу, будто поторапливал парня. А к двум пальчикам добавился третий и стал потягивать стеночки в стороны, размазывая влажный секрет их обоих.       — Чего тебе хочется, моя маленькая чешуйчатость? — шептал он на ухо. — Моего хвостика? — Конечность качнулась в воздухе, извиваясь змейкой. — Или хвостика, но с другой стороны?        — А-аха… — Он качнул бёдрами, сам сильнее насаживаясь на пальцы, и застонал в голос, громче и громче. — Да… Амбер, трахни меня… Я хочу чувствовать тебя внутри…       Ощущение проникновения ударило в голову, хотелось больше и глубже. По-звериному оскалившись, демон вытащил пальцы и легко поднял на руках бёдра лёгкого парня. От узкой попки тянулись ниточки секрета. Сизые руки сильнее развели ноги Зака, и подрагивающий ствол упёрся во влажный вход. Надавил, начиная медленное движение. Тесный, очень тесный и горячий, влажный и шелковисто-гладкий вход принимал любовника…       Драконыш метался, заходясь стонами, он звал Ленни по имени и просил не останавливаться. Проникший глубже член коснулся заветного места, и Ржавый едва не кончил. Демон тоже был как натянутая струна. Медленно входил, ощущая, как подрагивает внутри Зака.       — Какой ты узкий… Так сжимаешь… И стонешь. Мой Зак, — неожиданно нежно прозвучало из уст развратника. — Пой, моя птичка. И с этими словами вошёл до конца и стал медленно двигаться, приподнимая любовника одной рукой. Другая нашла нежный подрагивающий на воле орган и пленила влажным теплом. Драконыш придержал его руку, чувствуя, что уже на грани, ещё совсем немного… Слов уж не находилось, только стоны и дрожь, прокатывающаяся по тонкому телу. Внутри кипело удовольствие, горячее, вязкое, заставляя выгибаться и выпускать когти.       — Быстрее…       Рука внизу действовала синхронно с бёдрами. Ленни входил всё быстрее, подбрасывая любовника со шлепком. Он не замечал, как впившиеся в него когти пускают струйки крови, поскольку мозг опять спутал боль и удовольствие.       — Н-н-н-х-х-х… — хрипел на ухо.       Результат не заставил себя долго ждать, тонкая струйка семени брызнула вверх и опала на простыни, в то время как Зак запрокинул голову и сжал член любовника в блаженном спазме. Судорога прокатилась, скручивая всё его существо и оставляя за собой мягкую нежную слабость. Сжатый нежными тисками внутри дракона, кончал и инкуб. Стонал на одной ноте, уткнувшись лбом Заку в макушку, и прижимал парня к себе, не замечая, как делает это всё сильнее, причиняя боль.       — Амбер… Ленни… Мхах… — Драконыш повернул голову и провёл языком по щеке, а после и вовсе прикусил, ущипнув зубами. — Нежнее, задушишь.       Он положил ладони на обнимающие его руки, пытаясь оторвать их от себя и вдохнуть.       — Ааа? — пьяно откликнулся рогатый, дыша открытым ртом. Сизое тело чуть взмокло и сейчас ощущалось как не своё. В голове щёлкнуло, и Ленни разжал удавью хватку: — Прости, — чмокнул в висок и уронил их обоих на бок на мягкую постель, всё так же прижимая Зака к себе, хотя уже нежно. Посопел ему в ухо и шепнул: — Я не выйду. Там тепло. Будем так жить.        В ответ Зак обвил его хвостом, крепко прижимая к себе и связывая тела, несколькими короткими импульсами сжал проникший в него орган. Зак шумно выдохнул и прикрыл глаза. Сознание ещё плыло, но некоторые проблески уже были. Улыбнувшись их единодушию, инкуб накрыл их одеялом и добавил к клубку свои конечности.