Всё ещё с тобой

Когда утренние лучи солнца сквозь приоткрытые тяжёлые шторы проникли в спальню, Чонгук уже не спал — годы бесконечных тренировок и сумасшедшего режима выработали привычку просыпаться рано без помощи будильника, и сейчас он просто лежал, молча изучал потолок и прокручивал в памяти события вчерашнего вечера. Притащить в дом незнакомого парня, как бездомного котёнка с улицы, было совершенно не в духе Чонгука, но внезапное желание помочь, возникшее на ровном месте, не давало ему покоя. Что такого было в этом Тэхёне? Он, несомненно, красив, это факт. Но в компании каждый второй обладает внешностью модели — что поделать, уж таков мир к–поп индустрии — без красивой внешности тяжело пробиться даже на должность стаффа. Может быть то, как Тэхён с достоинством держался, несмотря на сложные обстоятельства? Да, он выглядел потерянным, но далеко не жалким. Или сыграла роль некая загадочность в его поведении — он, вроде бы, ответил почти на все заданные вопросы, но по факту ничего о себе не рассказал. Отчасти, все это повлияло на выбор Чонгука, но было что-то ещё. И вот это «ещё» он никак не мог нащупать. Чонгук взял телефон, набрал в поисковике «Ким Тэхён. 18 лет. Тэгу» и нажал ввод. Экран запестрил фотографиями. К его счастью, восемнадцатилетних Тэхёнов из Тэгу было не так уж много, однако, нужного среди них не оказалось. Чонгук убрал из поиска слово «Тэгу» и снова нажал ввод. На этот раз количество информации заставило его слегка напрячься. Скорее всего, понадобится пара часов, чтобы разыскать в таком объеме того, кто сейчас мирно спал в соседней комнате. В распоряжении Чонгука этих часов не было. В подтверждение, на экране всплыло сообщение от его менеджера. Шин Наён: «Надеюсь, ты уже проснулся. Через сорок минут жду в машине. Не забудь маску». Чонгук: «Давно не сплю. Какое расписание на сегодня?» Шин Наён: « 9:00 — съемка в рекламе, 12:30 — участие в шоу на телевидении, 15:30 — первый прогон концертной программы на олимпийском стадионе. Вечером можешь постримить». Чонгук немного помедлил, прикидывая, выдастся ли немного свободного времени, но понял, что график довольно плотный, поэтому набрал сообщение: «Наён, есть две просьбы, но прошу не задавать лишних вопросов», — и нажал кнопку «отправить». Через секунду телефон оглушительно зазвонил. — Чон, малыш, не заставляй меня нервничать с утра. Что ещё за просьбы такие, да ещё без лишних вопросов? — обеспокоенно послышалось в трубке. — Доброе утро, Наён, — засмеялся в ответ Чонгук. — Вовсе не доброе, если начинается с загадок. Что там у тебя? «Не что, а кто», — усмехнулся про себя Чонгук. — Мне нужен новый телефон. И сим-карта. — Всего-то? — фыркнула Наён. — Это была только первая просьба. А вторая, — Чонгук вдохнул поглубже, — нужно арендовать квартиру. Недорогую. Где-нибудь в районе Хондэ. На другом конце трубки — молчание. — Наён? — А знаешь, без лишних вопросов не получится. Давай, собирайся и по дороге расскажешь. — Наён! — Не обсуждается! Всё, конец связи. Шин Наён, личный менеджер Чонгука, работала в компании с самого основания группы. Вначале она была одна на шестерых и достойно прошла с парнями, что называется, и огонь, и воду, и медные трубы — все этапы становления от дебюта до мирового признания. Она была для них советчиком, психологом, строгим надзирателем и добрым другом. По одному и вместе парни часто приходили к ней, чтобы поделиться радостью и поплакать о неудачах. И удивительное дело, несмотря на загруженность двадцать четыре на семь, у неё всегда находилось время, чтобы выслушать, порадоваться, посочувствовать, и, если требовалось, помочь. За Чонгуком она присматривала особенно тщательно, поскольку он был самым младшим в группе, и со временен между ними установились довольно тёплые и доверительные отношения. Поэтому, когда настало время каждому из мемберов обзавестись личным менеджером, Чонгук без раздумий выбрал Наён. Она была старше на десять лет, но для удобства общения, разрешила обращаться к себе неофициально. Чонгук отложил телефон, встал, натянул шорты, футболку и вышел из спальни. Пора будить ночного гостя. Дверь в гостевую была открыта. Заглянув, Чонгук увидел заправленную постель, а на её краю аккуратно сложенные черные футболку и брюки. Тэхёна в комнате не было. Немного озадаченный, Чонгук проверил все комнаты и обе ванные, но и там никого не обнаружил. И лишь вымытая после вчерашнего ужина посуда говорила о том, что Ким Тэхён вовсе не плод его больного воображения. Чонгук досадно хмыкнул. Вот так, значит. Гордый. Тихо ушёл и даже не воспользовался любезно предложенной одеждой, взамен его поношенной. И вымыл посуду. — Два — один в пользу Тэхёна, что б его! — выругался Чонгук и направился в душ. **** Наён подождала, пока Чонгук пристегнёт ремень безопасности, включила зажигание и нажала на педаль газа. — Рассказывай, — требовательно произнесла она, ловко выруливая на главную дорогу. Чонгук детально описал вчерашнюю встречу, не скрывая, что парень ночевал у него, утаив, разве что, момент с тэхёновыми гляделками. Наён молча слушала, но её нахмуренное лицо и сдвинутые брови ясно говорили о том, как она относится к выходке Чонгука. После того, как он упомянул о том, что утром Тэхёна и след простыл, Наён немного расслабилась. — Все вещи целы? Ты проверил? — Он не такой, Наён, он даже помыл посуду, представляешь? — Чон, малыш, ты плохо знаешь людей. Надо будет проверить его анкету. Как, говоришь, его зовут? — Ким Тэхён. Я думаю, он работает у нас не больше недели. — Три дня, — произнесла Наён. — Что? — Три дня назад агентство по найму персонала, с которым мы сотрудничаем, предоставило нам рабочих для выполнения грязной работы, обслугу, одним словом. Думаю, он оттуда. — Он такой растерянный, Наён. И такой одинокий. У него никого нет, даже родителей. Наён удивлённо посмотрела на Чонгука. Тот сидел насупившись, глядя на дорогу. — И давно ты стал таким? — Каким? — Доверчиво-сентиментальным. — Со вчерашнего дня, — буркнул Чонгук, — я всё равно сделаю по своему, хочешь ты этого или нет. Наён снова заволновалась. — Чон Чонгук, — она называла его так, когда хотела встряхнуть или обозначить важность ситуации, — ты понимаешь, что из-за своего упрямства можешь поставить под удар всю группу? Да что там группу, всю компанию? Он может оказаться кем угодно! Ты же ничего о нём не знаешь! — Что такого страшного может случиться, если никому не известный парень какое-то время поживёт в арендованной мной квартире? — не унимался Чонгук. Наён нервно постукивала пальцами по рулю. Она знала, если Чонгук что-то задумал, то уже не отступит и доведёт дело до конца. — К тому же, — Чонгук озорно посмотрел на Наён, — ты в любой момент можешь проверить его. — Ну, разумеется. — Проверить, Наён. — Это было сказано таким низким и таинственным голосом, что Наён отвлеклась от дороги и посмотрела на Чонгука. Он улыбался, подняв кисти рук, развернутые ладонями к ней и слегка шевелил пальцами. — Что? Какого черта, малыш? Ты прикалываешься? — она закатила глаза и засмеялась. — Абсолютно серьёзно, — Чонгук опустил руки. — Но я не практиковалась с того самого раза, Чон. — Вот и будет тебе практика, — довольно произнес Чонгук. Несколько лет назад, где-то через год после дебюта, Наён, чтобы снизить градус напряжения после мелкой ссоры между парнями, заявила, что изучает хиромантию. Она тогда усадила их в ряд, заставила показать ладони и, под изумлённые взгляды, подробненько так, поведала каждому о том, что было и что ждёт. Вначале, все подумали, что это просто попытка сгладить ситуацию, отвлечь от ссоры. Но, когда она вытащила на свет парочку серьёзных моментов сердечного плана, о которых никто не мог знать, скепсис тут же поубавился и парни с интересом уже протягивали ей свои ладони. Тогда-то она и озвучила впервые, что группа будет иметь невероятный успех даже за пределами Кореи, и не потому, что они хотят это слышать, а потому что «так говорят линии на правой ладони каждого». И когда всё случилось с поразительной точностью, парни припомнили тот спонтанный сеанс и попросили снова заглянуть в будущее. Но Наён отшучивалась, утверждая, что это был просто маленький эксперимент, что она вовсе не сильна в хиромантии, просто это было очевидно, ведь они такие талантливые и так упорно к этому стремились. На том всё и закончилось. И вот теперь Наён всерьёз задумалась. Возможно, Чонгук прав, и не тряхнуть ли, в самом деле, стариной, чтобы проверить этого Ким Тэхёна на предмет благонадёжности. — Телефон, я полагаю, тоже для него? — вздохнув, произнесла Наён. — Для него, — потупил взгляд Чонгук. Они въехали на территорию компании, где планировались съёмки рекламы. — Сделаем так, — Наён остановила машину возле входа, где уже стояло несколько припаркованных машин, возле которых, помимо охраны и стаффа, дурачились пятеро парней, то и дело толкая и подначивая друг друга, — телефон тебе будет, квартиру арендую на своё имя. Но Тэхёна этого я всё же проверю. — Она выключила зажигание и неодобрительно посмотрела на Чонгука. Тот довольно улыбался, помахивая пальцами, сложенными в импровизированные сердечки. — Спасибо, Наён, ты– лучшая! Наён усмехнулась. — Ладно, иди уже, парни заждались. Чонгук отстегнул ремень безопасности и открыл дверь автомобиля. Но, словно что-то вспомнив, повернулся к Наён, и спросил: — А можешь похлопотать, чтобы сегодня на стадионе в рядах помощников стаффа оказался Тэхён? — он умоляюще смотрел на Наён. — Зачем тебе? — Хочу произвести впечатление, — Чонгук лукаво подмигнул, вышел из машины и направился в сторону дурачившихся парней. Наён задумчиво проводила его долгим взглядом. Таким Чонгука она ещё не видела.