Девять жизней Чёрной Жемчужины

      Всего одна неправильная фраза Минхо, которая бездумно, в порыве злости и ревности, сорвалась с его уст, нарушает покой всех. Произошедшее этим ранним утром застывает перед моими глазами, но я ничего не могу рассказать Хёнджину. Он одновременно близок и так далек к раскрытию тайны, что мы с Хо скрываем от него.       — Х-хён… — медленно закрывая глаза, я невольно протягиваю руку и хватаюсь за Хвана, начиная падать.       Я не придумываю ничего лучше, кроме как изобразить обморок в данной ситуации. Парень мгновенно подхватывает меня на руки и зовёт на помощь. Я стараюсь притворяться правдоподобнее, расслабившись и зажмуриться. Мое тело кладут на мягкий спальный мешок, который я ещё не успела убрать после ночи. В течение двух минут возле меня уже Джиу с аптечкой в руках, а через миг с бутылочкой, содержимое которой мочит ватку. Противный резкий запах заставляет распахнуть глаза и вздрогнуть.       — Все в порядке? Сколько пальцев видишь? — кидается ко мне Хён.       — Ч-четыре, — намеренно назвав цифру в два раза больше, я изображаю то, словно нахожусь в полубреду.       — Нужно дать ей отдохнуть. Возможно, у неё сильный испуг, — развернувшись к парню, шепчет Джи.       — Голова раскалывается и хочется спать, — повторно зажмурившись, я свожу брови.       — Там ребята, скорее всего, уже грузят вещи. Я подготовлю все на задних сиденьях, чтобы мы с тобой смогли поехать сзади. Поспишь в дороге? — взяв меня за руку, предлагает Хён.       Я молча киваю, а он убегает из палатки. Со мной остаётся подруга, которая незамедлительно оглядывается и подбирается ближе, чтобы поговорить.       — Я не знаю, что мне делать. Он спросил, не приставал ли ко мне Минхо. Хван подозревает нечто ужасное, — шепчу торопливо я.       — Тебе нужно что-то сказать. Он обязательно спросит с тебя, что случилось тогда. Ты не сможешь избежать разговора, вновь упав в обморок, — переживает девушка.       — Подожди. Что у нас есть? Он думает, что Минхо неравнодушен ко мне. И знает по словам Хана, что я кричала, когда Хо был рядом. Я могу сказать, что в лесу было темно, поэтому просто испугалась. Не знала, что это Минхо хотел мне помочь. Как думаешь, это сработает? А вот остальное… я скажу, что Хён просто надумывает? — волнуюсь я, начиная прикусывать губу.       — Попробуй. У нас не так много вариантов, — пожимает плечами подруга.       — Нет. У меня не получится, — закрывая ладонями лицо, всхлипываю я: — Хан — прямой свидетель. Он видел нашу с Минхо ссору. Черт, зачем я так поступила?!       — Со! Со, пойдём, — залетев в палатку, парень словно приносит с собой ураган. — Машина почти готова. Ребята пока заканчивают. Я донесу тебя, — тараторя себе под нос, он не сразу замечает мои слёзы на глазах.       — Хённи, я все расскажу. Пожалуйста, выслушай меня, — схватив парня за обе руки, выдаю я, потягивая время.       — Сейчас? Может, лучше в машине? Включим кондиционер, тебе будет тепло. Ты, похоже, замёрзла, — выпутав из моей хватки и подняв ладонь, Хёнджин прикасается ею к моему носу: — Холодный. Нужно согреть тебя.       — Хённи! — закрыв глаза, громко произношу его имя я, настаивая.       — Я лучше вас оставлю, — кивнув, Джиу поскорее уходит, чтобы дать нам поговорить наедине.       — Минхо ничего такого не делал. Я просто очень испугалась. Я же говорила, что запуталась в лесу. Где-то не туда свернула и все. Там было темно, вокруг одинаковые деревья. Когда я услышала, что кто-то идёт, боялась, что это может быть… ты будешь смеяться надо мной, если я скажу? Пообещай, что не будешь, прошу, — беспокойно и быстро говорю я, а затем постыдно закрываю лицо рукой.       — Что? На что ты подумала? Конечно не буду, — соглашается Хван.       — На призрака! Парни же рассказывали вчера за костром всякие байки про них. Что те обитают в лесу и ночью охотятся за жертвами. Я очень перенервничала. И когда Минхо нашёл меня случайно, я громко закричала и попыталась убежать от него. Он схватил меня за руку, чтобы остановить, поэтому остался этот след, — показывая на красное место, продолжаю я: — А потом я стала вырываться и даже… ударила его в темноте. И пока выгадала время, попыталась сбежать. Но запнулась о что-то, упав на осколки от стеклянных бутылок. Меня бил мандраж некоторое время, поэтому, когда Хо вновь приблизился ко мне, я не видела его лица. Думала, что тёмная фигура идёт чтобы напасть. Именно это Хан и увидел. Но понял неправильно. Никто ни на кого не нападал, — договорив, я замираю в ожидании реакции парня.       — То есть… это все недоразумение? — сощуривается Хён.       — И только, — киваю я.       — Хм-м. Но Хан был уверен в том, что… — увидев, что он не отступает, я делаю вид, что мне становится хуже, медленно опускаясь на спальный мешок. — Ладно. Сейчас твое состояние важнее. Иди ко мне, — отложив все препирания, Хёнджин берет меня на руки.       — А как же вещи? Я не успела все-все собрать, — сдвинув брови, оглядываюсь я.       — Я забрал твой рюкзак, а остальное поможет собрать Джиу, она уже знает, — делится информацией Хён.       — Хорошо, — положив голову ему на плечо, я затихаю, обдумывая дальнейшие действия.       Мы едем обратно. За рулём Чан, рядом с ним Хан, я же лежу на коленях у Хёнджина, укрытая тёплым пледом. Повернувшись лицом к первому ряду, я аккуратно смотрю на Джисона, который больше не выглядит радостным и энергичным. Парень притих и совсем поник. Видно то, как он нервничает, постукивая длинными пальцами по чехлу телефона.       — Включу музыку? На низкой громкости, чтобы не разбудить Стэй, — спрашивает Бан.       Хён мгновенно нагибается и видит, что я не сплю. Погладив меня по волосам, он улыбается и интересуется, не будут ли они мне мешать, если заработает радио. Я шепчу в ответ то, что это только поспособствует моему сну и благодарю его. В остальном поездка проходит тихо. Но меня никак не отпускает наша ситуация. И то, куда по итогу меня привезут? Я же не могу сказать, что живу с Минхо в одном доме? Минхо… как после всего мне вернуться в его квартиру? Я столько всего наговорила ему, да и он мне. Ничем не лучше. Хочется забрать свои вещи и просто исчезнуть из жизни этих невинных людей, которые никак не заслужили такую лживую меня рядом с собой.       — Тебе холодно? Почему дрожишь? — вновь склоняясь, Хван беспокоится обо мне.       Нахмурившись, я поднимаюсь, а плед спадает с моих плеч. Я тяжело вздыхаю, потому что прекрасно понимаю, что больше не хочу мучить ни Хёнджина, ни его друзей. Я больше не смею получать внимание, заботу и любовь Хёна, когда столько времени обманываю его. Но и рассказать прямо сейчас ничего не могу. Я будто бьюсь в закрытую дверь, стараясь найти выход, которого попросту нет.       — Ты чего, Со? — укрывая меня, Хван щурится.       В этот момент Хан проворачивается к нам, заметив подозрительную суету. Несколько секунд он смотрит на нас, а затем облизывает губы, что-то обдумывая.       — Мой дом ближе всего. Предлагаю заехать туда и посмотреть рану, да поговорить по душам. Или можем подвезти Стэй до ее квартиры и там посидеть, если она не против, — выдаёт парень, а меня охватывает дрожь.       Будто бы он что-то знает и намеренно называет мой дом в качестве пункта назначения.       — Может, мне лучше будет поехать в больницу? Стоит осмотреть насколько серьёзна рана. Хёнджин, вы можете высадить меня у ближайшей клиники? — обернувшись, я смотрю на парня, стараясь добиться его одобрения.       — Но мы спокойно можем вызвать врача на дом, а затем отвезти тебя сразу домой. Меньше мороки, — встревает Джисон.       Черт. Почему он так настаивает? Здесь что-то не чисто.       — Вообще, удобнее было бы к тебе заехать сначала, так как это по пути, и надо разгрузиться. И я хотел забрать свою сумку, которую забыл на днях, — к нашей милой беседе добавился Чан, и я облегченно выдохнула, когда второй парень пожал плечами, отступив.       — Хорошо. Тогда поедем к Хану, я осмотрю там твою рану, пока они будут доставать вещи. Потом можно в больницу, Бан подвезёт, — подтверждает мой парень.       Так и получается. Чан с Джисоном берут несколько сумок в руки, а Хён хочет вновь поднять меня, но на этот раз я отказываюсь, уверяя его, что вполне дойду сама. Мое состояние улучшается, я практически не чувствую боли в ноге и уже не хромаю. Но Хёнджин настаивает на том, чтобы я использовала его в качестве опоры, поэтому крепко держит мою ладонь в своей.       Пока два парня рассматривают вещи, мы с Хваном располагаемся в главной комнате, на диване. Я кручу головой и отмечаю то, что у Хана дома очень уютно и чисто, а Хён громко смеется.       — Возможно, это раз в год так выглядит, поэтому тебе очень повезло. Он такой неряха у нас. Вечно повсюду вещи раскидывает, да все подряд забывает, — встав передо мной на одно колено, парень аккуратно распутывает бинт, чтобы осмотреть повреждение.       — Кто бы говорил, хах! Не ты ли наушники совсем недавно посеял? — сложив руки на груди, недовольно бурчит Хан, появившийся за спиной друга.       — Да ладно тебе. Я вот у тебя сумку забыл, — потрепал по плечу парня Чан: — Давай хоть передышку сделаем. Есть что попить? — идя на кухню к холодильнику, спрашивает он.       Пока парни уходят, Хёнджин осторожно отрывает пластырь, придерживая мою белоснежную кожу, а затем резко замирает. Я ничего не понимаю, пока не вытягиваюсь и не смотрю на рану, которая почти исчезла. Мы странно переглядываемся. После такого у Хвана точно возникнут вопросы.       — Разве не осколок от стеклянной бутылки вонзился в твою ногу? Рана должна быть крупнее и глубже… — Хён медленно сглатывает и начинает рассуждать вслух.       — Я думала, что да. Поверь мне, я сама удивлена не меньше тебя. Но, похоже, все обошлось. Значит в больницу мне уже не нужно, — стараясь сделать акценты на положительных моментах, я улыбнулась.       Неспешно моргая, Хён молчит ещё несколько секунд, но к нам подлетает Джисон, плюхнувшийся на диван. Хван принимает решение не обсуждать это при лишних глазах и ушах, поэтому просто берет новые пластырь и бинт, сменяя старые повязки. Пока он сконцентрирован на деле, Хан старается не упустить возможность выяснить то, что произошло утром.       — Стэй, у вас с Минхо что-то случилось? — прищуривается парень, а Хёнджин тоже прислушивается к моему ответу, плавнее обматывая ногу.       — Нет. Точнее… да. Я испугалась его в лесу, думая, что он представляет для меня опасность. Я уже рассказала Хёнджину все, что нужно. Я слишком впечатлительная. После разговора про призраков у костра перед сном, я подумала, что одного из них встретила в лесу, — облизнув губы, я оборачиваюсь и смотрю на Сона.       — Ого. Но ведь наш Минхо не похож на призрака. А потом? Когда я пришёл ты просила, чтобы я тебе помог вернуться в лагерь, — продолжает докапываться Хан.       — Она же говорит, что была напугана. Видимо, узнала тебя и попросила помочь, — встревает Хван.       — Х-м-м. Все же, было уже достаточно светло. Почему меня ты узнала сразу, а Хо нет? — этим вопросом Сон сеет огромные сомнения в мыслях друга, который округляет глаза и переводит взгляд на меня, но и на этом парень не успокаивается: — И ты сказала, что напугалась страшилок у костра, тогда почему утром бесстрашно отправилась одна в лес?       От каждого его вопроса мое сердце сжимается все сильнее. Я понимаю, что это конец. Мое враньё не может продолжаться, потому что, чем больше я лгу, тем хуже все запутывается. Я закрываю глаза и тяжело вздыхаю, принимая поражение. Замечая мое       состояние, Хван спешит закончить нашу беседу.       — Джисон, принеси стакан воды. Что-то в горле пересохло. Со, ты будешь? — сменив тему, Хван спроваживает друга.       Когда парень уходит, Хёнджин продолжает сидеть у меня в ногах, смотря снизу вверх. Мой пульс учащается, а кровь готова бежать по венам с новой скоростью. На лбу проступает пот, а руки словно онемевают от страха, и я не могу убрать раздражающую влажность.       — Я все расскажу тебе. Клянусь. Больше ничего не собираюсь скрывать. Но попрошу об одном одолжении. Дай мне три дня. Единственное, что мне нужно. Всего три дня, — шепчу я, а мой голос дрожит.       — Между нами ведь давно пропасть. Думаешь, я не заметил? — голова парня отворачивается вбок, а я слышу бешеный стук моего сердца.       — Я обещаю, что отвечу на все твои вопросы только правдой. И расскажу то, о чем даже не будешь спрашивать, но очень хочешь это знать. Ты все узнаешь. Только позже, прошу, — тараторю я, испуганно схватив его за руку, чтобы он вновь посмотрел на меня: — Но не пытайся сам выяснить что-то раньше этого времени.       — Твоя вода, — вернувшись в комнату, нам мешает Хан, передав стакан другу.       — Я выйду на балкон, — бросает парень, резко поднимаясь и сжимая в руке сосуд.       Хён уходит в сторону кухни, а за ним идёт Джисон. Как только они оставляют меня одну, я сжимаю кулаки и двигаюсь следом за ними. Но делаю это настолько быстро, что не замечаю на своём пути Чана, который нёс мне напиток. Мы сталкиваемся, и вода расплёскивается из стакана, облив меня. Благо, что хотя бы тот не разбился, потому что Бан крепко удерживал его.       — Ай, Стэй, прости! Я случайно. Быстро вышел, не смотря по сторонам, и не ожидал, что ты идёшь, — отставив сосуд на стол, парень хватает салфетки и промакивает ими мою футболку.       — Все в порядке, не беспокойся. Это моя вина, — успокаивая, я касаюсь его рук, чтобы перенять белоснежный предмет и самостоятельно справиться.       — Что случилось? — услышав шум, Хён бежит на кухню, застав нас с Чаном в проходе.       — Ничего. Я случайно влетела в Чана. Мне жаль, что это произошло из-за меня, — подняв руки, я размахиваю ими.       — Я-то никак не пострадал. Но вот ты теперь вся насквозь мокрая, — поджав губы, парень недовольно крутит головой.       — Тебе нужно переодеться. Я сбегаю в машину и принесу свою футболку со штанами, — Хёнджин берет ключи у друга и бежит вниз.       Я закатываю глаза. Какая же я неудачница! Почему все это происходит именно со мной? Где и в каком месте я так согрешила? Как теперь Минхо будет смотреть на меня, когда я вернусь домой в вещах Хёнджина? Между ними сейчас и так не лучшие отношения, а я просто подолью бензина в огонь.       — Ванная здесь. Можешь принять душ, если хочешь, — пока я была в очередных раздумьях, Джисон узнал у Чана, что случилось и предложил мне освежиться.       — Сон, можно с тобой поговорить? — неожиданно выдаю я.       — Пошли, провожу, — проходит вперёд парень.       Бан остаётся на кухне, чтобы привести в порядок мокрый пол. А я ухожу с Ханом для разговора. Времени совсем мало, мне нужно подобрать правильные слова.       — Тебе сюда. Сейчас принесу полотенце, — открывает дверь и включает свет он.       — Не стоит. Я просто переоденусь, — отказываюсь я и переступаю порог.       — Говори, что хотела, — внезапно зайдя за мной и закрыв щеколду замка, Джисон стоит напротив меня.       Потрясённая я застываю на месте, даже забыв зачем зашла.       — Или мне начать? Я знаю, что между тобой и Минхо что-то есть. Неужели ты изменяешь Хёнджину? Он ведь тебя так любит. Только о тебе и говорит постоянно. Скажи, что я просто надумываю себе, и все не так, — нахмурившись, парень складывает руки на груди.       — Тише, — перепугавшись, я накрываю его рот рукой, чтобы нас никто не услышал. — Господи, я сойду с ума, — я твержу себе под нос и чувствую мурашки по всему телу от страха.       — Я знаю, что ты была с ним ночью. Встречаешься с Хёнджином, но бегаешь к Минхо? Ты играешь ими обоими? Зачем? — не унимается он.       — Пожалуйста, тише. Стой, — когда парень начинает вырываться, я стараюсь его успокоить, чтобы поговорить, но удаётся с трудом: — Хорошо! Я все расскажу. Только не создавай шума.       — Рассказывай, — подняв руки, он склоняет голову вбок.       — Но только не говори пока ничего Хёнджину. Обещай, что дашь самой мне с ним поговорить. Я жду дня, когда у вас пройдут выступления. Минхо сказал мне подождать, чтобы не разрушить будущее всей вашей команды, — шепчу я, смотря ему в глаза, которые постепенно начинают округляться. — Я живу с Хо в его доме. У меня сложная ситуация в жизни, он помогает мне. Но Хвану я ничего не рассказывала, чтобы не усложнять.       — Боже… — схватившись за затылок, Хан начинает тереться о него рукой, путая волосы. — Что между вами? Я вижу, что ты мне не договариваешь важное. Что ты чувствуешь к Минхо?       — Я… я… — тяжело сглатываю, заикаюсь и уже хочу дать ответ я, как в дверь резко стучат.       — Стэй, можно с тобой обмолвиться парочкой слов? Мне нужно кое-что важное тебе сказать, — просит Чан.       Мы с Ханом переглядываемся, а затем я ставлю указательный палец к губам, прося его помолчать. Он закатывает глаза, но кивает, отходя в дальний угол, чтобы, когда я открыла дверь, Бан не заметил его. Я подхожу и щелкаю задвижкой, обхватываю ручку, слегка надавив на неё, а затем высовываю голову в проем, разглядев парня. Он очень нервничает и переминается с одной ноги на другую, а затем облизывает губы и сдаётся.       — В том, что ты повредила ногу о стекло в лесу есть и моя вина, — выдает парень. — Стой, не перебивай. Дело в том, что Чонин и Сынмин решили подурачиться, разбив несколько бутылок из-под выпивки. Я застукивал их ранее за подобным, но в тот вечер заметил их отсутствие не сразу. Когда Хан сказал, что ты напоролась на осколок, то понял, что вновь не уследил за молодыми парнями в которых бушует кровь. Да и Чонин сам признался мне утром.       — Эм… даже не знаю, что и сказать. Это просто стечение обстоятельств. Не вини себя ни в чем, — улыбаюсь я, — и скажи Яну, чтобы он ни о чем не переживал. Все в порядке.       — Спасибо. Я посчитал нужным сказать тебе, — кивает он.       — Понимаю. Ты все правильно сделал, — договорив, я перевожу взгляд, смотря в проход: — Хён ещё не вернулся?       — Нет пока. Наверное, ищет вещи или даже ещё не смог машину открыть. Пойду помогу ему, — на лице парня сияет улыбка.       — Хорошо, тогда я подожду вас, — соглашаюсь я и возвращаюсь в ванную, захлопнув дверь.       Договорив с Чаном, я смотрю на Хана, который выглядит слишком взволнованным. Кажется, именно из-за него все полетит к чертям, если я не смогу убедить Сона хранить молчание. И в этот момент Джисон направляется к двери, будучи решительно настроен. Я останавливаю его, выставив руки вперёд.       — Сон, подожди. Куда ты? — спрашиваю я.       — Я расскажу ему все. Так не может продолжаться. Он — мой лучший друг! Я не позволю, чтобы его обманывали, — кричит парень.       — Тише, Хан, пожалуйста, тише. Не надо, — умоляю его я.       — Нет! Хёнджин должен знать, что ему лгут долгое время! — вопит он, отталкивая меня.       И это происходит ровно до того судьбоносного мига, пока Хван не открывает дверь в ванную комнату и видит нас. В его руках стопка вещей, которую он обещал принести, а на лице смятение. Это конец? Он все слышал? Джисон точно ему все расскажет.