The Stars Fell For You (I'm Falling Too) / Звёзды пали ради тебя (и я падаю тоже)

-☆-  

— Это легко узнаваемые узоры, так что ты сможешь найти их с небольшой помощью. На самом деле это невероятно увлекательно. Они существуют веками, люди использовали их, чтобы ориентироваться. Например, для навигации кораблей или чтобы найти дорогу, если заблудились. Знал ли ты, что слово «созвездие» происходит от латинского слова, означающего «набор звезд»? Сокджин, конечно, этого не знал. И, честно говоря, не особо горел желанием знать. Теперь он понимает, что это, вероятно, была ошибка. Нужно было просто посмотреть видео на Ютубе вместо того, чтобы просить помощи у Намджуна.   Иметь умного друга - это замечательно, но только не тогда, когда этот умный друг не может объяснить что-то проще, чем как выбраться из бумажного пакета. Сокджин попросил: эй, расскажи мне про созвездия, а Намджун, видимо, услышал: расскажи мне историю астрономии.   Сосредоточиться на Намджуне и на том, что он бормотал, невероятно сложно. Говорил он точно не про созвездия, а что-то про солнечные вспышки. Причем тут вообще Кентавр или как там его?  Честно говоря, Сокджин почти уверен, что это вообще покемон какой-то… Но кажется, что он так и не узнает, о чем идет речь, с учетом того, как монотонно Намджун продолжает свою лекцию.  И, честно говоря, Сокджину было бы сложно сосредоточиться даже если бы Намджун не рассказывал про черные дыры, потому что он пытается подготовиться. Он чувствует себя немного взвинченным, мечется по комнате, роется в ящиках и переворачивает весь шкаф вверх дном. Потому что где - где?! - его свитер?  У Сокджина был четкий план. Идеальный образ. Те самые джинсы, которые Хосок считает настолько крутыми, что Сокджина непременно хочется ущипнуть за задницу, и голубой свитер, тот, на котором изображен кит. Это любимый свитер Сокджина, который, как он знает, ему идет. Голубой - определенно его цвет. Но свитер куда-то пропал.  И он злится. И - и! Когда Сокджин снова проходит мимо шкафа, он мельком смотрит в зеркало и…  — У меня что, прыщ на подбородке?! Намджун внезапно замолкает.   — Что?   — Мой подбородок, Намджун, — повторяет Сокджин так, словно Намджун ничего не понимает. Как чёрная дыра. Хм, может, он действительно что-то запомнил… — У меня прыщ?   Повисает тишина, а потом Намджун осторожно отвечает:   — Хён, мы говорим по телефону. Я не вижу тебя.   — Ты мог бы просто сказать нет, — стонет Сокджин. — Боже ж ты мой.   — Ты же сам мне позвонил.   — Да, да. Извини, — и какая же это была ошибка! — Можешь просто… ну, знаешь, рассказать мне про созвездия?   — Так я как раз пытаюсь это сделать, — фыркает Намджун.   Сокджин вздыхает и решительно отворачивается от зеркала.   — И ты делаешь это прекрасно. Но у нас нет времени, Джун-а. Давай основы. Или просто что-нибудь крутое. Мне нужно произвести впечатление.   — Не могу поверить, что ты решил заняться этим, — ворчит Намджун. — Было бы гораздо проще, если бы вы просто сходили на курочку с пивом или в кино.   — Да, но… — Сокджин вытаскивает из шкафа зелёный свитер. — Мы не можем так сделать. Потому что всегда так делаем.   — И это… плохо?   — Да, — Сокджин делает паузу. — Ну, нет. Просто… должно быть что-то другое.   — Ладно, хорошо, — вздыхает Намджун. — У тебя есть карандаш, чтобы нарисовать это?   — Боже, Намджун. Просто пришли мне фотки или что-то в этом роде.   С очередным вздохом Намджун делает то, о чём его просят, отправляя список из пятидесяти лучших созвездий. Отлично. Сокджин точно запомнит все пятьдесят.   Это не помогает, потому что он всё ещё мечется из стороны в сторону, пытаясь собраться, а время утекает слишком быстро. Все созвездия смешались в голове, а сам Сокджин застрял в штанине своих джинсов. На самом деле, Сокджин редко бывает в таком состоянии. Или… ладно, довольно часто. Но обычно он очень хорошо это скрывает.   Сейчас он не уверен, что у него это получается.   Обычно он может быть очень спокойным и собранным, таким супер-расслабленным. Но это же Юнги. И внезапно Сокджин совершенно не расслаблен. Чего он никогда не признает перед Юнги - что тот заставляет его… быть таким. У Сокджина репутация, которую нужно поддерживать.   Просто это все чересчур, и Сокджин, возможно, немного паникует, потому что Юнги выглядит как очень милый котёнок. И это просто безумная мысль, но сейчас всё именно так.   — Ты меня вообще слушаешь?   Сокджин моргает.   — Да, эм… что-то про пояс? Продолжай, у тебя шесть минут.  

-☆-  

В машине Сокджин совсем не ощущает себя спокойнее. Он едет, чтобы забрать Юнги, рискуя застрять в сеульских пробках. Ради Юнги. Потому что Сокджин - дурак. Влюблённый дурак. Это просто ужасно.   Они с Юнги дружат уже целую вечность, с самого университета, когда их случайно поселили вместе в одной комнате. Поначалу всё было ужасно неловко: Юнги почти не разговаривал, был застенчивым и угрюмым, а Сокджин переживал, что ведёт себя слишком странно и социально неуклюже. Они долго ходили вокруг друг друга, пока однажды Сокджин не пошутил, а Юнги, с абсолютно невозмутимым выражением лица, не сказал, что это самая несмешная шутка, которую он когда-либо слышал. Наступила тишина, а потом они засмеялись так сильно, что Юнги чуть не стошнило.   С тех пор они стали друзьями. А потом лучшими друзьями. А потом...   Сокджин не уверен, когда его чувства к Юнги изменились. Может, они были всегда. Просто изменились. Сокджин понял это довольно резко. Это было ближе к концу университета, они всё ещё жили вместе. Юнги тогда вышел выпить с Намджуном и Хосоком, а вернулся пьяным. Вместо того чтобы пойти в свою комнату, Юнги оказался в комнате Сокджина.   Сокджин ещё не спал, лежал в кровати и играл на нинтендо свитч. Юнги даже не постучал, просто открыл дверь и ввалился внутрь. Сокджин попытался спросить, всё ли в порядке, но Юнги лишь залез к нему в постель и обхватил своими конечностями тело Сокджина, как осьминог.   А потом, с пьяным, невнятным голосом, уткнувшись носом в шею Сокджина, Юнги пробормотал:   — Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, правда, хён? Я так сильно тебя люблю.   Это поразило его, как удар молнии. Сокджин понял тогда, с этим обнимающимся, как коала, Юнги, что он тоже любит его. Но… больше чем просто друга.   В попытке держать себя в руках, Сокджин попробовал аккуратно вытолкать Юнги из кровати и отправить в его собственную комнату, но Юнги начал ныть, пока Сокджин не сдался и не укрыл их обоих одеялом. Юнги снова обнял его, и они уснули так. Это была не первая ночевка в одной кровати, но ощущалось это совершенно иначе.   Когда Сокджин проснулся утром, Юнги уже не было. Но он всё ещё чувствовал запах его цитрусового шампуня на подушке и тепло на простынях.   Так что, да. Всё было именно так на протяжении многих лет. Эти чувства бурлили под кожей Сокджина, всегда на кончике языка. Но он никогда не признавался. Даже если их друзья всё знали, даже если они подталкивали его, говоря, что очевидно, Юнги тоже испытывает к нему чувства, Сокджин не хотел рисковать. Он не хотел ничего испортить. Ни тогда, когда они были соседями по комнате, ни позже, когда разъехались в отдельные квартиры и начали строить свои карьеры. А теперь… ну, всё изменилось.   Если быть честным, Сокджин пригласил Юнги на свидание случайно. Ну, почти.  Это была шутка. Или полу-шутка, как это часто бывало у них. Таким образом, если бы Юнги сказал «нет», Сокджин мог бы просто отмахнуться и посмеяться. А потом поплакать об этом, как совершенно нормальный человек. Но если бы Юнги сказал «да»…   Это началось с глупой игры слов, когда они спорили о чем-то незначительном - тофу, чизкейке или... это неважно. Сокджин сказал что-то абсурдное и нелепое, очень несмешную шутку про тофу, которую он даже не может сейчас вспомнить. Просто он почувствовал себя смелым, глядя на эту морщинку на лице Юнги от улыбки, и это… сорвалось с языка.   Юнги простонал, легонько толкнув его, а потом - пауза.   Юнги уставился на него, смех постепенно угас.   — Ты пытаешься пригласить меня на свидание?   — Хочешь, чтобы я тебя пригласил? — плавный выход из ситуации.   — Зависит, — осторожно сказал Юнги, нахмурив брови, — от того, действительно ли ты меня приглашаешь.   — Это «да»? — спросил Сокджин, подняв свои брови.   Озадаченно-серьёзное выражение лица Юнги сменилось чем-то хитрым.   — Не знаю, — сказал он, скрестив руки на груди. — А твоё «да»?   — Я спросил первым.   — Ага! — Юнги указал на него пальцем. — Значит, ты всё-таки приглашаешь меня.   Вау, какая ловушка.   — Нет, я просто…   Юнги может быть ужасно раздражающим, когда захочет. Упрямым, обидчивым и до безумия выматывающим. Это одно из его худших (лучших) качеств. Боже, Сокджин так в него влюблён.   Взволнованный и раздражённый, Сокджин снова не смог удержать язык за зубами и выпалил:   — Просто пойди уже со мной на свидание! Пауза, во время которой Юнги моргнул, явно удивлённый. А потом:   — Ну, раз ты настаиваешь.   Сокджин действительно настаивал. Особенно когда Юнги улыбнулся - робко и довольно, опустив голову, а его щеки порозовели. Тогда Сокджин понял, что, возможно, эти чувства совсем не так односторонни, как он думал.   И всё это было просто потрясающе, за исключением того, что Сокджин решил устроить их первое свидание с размахом. Он не может просто пойти с Юнги есть курочку и пить пиво, как предложил Намджун. Они и так делают это как друзья. Очевидно, Намджун ничего не понимает. И Сокджин не может просто пригласить Юнги к себе домой - это должно быть что-то особенное. Потому что Сокджин так решил.   Так он остановился на звёздном небе. Сумасшедший человек. Они живут в городе, где звёзд даже не видно.   На самом деле, идея пришла прямиком из дорамы. Это выглядело романтично. И хотя Сокджин никогда не считал себя сентиментальным человеком, но… может, он хотел немного чувственности.   К тому же Чимин и Тэхён постоянно ездят смотреть на звёзды. Так что теперь, когда Сокджин об этом подумал, он не был уверен, надо ли считать это плюсом или минусом для его плана. Но они ведь ужасно романтичные. Настолько, что это просто отвратительно, так что, должно быть, они поступают правильно.   На самом деле, Сокджин мог бы заставить Юнги встать в четыре утра, чтобы пойти с ним на рыбалку. Тогда он смог бы увидеть его эту милую, недовольную, ворчливую утреннюю физиономию. Но нет, они едут смотреть на звёзды. Потому что Сокджин сошёл с ума, Чимин посоветовал место, и Сокджин уверен процентов на семьдесят шесть, что их там не зарежут.   Но всё в порядке! И Сокджину нужно напоминать себе, что это действительно так, и перестать паниковать, потому что дом Юнги уже за углом, а Сокджин должен вести себя естественно. Он не должен всё испортить.  

-☆-  

Когда Сокджин подъезжает к дому Юнги, тот уже ждёт снаружи. Сокджин подгоняет машину к обочине, машет из окна и... замирает.   Юнги надел его свитер. Тот самый, который Сокджин не мог найти. Синий, с белым китом.   Мин Юнги забирается на пассажирское сиденье, тихо пробормотав «привет», в свитер Сокджина он выглядит так, будто это абсолютно нормально и не является чем-то, от чего Сокджину хочется закричать.   Свитер слишком велик для Юнги, почти доходит до середины бедра поверх его рваных джинсов. Руки Юнги практически полностью спрятаны в рукавах, только кончики пальцев выглядывают наружу. Он выглядит маленьким, как котёнок,  улыбается Сокджину во весь рот. И, боже, это просто ужасно.   Но Сокджин берёт себя в руки, потому что он не собирается всё испортить. Он улыбается Юнги, который продолжает улыбаться в ответ, и это нормально. Хотя Юнги выглядит немного нервным, теребя пальцами дырки на коленях.   Может, не только Сокджин сегодня немного волнуется из-за того, куда всё это может привести.   — Готов? — спрашивает Сокджин. Когда Юнги кивает, Сокджин включает передачу и отъезжает от обочины.   — Удивительно, что мы едем на машине, — говорит Юнги. — Ты даже не сказал, что за план, куда мы направляемся?   — Мы едем смотреть на звёзды.   — Не знал, что ты увлекаешься звёздами.   Сокджин очень демонстративно не смотрит на Юнги.   — Ты обо мне ещё многое не знаешь.   — Твои плечи шириной пятьдесят восемь сантиметров.   — Я... — Сокджин моргает. — Это неважно. Мы едем смотреть на звезды.   — В Сеуле звезды толком не видно, хён.   — Для этого и нужна машина, Юнги-я, — Сокджин похлопывает по рулю. — Нам нужно будет ехать примерно час за пределы города. Ты отвечаешь за музыку.   Юнги довольно гудит, достает телефон и листает, пока не находит плейлист, который можно подключить к блютузу Сокджина. Разумеется, телефон Юнги уже подключен к нему - это что, признак того, что они парочка? Боже… Сокджину нужно сосредоточиться.   Музыка наполняет салон, и они погружаются в тишину, пока Сокджин ведет машину из города. Проводить время с Юнги всегда приятно, чем бы они ни занимались. Они могут часами разговаривать на любую тему или просто молчать, как сейчас. Никогда не бывает неловкости, всегда комфортно и расслабленно. Не всегда нужно заполнять тишину словами.   В какой-то момент, когда они выезжают на трассу за городом, Юнги вдруг заговорил:   — Откуда ты узнал об этом месте для наблюдения за звездами?   — От Чимина.   — Хм.   — Он сказал, что это место очень крутое и безопасное.   — Хм.   — Знаю, — смеется Сокджин. — Но я проверил, вроде всё нормально.   — Не знаю… — тянет Юнги, оглядываясь по сторонам. — Я не совсем уверен, что всё это не просто план по краже моих органов.   — Черт, — выругался Сокджин, подчеркнув слово хлопком по рулю. — Ты меня раскрыл. Я хочу использовать их как приманку для рыбалки.   — Вот почему у тебя в багажнике лежит холодильник?   Холодильник на самом деле полон напитков и мандаринов - любимых Юнги. Но Сокджин только улыбается.   — Абсолютно точно. Для органов.   — Для органов, — эхом повторяет Юнги. — Очень практично, хён.   — Спасибо, я стараюсь быть всегда готовым.   Юнги смеется - весело и громко - и Сокджину кажется, что его живот заполняют бабочки. Он начинает думать, что, возможно, именно ему не суждено выйти из этой ситуации живым - не с этим нелепым смехом Мин Юнги и его очаровательной десневой улыбкой.  

-☆-

— Хотел бы я знать, что это свидание будет включать поход через дикие заросли.   Сокджин закатывает глаза, игнорируя, как у него ёкает сердце от слова свидание. Он оборачивается и видит, как Юнги тяжело дышит, плетясь позади.   — Это едва ли прогулка.   — Ни капли! И обувь у меня не подходящая, — жалуется Юнги.   И он прав. На Юнги сандалии - пальцы наружу, ноги почти босые. Могут ли пальцы ног быть милыми? Потому что... Нет. Он не должен думать об этом. — Осталось совсем чуть-чуть, — обещает Сокджин. — Все это едва ли можно назвать дикой природой.   — Если на меня нападет медведь, я буду преследовать тебя как призрак.   — В Сеуле нет медведей, — Сокджин снова поворачивается и продолжает подниматься вверх по склону. Это пологий подъем с четкой тропой, но Юнги умеет быть драматичным, когда хочет.   — Тогда тигр!   — Конечно, — Сокджин прикусывает губу, чтобы скрыть улыбку. — Тигр.   — Это как тогда, когда Намджун заставил меня пойти в поход, — бурчит Юнги.   — А ведь тебе понравилось.   — Не вздумай рассказывать об этом Намджуну.   Сокджин смеется и приподнимает холодильник повыше на плече.   — Давай, кажется, я вижу вершину.   Менее чем через минуту они поднимаются на холм и замирают на краю. Здесь оказалось даже лучше, чем Сокджин ожидал: широкое открытое пространство, покрытое травой и окруженное деревьями, из которых они только что вышли. А над ними - бескрайнее звездное небо.   — Вау, — выдыхает Юнги. — Иногда я, кажется, забываю, что звезды такие...   — Да, — соглашается Сокджин. Он понимает. — Живя в городе, об этом не часто думаешь.   — Очень красиво, хён.   С улыбкой Сокджин ставит переносной холодильник на землю. Ему приятно, что Юнги так радуется этому месту, несмотря на то, что им пришлось подняться на холм. Даже когда он жаловался, Сокджин знал, что он делает это просто чтобы подразнить. Это было мило, и Сокджин точно не собирается ему об этом говорить. Сокджин вытаскивает свёрнутый плед из бокового кармана и начинает его расправлять.   — Давай, помоги мне разложить его. Они расправляют плед и садятся, запрокидывая головы, чтобы посмотреть на небо. Или, точнее, смотрит Юнги, а Сокджин - на Юнги. Он такой красивый в свитере Сокджина, купающийся в лунном свете. Красивее всех звёзд, что сияют над ними. Вау, Сокджин мог бы написать оды или что-то вроде того. Вместо этого Сокджин тянет сумку к себе. — Я принес кое-что. Юнги поворачивается к нему, приподнимая брови. — Кое-что? — он смотрит, как Сокджин начинает расстёгивать молнию. — Ах, хён, уже пора начинать с органами? Я хотел немного насладиться звездами. Сокджин смеётся, видя, как Юнги дует губы. — Извини, я и так потратил много времени, чтобы вытянуть тебя сюда. У меня дедлайн, — говорит он, открывая холодильник.  Юнги фыркает, а Сокджин начинает распаковывать содержимое. Он хотел взять вино, но, учитывая, что им нужно будет возвращаться в город после этого, подумал, что это не лучшая идея. Поэтому он привёз бутылки чая и сидра. И, конечно, мандарины. Когда Сокджин достает пакет, глаза Юнги загораются. — Ага, понял, — говорит Юнги с улыбкой. — Заманиваешь меня мандаринами, убаюкиваешь ложным чувством безопасности. А потом - на органы. Сокджин изображает шок, положив руку на грудь. — Не могу поверить, что ты так быстро раскрыл мой план! Ну всё, теперь он провален. Придется есть эти мандарины и смотреть на звезды вместе. — Это не так уж плохо звучит, — отвечает Юнги, снова являя на лицо свою маленькую, застенчивую улыбку, когда он берёт бутылку с сидром и делает глоток. К тому моменту, как Юнги опускает бутылку, Сокджин уже очистил половину мандарина и предлагает ему несколько дольок. Юнги улыбается ему, когда берет их. Когда их пальцы касаются, Сокджин снова чувствует, как внутри него появляется волна бабочек, и быстро запихивает дольку мандарина в рот. — Не знал, что ты увлекаешься звездами, хён, — говорит Юнги через несколько минут, они откинулись назад, устремляя глаза в небо. — О, да. Я энтузиаст. Юнги поворачивает голову, чтобы посмотреть на него. — Энтузиаст звезд? — Я же тебе говорил, ты многое обо мне не знаешь. Ухмылка появляется на губах Юнги. — Значит, ты хорошо разбираешься в астрономии? — Именно, — отвечает Сокджин. — Я знаю все созвездия. — Впечатляет, — Юнги снова делает глоток сидра и затем, тяжело откидываясь назад, ложится на спину. — Ну что ж… — он усмехается. — Впечатли меня. Сокджин торопится лечь рядом с ним, их тела так близко, плечи об плечи, руки почти соприкасаются. Он чувствует тепло кожи Юнги между ними, они так близко, что достаточно было бы просто согнуть пальцы, и они могли бы держаться за руки. Сосредоточься, говорит себе Сокджин. Ему нужно впечатлить Юнги своими знаниями о звездах. Только вот… Сокджин ничего не знает о звездах. Он почти уверен, что выучил несколько созвездий в начальной школе, но теперь всё это вытеснили гораздо более важные знания. Как и любимые подарки всех жителей Stardew Valley, тексты песен Wonder Girls и впечатляющий список плохих шуток. Это очень важные вещи. Сокджин должен был знать о звездах. Но он ничего не знает. Его экспресс-курс от Намджуна был бесполезен, в основном потому, что Сокджин не слушал. А картинки, которые Намджун присылал ему, выглядели как точки и линии, как на тех рисунках, где нужно соединять точки. Так что… Он просто будет… импровизировать. Да. — Ладно, — Сокджин смотрит в небо, щурясь, пытаясь разглядеть узоры на звездах. Узоры есть, он их видит, может в голове смутно представить линии, которые соединяют некоторые из них. Так что он пробует. — Видишь ту? — Он показывает, проводя пальцем по линии звезд. — Это большой тапок. — Большой тапок, — повторяет Юнги, без эмоций. — Да, именно. Он ведь похож на тапок, — Сокджин уверен, что Намджун говорил «тапок», и правда, это как тапок. — Там ещё и маленький тапок, вон там, — он неопределенно указывает в сторону. — В общем, это созвездие названо в честь хрустальной туфельки из «Золушки». Маленький известный факт. — Вау. Впечатляюще, — на самом деле он звучит не впечатлённо. — Что ещё? — А вот и мошонка! — заявляет Сокджин. — Ким Сокджин! — Это название, — фыркает Сокджин. Или… он думает, что это то, что сказал Намджун. Нет времени на сомнения. — Сокджин-хён, нет такого созвездия, как мошонка. — Точно есть, — настаивает Сокджин. — Там две яркие звезды на концах, так что это прям… да. — Боже мой, — шепчет Юнги, а затем начинает хихикать и… И это приятно. Юнги шевелится, смеясь, его пальцы случайно касаются руки Сокджина, вызывая волну мурашек по руке. Ладно. Сосредоточься.   — Ещё есть, эм... — он лихорадочно пытается вспомнить хоть что-то. — Есть созвездия для всех знаков зодиака. Например, Лев. Грива, ну, вон там, видишь? — он снова неопределённо машет рукой, указывая куда-то в небо. — Вау, очень круто, хён. Сокджин отлично понимает, что Юнги ему не верит, но он также слышит улыбку в его голосе. — Созвездия для всех знаков есть, это реально круто, — Сокджин пытается выиграть время, чтобы вспомнить что-нибудь ещё, и вдруг - пояс! Он начинает искать три звезды в ряд. — Ладно, там ещё есть один парень - Брайан. — Брайан? — Да, думаю, так его назвали американцы, не перебивай, — Юнги хихикает, но Сокджин продолжает. — Брайан. Он такой стильный парень, понимаешь? Потому что у него есть пояс. Это вот те три звезды в ряд! — Вау, стильный парень. Это пояс Гуччи? — Наверняка, он точно любит похвастаться. — Должно быть так, — соглашается Юнги. На мгновение повисает пауза, а потом… — Знаешь, кажется, я слышал о парне по имени Брайан. Там вроде была какая-то история. Его назвали в честь богатого парня, который был огромным придурком. И люди такие: ох, Брайан. Думаю, так он и получил своё имя.  Сокджин делает паузу, моргает. Юнги... Ладно. Юнги знает, что Сокджин просто несет чепуху, но... Юнги, похоже, все равно. Когда он поворачивает голову, то видит, что Юнги уже смотрит на него, широко улыбаясь и сверкая глазами. Ему весело. Юнги веселится, подыгрывает ему и... Вау. Сокджин влюблен в него. — Думаю, ты прав, — наконец говорит Сокджин. — Я слышал, что он нужен ему, потому что его штаны больше не налазят.  — О? — Да, — Сокджин улыбается. — Он стал слишком велик для них.  Юнги застонал и зашелся в хриплом хихиканье, перекатившись на бок. Он зарывается лицом в плечо Сокджина, и - это тоже приятно. Очень приятно. Сокджин смеется вместе с ним, задорно улыбаясь небу. Так они и лежат, указывая друг другу на созвездия и придумывая все более глупые названия и нелепые истории. Сокджин не может перестать улыбаться, а Юнги хихикает рядом с ним. Они придумывают свои собственные созвездия, обмениваясь все более странными легендами, пока у обоих не перехватывает дыхание от едва сдерживаемого смеха. В какой-то момент их пальцы соприкасаются, и Сокджин не уверен, кто из них двоих двинулся первым, но их руки скользят друг к другу, ладони прижимаются, пальцы переплетаются. И Сокджину это нравится - тепло руки Юнги, мягкое движение его большого пальца по суставам, пока они разговаривают. В конце концов, ни один из них больше не может сдерживаться, и они оба заливаются смехом, все ближе прижимаясь друг к другу на пледе. Когда Сокджин, наконец, немного приходит в себя, он открывает глаза и замечает, что Юнги совсем рядом. Между ними только дыхание. Смех Юнги тоже стихает, его глаза пристально смотрят на Сокджина. — Ты собираешься забрать мои органы, хён? — шепчет Юнги. — Может быть, — тихо отвечает Сокджин. — Сейчас, наверное, самое подходящее время. Мягкая, нежная улыбка.   — Я отлично провел время. — Я тоже. Надо будет повторить. — Ты приглашаешь меня на ещё одно свидание? — улыбка Юнги становится игривой. — Ты бы согласился? — спрашивает Сокджин. Юнги тихо смеётся, и Сокджин ощущает призрачное тепло его дыхания на своих губах.   — Мы не будем повторять это снова. — Я бы хотел пригласить тебя на ещё одно свидание. — Мне бы понравилось, если бы ты это сделал. Сокджин облизывает губы.   — Еще я бы хотел поцеловать тебя. — А я бы точно не отказался. Расстояние между ними сокращается, пока, наконец, их губы не касаются друг друга. Губы Юнги тёплые и мягкие, с легким вкусом мандаринов, который ощущается в уголках его рта. Когда они отстраняются, Сокджин чувствует себя окрылённым. — Я хотел сделать это уже давно, — шепчет Юнги. — Я тоже, — признаётся Сокджин. — Может, нам стоит повторить ещё раз, раз мы так долго этого хотели. Улыбка Юнги становится шире, и он кивает.   — Ты такой умный, хён. И не только в звёздах разбираешься. — Я полон сюрпризов, — соглашается Сокджин, снова наклоняясь к нему. Их губы вновь встречаются, улыбки сливаются. Это сладко и замечательно, всё, о чём Сокджин мечтал так долго. Он чувствует, будто весь наполнен звёздами.   По крайней мере, до тех пор, пока Юнги слегка не отстраняется, их губы едва касаются, и он шепчет:   — Моё любимое созвездие - это мошонка. Сокджин стонет и перекатывает их на пледе, запутываясь вместе с Юнги, пока не оказывается сверху. Юнги на мгновение ошеломленно смотрит на него, но затем снова улыбается, глаза сияют звёздами. Они двигаются синхронно: Юнги тянет руки, обнимая шею Сокджина, а Сокджин наклоняется к нему, соединяя их губы в ещё одном поцелуе. И, возможно, Чимин с Тэхёном были правы: звёздное небо действительно романтично.