Падение

      Холодный вечерний воздух кусал оголённые щиколотки и открытую шею. Температура на улице с каждым днём понижалась. Осеннее солнце грело уже не так сильно, а ветер усиливался и пробирал до самых костей. Настала пора накидывать на плечи лёгкую куртку и надевать длинные носки, чтобы не морозить ноги.       Тэхён зашёл в дом и вздрогнул от контраста температур. На улице зябко, ветрено, накрапывал дождь, а дома тепло, сухо и пахло вкусным ужином.       Омега кинул рюкзак у входа, стянул кеды и прошёл глубже в дом. Он услышал возню на кухне и грохот посуды и первым делом заглянул туда, видя Сокджина и Чимина.       — Привет.       — Что-то ты сегодня долго, — Сокджин обернулся и нежно улыбнулся омеге.       — После уроков был волейбол, а потом вечерний факультатив.       — Замёрз? — Сокджин потянулся к Тэхёну и коснулся его ладоней, следом вскрикивая: — Ледяные! Давай быстро переодевайся в тёплую пижаму и бегом пить горячий чай. Ты же заболеешь. Нужно уже нормально одеваться, а не в одной школьной форме ходить.       — Па, не грузи его, — Чимин пихнул родителя бедром, посмеиваясь. — Знаешь, молодёжь считает, что куртки — это отстой.       — Джин, а знаешь, в чём сегодня в универ поехал Чимин? — Тэхён рассмеялся и ущипнул брата за бока, зная, что тому становится до ужаса щекотно, когда так делают.       — Предатель! — сквозь визги и смех сказал Чимин, отбиваясь от рук младшего.       — Скоро будем ужинать, так что давай, переодевайся. И мужчин наших позови, они в зале засели, — Сокджин открыл духовку и достал запечённую тушку курицы. Аромат мгновенно разнёсся по кухне, дразня рецепторы.       — Балдё-ож, — протянул Чимин, вдыхая пряный запах специй. — Я сейчас слюной подавлюсь.       — Прежде накрой на стол, чтобы хотя бы мы могли поесть, — хихикнул Тэхён и пошёл на второй этаж в свою комнату.       Пока ходил туда-сюда, успел согреться и решил, что тёплая пижама ему точно ни к чему.       Он открыл шкаф, засунул руку в гору одежды и вытянул пару вещей: чёрные шорты и застиранную футболку, которая появилась в этом шкафу волшебным образом, он точно не покупал такую. Может быть, это старая футболка отца или Сокджина, может быть, её забыл Хосок, когда оставался с ночёвкой, а потом так и не забрал.       Не спеша спускаясь по лестнице, Тэхён услышал отрывки из разговора альф. Он не собирался подслушивать, а если бы и подслушивал, то не нашёл бы для себя ничего занимательного. Говорили про бизнес, рабочие дела, сделки, договоры и ещё целую кучу всего, что омегу не интересовало.       Кажется, что и самих альф с каждой минутой разговор увлекал всё меньше, потому что, когда Тэхён зашёл в зал и поздоровался, они тут же забыли, о чём говорили, и предпочли не возвращаться к ранее обсуждаемым темам.       — Привет, сынок, — Намджун улыбнулся и подставил щёку для поцелуя. — Как дела?       — Отлично, — Тэхён не обидел родителя и со всей любовью чмокнул его в щёку.       Следом поцеловал дедушку, чувствуя лёгкий шлейф алкоголя. Сразу стало понятно, почему Минсок сидел и хохотал во весь голос. Взглянув на Чонгука, Тэхён испытал секундную неловкость. Он не знал, должен ли поцеловать и его в щёку.       Казалось бы, если он целует отца и деда, то стоит поцеловать и дядю, но если он наклонится и прижмётся губами к щеке Чонгука, это будет выглядеть так же странно, как если он этого не сделает.       Они практически незнакомы, никогда не были близки, не общались столько лет, даже не перекидывались парой слов. Чонгук абсолютно чужой ему человек, считать его своим родственником и тем более семьёй получалось с большой натяжкой.       Тэхён неслышно вздохнул и постарался себя приободрить. Всего лишь формальный чмок, в некоторых странах так и вовсе принято приветствовать всех людей.       Омега наклонился и практически невесомо коснулся губами щеки Чонгука.       Для внимания наблюдателей промедление Тэхёна было всего лишь секундной заминкой, но за одну лишь секунду омега испытал все возможные чувства на свете.       Его сухие обкусанные губы на мгновение прикоснулись к гладкой щеке мужчины. Кончиком носа он почувствовал колючие короткие волоски на виске. Отстраняясь, он глубоко вдохнул и ощутил, как на языке оседает соль.       Сердце трепетало от волнения. Необъяснимое возбуждение нашло на него. Это было не сексуальное желание, не симпатия к альфе, от которой бабочки порхают в животе, не любопытство и интерес, иногда внезапно охватывающие сознание.       Это было что-то другое, отчего дрожали коленки и сводило мышцы, но он не знал, как называется это чувство.       Тэхён присел на подлокотник кресла, в котором удобно устроился отец, и положил руку на его плечо. Острые худые коленки были направлены точно на Чонгука.       — Как волейбол? — спросил Намджун, задирая голову и смотря на сына.       — Моя команда победила.       — Поздравляю!       — Ты играешь в волейбол? — спросил Чонгук, подпирая голову рукой.       — Да, состою в волейбольном клубе в школе. Мы тренируемся пару раз в неделю.       — Сейчас такие хорошие школы, Чонгук. У них есть вообще всё. Тэхён, когда поступил в старшую школу, принёс огромную стопку буклетов с разными клубами и секциями. Там и футбол, и баскетбол, и волейбол, и плавание, чего только нет. А это только спортивные секции. А сколько научных кружков. А творческих! Не понимаю, где они там все помещаются, — дед рассмеялся, увлечённо рассказывая про внеклассные занятия. — Мы весь вечер сидели читали про эти курсы, да так и не осилили все. В наше время не было такого разнообразия.       — Это точно. Помню, что когда я учился, на выбор была только секция футбола и баскетбола. И мы занимались на стареньких городских стадионах, потому что у школы не было своего, а теперь у каждой школы свои спортбазы, — Намджун закивал, поддерживая отца.       — Не знаю, когда я учился в школе, то у нас уже всё было, — Чонгук пожал плечами.       — Кстати, у нас открыли теннисный корт, — сказал Тэхён.       — Хочешь заниматься теннисом? — спросил отец.       — Можно попробовать.       — Ты только особо не стони там, когда ракеткой будешь махать, а то потом устанем женихов выпроваживать, — дед рассмеялся, но Намджун поспешил его осадить:       — Отец, ты думай, что говоришь.       — Боже мой, Намджун, он взрослый мальчик! Ты знаешь, чем парни в его возрасте уже занимаются?       — Пускай чем хотят занимаются, но мы это обсуждать не будем.       Тэхён опустил голову и слегка улыбнулся. Когда в разговорах заходили чуть более откровенные темы или появлялись намеки на них, всё так и происходило. Дед никогда особо не скрывал, что относится к подобному с легкостью, мог без стеснения говорить обо всём, хотя иногда стоило засмущаться и помолчать, а отец, наоборот, с годами сильнее закрывался и более остро реагировал на всё, что относилось к сексу. Особенно, если секс мог как-то коснуться его любимого сына.       — Я так понимаю, в этом доме лишний раз лучше не стонать? — Чонгук рассмеялся вместе с отцом и скользнул взглядом по омеге, стараясь уловить его реакцию. — Секса тут тоже нет?       Тэхён беззвучно рассмеялся, надеясь, что отец не заметил, и покачал головой.       Намджун тем временем стал чернее тучи.       — Давайте не при Тэхёне.       — Ты думаешь, что твой Тэхён не знает слово секс? Тэхён, знаешь, что такое секс? — Чонгук довольно ухмыльнулся, пытаясь поймать взгляд омеги.       — Чонгук, я тебя очень прошу, — Намджун серьёзно посмотрел на брата, сжимая губы в тонкую линию. Недоволен, ему очень сильно не нравится, что происходит.       — Хён, когда ты стал таким ханжой?       — Я не ханжа, просто у тебя чересчур распущенные взгляды. Ты можешь жить как хочешь, но не развращай моих детей.       — Я развращаю твоих детей? — Чонгук указал пальцем себе на грудь и широко раскрыл глаза, пребывая чуть ли не в шоке. — Хён, ты ничего не попутал? Да твоих детишек развращать не надо, они сами, даже таких извращенцев, как я, способны развратить.       Тэхён качнул ногой, пиная носком Чонгука и намекая, что тому пора притормозить, иначе ещё немного — и беды не миновать.       — Давайте не будем ссориться и сойдёмся на том, что я знаю, что такое секс. Отец, это проходят в восьмом классе на уроках биологии, — Тэхён успокаивающе погладил Намджуна по плечу и добродушно улыбнулся ему. — А вообще мы давно уже должны сидеть за столом. Джин и Чимин приготовили обалденный ужин. Так что всё, встаем и идём на кухню.       За столом к разговорам про секс не возвращались.       Чонгук вновь сидел рядом с Тэхёном. На некоторое время альфа притих, он молча ел мясо и старался не обращать внимания на то, что то место, к которому Тэхён прикоснулся своей ногой, буквально горело огнём. Мимолётное касание, словно клеймо, оставило после себя глубокий след на теле.       Мужчина откинулся на спинку стула, осматриваясь.       Чимин рассказывал увлекательные истории из университета, и все его слушали с открытыми ртами. Минсок то и дело подливал себе в стопку алкоголь и громче всех смеялся. Намджун педантично орудовал ножом, разрезая курицу на мелкие кусочки, и каждый раз касался губ салфеткой. Сокджин улыбался и накладывал всем в тарелки добавки.       А Тэхён тихо посмеивался, слушая истории, и с аппетитом ел вкусный ужин.       Чонгук не то чтобы специально, скорее случайно задел своим коленом колено Тэхёна, когда потянулся за бутылкой вина, стоящей на столе. Омега повернул голову к альфе и ничего не сказал, просто наблюдая за тем, что делает мужчина. Альфа налил в бокал вино и вернул бутылку на место, вновь касаясь коленом омеги.       — Кстати, — чуть ли не шёпотом сказал Чонгук, чтобы не мешать Чимину, который истерично верещал о том, что его преподаватель по философии тот ещё мудак. — Классная футболка.       — Футболка? — переспросил Тэхён и посмотрел на майку, в которой сидел. — Что в ней классного?       — Эту майку мне подарил отец, когда мы летали в Канаду смотреть хоккей.       Омега что-то неразборчиво промычал и закусил губу, замявшись.       — Не знал, что это твоя футболка.       — Теперь знаешь, — Чонгук приподнял уголки губ и подмигнул омеге. — Я носил её, не снимая. Как увидел её на тебе, так сразу в голове множество воспоминаний ожило. Везде в ней был. На физкультуру в школу ходил, на вечеринки, гулять.       — О чём болтаете? — в их разговор вдруг вклинился Намджун.       — Дядя сказал, что это его футболка, — Тэхён подхватил кончиками пальцев ворот и слегка оттянул его. — А я всё гадал, откуда она у меня в шкафу. Думал, твоя или Джина.       — Точно не моя, я не увлекаюсь хоккеем, — покачал головой Сокджин.       На футболке было написано «Монреаль канадиенс».       — Дядя? Почему ты его так называешь? — Намджун хмуро посмотрел на брата. — Обращайся к нему просто по имени, как к Джину. У вас не такая большая разница в возрасте.       — На самом деле, это просто шутка. Я еле заставил перестать его выкать, так он стал меня подкалывать и называть дядей. Чувствую себя стариком, — Чонгук покачал головой и положил ладонь на спинку стула омеги, поворачиваясь к нему.       — Да, отец, — кивнул омега, не обращая внимания на альфу. — Дядя, как оказалось, вообще очень сильно любит шутить.       Пальцы непроизвольно сжали деревянную спинку стула. Чонгук напрягся. Он бы с удовольствием вставил Тэхёну в рот кляп, лишь бы не слышать то, как он произносит это «дядя».       — Узнаю Чонгука, вечно у него какие-то приколы, — Минсок рассмеялся и кивнул на футболку, которая была надета на внуке. — Кстати, о той поездке и игре Монреаля.       После ужина Тэхён ушёл в свою комнату делать уроки. Он просидел с домашкой до поздней ночи и лёг в постель с ноющей спиной. Взял телефон, но быстро выключил и отложил в сторону, не найдя ничего интересного.       Взгляд зацепился за облупившееся название хоккейного клуба на надетой футболке. Омега подцепил край майки и накрутил на палец, закусывая нижнюю губу.       Чонгук сказал, что эту майку носил не снимая. Он был в ней везде. Перед глазами вспышками стали появляться картинки.       Альфа, ещё совсем юный и зелёный, в майке любимой хоккейной команды бежит по полю, обгоняя одноклассников. Ветер треплет его волосы, путает и превращает в птичье гнездо. Ткань мокнет, прилипает к спине, пропитывается потом и природным соленым ароматом. Когда пробежка заканчивается, класс играет в спортивные игры. Футбол или баскетбол, может быть, даже волейбол. Команда Чонгука выигрывает, и парни крепко обнимаются, во весь голос радуясь победе. Какой-нибудь омега, тайно влюблённый в Чонгука, подходит и приобнимает его за талию, поздравляя.       После урока он снимает с себя футболку, комкает и кидает в сумку со спортивной формой.       Или он заправляет футболку в голубые свободные джинсы перед выходом, запрыгивает в машину друга и уезжает из дома на всю ночь развлекаться. Сидит у приятелей в квартире, пьёт пиво, проливает напиток на грудь. Ткань мокнет, пропитывается солодом, холодит разгоряченную кожу.       А может быть, когда становится старше, он надевает эту футболку и идёт в бар. Пьёт, веселится, знакомится с каким-нибудь омегой. Целует глубоко, затягивает в кабинку туалета и прижимает хрупкое тело к дверце. Чужие руки сжимают ткань майки, задирают выше и проскальзывают под неё, лаская молодое красивое тело.       Тэхён вздыхает, потянув майку за край вверх и оголяя плоский живот. Кончики пальцев пробегаются по нежной коже и проскальзывают под резинку домашних шортов. Он прикрывает глаза и продолжает фантазировать.       Чонгук берёт этого парня страстно, немного грубо, по-звериному. Кабинка туалета ходит ходуном, омега цепляется за его майку и стонет во весь голос. Ткань снова пропитывается потом, запахом алкоголя и безудержного секса.       Тэхен ёрзает на постели, из раза в раз прокручивая один образ в голове. Чонгук крепко хватается за омегу, вбивается в него, шлепки взмокших тел разносятся по уборной и тонут в грохочущей музыке.       Ким сжимает себя, не спеша двигает пальцами, но с каждой секундой ускоряясь.       Он не может представить лица омеги, но знает, что тому безумно хорошо. Парень раскрывает губы в протяжном стоне, откидывает голову назад и закатывает глаза. Кладёт ладонь на бедро мужчины и оставляет красные полосы, царапая кожу короткими ноготками.       Пальцы на ногах поджимаются. Мышцы горят, их сводит от удовольствия, которое вот-вот обрушится на него, как снежная лавина. Он тянет футболку выше и прикусывает зубами край, желая заглушить собственные вздохи.       Его ломает. Бёдра дрожат, голова беспорядочно мечется по подушке, грудь подрывается вверх. Тэхён неестественно изгибается, замирая на пару секунд, а после обмякает и валится на одеяло, облегчённо выдыхая.       В трусах влажно и тепло, он делает ещё несколько движений, ловя остатки наслаждения, и раскрывает веки. Свет неприятно бьет по глазам, и омега жмурится. Он растерянно моргает, приходя в себя, и вдруг осознаёт, что произошло.       Выдёргивает руку из белья, тянется к столу, открывает ящик и достает салфетки. Он протирает себя и стонет от отчаяния и стыда. Он только что мастурбировал, думая о своем дяде. На краю футболки красуется влажный темный след от его слюны.       Тэхён зарывается лицом в подушку, сверху на голову накидывает одеяло и стонет в полную силу. Какой ужас! Что он творит?!       Он только что подрочил на влажные фантазии о своем дяде, безумно ярко кончил и понял, что ему до одури понравилось трогать себя, думая о Чонгуке.

***

      Этим утром Тэхён не сидел, уткнувшись в телефон.       Он смотрел в окно на проезжающие мимо машины, на проходящих людей, на дома и здания, на деревья и слушал, о чём Чонгук говорит с Чимином. Они снова первым делом завезут омегу в университет, а потом поедут к школе Тэхёна. Ему снова придётся остаться наедине с Чонгуком на несколько минут.       — Значит, сразу после ты в офис. И как тебе в кресле начальника? — Чимин нажал на кнопку, переключая песню, послушал несколько секунд и опять переключил на следующую, ища что-нибудь подходящее под настроение.       — Знаешь, на самом деле странно. Я не работал в офисе. Когда учился в США, то подрабатывал на заправке, автомойке и даже в кафе, но чтобы сидеть в кресле и перебирать бумажки — никогда.       — Тебе не нравится?       — Тяжело сказать, я пока ничего не понимаю. Вроде бы всю жизнь рядом с семейным бизнесом, а как только всё это легло на мои плечи, я понял, что в общем-то никогда не имел к компании никакого серьёзного отношения. Единственное, что мне точно не нравится, это то, что приходится носить костюмы. Я вчера приехал в офис в джинсах, хён узнал об этом и закатил мне скандал. Совершенно не понимаю его. Какая разница, буду я парить свою задницу в брюках со стрелками или джинсах, главное, чтобы деньги зарабатывались.       — Официальная одежда — поддерживает деловой настрой и рабочую атмосферу, — сказал Тэхён с заднего сиденья.       Чонгук поднял глаза на зеркало заднего вида и столкнулся взглядами с омегой.       — Официальная одежда — то же самое, что форма, а форму, знаешь, где носят? В школах и лагерях. При том ни то, ни другое совсем не балдёжные варианты, — сказал Чимин. — Слава богу, я уже выпустился и в универе свободный дресс-код.       — Мне кажется, что деловой стиль — это красиво.       — Любишь взрослых дяденек в костюмах? — с усмешкой спросил Чонгук.       — Да, люблю, дядя, — как ни в чём не бывало кивнул омега.       Чимин чуть не задохнулся от смеха, утирая слезинки с глаз.       — Тэ, когда ты называешь его дядей, это очень смешно. Я о тебе что-то не знаю и у тебя есть кинки на форму? Если так, то ищи себе парней среди полицейских, военных или пожарных.       Чонгук лишь хмыкнул, притихнув.       Его совсем не радовало то, что Тэхён назвал его дядей в очередной раз, и то, что сегодня он надел классические брюки. Если за широкими джинсами можно было и не разглядеть стояк мужчины, то сквозь узковатые брюки будет тяжело не заметить, если у него встанет. А у него точно встанет, если один мелкий засранец ещё раз назовет его дядей.       — Не, военного не хочу, пожарного тоже. А вот полицейский, — задумчиво протянул Тэхён и рассмеялся. — Слушай, а ещё можно спортсмена!       — Да ну! Их форма не секси, обычно она вся пропахшая потом, — отмахнулся Чимин и довольно хлопнул в ладоши, наконец-то найдя подходящую песню в плейлисте.       Вскоре автомобиль затормозил недалеко от университета, в котором учился Чимин. Омега попрощался, вышел из машины, но не успел Чонгук тронуться, как парень влетел обратно в салон словно ужаленный.       — Смотри! Вот он, — Чимин отклонился немного назад, поближе к Тэхёну и указал пальцем вперёд.       Чонгук нахмурился, пытаясь понять, на кого показывает Чимин, но разобрать так и не смог.       — Юнги? — спросил Тэхён, вглядываясь в студентов.       — Да!       — Я не вижу.       — Ну вот же, — Чимин затряс пальцем в нужном направлении. — Сидит на скамейке и курит электронку.       — Да ты шутишь! — воскликнул Тэхён, схватился за спинку водительского сидения и чуть ли не перелез на переднее, когда попытался придвинуться поближе к лобовому стеклу, чтобы лучше разглядеть. — Это он?!       — Да!       — О ком речь? — решился задать вопрос Чонгук.       — О Юнги, — сказал Чимин.       — Это я понял, а кто такой Юнги?       — Любовник дедушки, — Тэхён неверяще покачал головой. — Это пипец.       — Вы гоните? — Чонгук нахмурился и сам придвинулся ближе к лобовому, чтобы разглядеть сидящего на скамейке парня. — А ему-то восемнадцать есть? Или тоже как тебе, только через несколько месяцев? — спросил альфа у Тэхёна, посмотрев на него.       — Ему двадцать. Или скоро двадцать. Я так и не понял, — ответил Чимин.       — Отец даёт, — Чонгук от потрясения вытянул губы трубочкой и засвистел. — Моё уважение, он, конечно, крутой, если в свои семьдесят ещё может кувыркаться с молодыми омегами, но мне как-то не хочется еще одного братика.       — Думаю, что отчим тоже был бы не в восторге от такой перспективы, но он ничего не знает. И ты, Чонгук, ничего ему не скажешь, понятно?       Чимин серьёзно посмотрел на альфу, по его лицу было понятно, что он не шутит.       — То есть как хён ничего не знает? Почему?       — Отцу нельзя сейчас переживать, — сказал Тэхён. — А он точно будет волноваться, если узнает.       — А вы вообще уверены, что это его любовник?       — Они целовались взасос, — Чимин сморщился, вспоминая увиденное.       — Весело у вас тут, — заключил Чонгук, качая головой.       — Всё, хён, проваливай, а то я опоздаю в школу, — Тэхён пихнул брата и указал на выход.       — Ой, какой прилежный мальчик, — Чимин цокнул и схватил брата за нос, дёргая. — Хоть раз бы в школу опоздал или уроки прогулял бы. Ладно. Пока. Не буду портить твою посещаемость, мелкий.       Когда Чимин вышел, то Чонгук не удержался и развернулся к Тэхёну, смотря на омегу.       — Прилежный мальчик? — повторил мужчина слова Чимина.       — Да, дядя, — кивнул Тэхён и постучал указательным пальцем по часам на запястье альфы. — Поехали. Я правда не хочу опоздать.