Ласка от лиски

      Проснувшись от пронзающего ощущения, что за тобой наблюдают, Синчэнь, не раздумывая, призвал меч и резко выставил его перед собой, прижав лезвие к шее Сюэ Яна.       Хмыкнув, ворон склонил голову набок:       — И тебе доброе утро, даочжан, — сказал тот. Омега, смутившись под пристальным взором, легким движением отвел меч в сторону.       — Приношу свои извинения, я…       — Даочжан, — демон скривился, словно от зубной боли. — Кончай нудеть с утра пораньше. Я, собственно, хотел… — Синчэнь заметил, что Ян принял человеческий облик. — Как чувствует себя паразит?       Синчэнь моргнул и посмотрел на Сюэ Яна, беспокойно стучащего пальцем по плечу, а затем — на живот.       — Ты только что назвал ребенка паразитом? — омега не знал, смеяться ему или плакать.       Сюэ Ян усмехнулся, скрестив руки на груди, и бросил на Синчэня насмешливый взгляд.       — Ну, а как еще его назвать? Он же сидит у тебя внутри, ест твою энергию и растет, как какой-то гриб. Паразит и есть.       Синчэнь вздохнул, опустив меч полностью, и провел рукой по лицу.       — Малыш не паразит, — тихо, но твердо вымолвил омега. — Это наш ребенок.       Сюэ Ян замер на мгновение, и насмешливое выражение лица сменилось на что-то более сложное.       — Ну ладно, ладно, — наконец пробурчал тёмный заклинатель, отводя взгляд. — Ребенок так ребенок. Но ты сам посмотри, как ты выглядишь. Бледный, как призрак, и еле на ногах стоишь!       Синчэнь почувствовал, как жар разливается по щекам, и поспешно опустил взгляд, стараясь скрыть смущение.       — Сваливать всё на ребенка — низко, А-Ян, — пробурчал омега и застыдился. Ведь не собирался говорить что-то столь непристойное, это всё этот бесстыдник!       — О, так ты еще и винишь меня? — Ян шагнул ближе, наклоняясь так, что их лица оказались на расстоянии вытянутой руки. — Может, тогда напомнить, кто именно умолял меня не останавливаться?       Синчэнь резко отпрянул, щеки пылали, как раскаленные угли.       — Я… я ничего такого не говорил! — выпалил омега, но голос дрогнул, выдавая ложь.       Сюэ Ян рассмеялся, коротко и звонко, будто наслаждаясь смущением омеги.       — Ну конечно, даочжан, конечно. Ты просто молчал, как рыба, а я сам всё придумал, — Сюэ Ян отступил на шаг с легкой усмешкой на устах. — Ладно, хватит болтать. Ты должен есть, иначе этот… ребенок, — он с явным усилием проговорил это слово, — вытянет из тебя все соки.       Синчэнь хотел возразить, но был прерван — громкий урчащий звук раздался из живота. Он замер, чувствуя, как смущение усиливается.       — Видишь? — Сюэ Ян протянул руку, как будто собираясь схватить омегу за запястье, но остановился, будто бы передумав.       Синчэнь нахмурил брови, не понимая столь резких перемен в поведении темного заклинателя. Только вчера он вел себя как одичавший зверь, а сейчас ластится… Омега пристыдился своих мыслей, не стоило сравнивать альфу с животным.       — Вот возьми, — Сюэ Ян протянул Синчэню новый комплект одежды, черного цвета. — Извини уж, но беленьких тряпок не имею.       Синчэнь взял одежду, смущенно кивнув, и почувствовал, как пальцы слегка дрожат. Черный цвет казался чужим, непривычным, но он не стал возражать. Сюэ Ян наблюдал за ним, смотря так тяжело, точно пытаясь прочитать мысли того.       — Спасибо, — тихо проронил Синчэнь, сжимая ткань в руках.       — Не за что, — Сюэ Ян пожал плечами, но в тоне была легкая нотка удовлетворения. — Только не вздумай упасть в обморок, пока переодеваешься. Я не собираюсь тебя ловить.       Синчэнь хотел что-то ответить, но слова застряли в горле. Он быстро отвернулся, чувствуя, как жар снова поднимается к щекам. Сюэ Ян, казалось, наслаждался его смущением, но на этот раз не стал продолжать подтрунивать.       — Ты что, собираешься смотреть? — наконец не выдержал Сяо, которому стало не по себе от чужого плотоядного взора.       Сюэ Ян усмехнулся, но на этот раз насмешка была менее язвительной.       — А что, нельзя? Ты же мой омега, или я что-то пропустил? — Синчэнь не нашелся, что ответить. — Ладно, хватит, — наконец сказал альфа, поворачиваясь к двери. — Я приготовлю что-нибудь поесть, — бросил он через плечо, уже направляясь к выходу. — Не заставляй себя ждать.       Синчэнь остался наедине со своими мыслями, которые спутались в хаотичный клубок. Он вздохнул, стремясь к спокойствию, и принялся переодеваться, ощущая, как тяжесть в животе напоминает о грядущем событии. Ребенок. Их ребенок. Омега все еще не мог до конца поверить в реальность происходящего.       Когда Сяо Синчэнь вернулся, облаченный в темные одежды, Сюэ Ян уже ожидал его за столом. На столе стояла скромная, но аппетитно выглядящая еда. Синчэнь занял место, стараясь избегать взгляд альфы.       — Ешь, — коротко произнес Сюэ Ян, в его голосе не было обычной резкости. — И не надейся, что я буду кормить тебя с ложечки.       Синчэнь неспешно взял ложку, ощущая легкую дрожь в пальцах. Он зачерпнул немного еды и поднес ко рту, стараясь не спешить. Простой, но приятный вкус помог унять голод, который он до этого старался игнорировать. Сюэ Ян сидел напротив, не сводя с него взгляда, но на этот раз выражение лица альфы было менее напряженным, даже… заботливым.       — Ты всегда такой немногословный? — внезапно прервал тишину Сюэ Ян.       Синчэнь вздрогнул и поднял глаза.       — Я… просто не знаю, что сказать, — признался омега, опуская взгляд в тарелку.       — Может, у тебя есть вопросы? У меня, например, их целый океан! — Сюэ Ян подался вперед, опираясь локтями на стол и пристально наблюдая за каждым движением напротив. — Ну же, спрашивай. Или ты думаешь, что я умею читать мысли?       Синчэнь колебался, крепче сжимая палочки. Сердце забилось чаще, но на этот раз он решился заговорить.       — Ты… ты действительно хочешь этого ребенка? — вырвалось у него, и омега тут же пожалел о своей откровенности, опустив взгляд и украдкой наблюдая из-под ресниц.       Сюэ Ян замер, лицо его стало серьезным. Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.       — Как думаешь, я бы тратил время на это, если бы не хотел? — альфа тяжело вздохнул и потер переносицу. — Хотя, признаюсь, меня беспокоит, что выйдет из подобного союза. В тебе, лис, слишком много светлой ци, а я… я пропитан тьмой.       Синчэнь ощутил, как сердце сжалось от этих слов. Он знал, что Сюэ Ян прав — их энергии были противоположны, как день и ночь.       — А что, если… — начал Синчэнь, но запнулся и замолчал, не решаясь продолжить.       — Что если? — Сюэ Ян приподнял бровь, глядя еще более пристально, чем прежде. — Говори прямо.       — Ребенок… с ним все будет в порядке?       — При правильной передаче ци в сбалансированных количествах, думаю, да.       После недолгого молчания Сяо Синчэнь задал еще один вопрос:       — А ты всегда знал, что ты не человек?       Сюэ Ян на мгновение задумался, его взгляд стал рассеянным, словно он погрузился в воспоминания.       — Нет, — ответил он, звуча тише обычного. — Я не сразу осознал, что отличаюсь от других. В детстве я просто чувствовал, что что-то не так, что я не такой, как все. Но осознание пришло позже, когда моя темная ци начала проявляться сильнее. И… мне не посчастливилось оказаться в месте, кишащем заклинателями.       От озлобленного тона омега крепче сжал палочки.       — Помнишь, ты постоянно спрашивал, почему я уничтожил клан Чан? — Сюэ Ян произнес это с такой холодностью, что Синчэнь невольно вздрогнул.       — Ты говорил, что это месть за палец, — светлый заклинатель до сих пор не мог понять подобной жестокости из-за такой мелочи. Уничтожение стольких жизней казалось Синчэню бесчеловечным. Разве нельзя было просто отрезать палец или даже руку?       — Месть за палец? — Сюэ Ян усмехнулся, но в глазах не было ни капли веселья. — То, что они сотворили, было больше, чем один раздробленный тележкой палец. Этот сукин сын, видя, что перед ним плод человека и монстра, решил, что будет весело сломать птичке крылья.       Синчэнь почувствовал, как дыхание стало тяжелее. Он никогда не слышал этой части истории. Сердце сжалось от боли, которую омега уловил в голосе Сюэ Яна, несмотря на его холодный тон.       — Они… — Синчэнь начал, но слова застряли в горле. Он не мог представить, что кто-то способен на такое. — Они сломали тебе крылья?       Сюэ Ян молча кивнул, устремив взгляд в пустоту, словно заново переживая те страшные моменты. Его пальцы сжались в кулаки, а голос стал напряженным, низким, почти нечеловеческим.       — Да, — произнес тёмный заклинатель, как будто выжимая слова из себя. — Они решили, что раз я не совсем человек, то и чувствовать я не буду. Или, может, просто думали, что это будет забавно. Они приковали меня, развели огонь и… начали. Каждое перо, каждый сустав. Я кричал, но они только смеялись. А потом… потом они отрезали мне крылья. Живьем.       Глаза Синчэня наполнились слезами. Он не мог вообразить подобную жестокость. Сердце сжалось от боли, словно он сам испытал эти муки. Он хотел что-то сказать, найти слова утешения, но язык словно отнялся.       — После этого, — продолжил Сюэ Ян, голос вибрировал, продолжая звучать холодно, — я понял, что мир не для таких, как я. Мир, где люди могут так издеваться над тем, кто не похож на них, не заслуживает ничего, кроме разрушения. Я поклялся, что не позволю никому больше причинять мне боль. И если для этого нужно было стать монстром, которого они так боялись, то я стал им.       — Я… я не знал, — наконец прошептал Синчэнь. — Если бы я знал, я бы попытался понять тебя раньше.       Сюэ Ян медленно поднял свои необычайные глаза, что были полны горечи и чего-то еще, что Синчэнь не мог определить.       — Понимание ничего не изменит, — сказал альфа. — Прошлое не исчезнет, как бы ты ни старался. И я… Я уже слишком далеко ушел, чтобы вернуться.       — Но твои крылья… Я видел их! — от понимания, что крылья выросли вновь, Сяо Синчэнь выдохнул с легкой улыбкой на губах. — Ты.       — Я не могу больше летать, даочжан. Больше нет. Они выросли вновь, но… — Сюэ Ян замолчал, рука непроизвольно потянулась к спине, как будто он ощущал там тяжесть потерянного. — Они больше не такие, как раньше. Я чувствую их, но это… Это уже не крылья, которые поднимали меня в небо. Это просто часть меня, которая напоминает о боли.       — Но они выросли снова, — тихо проговорил омега, как будто это могло что-то изменить.       Сюэ Ян усмехнулся, но в улыбке не было ни капли радости.       — Ты прав, даочжан. Только что это меняет?