Сокровище корсара

Вторые сутки они плыли в неизвестном направлении. Первое время Марон держался строго на север, где, по его памяти, должен был находиться ещё один остров, более безопасный и вполне цивилизованный. Однако коварный океан, небольшой, но продолжительной бурей, внёс свои коррективы, заставив их дрейфовать на волю волн. Как только шторм утих, измученный и обессиленный Марон, опустив парус, улёгся на днище лодки и, закрыв глаза, притянул к себе спящего Нарина. Несмотря на непогоду, юноша всё это время сладко спал, изредка улыбаясь, словно его не тревожили ни поднявшийся ветер, ни холодные волны. Глядя на прекрасное, безмятежное, лицо, корсар терзался в догадках. И, пожалуй, появись пред ним сейчас морской дьявол, он бы, не задумавшись, отдал душу, только бы знать, что снится возлюбленному. Прижимая Нарина к себе, Марон, стойко терпевший ледяной бриз, обжигающий кожу, не смог сдержать стон, стоило лишь горячим губам коснуться его груди. Наглые, но умелые руки парня заскользили по его телу, словно изучая каждую деталь, и, развязав завязки брюк, задержались в области паха. Их прикосновения были трепетными, но вместе с тем настойчивыми, пробуждая в Мароне бурю эмоций, которые тот с трудом контролировал. — Нарин… притормози… — Ты словно лёд, тебя нужно согреть. — Не нужно, — раздражённо пробурчал Марон, убирая его руки, изо всех сил стараясь сдержать своё возбуждение. Нарин усмехнулся. Его губы легонько коснулись шеи корсара, затем, постепенно спускаясь к груди, задержались на ключице, пройдясь по ней языком. — Ну чего ты такой упрямый? — прошептал Нарин, играясь пальцами с набухшими от холода сосками. — Позволь мне отблагодарить тебя за своё спасение. — Ты хоть понимаешь, что в пылу страсти мы можем опрокинуть шлюпку? — прохрипел Марон, с трудом сдерживая дыхание. — Твоя шалость может стоить нам жизни. — Не опрокинем. Марончик, просто лежи смирно, а я всё сделаю сам. — Что именно ты собрался делать? — настороженно спросил корсар, слегка напрягшись. В глазах Нарина вспыхнул озорной блеск. Облизав губы, парень опустился ниже, проводя пальцами по оголённой коже Марона, и обжигая дыханием возбуждённую плоть, обхватил её руками. Сердце корсара замерло, голова пошла кругом, и он вцепился в бортик, пытаясь удержаться в реальности. Но едва лодка слегка качнулась, Марон схватил Нарина за запястье, в очередной раз попытавшись вразумить безумного мальчишку. — Я серьёзно, Нарин. Если эта шлюпка перевернётся, то ты первый же пожалеешь об этом. — Ты не дашь мне пойти ко дну, — игриво отозвался парень, не прекращая сладкую пытку. — Тебе слишком нравится моя задница. — Ты невыносим! Делай, что хочешь. Если бы Нарин знал, чего хотел, он не дрожал бы так беспомощно, задыхаясь от волнения. Парень привык верить, что для Марона он — целый мир, но вместе с этой верой пришёл и страх. Страх потерять его. Особенно теперь, когда корсар, едва отплыв от острова, предложил держать в тайне причину их союза, объяснив это тем, что их близость может вызвать ненужные домыслы и проблемы. И вроде бы парень, который боялся, что не сможет ходить, утоляя аппетиты корсара, должен был просиять от радости, но её почему-то не было. Что, если Марон передумает? Что, если перестанет его хотеть, устанет от него и исчезнет, как мираж, на первом же острове? Или, того хуже, сдаст его властям за вознаграждение? Нарин прекрасно понимал, что кроме собственного тела ему больше нечего предложить, поэтому решил действовать. Пусть у него и не было опыта в интимных ласках с мужчинами, пусть даже руки дрожали от неуверенности — он попробует. Он должен удержать Марона любой ценой. Нужно признать, получалось у парня не очень. Он то был слишком нежен, то слишком груб, а когда наконец решился взять член Марона в рот, настроение и вовсе пропало. Корсар только недовольно хмурился и раздражённо вздыхал, словно вот-вот собирался оттолкнуть его и прекратить всё это. Уже почти отчаявшись, Нарин решил сменить тактику и, сосредоточившись на головке, слегка обхватив её губами, мягко коснулся языком. Реакция Марона не заставила себя ждать. Его тело напряглось, дыхание стало прерывисто-тяжёлым, и Нарин, почувствовав, как корсар едва сдерживает стон, испытал истинное блаженство. Власть над партнёром, ощущение, что он отдаётся тебе полностью, что ему хорошо и он счастлив. Видеть, как Марон утопает в волнах наслаждения, зная, что ты причина этого восторга — что могло быть лучше этого? Правда, финал пришёлся парню не по вкусу. Незаметно сплюнув его семя в воду, он вытер рот и, улыбнувшись, собирался задать вопрос, на который и так знал ответ. Но взгляд зацепился за корабль, что мчался к ним на всех парусах. — Марончик, смотри! Это же «Проклятье Аида»! Мы спасены! Корсар неохотно приподнялся и, бросив короткий взгляд на судно, сухо ответил: — Да. Помнишь, о чём мы говорили? Ты спас мне жизнь, поэтому я поклялся вернуть долг и отвезти тебя на остров Короля Змей. — Но, Марончик… — Так будет лучше для всех, капитан. И больше не называй меня так. Имя корсара комом застряло в горле, а грудь сдавило невыносимо горьким чувством. Не став дальше спорить, Нарин кивнул, пытаясь казаться спокойным, но сердце будто провалилось куда-то вниз. Тень от «Проклятья Аида» накрыла лодку, и парень натянуто улыбнулся. Он старался сосредоточиться на радостных криках своей команды, но в мыслях, словно заезженная пластинка, крутился лишь один вопрос: «Что изменилось?» И только на палубе, крепко обнимая друзей, парень смог забыться и расслабиться. Луи сдержанно похлопал его по спине, пробурчав что-то невнятное себе под нос. Арк ухмыльнулся, потрепав его остриженные волосы. Отри смахнул невидимую слезу, а Хотон, сжимая его так, что кости «захрустели», отпустил пару шуточек, заставив Малыша рассмеяться. Атмосфера на борту постепенно становилась более живой и радостной. И только нахмурившийся Марон, прожигающий Нарина взглядом, своим мрачным видом портил всем веселье. — Луи, Арк, Отри, Хотон, Малыш… — широко улыбаясь, обратился к ним Нарин. — Прошу любить и жаловать: мой новый старпом, Марончик. — …Марон, — недовольно поправил его корсар. — Да… Прости… Марон любезно согласился помочь мне попасть на остров Короля Змей. — С чего вдруг?! — настороженно спросил Луи. — У меня не было выбора, — прорычал Марон. Луи был слишком близко к его мальчику, слишком нежно и заботливо прижимал его к себе. И хотя корсар прекрасно понимал, что между этими двумя нет и не может быть любовной связи, ревность всё равно сдавливала сердце ледяным кольцом. Оттащив капитана в сторону, Луи, не сводя глаз с корсара, тяжело вздохнул и процедил сквозь зубы: — Ты, когда падал в воду, об борт корабля головой приложился? — Всё хорошо, Луи, — положив руку ему на плечо, попытался успокоить его Нарин. — Я спас ему жизнь. Он дал мне слово. К тому же Марон нам нужен — никто не знает корабль лучше него. — А что, если он обманул тебя? Что, если при первой же возможности он вернёт себе корабль и сдаст нас в ближайшем порту? — Тогда я убью его, — без капли сомнения ответил Нарин. *** Утро началось с жуткого похмелья. Нарин смутно помнил, как вернулся в каюту. Делая вид, что празднует, он старался заполнить спиртным образовавшуюся в сердце дыру, но сделал только хуже. Весь вчерашний день Марон не обращал на него внимания. Сосредоточившись на работе, корсар проверял состояние корабля, знакомил между собой экипаж и распределял обязанности для своей прошлой команды. Улыбался всем, кроме него, и в душу парня закрались сомнения: «Что если Луи прав, и потеряв ко мне интерес, Марон нарушит своё слово?» Дверь каюты со скрипом приоткрылась, и с тарелкой в руках вошёл Отри. Лицо его озаряла лёгкая, немного грустная улыбка. Его взгляд скользнул по комнате и остановился на лежащем на кровати капитане, который был настолько бледен, что даже загар не помогал. — Как ты? — Вроде бы живой, — морщась от головной боли, едва слышно пробормотал Нарин. — Как я оказался в каюте? Мы же вроде бы на палубе пили… — Ты не помнишь? Нарин отрицательно покачал головой с трудом подавив приступ тошноты от запаха принесённой еды. Поставив тарелку на стол, Отри опустился на край кровати и, сложив руки на коленях, тяжело вздохнул. — Ты вчера изрядно перепил и стал приставать к старпому. Сыпал пошлости, пытался обнять его… крутил перед ним задом. Нарин зажмурился и тихо выругался. — А он? — О, он был вне себя от ярости. Вырубил тебя одним ударом, уложил в кровать и запер дверь на ключ. А утром, отдавая мне ключи, прежде чем выпускать тебя, велел убедиться, что с твоим рассудком всё в порядке. — Да кем он себя возомнил! — вспылил Нарин, но тут же пожалел об этом. Отри задумчиво хмыкнул. Налив в кружку воды, он достал из кармана маленький мешочек и высыпав пару щепоток желтоватого порошка с резким и неприятным запахом в воду, протянул её Нарину. — Выпей, станет легче. Окинув мужчину сомнительным взглядом, Нарин дрожащими руками поднёс кружку к лицу и, залпом осушив содержимое, отдышавшись задал волнующий его вопрос: — Как отреагировала команда? — Они практически все были в стельку, но даже если вспомнят, то посчитают, что ты ребячился. Так что не переживай, кроме меня и Лира никто не догадается о ваших отношениях. — Нет никаких отношений, Отри, — мрачно выдохнул Нарин, отворачиваясь. — Мне просто нравится его дразнить. Но, наверное, я зашёл слишком далеко. Придётся извиниться. Отри тяжело вздохнул и, похлопав Нарина по плечу, поднялся. — Как скажешь, капитан, — проговорил он с едва заметной грустью в голосе. Но перед тем как уйти, добавил: — Вот тебе мой совет, малец. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на сомнения. Если он тебе действительно нравится, стоит открыть своё сердце. «Нравится» — это слово застряло в голове парня, то превращаясь в вопрос, то в ответ. Возможно, Марон и правда нравился ему, но было ли это чувство взаимным? Ведь он даже поднял на него руку, пытаясь скрыть их отношения. Что, если всё, что было на острове, — лишь игра? Коварная месть корсара за утраченный корабль? Желая развеять сомнения, Нарин осторожно поднялся с кровати и поплёлся на палубу… — Всё ли в порядке с кораблём? — голос Марона звучал громко и резко, словно удар плётки. — Какой ремонт уже сделали и что ещё требуется? Хоутон посмотрел на Луи, что недовольно кивнул и отвернулся. — Рулевое пока держится, сэр, но нуждается в серьёзном ремонте. Мачты целы, правда верхний такелаж пришлось заново закрепить. Трюм проверили, воды немного набралось, однако помпы справляются. — Что с пушками? Заряды сухие? — Сухие, сэр. Хоть сейчас к бою, — весело отозвался Дани и тут же получил от Броктона подзатыльник. — Вот и славно, — буркнул Марон. После вчерашнего инцидента настроение у него было прескверное. — Днище проверьте как следует. Мне не нужны сюрпризы. Ставим курс на остров Тионор. Если ветер не сменится, к закату причалим в порт. Там найдём материалы, свежую воду и провизию. Команда ответила гулким: «Есть, сэр!», после чего все поспешили разойтись по своим местам. Нарин не сразу решился подойти, подбирая нужные слова. Но стоило встретиться глазами с яростным взглядом Марона, и парень передумал извиняться. Бурча себе под нос проклятья в сторону корсара, он уверенно поднялся на шканцы и, оглядев команду, громко отдал приказ: — Паруса к подъёму, рифы убрать! — Да, капитан! Матросы бросились к рангоутам, вытягивая снасти и готовя паруса. — Такелаж проверить! Не дай бог узлы подведут! — слегка потрусив головой, Нарин набрав полную грудь воздуха, сурово взглянул на Марона и как можно более равнодушным тоном добавил: — Старпом, встань у руля! Курс на Сириж. — Сириж?! Не дурей, Нарин, он намного дальше Тинона, мы можем не дойти! — Решил спорить с капитаном?! Не забывай своё место, Марон! — Ох, чувствую, это будет весёлая поездка, — слегка склонившись к Лиру, протянул Отри, бросая на поссорившихся влюблённых многозначительный взгляд. — Да, если они не перегрызут друг другу глотки, — хмыкнул бывший старпом и отрицательно покачал головой. — Сириж — родной город Марона. Он ни за что туда не поплывёт. Вашему парню придётся уступить. — О, вон оно как… — задумчиво протянул док. — Ставлю бутылку рома, что мы поплывём на Сириж и никак иначе, — вмешался в их разговор Арк, небрежно облокотившись на борт корабля. — Абсолютно с тобой согласен, мой друг, — усмехнулся Отри, слегка приподняв бровь. — Почему ты настаиваешь на Сириже? До него три дня пути! Это безрассудство. — злился Марон — Тионор в обратном направлении от острова Короля Змей. Я не собираюсь терять время! — Снова этот проклятый остров! — в глазах Марона вспыхнула ярость. — Ты рискуешь жизнью каждого на этом судне ради своих… — он запнулся, пытаясь подобрать слова. — Ради своих детских фантазий. — Фантазий? — зло усмехнулся Нарин. — Что ж, Марон, тогда давай, веди «Проклятье Аида» на Тионор. Там и попрощаемся навсегда. Эти слова словно выбили воздух из груди корсара. Глубоко вздохнув, он отвернулся, чтобы скрыть мгновение слабости, и отдал приказ: — Такелажники, проверьте все узлы! Если хоть один риф-штерт оборвётся, виновного привяжу к бушприту вместо фигуры! Парусные! Убедиться, что рифовые шкоты на местах! Рифы убрать, грот наполовину поднять, стаксель растянуть! Ветер нам нужен полный! Помповые команды, доложить об уровне воды в трюме! Если течь не устранена, будете черпать вручную! Камбузный! Проверьте запасы пресной воды и провизии. Если кто-то останется голодным — будете варить суп из своих башмаков! Держим курс на чёртов Сириж! Арк и Ости переглянулись и, взглянули на озадаченного Лира самодовольно ухмыльнулись, но, проследив за взглядом мужчины, на миг забыли, как дышать. — Три вражеских судна по левому борту, — прокричал матрос на осмотрительной мачте, и все уставились на горизонт, где под полными парусами шли три тяжёлых фрегата. — Чёрт бы вас побрал с вашим милосердием! — вспылил Луи. — Говорил же, не стоит отпускать пленников. Теперь они в благодарность пришли по наши души! Словно в подтверждение его слов ядро с громким свистом врезалось в воду всего в десятке метров от борта, окатив их брызгами и заставив палубу задрожать. — Лир, будешь рулевым! — голос Марона стал настолько холодным и жёстким, что все вокруг на мгновение замерли. — Разворачивай корабль так, чтобы солнце оказалось у нас за спиной. Пусть ослепнут. Такелажники, готовьте грот-кливер! Орудийные команды, на позиции! Расчёты, зарядить картечь и ядра! — Ты хочешь вступить в бой? — растерянно спросил Нарин, прикидывая в голове их шансы. — Их трое, мы едва на плаву. Лёгкая добыча. — При правильной расстановке добычей станут они. Очередной выстрел не заставил себя ждать. Волна ударила об борт, слегка наклонив судно. Схватив Нарина за руку, Марон прижал его к себе, боясь, что парень пострадает или вновь упадёт за борт. — Марончик, у меня есть план, но, возможно, он тебе не понравится, — с надеждой глядя в тёмные глаза, проговорил Нарин. — Судя по тому, что они снова по нам не попали, они боятся повредить корабль. И явно не ждут сопротивления. — Возможно, ты прав… Что ты предлагаешь? — Мы притворимся мёртвыми. Упадём с курсом, пустим дым, будто горим, и дадим им приблизиться. — Может, сработает, — задумчиво проговорил Марон и, взяв монокуляр, отошёл в сторону. — Дымовую завесу на корму! Команде лечь низко! Пусть думают, что нас добил их второй залп! Нарин не мог отвести взгляда от сосредоточенного Марона. Чёрные волосы струились, словно шёлковые волны, развиваясь на ветру. Белоснежная рубашка облегала его плечи, слегка приоткрывая сильную грудь, узкие тёмные штаны подчёркивали стройные ноги, а высокие сапоги блестели, как будто он только что купил их у торговца. Его движения были грациозны и уверены, словно у хищника, затаившегося в ожидании добычи. Корсар пристально всматривался в даль и был идеален в своей холодной ярости. — Они снизили скорость, — тихо произнёс Марон и, улыбнувшись, кивнул Нарину. — Хорошо… Пусть подойдут ближе. Спустя несколько минут один из кораблей был настолько близко, что они слышали команды их капитана и брань матросов, готовых брать «Проклятье Аида» на абордаж. — Теперь! — рявкнул Марон, вскидывая руку. Из люков выкатились пушки, заряженные картечью, и с оглушительным грохотом выстрелили по вражескому судну. Палуба пиратского корабля взорвалась криками, щепками и кровью. — Поднять паруса! — прокричал Марон. Паруса взметнулись вверх и, наполнившись ветром, потянули фрегат вперёд. Судно стремительно набрало скорость, выходя из-под прямой линии обстрела второго пиратского корабля, матросы которого уже закинули крюки и верёвки. — Всем к оружию! — крикнул Нарин, столкнув первого же нападавшего за борт. — Залп! Пли! — отдал приказ Броктон, прицелившись в нос третьего фригата и с удовлетворением наблюдал, как ядро пробило его ватерлинию. — Посмотрим, как они теперь поплавают. Лязг металла, крики, запах пороха и крови наполнили корабль. Бой был хаотичным и жестоким, но их команда была настолько слажена и умела в бою, что у пиратов не было и шанса. И хотя Марон очень волновался за любимого, время от времени отвлекаясь и вмешиваясь в бой, всё же не мог не отметить их профессионализм. Вскоре первый пиратский фрегат, обездвиженный и горящий, начал отступать. — Тянуть канаты! Брасопить бизань! — голос Марона перекрывал грохот битвы, держа команду в бойцовском ритме. — Мы должны развернуться быстрее, чем они поймут, что попались. Заметив, что третий корабль пытается зайти справа, Броктон ухмыльнулся и поправил усы. — Пушки на правый борт! Дайте им ядра в подарок! Грохот выстрела смешался с треском дерева — ядро попало прямо в мачту, сбивая её и заваливая на палубу пиратского судна. — Вот это да! — крикнул Дани, наблюдая за хаосом у пиратов. — Точно в яблочко! — Орудийным расчётам: залп по левому борту! — крикнул Нарин, вытирая саблю. Грянули пушки. Борт пиратского судна, уже обгоревший и ослабленный, треснул. Вода начала заливать их трюм. — Ещё один минус, — проговорил Марон, оценивая ситуацию. Заметив, что первый корабль пытается уйти, он недовольно нахмурился. — Поднять оставшиеся паруса! Догоняем их! Парусные, ускоряем ход! Помповые, убедитесь, что трюм не течёт! — Марон, остановись, — попросил Нарин, легонько прикоснувшись к его руке. — Пусть уходят. — Никто не сбежит, Нарин, все, кто видели тебя живым, отправятся на дно. — Он прав, Нарин, — проговорил Луи, заряжая пистолет. — Мы уже раз пощадили их, как видишь, напрасно. — Но… — Хватит, Нарин, если хочешь попасть на свой проклятый остров, научись принимать трудные решения. А если не можешь, спускайся в каюту, я всё сделаю сам. Готовьтесь к захвату! Прежде чем потопить это корыто, проверим трюм! Пленных не брать, убивать всех без раздумий! Нарин застыл, словно окаменел на месте. Дьявол перед ним не имел ничего общего с тем ласковым и заботливым человеком, что согревал его в самые холодные ночи. Тот Марон, которого он знал раньше, которому доверял свою жизнь, исчез стоило лишь подняться на борт. Грудь Нарина сжалась, и сердце разорвалось от боли. Он ненавидел себя за эту слабость, за то, что не может ни уйти, ни остаться. Ему хотелось броситься к Марону в объятья, вернуть хоть крупицу того, что было между ними, и в то же время бежать так далеко, чтобы никогда больше не видеть это лицо, искажённое яростью. «Следующий я?» — собирался спросить Нарин, но вместо слов из его губ сорвался только хриплый вздох. Его взгляд встретился с глазами Марона, и на мгновение парню показалось, что тот смотрит на него с той же нежностью, но, к сожалению, это был лишь мираж. Не желая наблюдать за кровавой расправой, Нарин резко развернулся и поспешил к себе в каюту. «Мой милый мальчик, прости, в этой ситуации я не могу поступить иначе», — проводив его взглядом, подумал Марон и тяжело вздохнув прокричал: — На абордаж!