Дурной нрав

      В тыкву никто не превратился. И в общем-то, ничего ужасного не случилось. Хоть Дэвид и внес в жизнь Томаса суету, от которой он старательно отстранялся, всё шло нормально. Они даже как-то умудрялись иногда нормально общаться, во всяком случае Тому было проще. Он всё ещё не знал, что Дэвид забыл в стенах университета и почему продолжает бывать здесь так часто, но решил дать ему возможность самому рассказать, а не доставать с расспросами. Всё равно это было безнадежно.              Да и некогда было размышлять о глупостях, Том уже сбился со счета, сколько дней без выходных работал. Утром учеба, после обеда лекции, в перерывах работа Оливера, на выходных, когда нет лекций и учебы, изучение книги. Хотя Том возвращался к ней куда чаще, чем сам себе признавался. В очередной из таких дней выдалась на редкость теплая погода, солнце светило в чистом небе, и многие студенты на лекциях больше смотрели в окно, чем слушали занудные лекции в такой хороший для отдыха день.              — Что вы можете сказать о преданиях и городских легендах? — поинтересовался Том у студентов, расхаживая вокруг стола, рядом с проектором. — Почему многие из них переполнены жестокостью?              Пока студенты отвечали, Том внимательно их слушал, попутно решив ходить не только вокруг стола, но ещё и к окну, ему тоже хотелось быть где-то там, на улице, а не в душной аудитории.              — Хорошо, а что вы думаете о сказках? — поинтересовался Том, выглянув в окно, он заметил Дэвида в компании группы студентов и удивился. Они вроде как вели себя в его обществе расслабленно, улыбались, да и он тоже. — И так ли сильно повлияло на мораль изменения, которым они подверглись со временем?              — Разве сказки можно считать легендами? — поинтересовалась одна из девушек на задних партах.              — Почему нет? — возразила другая, что сидела чуть ближе. — К тому же изменения сделали сказки добрее, они учат читателя чему-то правильному.              Том раскрыл окно, и оно издало противный скрипучий звук. Студенты рассмеялись, а кто-то скривился из-за неприятных звуков, но они продолжили своё обсуждения. А Том потерял ход их разговоров, поскольку Дэвид тоже это услышал и задрал голову, глядя прямо на него. И отчего-то всё вокруг замерло на несколько секунд или больше. Том вдруг улыбнулся, и его это совсем не обрадовало, поэтому он поспешил отвернуться. Казалось бы, флер того дня должен был исчезнуть, но теперь ненужные мысли очень невовремя лезли в голову.              — Я всё же считаю, что сказки нельзя считать преданием, — возразил кто-то из парней.              — Хорошо, — Том мысленно отругал себя за несдержанность. Он прислонился поясницей к подоконнику и вернул внимание студентам. — Чему нас учит золушка? Переделанная версия, конечно же.              — О том, как важно найти настоящую любовь? — изложил версию тот же парень и девушки на задних рядах бросили в него пару смятых листов бумаги, сопровождая осуждающим взглядом.              — Принц ханжа, — отрезал Том. — Ещё и нарцисс. Он был готов взять в жены любую, которой подойдет туфелька, потому что Золушка сбежала. Ему было плевать на Золушку, она просто сбежала, а он не привык проигрывать.              — Но, если смотреть на это так, — студенты вновь устроили словесную перебранку, поэтому Том повернулся к окну. Дэвида он не увидел и почему-то расстроился. — Мистер Дэниелс, в таком случае, что вы скажете про Белоснежку?              — А вы подумайте хорошенько и обратитесь к первоисточнику, — Том оторвался от подоконника и вернулся обратно к столу. — Во всех сказках, где девушка впадает в сон, принц или король её насилует, а потом уходит. Гномы и драконы защищали принцесс от злодеев, но в современных сказках их пробуждал поцелуй любви, хотя о какой любви может идти речь? Что бы вы сделали, если бы вас поцеловал незнакомец во сне или, хуже того, изнасиловал? Сказки лишь аллюзия на реальность, они открывают нам глаза на суровую правду. Поэтому хорошо подумайте, о чем хотела нам рассказать Белоснежка.              — В сказках часто кто-то умирает или кого-то пытаются съесть, — проговорила ещё одна студентка, постукивая о край парты ластиком карандаша. — Если они рассказывают о реалиях того времени, то всё логично: люди часто умирали, голодали, воевали и прочие неприятные моменты.              — Верно, — Том сложил руки на груди. — Поэтому если вы углубитесь в сказку, а потом взглянете на оригинал, она заиграет для вас новыми красками. Действительно ли дракон держал принцессу в неволе? Права ли ведьма, что сбросила принца с башни? Почему мачехи всегда злодейки, а принцы спасители? Подумайте об этом дома, найдите в библиотеке или интернете древние сказки, проанализируйте время, когда они были написаны и свяжите рассказанное в ней с событиями, происходившими в стране. К следующей лекции обсудим собранные вами материалы, а теперь, можете быть свободны.              Проводив галдящих и обсуждающих сказки (кто-то даже полез в интернет), Том отправился на первый этаж. Там у него была следующая лекция, но он уже устал после первых двух. К счастью, эта была последней. Пробравшись в аудиторию, которая пока ещё пустовала, он раскрыл окно и подставился свежему воздуху. Ему хотелось хотя бы так урвать последний ускользающий теплый день, было бы лучше сейчас бродить где-нибудь в парке, но работу он тоже любил, поэтому старался совмещать необходимость и потребности.              — Чем ты занимаешься с первокурсниками? — Дэвид как обычно нагрянул неожиданно, и намекнул на тему лекции, вероятно каким-то образом услышал, что они обсуждали.              — Я не… — Том отпрянул от неожиданности, но почти сразу взял себя в руки. Он проигнорировал намек вспомнив, как недавно стоял у окна и улыбался, из-за этого становилось слегка неловко. Оставалась надежда, что Дэвид не заметил. — А ты что здесь делаешь?              — Дожидаюсь возвращения Оливера, очевидно, — Дэвид отвел взгляд в сторону. Будто Том поверил бы в эту чушь, ведь до Оливера можно было попытаться дозвониться, Томасу даже удалось, один раз. Правда они не успели поговорить, только обмолвились парой фраз по работе. — Не нравится, что я вечно мельтешу перед глазами?              — Именно так, уходи, раздражаешь, — твердо отрезал Том и отвернулся. Не хватало, чтобы он отвлекал его от лекций, тем более студенты постепенно прибывали. У Тома совсем не было времени размышлять о Дэвиде, но его присутствие лишь усугубляло ситуацию, мешая сосредоточиться на более важных делах.              И это всё равно не помогло. Окна аудитории выходили на парк, где Дэвид водил ещё одну группу студентов, что-то им рассказывал, а те слушали его, раскрыв рты. Хоть Томасу и удалось вести занятия спокойно, отвечать на вопросы студентов, мыслями он был очень далеко. Он вовсе не был тем, кто легко велся на красноречие и обаяние, чего у Дэвида было хоть отбавляй, если упустить некоторые моменты. Казалось, что помешательство Тома началось куда раньше и природу этого чувства он понять не мог. Дэвид раздражал, чаще всего был пугающим, держался отстранено и ничего о себе не рассказывал, но! Стоило им начать просто говорить, как вдруг становилось спокойно. И время пролетало незаметно. А потом Том ловил себя на мысли, что без Дэвида и его колких фразочек становилось скучно. И почему Дэвид постоянно стремился первым завести разговор? И мысли, которые приходили в голову, Том даже допускать не хотел. Да, он не знал, чем Дэвид занимался в те моменты, когда они не виделись, возможно, круг его общения куда шире. И Том занимал самое последнее место в этой цепи, но всё же.              Так ему было проще думать. Поэтому Том постепенно успокоился и рабочий день прошел вполне себе сносно. Закончив с подготовкой к лекциям на завтра, он услышал, как часы главной башни пробили час ночи. В лучшем случае, он успеет поспать часа три. Том уже давно привык ходить по пустым коридорам, но, когда он добрался до Марии, что-то заставило его остановиться. Тусклый свет падал на голову святой девы и было в этом что-то странное. Он видел эту картину великое множество раз, а теперь не мог понять, что в ней вдруг поменялось. И это было странно. Где-то сбоку мелькнул свет и раздался хруст лампы, будто она сгорела, но свет не исчез. Лишь сквозняки гуляли по стенам. С противоположной стороны треснула другая лампа, но на этот раз звук не растворился в пространстве столь же стремительно, как появился. Он нарастал, становился звонким, сильным, противно облеплял сознание и Том зажал уши, пытаясь от этого отделаться.              — Том, ты в порядке? — звон прорезал знакомый и такой спасительный голос Дэвида.              — Не знаю, — пролепетал Том, опуская руки и тяжело сглатывая, во рту пересохло. Он и правда не понимал, что всё это значило. Он сходит с ума? Но почему сейчас, ведь было столько причин сойти гораздо раньше. — Почему ты всё ещё здесь?              — Я тоже работаю, как и ты, — Дэвид подошел ближе, пытаясь заглянуть в его глаза, но Том увернулся слишком резко. Пол ушел из-под ног, и он опасно отклонился к статуе. Дэвид же вовремя его подхватил, небрежно привлекая к себе. И добавил, намекая на извечные попытки Тома упасть: — Как ты дожил для этих дней?              — С трудом, — съязвил Том. Они оказались так близко, ещё ближе, чем в тот день, когда Том чуть не свалился с лестницы. Их взгляды столкнулись в который уже раз — подумал Том. Глаза Дэвида были серого цвета — это он прежде не замечал, они всегда казались очень темными. Они затягивали в эту самую тьму, и хотелось заглянуть за её пределы, ведь там таилось нечто странное. И что-то мешало уловить суть, коснуться её. Сознание расплывалось, как под гипнозом. Том не мог справиться с гулом в голове, его качнуло в сторону, и он ухватился за Дэвида, который был его единственным способом удержаться. Дэвид придержал его свободной рукой под поясницу, а вторую зачем-то выставил вперед. Затем дернулся или ещё что-то, Том не мог понять за попытками удержаться на краю сознания.              — Эй, прийди в себя, — Дэвид перехватил его под локти и отстранил от себя. — Может, проводить тебя домой? Выглядишь так, будто не спал пару столетий.              Скривившись, Том понял, что всё исчезло. Он вновь мог спокойно стоять, сознание не плыло и в ушах не звенело. И Дэвид казался таким раздражающим, хотя секунду назад Том был готов поклясться, что счастлив прижиматься к его плечу и вдыхать запах сандала, и ещё чего-то мятного.              — Зато ты всегда идеальный, — цокнул Том и, выбравшись из хватки, направился в сторону лестницы. В подростковом возрасте ему всегда мерещилось всякое, в основном, когда шел дождь. С тех пор осталась лишь тревога и ненависть к дождю, но отчего-то он уже в который раз готов был поверить в… мистику? Нет, точно нет. Он просто слишком много читал в последнее время про религию, демонов, ангелов и тому подобное, вот и накрутил себе лишнего. Да, раньше это на него не влияло, но последнее время он и правда очень плохо спал, от того и мерещится всякое, не иначе.              На улице моросил легкий дождь, где-то вдали гудели раскаты грома. И для Тома всё встало на свои места. Кроме того, что часы на телефоне показывали половину второго ночи. Куда делись полчаса? Они с Дэвидом провели в холле от силы пару минут.              — И всё же я провожу тебя, — появившийся Дэвид заставил Тома вздрогнуть. Тот так на него посмотрел, что Дэвид отстранился, разведя руки в миротворческом жесте. — Если хочешь, чтобы я отстал, просто скажи. А потом не цепляйся за меня, когда засыпаешь стоя.              — Хорошо, — выдохнул Том. Он не нуждался в том, чтобы его провожали, но идти под дождем с кем-то было куда более лучшей идеей, чем оставаться наедине с собственными мыслями. Зато теперь у него было ещё одно оправдание, он заснул на ходу, поэтому не заметил, как реальность смешалась со сном. А плохие сны навещали его очень часто. Всё это просто не могло быть реальностью. Но Том продолжал в этом тонуть, поэтому Дэвиду не составило труда усадить его в машину, а потом довезти до дома, хотя Том адрес свой не говорил и благополучно не обратил на это внимание. Когда машина остановилась дождь усилился и Том отчего-то вернулся в похожий день. Он тоже сидел в машине, капли воды отчаянно бились об стекла. Он с кем-то говорил, объяснялся, но не мог вспомнить с кем. В одном он был уверен, он не мог допустить возвращения к этому. Он слишком старательно бежал. И теперь ему казалось, что если он выйдет и вернется домой один, то воспоминания в тот же миг съедят его изнутри.              — Зайдешь ненадолго? — Вырвалось неожиданное желание ухватиться за единственную возможность не оставаться одному, коей являлся Дэвид. Он так странно посмотрел на Тома, отчего ему стало неловко, а объяснять… вряд ли они бы поняли друг друга. — Я не предлагаю ничего такого… Хоть ты, наверно, уже понял, кто я. Просто хочу казаться благодарным.              — Я знаю, — коротко ответил Дэвид и выкрутил руль, чтобы припарковаться.

***

      Назойливый телефон, лежавший на тумбочке, требовательно гудел, и как бы Том ни пытался вдавиться в подушку, чёртов гаджет оказался сильнее. Не глядя, он нащупал настойчивого гада рукой и нажал на зеленую кнопку.              — Кем бы ты ни был, надеюсь, ты хорошо подумал.              — … — на другом конце линии воцарилась тишина и ничего более. Том даже пробудился ото сна и поглядел на номер абонента. Неопределённый.              — Сказать нечего? — ответа не последовало, поэтому Том собрался было повесить трубку, но услышал какое-то невнятное шуршание и прерывистый голос, звучавший издалека.              — Томми?              — Кто это? — связь была так себе и Том ничего не мог понять, посмотрел на полоски, чтобы убедиться — со связью всё в порядке. — Вас не слышно.              — То… м… Т… ми… Томми?              — Издеваешься? — Том буквально зашипел, но не успел ничего добавить, связь оборвалась. Тупо уставившись в экран, он просидел так ещё несколько минут, ничего не понимая. Звонок не повторился, поэтому он отложил телефон. Сглотнув вставший поперек горла ком, Том осмотрелся. Никого не было. И он абсолютно не помнил, как заснул. Они с Дэвидом разговаривали и довольно долго, а что потом? Порой провалы в памяти такие несвоевременные. Его не покидало ощущение, что звонок вырвался из прошлого, но почему? Иногда призраки прошлого берут на себя слишком много, врываясь в чужую жизнь. Туда, где им больше нет места. Томас продолжил бы бесцельно сидеть, не помешай телефон, который вновь загудел, смешав обиду с яростью. Даже самобичеванием заняться не дают!              — Иди к чёрту, — как же Тому хотелось послать всех и уделить хотя бы полчаса времени самокопанию.              — А ты пойдёшь со мной? — но голос Дэвида произвёл обратный эффект.              — А, это ты, — как можно более разочарованно произнёс Том. — Зачем тебе мой номер?              — Так что там насчет чертей? — наглец с другой стороны явно веселился.              — Ладно, давай обсудим наши притязания к чертям потом, — Том отклонился и свалился обратно на кровать. — Чем обязан с утра пораньше? Мне на работу собираться надо.              — Хотел убедиться, что ты в порядке, заодно предложить отвезти на работу, — голос Дэвида звучал слегка насмешливо. — Но ты предложил что-то поинтереснее, поэтому я даже не знаю, если хочешь…              — С чего вдруг? — у Тома задергался глаз, он устал от череды навалившихся событий, после отъезда Оливера всё пошло как-то не так. — А вообще, откуда у тебя мой номер и как ты вчера ушел?              — Найти твой номер не составляет особого труда, тигренок, он есть в базе университета, — с другой стороны трубки послышался вздох. — Ушел я своими ногами, а дверь ты сам закрыл, провалы в памяти?              — Нет, — сухо пробормотал Том.              — Я стою возле твоего дома, поторопить, — Дэвид сбросил вызов.              Не успев ничего сказать, Том возмутился, издав мычащий звук. Он уже жалел о том, что позволил Дэвиду просочиться в свою жизнь чуточку больше положенного. Но, ничего не поделаешь. Нехотя поднявшись, он засобирался на работу и уже через полчаса уселся к Дэвиду в машину. Дэвид был одетый не по погоде легко: простой пиджак, накинутый поверх утеплённого свитера, классические брюки и туфли. На шее красовалась цепочка, удерживавшая серебряное кольцо. Тёмные очки, прятавшие пронизывающий, серый, как туман, взгляд. Идеальный образ, впрочем, как всегда. Да, не такой мрачный, как обычно, но тоже хорошо.              — В чем дело? — Дэвид заметил пристальный взгляд Тома, пока выезжал с парковки.              — Сперва мне показалось, что ты меня не так сильно раздражаешь, потом уверился в обратном, а теперь, вроде как, вновь не очень-то и раздражаешь, — хмыкнул Том. — Как ты это делаешь?              — Не пытайся за мной повторить, у тебя не получится, — Дэвид мрачно оскалился.              Несмотря на язвительность, витавшую в воздухе, настроение Тома поднялось и день уже не казался таким уж ужасным. Хотя он самого начала таковым не был, просто многое навалилось и Том успел выбиться из сил. Прежде он легко убеждал себя в том, что унывать не стоит, но ответственность давила на него со всех сторон. Да и Дэвид был тем, кто очень легко вторгался в его жизнь, оставляя после себя одни вопросы. И похоже его это полностью устраивало.              Добравшись до университета, они каждый разошлись по своим делам. Том на лекции, Дэвид не сказал куда, но был весел и загадочен, как обычно. Иногда Том ловил себя на мысли, что смотрел на него чуточку дольше положенного и переходил границы вежливого тона, но старался сильно не думать об этом. Ему казалось, что если он продолжит, то всё это закончится плохо.              Лекции прошли спокойно и Том направлялся в послеобеденное время на свою учебу. Он не успел подготовиться к нескольким предметам, но это не должно было быть проблемой, благо Лайтвуд помогал ему в этом вопросе. Хотя Том не слишком часто обращался к нему с этим вопросом, преподаватели сами входили в положения, прекрасно зная и понимая всю ситуацию с Оливером. Он даже в моменты своего присутствия умудрялся отнимать большую часть свободного времени. Том в очередной раз пытался до него дописаться, когда столкнулся в холле первого этажа с мелкой девчушкой.              — Братик, я нашла тебя! — весело заворковала она и полезла к Тому обниматься.              — Ого, как ты тут оказалась? — он узнал в ней ту самую юную леди, с которой танцевал на благотворительном балу. Только сейчас она не выглядела растерянной, скорее довольной и целеустремленной.              — Я попросила маму взять меня с собой на работу, потому что хотела повидаться с братиком, потом я от неё сбежала, чтобы найти братика, — радостно заявила она.              — Рина! Рина, боги, где ты? Не убегай от меня! — послышался женский голос, и девочка виновато обернулась.              — Мама, я же сказала, что должна найти братика! — девочка надулась и замахала руками.              Том увидел ту самую женщину, на которую обратил внимание, значит она и правда мать этой девочки.              — Сабрина Джонс! Что я тебе говорила про манеры, — строго изрекла женщина, подойдя к ним и перевела кроткий взгляд на Тома. — Так вот какого братика она вечно искала после бала, — она улыбнулась и протянула ему руку. — Я Элионор Джонс, с факультета искусства, а эта мелкая непослушная особа моя дочь, Сабрина, мне очень жаль, что она доставила вам неудобства.              — Всё в порядке, — вежливо ответил Том и пожал ей руку. — Томас Дэниелся, факультет истории, археологии и древних писаний.              — Ого, а вы от нашего факультета далеко, в другом конце замка, — Элионор рассмеялась, прикрывая рот рукой. — Я тут уже тридцать лет работаю, а до сих пор многих не знаю. Верно говорят, что в нашем университете каждый день — новое знакомство.              — Возможно, — Том вежливо улыбнулся. — Хотя мне доводилось уметь дело с вашим факультетом и то в делах, связанных с религией в искусстве. Но это было давно, я уже заканчиваю аспирантуру, а работаю ещё с того момента, как поступил на магистратуру.              — О, я начинала так же, — Элионор махнула рукой. — Потом осталась здесь после учебы. Знаете, это место такое… хм, затягивающее? Вам повезло, что вы здесь остались, не многие остаются. Что же, простите за беспокойство, я думаю, нам пора уходить.              — Я не хочу уходить! — Сабрина вцепилась в Томаса и надулась.              — Рина… — Элионор вздохнула. — Так ты для этого напросилась со мной на работу, чтобы докучать мистеру Дэниелсу?              — Томми, я опять тебя заискался, — донесся голос Лайтвуда. Он подошел к ним и перевел взгляд на Элионор. — Мисс Джонс, какая встреча, вы редко выбираетесь за пределы южного крыла. Но это хорошо, вас я тоже искал.              — Я гонялась за одной беглянкой, — пояснила Элионор и они с Лайтвудом во все глаза уставились на Тома.              — Кхем, вы могли мне позвонить, сэр, — Том кашлянул в кулак, глядя на Лайтвуда и намекая на его любовь гулять вне своего кабинета, это единственная причина, по которой он вечно кого-то искал. После он обратился уже к Сабрине. — Я могу навестить вас немного позже, если ты не возражаешь, твоей маме надо работать.              — Вот именно, — она всхлипнула и Том понял, что Сабрину частенько предоставляли самой себе. Хотя он всё ещё не понимал, почему она так к нему привязалась, они провели вместе от силы минут двадцать, не больше.              — Мисс Джонс, дорогая, — Лайтвуд наметил, как настроение Сабрины переменилось и решил пойти в угоду её капризам, видимо, потому что у него у самого была дочь. — Почему бы нам не позволить юной Рине побыть с Томасом? Он добрый и чудесный парень, я за него ручаюсь. А вам не придется следить за ней и волноваться, — он улыбнулся и покосился куда-то в сторону. Переведя взгляд туда же, Том заметил Дэвида. Тот подошел к нему и вопросительно глядя в глаза, остановился рядом. — Дэвид, ты что-то хотел?              — Ничего. Я просто шел мимо, увидел Томаса и решил подойти, — растерянно произнес Дэвид, осмотрев всех присутствующих и остановил свой взгляд на Томе. Тот в свою очередь подумал, что Дэвид слишком уж часто проходит мимо тех мест, где он бывает. Совпадение?              — Мы тут стоим на краю сложного выбора, — изрек Лайтвуд. — Что думаешь, Том? К слову, Дэвид мог бы к тебе присоединиться.              Дэвид тут же поинтересовался, что за выбор такой и они втроем, вместе с Элеонор, вступили в диалог, который Том почти не слушал. Он не хотел навязываться Дэвиду, тот оказался рядом случайно, но был в это втянут. Сабрина, тем временем, совсем отстранилась и ушла в себя, и Том её прекрасно понимал. Он и сам был тем, кто уходил в себя, поэтому прекрасно знал, почему она так старалась привлечь внимание. Иногда он чувствовал себя всё тем же ребенком, потому что невольно делал то же самое с Дэвидом.              — Хорошо, я могу провести время с Сабриной, — он их перебил, привлекая к себе внимание и достал телефон, обращаясь к Элионор. — Мы можем обменяться номерами, чтобы вы не волновались за неё.              — Х-хорошо, — неуверенно произнесла Элионор и приняла предложение обменяться номерами. — Но всё же я не уверена, что мне стоит вас обременять.              — Всё в порядке, — Том вежливо улыбнулся и посмотрел на Дэвида. — К тому же, с нами будет сам ректор, ему как раз нечем заняться.              — Рина, ты уверена? — Элионор умоляюще посмотрела на дочь.              — Уверена, — Сабрина кивнула и сильнее прижалась к Тому.              — Хорошо, — Элионор вздохнула. — Похоже у меня нет выбора. Желаю вам приятно провести время. Идемте, господин Лайтвуд.              — Мне нечем заняться? — передразнил его Дэвид, когда они ушли.              — Каждый раз, когда я тебя вижу, ты бездельничаешь, — парировал Том и посмотрел на Сабрину. — Чем хочешь заняться, принцесса? Кажется, моя учеба отменяется.              — Хочу веселиться, — она развела руками и весело подпрыгнула пару раз, отчего её кудри забавно пружинились на плечах.              — Тогда предлагаю покинуть это место, здесь нас развлечет разве что мох в подвале, и отправиться в парк аттракционов, — внес предложение Дэвид, смирившись с тем, что его в это втянули. Том же посмотрел на него непонятливо, ему не верилось, что Дэвид так легко согласился, да и перспектива уехать из университета казалась не такой удачной. — Ну, правда, лекции ты бы всё равно пропустил, а в университете куча раритета, который не игрушка для детей, вряд ли её заинтересуют предметы истории и прочий хлам.              — Допустим, — Том прищурился, почувствовав, как Сабрина дергает его за руку, её глаза блестели. — Хорошо, ваша взяла.              Добравшись до парковки, они сели в машину, Том предварительно убедился. Что Сабрина на заднем сиденье очень хорошо пристегнута. Перед этим она навернула пару кругов вокруг машины, восторгаясь его видом и называя ангелом, потому что он был белым. Том и сам удивился бы, если бы не наблюдал Mercedes S55 AMG очень часто, хотя среди богатеев большей популярностью пользовались другие производители. Но всё это сводилось к тому, чтобы хвастаться у кого круче. Дэвид же не был похож на того, кто хвастался наличием дорогой машины. Иногда том задавался вопросом, есть ли хоть что-то материальное, что имело бы для него значение, ведь Дэвид смотрел на всё с таким видом, будто устал и вообще мирское ему чуждо.       — Какое у нас расписание? — спросил Томас, когда они наконец прибыли к месту назначения.              — Нет у нас расписания, учись импровизировать, — возразил Дэвид и Сабрина с ним согласилась. На месте она не стояла, поэтому помчалась вперед, только они успевали её догонять.              Пока они шли, Том вдруг поймал себя на мысли, что в присутствии Дэвида испытывал несвойственные ему эмоции. Это так непривычно, всё стало каким-то другим… К лучшему ли? Нормально ли, что мысли путались при виде человека, которого он в мыслях не раз называл злобным аристократом? Пусть даже сегодня он выглядел иначе и уже не казался таким раздражающим.              Первым пунктом в их маленьком путешествии был Чессингтон Уорлд парк, и в первую очередь Сабрина выбрала карусель, и Дэвид с Томасом покорно стояли у ограды, ожидая, когда она накатается. Карусель не останавливалась, поэтому можно было оплатить билет и езлить на лошадках сколько душе угодно.       — Ты бы хотел на ней покататься? — от нечего делать поинтересовался Дэвид.              — Два взрослых смотрелись бы уныло на этих старых лошадях, — заключил Том, помахав Сабрине рукой.              — Я хочу на американские горки! — выкрикнула Сабрина, подбежав к ним и, схватив Тома за руку, помчалась дальше.              — Тебя туда не пустят, ты слишком маленькая! — к счастью Том нашел, чем удовлетворить потребности Сабрины и отыскал аттракцион поменьше, куда пускали и детей, да и горка не была такой уж высокой. Дэвид хотел тактично отказаться кататься с ними, но Том подключил Сабрину, и они вдвоем уговорили его присоединиться. Уж очень Тому было интересно посмотреть на дивное зрелище — Дэвид на аттракционах.              — Я вас сюда привез, без меня вы бы развлекались в парке у университета, — возмутился Дэвид, садясь в кабинку. — А вы восстали против меня.              Разумеется, его возмущение никто не воспринял всерьез. Потому что впереди было много всего интересно, карусели, которые поднимались высоко в небо, пиратский корабль, который раскачивался в разные стороны и поднимался на угол в девяносто градусов. Сабрину сперва туда не пускали, но Дэвид что-то сделал, что очарованная им работница парка мигом согласилась. Том на это лишь недовольно фыркнул и мысленно возмутился, как ему легко всё удавалось. Хотя это и правда было опасно, не зря же детей не пускали, однако Дэвид заверил, что всё будет в порядке, он обо всем позаботится. Самым рискованным аттракционом был, пожалуй, прокат на водной горке, как бы они не пытались, их всё равно забрызгало водой. Сабрину это здорово веселило, а Том лишь смеялся над ней, чего не скажешь про Дэвида.              — Не хмурься, морщины появятся, — подначил его Том, поддев своим плечом его плечо.              — О нет, я не буду вступать в очередную словесную перепалку с тобой, — возразил Дэвид, поняв к чему всё идет.              — Жаль, я только вошел во вкус, — сухо подметил Том.              Вдоволь накатавшись везде, куда только падал взор Сабрины, они отправились в зоопарк, где Дэвид и Том могли чуть расслабиться и отдохнуть, потому что внимание Сабрины было всецело приковано к животным. Правда, пришлось потратиться на еду, ведь как можно считать зоопарк развлечением, если нельзя кормить животных.              — Сабрина, не лезь в жирафами, они могут укусить, — предостерег её том, когда она собралась гладить какого-то настойчивого жирафа. Сабрина тут же послушно кивнула и помчалась к другому вольеру.              — Ты как мамочка, — хмыкнул Дэвид.              — Я несу за неё ответственность, — не очень убедительно возразил Том, он не считал, что способен ладить с детьми, но выбора ему не оставили. Потому он выкрутил бдительность на максимум.              — Смотри, твои сородичи, — Дэвид указал рукой в сторону тигров.              — Укушу, — Том, разумеется, вспыхнул и хмуро посмотрел на Дэвида.              — Зубы об меня обломаешь, — прошелестел Дэвид. Вытянув руку и поддев Тома за подбородок, приближаясь.              Том нахмурился и отпрянул в сторону, поспешив догнать Сабрину. Сегодня всё шло не так, в частности его дыхание в какой-то момент сбивалось, стоило оказаться рядом с Дэвидом. Тому это не нравилось. К середине дня Сабрина слегка подустала и остановившись в ближайшем кафе, они накормили её вкусными булочками с соком, а потом направились дальше, в Сент-Джеймсский парк.              — Парк такой большой, — вздохнула Сабрина. — Наверно целого дня бы не хватило, чтобы везде покататься и всё посмотреть.              — Если ещё раз навестишь нас, можем опять сюда съездить, — произнес Дэвид, после короткой паузы. И Том подметил, что, кажется, он немного влился в их ребячество, даже попытался подбодрить Сабрину, хотя изначально выглядел так, словно его к чему-то принуждают.              Сент-Джеймсский парк славился местами для прогулок и многочисленными белками, которых любили кормить туристы. Они от них не отставали. Накупив Сабрине орехов, отпустили её развлекаться с белками, а сами сели на ближайшую лавочку, тихо затаившуюся под раскидистым дубом. Они не тратили сильно много времени на прогулку по самому парку, в первую очередь зашли в замок, где провели часа три, не меньше. Дэвид, конечно же, подметил, что им и на работе замка хватает, но Сабрина настояла на своём. Теперь вот бегала с белочками и смеялась.              — И откуда в ней столько энергии, — Том потер переносицу понимая, что у него от усталости уже глаза слипались.              — Дети не чувствуют время так, как чувствуем его мы, — Дэвид пожал плечами. — Но мне всё ещё не верится, что вы меня в это втянули.              — Да ты сам был не против, — Том многозначительно посмотрел на него. — Думаешь я поверю в твоё «я просто шел мимо»? Постоянно ходишь мимо именно там, где нахожусь я.              — Может просто совпадение? — голос Дэвида прозвучал как-то странно и Том был готов возразить, но к ним подбежала Сабрина.              — Хочу покататься на Лондонском глазе! — её глаза блестели, а щеки раскраснелись от долгой беготни, но она и не думала унывать.              — Что же, полагаю, у нас нет выбора, — Дэвид скривил губы и поднялся со скамьи, глядя на Тома. — Идем, посмотрим на Лондон с высоты четыреста сорок два фута.               Ехать до колеса обозрения было недалеко, поэтому они успели туда к закату. С крупнейшего в Лондоне колеса обозрения открывался невероятный вид на город. Предзакатные лучи царапали крыши домов, а окна блестели, отражая их. А на самой высоте здания казались крошечными, людей и машины вовсе были точками. Дэвид заплатил за три круга, поскольку заметил, что утомившемуся Томасу было необходимо перевести дух, иначе он очень скоро не смог бы ходить, Сабрина же всё ещё была живее всех живых. Она почти всем телом прислонилась к стеклу, во все глаза разглядывая пейзажи.              — Сдается мне… Ноги завтра скажут спасибо, — произнёс Том.              — Непохоже, что ты жалеешь, — подметил Дэвид. — Хотя мне почему-то казалось, что ты не очень любишь подобные походы.              — Мне вдруг захотелось немного забыться, — ответил Том, немного подумав и меланхолично пожал плечами. Он вроде и не хотел на себя много взваливать, да и Элионор звонила несколько раз, чтобы удостовериться, что всё в порядке. Том заверил её, что ей не о чем беспокоиться. Когда они уже подходили к колесу, он сообщил ей, что они привезут Сабрину домой, потому что она ещё долго не собирается униматься. Элионор бросилась в извинения, но Том возразил и сказал, что им не в тягость с ней развлекаться. И это было правдой, стоило взвесить и обдумать причины, почему же он так легко согласился. Он очень нуждался в том, чтобы отвлечься, а Сабрина так вовремя оказалась рядом.              — Оно и видно. За последние несколько часов ты даже ни разу не фыркнул в мою сторону, — Дэвид подозрительно прищурился.              — Это можно исправить, — Том перевел задумчивый взгляд в его сторону. Одна из причин, по которой Том так нуждался в том, чтобы забыться, сейчас сидела напротив него. Однако всё обернулось так, что каким-то чудом они умудрились поладить. Том даже допустил мысль, что они смогут подружиться. Глядя на этого слишком завораживающего, холодного и отчасти пугающего заносчивого аристократа, Томас неожиданно чётко осознал одну вещь, от которой всё внутри сжалось. Сколько бы ни возникало противоречий, вывод напрашивался сам собой. Том любил себя обманывать, делал это с завидной регулярностью. И сейчас он пытался сделать то же самое. В груди предательски зарождалось нечто совсем иное. Оно уже незаметно пустило свои корни, затягивая туда, откуда лучше выбраться, пока не стало слишком поздно. На благотворительном балу его опечалила невозможность оказаться на месте той, с кем Дэвид получил шанс танцевать, иначе не было бы в голове подобных мыслей. И дело было вовсе не в танцах, он просто неосознанно желал внимания к себе. Его встревожило увиденное, когда он прятался за стеной, наблюдая за Дэвидом и Ирэной. Даже при всём отсутствии главного осознания — зрелище оставило неприятный осадок. Он так просто согласился провести время, больше положенного, с Дэвидом. Не будь этого повода, он бы точно нашёл другой. Единственная причина, по которой Том всячески отрицал очевидное — когда ни во что не веришь, сложно вдруг проникнуться к кому-то доверием. Сложно осознать, что можно так просто хотеть протянуть кому-то руку.              Проклятье, — Томас недобро поморщился, — только этого мне не хватало.              — О чём задумался? — Дэвид нарушил тишину, и Том вздрогнул, посмотрел на Сабрину, но она совсем потеряла к ним интерес и не слушала.              Отказавшись очень резко выдернутым из пучины размышлений, Том обнаружил — Дэвид в открытую смотрел на него. Всё это время смотрел. Одним богам известно, что он там увидел, отчего захотелось провалиться сквозь землю.              — Самому интересно, — почти честно признался Том.              — Ой ли, — Дэвид усмехнулся чему-то своему и отвернулся.              В этот момент Том мысленно поблагодарил Дэвида за нежелание лезть с расспросами. Он не смог бы отвечать внятно, а это способно повлечь за собой неловкие разговоры.              Между тем колесо остановилось, и пришлось покинуть кабинку, чтобы вернуться обратно в реальность. Они добрались до брошенной у дороги машины и поехали отвозить Сабрину. Благо жила она недалеко от университета, а до него было рукой подать. Элионор ждала их на улице, взволнованно кутаясь в шарф и успокоилась лишь когда Сабрина подбежала к ней.              — Мама, я так здорово провела время! — Сабрина обвила её шею.              — Молодец, расскажешь мне, когда переоденешься, иди в дом, — Элионор проводила её взглядом до двери и повернулась к Тому. — Я надеюсь она не была вам в тягость. Всё не могу отделаться от чувства вины, что заставила вас провести с ней целый день.              — Всё в порядке, Сабрина хорошая девочка, — Том мягко улыбнулся, отходя к машине. — Вы нам ничего не должны. Если выдастся возможность, приводите её в университет.              — Я премногом вам благодарна, — Элионор чуть склонилась и направилась в дом.              Усевшись в машину, Том выдохнул. Его оплот и возможность отвлечься от Дэвида исчезли. А когда он вернется домой, то вовсе останется сам с собой. Уж тогда-то мысли вдоволь оторвутся в его голове. Всю дорогу они практически молчали. Дэвид не был столь разговорчивым, как раньше, но оставался внимателен к Тому. Он отвечал на мимолётные вопросы, которыми Том иногда нарушал тишину. Стоило же добраться до места назначения, и молчание переросло в неловкость. Во всяком случае, один из них испытывал именно её. Выйдя из машины, Том остановился возле крыльца, не понимая, как нашел в себе силы проделать такой длинный путь. Он растерянно посмотрел на Дэвида и слегка сжал губы. Слова застряли в горле. Спустя пару томительных секунд Дэвид вытянул руку, мимолетно коснувшись кончиками пальцев лица Тома. Практически сразу он скривился и отдернул пальцы обратно.              — Ещё увидимся, — ничего более не сказав, Дэвид развернулся на пятках и направился прочь.              Проводив гудящую машину до того, как она исчезла из вида, Том вернулся обратно. В пустую квартиру. Туда, где ему теперь было неуютно находиться наедине с собой. И он в некотором смысле ненавидел себя за эту слабость.