Директор

      25 сентября 2017       Сегодня тишина архива была давящей. Еще никогда перерывание книг не приводило Гермиону в состояние, близкое к отчаянию. Время шло, а решение не приходило. С каждым днем Гермионе казалось, что они все дальше и дальше от цели расследования.       Неожиданно перед лицом возник картонный стаканчик, от которого исходил жар и великолепный аромат.       — Подрабатываешь доставщиком? — с улыбкой бросила Грейнджер, принимая кофе из рук мужчины.       Сделав глоток, она захотела закатить глаза от наслаждения. Ее любимое сочетание. Американо с карамельным сиропом разливалось приятным теплом внутри.              — Скорее люблю заниматься благотворительностью. — Тео заглянул в книгу, что лежала перед ней на столе. — Что-то нашла?              — Нет, — в голосе проскочили нотки безнадеги, но Гермиона постаралась загнать это чувство поглубже. — Но я еще не все из твоих книг пересмотрела.              Это оказалось еще одним аргументом затащить ее в гости в поместье на выходных. Набег на фамильную библиотеку Ноттов. Сотни ценнейших фолиантов в одном месте буквально завораживали. Вот только полезных экземпляров для их случая оказалось не так уж много.              — Жаль, забыли в Хогвартсе заглянуть в Запретную секцию, иногда там попадаются достаточно занятные рукописи.              — Все то, что было, я прочла еще в период обучения. Не думаю, что там что-то могло кардинально измениться, — не отрываясь от очередной биографии неизвестного мастера-артефактора, произнесла Гермиона. За сегодня она нашла около тридцати ранее незнакомых ей имен.              — Есть хоть какие-то правила школы, которые ты не нарушила? — Тео усмехнулся и покачал головой. — И как только учителя терпели ваши выходки.              — Мы выполняли их работу по защите школы.              Она никогда это ни с кем не обсуждала, но с годами пришло четкое осознание того, что их рвением к справедливости и способностью влипать в неприятности глобального масштаба нагло пользовались. Нельзя было взрослым волшебникам прикрывать сомнительным пророчеством свое неумение противостоять темным силам.              — Весомый аргумент. — Нотт сделал глоток своего напитка, который был более похож на молоко, чем на кофе. Странно еще, что он оказался безо льда. — Кстати, ты написала МакГонагалл?              — Да, ждем ответа. Надеюсь, хоть это нам поможет.              Сова с посланием улетела еще вчера. Оставалось только верить, что Драко чисто из вредности не дал им ложный адрес.              — Ну, ты еще разорила не все библиотеки чистокровных поместий, так что мы найдем, чем себя занять.              Десять баллов Слизерину за проявленное чувство юмора.              — Если ты намекаешь на Малфоя, то мне туда явно вход закрыт.              — Разве? Я думал, вы помирились.              Их соглашение никак нельзя было пока назвать мирным договором. Разве что временной приостановкой огня ради достижения взаимовыгодных условий существования.              — Но не настолько, чтобы он приглашал к себе на чай.              — А как же посидеть, вспомнить былое, там смотри и быстрее наладятся отношения. Главное, при первой же встрече не забрести в хозяйскую спальню.              Гермиона шокированно посмотрела на мужчину напротив, который довольно улыбался.              — Нотт!              — Понял, прости, еще рано для подобных шуток, — он поднял руки в знак капитуляции. — Жалко, конечно, его коллекция внушительнее моей будет.              — Не знала, что мужчины так просто признаются в подобном.              Тео засмеялся и подмигнул. Один-один, братишка.              — Библиотека Малфой-мэнора действительно такая, как говорят?              Грейнджер много раз слышала, что по количеству редких и опасных изданий ей нет равных.              — Лучше. Умножь мою где-то на пять, и это только официальная ее часть. Сколько еще спрятано в тайниках дома, знает только Малфой.              Гермиона не могла скрыть своего удивления. Если все действительно так, она готова была оттуда не выходить никогда. Осталось придумать план, как попасть в это райское место.              — Мерлин, Грейнджер, у тебя аж глаза заблестели, — рассмеялся Нотт. — Если что, ты всегда можешь попробовать зайти через Поттеров. Им он не откажет.              — Оставим это на крайний случай. А пока помоги мне, — женщина кивнула на стопку еще неразобранных документов.              Тео страдальчески простонал, но отставил кофе в сторону и потянулся за верхней книгой. Веселья в ближайшее время не предвиделось.       

***

             26 сентября 2017              Леон шел по коридору ко внутреннему двору, пытаясь поймать связь. Все-таки в школе, построенной меньше века назад, с этим было явно проще. К заклинаниям вместо обычного электрического зарядного устройства он привык, но вот постоянная проблема с интернетом порядком поднадоела.              Почему для того, чтобы просто написать сообщение, необходимо пройти половину замка? Хотелось после тренировки засесть в общежитии и наконец отдохнуть за просмотром какого-то фильма, но этот странный прибор, что стоял в башне, явно не был рассчитан на толпы жадных до социальных сетей школьников, сконцентрированных в одном месте.              Завернув за угол, парень резко остановился, услышав знакомые голоса.              — Лили, я тебя очень люблю, но об этом не проси, — произнес женский голос. — Лучше сразу пусти в лоб Аваду. Я еле пережила обязательные пять лет в этом варочном аду. Да и твой крестный никогда больше меня не подпустит к лаборатории ближе, чем на милю.              Так значит профессор Малфой оказался для нее не просто директором. Это объясняло ту хвалебную речь, что он слышал от нее в поезде. Они явно были близки, хоть и не показывали на публике.              Грейнджер спрятался за стеной и постарался остаться незамеченным. Он никогда не любил подслушивать, но эта ведьма снова устроила ему тотальное игнорирование после отборочных. Лео буквально кожей чувствовал, что информация может помочь. Интуиции он доверял всегда.              — Рей, я пропала, — страдальческий голос Поттер отразился от стен. — Все работают в парах. Получить «Превосходно», выполняя все одной, невозможно.              — Попроси профессора Малфоя дать тебе другое задание. Уверена, он пойдет на уступки.              — Я не хочу подачек, — со сталью в голосе бросила Лили. — Мне просто нужен напарник. Иначе плакало мое место в медицинской академии.              Колдомедицина. Еще интереснее. Ему это направление было очень близко, тем более именно на лечебных зельях он хотел сконцентрироваться в дальнейшем.              — Прости, но я могу только все испортить. Поговори с директором, он точно найдет решение.              — Ладно, разберусь как-нибудь, — больше устало, чем раздраженно сказала Поттер.              Леон ухмыльнулся. Он знал, что девушка ни за что не пойдет к профессору. Гордость была основополагающим компонентом ее характера. Но если она просит помощи у Харрис, значит, дело действительно плохо. На этом он и сыграет.              Если Лили нужен личный слуга по зельеварению, то он готов взять на себя эту роль с превеликим удовольствием.              Осталось только принять тот факт, что придется снова посещать занятия профессора Малфоя, с которым он так больше и не пересекался с приезда матери. Да и о чем им говорить? Судя по всему, «папа» тоже не особо понимал, что делать дальше.              Пока можно придерживаться плана по игнорированию неожиданно приобретенного родственника, это не должно помешать Лео осуществить задуманное.       

***

      28 сентября 2017              Он дождался, когда все зайдут в класс, и прошел к единственному свободному месту. Все сидели по парам, кроме Лили, которая что-то внимательно вычитывала в собственных записях. Девушка даже не заметила, как Лео сел рядом, пока он показательно не подвинул со скрежетом стул.              — Грейнджер? Что ты… — но закончить она не успела, прерванная голосом профессора, который зашел в кабинет.              — Итак, седьмой курс, сегодня по командам начинаем работать над проектами, которые были вам выданы на прошлой неделе. Эта лаборатория закрепляется за вами. Можете приходить в любое время, — Малфой медленно сканировал глазами аудиторию. — Если вопросов нет, то приступайте. Только… — Он остановился взглядом на паре. — Леон?              — Добрый день, профессор, — как ни в чем не бывало произнес Грейнджер и улыбнулся.              — Может, объяснишь, что ты тут забыл?              — Хочу учиться.               Ему стоило больших усилий не пустить в конце смешок от собственной фразы, настолько неправдоподобно это прозвучало. Особенно учитывая, что с первого занятия он ни разу не появлялся.              — Неужели? — Драко переводил взгляд между Лео и Лили, которая всеми силами делала вид, что ее тут нет. — Если что, мое предложение все еще в силе.              Он же не мог думать, что это из-за него?              — Насколько помню, оно звучало как свободное посещение. Просто сегодня проснулся и почувствовал непреодолимое желание прийти на занятие.              Малфой ухмыльнулся, явно начиная осознавать, что происходит. На самом деле только совсем уж недалекий человек мог не понять.              — В таком случае у меня будет одно условие. — Ну конечно, профессор зануда. — Ты только помогаешь. И никаких импровизаций.              — Как пожелаете.              Драко снова обратил внимание на остальных учеников, которые заинтересованно вслушивались в чужой диалог.              — А я что-то не ясно сказал? Была команда приступать. Живо взяли все необходимое и начали работать!              Все тут же подорвались со своих мест, разбредаясь по помещению. Только две пары глаз задержались на них дольше остальных. Флинты смотрели с долей раздражения и непонимания. Но Леону было все равно. Сейчас его интересовала только девушка, что с небывалым рвением листала конспект. Оставалось надеяться, что тетрадь выдержит ее эмоциональный всплеск.              — Будешь продолжать уничтожать листы или все-таки расскажешь, что мы делаем сегодня? — первым заговорил Леон, стараясь придать голосу максимально мягкий тон.              Лили наконец повернулась и посмотрела на него. Все та же обида горела в ее глазах. Но только теперь к ней примешивалось что-то еще.              — Если ты пришел снова насмехаться, то спасибо, я все поняла с первого раза.              Леон тяжело вздохнул, закатывая рукава для работы. Он и не надеялся, что все будет просто.              — Послушай, — начал Грейнджер, слегка придвинувшись к ней, чтобы говорить тише. Выступать на всю аудиторию желания не было. — Я хотел извиниться за слова на поле. Все эти фразы про корону… Я так на самом деле не думаю.              — Про характер тоже? — язвительно бросила Поттер.              — Что-то мне подсказывает, что в этом пункте я был не так уж далек от правды, — не стал лукавить Грейнджер, за что тут же получил тычок локтем в бок. — Может, мир?              Девушка посмотрела на него и тяжело вздохнула, слегка кивая.              — Ладно, — произнесла Лили, наконец расслабляясь, — но только потому, что я, кажется, тоже слегка переборщила. Я не должна была все это говорить.              — Даже так?              Лео никак не ожидал подобного в ответ. На самом деле он и не принимал близко к сердцу брошенные ею фразы, даже если это выглядело не так. Он вообще не привык воспринимать всерьез слова девушек, сказанные на эмоциях. Только если это были не стоны вперемешку с похвалой.              — И должна признать, ты похоже действительно крутой ловец.              — У меня слуховые галлюцинации.              — Какой же ты… — Лили закатила глаза. — Я слишком хочу выиграть кубок в этом году. А с тобой у нас все шансы. Поэтому да, я могу это принять.              Тепло улыбнувшись, Лео протянул ей руку, сжатую в кулак, но с оттопыренным мизинцем. Жест был максимально детский, но между ними никогда и не чувствовалась какая-то серьезность. На самом деле он не испытывал ни с одной девушкой такой легкости.              И притяжения. Его чертовски влекло к Поттер.              Лили лишь усмехнулась и приняла его жест, в то время как внутри него разошлось тепло от мимолетного касания. Такая реакция слегка пугала, но Лео решил ничего не предпринимать, а просто поддаться ранее неизведанному чувству. Что это было, пока оставалось загадкой, но он решил, что время покажет.              — Оборотное.              — Что?              — Наше задание на ближайший месяц — это Оборотное зелье.              Это было интересно. Как ни странно, Леон ни разу не пробовал его варить, но уже сейчас чувствовал, что все получится. Как это работало? Наверное, все-таки стоило поговорить с директором об этом. Может, хоть какая-то польза будет от нового родственника. Но все потом.              — Руководи, конфетка, я в твоем распоряжении.              — Хорошо, — она подвинула свою тетрадь к нему, показывая рецепт. — И да, еще раз подслушаешь мой разговор с подругой, будешь неделю ходить с ушами как у спаниеля.              — Договорились, — кивнул парень, даже не пытаясь отрицать, — хотя, может, они бы мне и подошли.              Лили только в очередной раз закатила глаза.       

***

      29 сентября 2017              — Так и почему Нотт решил бросить тебя одну? — уточнил Гарри, идя рядом с ней по улице небольшой деревушки.              Все небо заволокло дождевыми облаками, предвещающими скорый ливень, который накроет округу. Осень наконец полноправно вступила в свои права. Под ногами шелестел красно-желтый ковер опавших листьев, а солнце с каждым днем радовало все меньше. Странно, но Гермиона находила в этой атмосфере что-то умиротворяющее. Что-то родное.              — Он не решил, так получилось, — поправила она друга, пожимая плечами. — Его вызвали на какое-то собрание, а писать Минерве с просьбой перенести встречу мне не хотелось. Ты не рад составить мне компанию?              Поттер не изменял своему образу аврора, кутаясь в красный плащ при очередном порыве ветра. Усмехнувшись от его нахохленного вида, Грейнджер только поправила палантин на шее и убрала руки в карманы плаща.              — Дело не в компании, а в человеке.              Она бросила на него недоумевающий взгляд.              — Ты до сих пор побаиваешься МакГонагалл?              — Не боюсь я ее, — фыркнул Гарри, слегка нахмурившись. — Но некое чувство тревоги все равно присутствует.              Годрик, человек, который почти каждый день сражается с темными волшебниками, пугался бывшего профессора. Если бы она не знала его столько лет, то подумала бы, что это шутка.              — Поттер, прошло столько лет! — засмеялась Гермиона, цепляясь за локоть мужчины. — И мы давно не ее студенты.              — От детских травм не так просто избавиться, знаешь ли.              Повернув за угол, они оказались у небольшой калитки, ведущей в тенистый двор, дорожка от которой с двух сторон была словно куполом прикрыта ивами, склонившими свои ветки над каменной тропой.              — Нам сюда?              — Судя по адресу… — начала Грейнджер, но ее прервал звук отпирающейся двери.              На пороге показалась Минерва МакГонагалл, тепло улыбающаяся своим ученикам.              — Профессор!              Гермиона вышла вперед, обнимая педагога. Было заметно, что седины в волосах с годами прибавилось, но все же она не сильно поменялась. Только ранее более строгий преподавательский взгляд сменился добродушным прищуром.              — О нет, мисс Грейнджер, никакого «профессор» в этом доме. Называйте меня просто Минерва.              — Тогда просто Гермиона.              — Очень рада, что вы вернулись к нам, Гермиона, — произнесла МакГонагалл, разжимая объятия. — А вы, Гарри, не хотите поздороваться?              Отойдя в сторону, Грейнджер повернулась к Поттеру, что слегка смущенно стоял под кронами деревьев. Мужчина подошел, приветствуя давнего учителя, вот только все еще с долей стеснения.              — Добрый день, проф… Минерва.              Ведьма похлопала Гарри по плечу и отпустила, не давая чувству неловкости захватить его полностью.              — Проходите, я вас уже заждалась.              На удивление гостей, она указала не внутрь дома, а на небольшую круглую беседку, скрытую под ветвями ивы. Уже перешагнув порог, стало понятно, что на нее наложены согревающие чары, не дающие промозглому ветру разрушить атмосферу уюта.              Внутри стояло три стула и стол, накрытый для чаепития. От чайника исходил приятный аромат мяты и чего-то терпкого, а на тарелках были расставлены различные сладости. Гермиона не могла не заметить, что среди прочего их ждали пирожные с патокой, которые Гарри так часто покупал в Хогсмиде, и ее любимый вишневый зефир. И как она только узнала, что Поттер сегодня тоже придет?              — Присаживайтесь и поведайте наконец старушке о цели визита. Надо признать, меня последнее время не часто балуют гости.              — Хотелось бы сказать, что просто решили зайти, но, к сожалению, мы по работе.              Минерва понимающе улыбнулась и разлила чай. Сделав глоток, Гермиона прикрыла глаза, будто снова погружаясь в воспоминания о выпускном курсе, когда частенько заходила к новоиспеченному директору на кружечку горячего напитка. Сначала ее звали под предлогом доклада старост, а потом это просто стало приятной традицией.              Еще один пазл ее прошлой жизни, который был выкинут из-за поспешного переезда.              — Так в чем вопрос?              — Нам нужно знать, куда спрятали зеркало Еиналеж после нашего первого курса, — подал голос Гарри.              — От меня вы вряд ли получите ответы. Его спрятал лично Альбус, решив в очередной раз проявить великое «благоразумие». — Гермионе на секунду показалось, что Минерва даже слегка закатила глаза. — Тут лучше поговорить с ним.              Тяжело вздохнув, Грейнджер поставила кружку на стол. Это опять походило на тупик. Каждый раз расследование натыкалось на очередное препятствие. Снова и снова. Но она решила, что это больше не должно влиять на ее настрой. Скорее только сильнее распалять азарт.              — Мы пытались, — начала ведьма, — но в известных нам портретах он не появлялся уже достаточно давно, поэтому мы решили, что, может, вы что-то знаете.              — Он и при жизни не был сильно общительным мужчиной, так что не удивительно, — профессор покачала головой. — За те годы, что я занимала пост, Дамблдор почтил меня своим присутствием в лучшем случае раз пять, и то, чтобы выдать какое-то завуалированное нравоучение.              — А вы не знаете, мог ли он оставить записи, в которых был бы указан тайник?              Гарри явно так же, как и она, не хотел терять надежду на положительный исход. Хоть какой-то.              — Если что-то и осталось, то только в его личных дневниках.              — Директор вел дневники? — растерянно воскликнул Поттер.              — А почему это так удивляет? — МакГонагалл с ухмылкой вскинула бровь. — В конечном итоге он был таким же обычным волшебником, как и мы с вами.              — Где их можно найти? — спросила Гермиона с разрастающимся энтузиазмом. Это было хоть что-то.              — Насколько помню, все работы, книги и записи он передал своему брату Аберфорту. Тот тогда еще долго ругался, что столько хлама придется размещать у себя, ведь по завещанию Альбус запретил их уничтожать.              Представив уровень раздражения мистера Дамблдора, Грейнджер усмехнулась. Она не так хорошо знала мужчину, но о его скверном характере ходили легенды по всему Хогсмиду. Удивительно, как вообще кто-то до сих пор захаживал в старенький паб.              — В таком случае нам придется нанести визит еще и ему.              — Непременно. — Минерва окинула их немного хитрым взглядом. — А теперь, раз выдалась такая возможность, я хочу узнать, что нового именно у вас.              — Мне кажется, про меня и так можно все узнать с первых полос газет, — с долей усталости произнес Гарри.              Он никогда не привыкнет к этому. Будто в мире совсем ничего не происходило, что слава героя столько лет заставляла писать только о «великом Поттере». Наверное, если бы Гермиона осталась, ее бы тоже зацепила подобная волна. Но да, в магическом мире наблюдалось заметное затишье от всяческих событий.              И слава Мерлину.              — Не привыкла верить всяким статейкам, — цокнула ведьма. — Как поживает миссис Поттер? Что ждать в новой коллекции ее магазина?              Минерва, интересующаяся миром моды, была для Грейнджер неизведанной личностью. Но кто знает, что случится с нами после выхода на пенсию.       — Если честно, я не особо вникаю в эти процессы, — извиняющимся тоном сказал Гарри, опуская глаза.              — А вот это плохо, — укоризненно бросила ведьма. — Муж должен интересоваться делами жены. Верно, мистер Поттер?              — Вы правы, профессор.              Гермиона чуть не засмеялась, видя разгорающийся румянец на щеках друга. Все-таки были вещи, которые не менялись. Даже спустя годы профессор оставалась профессором.              — А что вы, Гермиона, вас хорошо приняли на новом месте?              — Вполне. Немного непривычно снова находиться здесь, но мне пока нравится.              Это было чистейшей правдой. За прошедший месяц она снова влюбилась в Лондон, особенно в его магическую часть. Словно ей опять одиннадцать, и она впервые с родителями шла по замысловатым улочкам с покосившимися домами. Только теперь, проживая это заново, все казалось еще привлекательнее.              — А как сын, освоился в школе?              Она сглотнула, подбирая слова. Конечно, утаить от общественности, что она вернулась с взрослым ребенком, не получилось. Но все равно рассказывать о нем старым знакомым было все еще непривычно сложно. Грейнджер сама не понимала почему.              — Насколько могу судить, да. Даже уже попал в команду по квиддичу.              Расслабленно откинувшись на спинку плетеного стула, Минерва не спускала глаз с женщины напротив.              — И какому же факультету повезло с таким одаренным волшебником?              — Он новый ловец команды Слизерина, — с некой гордостью произнесла ведьма.              — Весь в отца.              Гермиона подавилась, пытаясь осознать брошенную МакГонагалл фразу. Она же не могла тоже…              — Простите?              — Должно быть, мистер Малфой бесконечно доволен.              Это не могло быть правдой. Откуда она знала? Такое просто не укладывалось в голове. Грейнджер украдкой посмотрела на Поттера, который не выглядел столь же удивленным, как она. Какого драккла все вокруг знали?!              — Не смотрите так, Гермиона, для такой умной волшебницы, как вы, странно было предполагать, что подобные вещи возможно утаить. Особенно в стенах школы.              Столько лет Грейнджер окружала свою жизнь тайной, а по итогу сама оказалась в пузыре из неведения и обмана.              — Наверное, вы правы, — прошептала Гермиона, крепче хватаясь за ткань плаща. Руки сами сжались в кулаки на скользкой ткани, пока она пыталась взять эмоции под контроль.              Атмосфера вокруг заметно изменилась. Из непринужденной беседы все превратилось в неудобное молчание, повисшее над ними словно гильотина.              — Думаю, нам все же пора, Минерва, — пришел на выручку Гарри.              — Да, конечно, — не стала сопротивляться женщина, видя явную смену настроения. — Если вдруг что-то еще понадобится, обязательно пишите, с удовольствием помогу чем смогу.              Поттер вышел из-за стола первым, прощаясь. Встав вслед за ним, Грейнджер на секунду замешкалась.              — Надеюсь, вы на меня не в обиде, Гермиона, за мои слова? — услышала она голос МакГонагалл, что сейчас стояла за спиной.              — Нет, — она обернулась и вымученно улыбнулась. — Просто есть вещи, которые не перестают выбивать из равновесия.              — Нет ничего зазорного в том, чтобы проявлять свои эмоции, дорогая. Страшнее отказывать себе в них совсем.              Гермиона кивнула, молча принимая реплику Минервы, и пошла вслед за Гарри, который уже ждал ее у калитки.              С тонких веток ив стекали первые капли начавшегося дождя. Они попадали на одежду и волосы, но почему-то Грейнджер не хотелось прикрываться от непогоды. Наоборот, проснулось безумное желание выбежать куда-то на середину дороги, встать, расправив руки, и поймать каждую крупицу лицом, не заботясь о размазанной туши. Вдохнуть полной грудью свежесть осеннего ливня и окончательно в нем раствориться.              Но вновь внутри что-то тянуло ее назад. Заставляло сжиматься, прятаться за воздвигнутыми стенами. Требовало снова держать себя в рамках. Вот только действительно это было необходимо или в ней говорила просто въевшаяся с годами привычка?              Она обязательно подумает над словами учителя. Как и над многими другими фразами, сказанными ее окружением за последнее время. Но только уже наедине с собой. Зарываясь все глубже и пытаясь найти новую версию себя, что точно должна выплыть наружу.