Путь Божественной Орхидеи

***

Шестнадцать лет назад

В Цинхэ Не стояла солнечная жаркая погода. Ярко зелёные листья дубовых ветвей, что мощным каркасом раскинулись над широкими дорогами и узкими тропинками, прятали от зноя прибывшую гостью. В начале августа Небесная хризантема своим возвращением порадовала природу родины, но из обитателей края, где она выросла, её приходу по-настоящему обрадовался лишь её племянник. Сидя за столом, отвечая на обыденные вопросы, она улыбалась людям больше по привычке, фальшиво. Только хорошо знающие её люди могли разглядеть подлинные чувства в её чеканных медных глазах. И таких людей здесь не наблюдалось: будь то родной брат или многочисленные дальние родственники. Их мало волновали её истинное отношение, настроение, желания... Разве что о самочувствии спрашивали не только ради поддержания беседы. Для вынашивания наследника и последующих родов здоровье пригодиться. Так ей говорили все... После формальной части застолья Миньхуа в сопровождении сына главы Не покинула банкетный зал. Изысканная еда не приносила удовольствия, а в бессмысленных разговорах не было нужды. Продолжить там сидеть означало бы пустую трату времени, сил и нервов. А в текущем положении жене главы Дао ни в коем случае нельзя нервничать. Несмотря на то, что желание сказать правду в глаза было сильно, госпожа Тяньцзюй сдерживалась, продолжая выслушивать очередной поток восторженного монолога. Половина гостей хвасталась своими успехами в заклинательстве, несмотря на то, что они были слабее неё. Если бы у Миньхуа была цель поставить этих горделивых мастеров на место, то она бы без проблем это сделала, вызвав всех на поединок, и пускай нападают все вместе, для красавицы Поднебесной и одной из сильнейших представительниц прекрасного пола это нипочём. Возможно раньше она могла позволить себе такую вольность, однако чем старше становишься, тем больше понимаешь, что не нужно тратить время зря. Драгоценные минуты необходимо проводить только с близкими. Не Хэну было ещё только пять лет, но он уже проявлял всю свою серьёзность. Мальчик заметно старался делать шаги длиннее, чтобы тётя сама не делала их короче. Миньхуа, смотря на него, умилялась. Пусть даже по-доброму, но смеяться над его усилиями она могла себе позволить лишь в мыслях, про себя. Думая о ребёнке, о зарождении которого ей стало известно ни так давно, она хотела бы, чтобы он немного был похож на А-Хэна, был таким же сильным и трудолюбивым. Неважно какого пола на свет появиться дитя, для матери самое главное, чтобы малыш был здоров. Миньхуа уже месяц после заключения врача не могла нарадоваться, перестать прикасаться к животу, который ещё не скоро начнёт выступать. Само осознание этого счастья было чем-то сокровенным, неземным. Словно всё это иллюзорный сон, где её заветная мечта исполнилась, и так не хотелось просыпаться, хотелось и дальше погружаться в эту сладкую дрёму. Но это не грёзы, это реальность. Зародыш в её утробе, новая жизнь под её сердцем, будущий младенец, что через девять месяцев сделает свой первый вздох, издаст свой первый плач, когда-то совершит первый шаг, скажет первое слово. Это великое благоденствие для любой женщины, рьяно желающей иметь дитя. — Тётушка, пожалуйста, потренируй меня! — вежливо попросил Минцзюэ. В его неоднородных глиняных глазах, где мелькали желтовато-зелёные минералы, личность ещё не была выжжена, но чётко были видны контуры решимости и упорства. В голове Миньхуа даже сама мысль об отказе не возникла. Хоть внешностью он и пошёл в её родного брата, многими чертами характера пошёл в неё, поэтому, несмотря на большую разницу в возрасте, понимали друг друга, словно все остальные в Цинхэ Не говорили на другом языке, словно существовали только они. Да и между собой формальностей не соблюдали. Оба задыхались здесь, презирали здешний народ. Они по-своему любили это место, однако приносили неподдельную радость только их нечастые встречи. Девушка уже давно избавилась от оков, правда её изначально, без права голоса, практически продали в другой орден. Но всё оказалось не на столько печально, как она предполагала, вместо цепей она получила свободу. — Непременно, милый, — нежно погладив мальчика, она заговорчески произнесла, подмигнув. — В этот раз я покажу тебе одно секретное место. О его существовании знаю только я. — Правда? — любопытством загорелся Минцзюэ, схватив тётю за руку, что повела его неведомым путём сквозь деревья. — Да. Когда я была маленькой, сбежала со скучного занятия по шитью. Проходя мимо горы Лун в полной тишине, я присела отдохнуть. До моих ушей начало доноситься приглушённое журчание, и мне стало до ужаса интересно, куда приведёт меня этот звук, — они дошли до скалы и начали пробираться по лабиринту. Миньхуа давала инструкции, проговаривала действия, чтобы племянник лучше запомнил каждое направление, поворот, ориентир. Наконец добравшись до цели, Не Хэн с восхищение оглядел ущелье, больше напоминающее пещеру, настолько мало света сюда проникало. Собрав энергию в ладони, девушка осветила тёмные стены убежища. Блики заиграли в водах маленького ручейка. — Я теперь всегда могу сюда приходить? — отойдя от изумления, спросил Не Минцзюэ. — Конечно, А-Хэн. Это место полностью в твоём распоряжении. Сама я сюда вряд ли ещё приду. Не гоже леди ползать на коленях, верно? — Миньхуа посмеялась, отряхивая подол платья, и мечтательно заговорила. — Было бы большим упущением не передать свой секрет будущему поколению. Это ущелье стало моим убежищем. Когда я чувствовала себя плохо, когда мне хотелось побыть с собой наедине, я приходила сюда. Здесь я размышляла о многом, старательно тренировалась, а иногда просто приходила послушать шёпот ручейка, — присев на корточки, она рукой зачерпнула холодную воду и поднесла к губам. Делая глоток, девушка на мгновенье погрузилась в детство, в котором резиденция Цинхэ Не считалась лучшем местом на свете. — Но это необычное ущелье. Ты ведь знаешь сказания о драконах? — Да. В некоторых книгах я замечал мифы про этих существ. Дети и младше меня знают легенду о появлении четырёх великих рек! — Верно. Я вот очень любила читать старинные придания, где считалось что им подвластны водоемы, наводнения и штормы. Драконы жили на дне морей, рек, озёр или где угодно, где есть вода. Один из них обитал здесь. — Правда?! — удивлённо спросил Не Хэн, всеми силами желая понять, тётя шутит над ним или говорит правду. — Разумеется, — госпожа Тяньцзюй выпрямилась и села на пологий камень, приглашая племянника присоединиться. Мальчик уселся под боком своей близкой родственницы и тут же оказался в её объятьях. — Сотни лет назад, когда вместо этого ручейка текла полноводная могучая река, обрамлённая скалами по обе стороны, на этом месте под открытым небом жил дракон. Он не был плохим, но и хорошим его было трудно назвать. Часто он пугал сельчан, иногда поедал их домашний скот, днями напролёт кружил над облаками — волшебное создание веселилось как могло. По характеру древнее существо больше напоминало неугомонного юношу, а в юности влюбляться естественно. Ему очень приглянулась смертная девушка, не уступающая по красоте самой Гуаньинь. И о том, что она за человек, он даже не задумывался, настолько он был поражён её внешностью. Не смотря на сильное влечение, дракон ещё долго ничего не предпринимал, шли месяцы, а когда он решился было уже поздно... Девушка нашла себе избранника и носила в утробе его дитя, не подозревая, что является объектом чьих-то воздыханий. Всё, что осталось дракону, так это злиться на самого себя, вот он в порыве ярости и разрушил свой дом и исчез из этих земель. — Почему он ничего не сделал? — Не Хэн вывернулся из кольца тёплых рук, негодующе уточнив. — Неужели он был настольно слаб? — О, нет, он был очень силён. Однако его появление перед ней ничего бы не изменило, она уже любила всем сердцем другого. А даже если бы он убил её возлюбленного, уничтожил бы деревню, чтобы кроме него рядом с ней больше никого не оказалось... Вряд ли она восприняла бы это как акт искренних чувств. Насильно мил не будешь. — Но ведь тебя заставили выйти замуж... — настроение Минцзюэ резко испортилось. — Господин Дао тебя обижает? — Ох, мой милый А-Хэн, — Миньхуа притянула к себе ребёнка и поцеловала того в лоб. — Чжансюй примерный муж, верный друг и просто хороший человек. Да и чтобы меня обидеть, нужно сильно постараться. — Но всё равно... Ты же не хотела этого брака, — мальчик вспомнил, как полтора года назад был свидетелем роскошной свадьбы. Но несмотря на всё великолепие и пышность, под красной вуалью невесты скрывалось далеко не счастливое выражение лица. На эти слова красноречивым ответом стала грустная улыбка. Положив ладони на пухлые щёчки, Небесная хризантема прикоснулась своим лбом к маленькой голове и произнесла: — Мало кто спрашивает дочерей или сестёр об их желании. Большинство господ ищут выгоду, которую девушка может принести. Кто-то заключает соглашение ещё до появления детей. Так что прошу... никогда не поступай как твой отец. Не разбивай чужие судьбы. Пройдёт время, и у тебя появятся те, о ком ты должен будешь заботиться. Ты, как старший, должен показывать им хороший пример. Договорились? — она протянула мизинец, что тут же был обвит небольшим пальцем. — Я обещаю тебе, тётушка! Я буду хорошим старшим братом, я буду защищать твоего малыша и малыша второй госпожи Не! — уверенно заявил Минцзюэ. — У меня же будет братик? Ты уже придумала имена? — Ха-ха, ты настолько уверен, что будет мальчик? — смахнув слезу, посмеялась девушка. — Но ты прав, вероятность этого велика. Лекарь сказал, что уже на таком раннем сроке отчётливо чувствует энергию Ян. Значит малыш будет очень сильным. — Ты так и не ответила, как назовёшь его... — Если это всё-таки будет мальчик, то Шуай. Я хочу, чтобы несмотря на трудности и чужое мнение, он сам вершил свою судьбу и шёл своей дорогой. — А вежливое имя придумала? — По традициям клана Дао второе имя даётся через несколько дней после десятилетия. — Но ты же всё равно можешь его пока придумать! — Не Хэн настоял на своём. — Вежливое имя даёт отец ребёнка...